Часть 3. Оттепель.

      Утахиме бежала, стирая босые ноги в кровь. Ветки деревьев больно хлестали по лицу, мелкие камни впивались в плоть, но девушка не обращала внимание. То, что ее преследовало, внушало такой всепоглощающий страх, что подобные мелочи уходили на второй план.       Желание выжить любой ценой – вот что заставляло Иори двигаться проворней. Не было сомнений – остановись она перевести дыхание, чудовище из темноты нападет, разворотит тело, проливая кровь прямо на изумрудную траву.       Где-то впереди мелькал свет фонаря – спасительный маяк для перепуганной души. Утахиме точно знала: если добежит – кошмар во плоти тут же сгинет, растворится в ночи.       «Надо продержаться еще чуть-чуть».       Девушка перебирала ногами из последних сил. Свет, который пару минут назад возродил в ее сердце надежду, не приближался, как бы она не старалась увеличить скорость и какую бы дистанцию не преодолела.       Утахиме смахнула волосы с лица. По спине прокатилась волна холода – тяжелое дыхание преследователя слышалось совсем близко.       Он нагонял.       Иори почувствовала, как ноги стали замедляться. Тело превратилось в кусок пластмассы, зрение было лишено чёткости. Утахиме, перепуганная до смерти, не выдержала растущего напряжения и обернулась. Она не смогла рассмотреть лица, но ощутила, как когтистая рука ее преследователя схватила за плечо, впиваясь в нежную кожу.       Девушка закричала.       – Химе, тише. Успокойся, Боги...       – Не надо! Уйди!       – Что же это такое...Утахиме, проснись!       – Не надо, пожалуйста, не надо! Не надо!       – Тшшш…Это я, Иори, я не сделаю тебе больно.       Сильные руки обняли девушку, покачивая из стороны в сторону, а нежный голос вернул в реальность.       Утахиме открыла глаза, моргнув пару раз, прежде чем поняла – ее нос упирается в чью-то твердую горячую грудь, от которой исходит едва уловимый персиковый аромат.       – Что за…Годжо… – Девушка резко отстранилась, непонимающе смотря на молодого человека. – Что ты тут делаешь?       – Ты кричала так, будто бы тебя режут и насилуют одновременно, – Годжо растерянно смотрел на Иори. – Я думал, что что-то случилось.       – И поэтому ты зашел в мою спальню без разрешения. Какого черта!       – Эй, я вообще-то спасать тебя пришел. Было некогда церемониться. Или я должен был вежливо постучать в дверь, пока тебя, предположительно, убивали?       – Вообще не надо было приходить. – девушка сложила руки на груди. – Это был всего лишь кошмарный сон.       Годжо почесал затылок.       – Теперь я это понял. Что же тебе такое снилось?       – Не знаю… – девушка махнула головой. – Смутно помню.       Утахиме не договаривала: ей не хотелось снова возвращаться к той погоне, которая преследовала ее почти каждую ночь.       Иори перевела взгляд на Годжо. В голове неожиданно «щелкнул» тумблер, запуская мыслительные процессы на полную мощь: девушка покраснела, наблюдая за той картиной, которая предстала перед ее взором. Сатору – непривычно лохматый и немного помятый после сна, сидел напротив, запутавшись в ее голых ногах и одеяле. Из одежды на Сильнейшем были лишь пижамные штаны. Слегка приспущенные пижамные штаны, из-под которых отчетливо прослеживались вздутые венки внизу живота и дорожка светлых волос, скрывающаяся где-то в складках клетчатой ткани…       «Что б тебя!»       Кто вообще так носит эти чертовы штаны? Неудобно и слишком…примечательно. Взгляд скользнул по подтянутому торсу: в одежде Сатору кажется слишком худым, а вот без нее... Иори бы никогда не подумала, что Сильнейший обладает телосложением атлета.       Белоснежная кожа, в свете луны, казалась куском мрамора, а сам Годжо напоминал скульптуру – правда, слишком горячую на ощупь для каменного изваяния.       Иори уставилась в окно. Надо признать, этот засранец был сложен чересчур…хорошо.       «Хорошо, Утахиме? Серьезно? Да это же почти идеальное воплощение всех твоих сексуальных фантазий».       Иори прикусила щеку, чтобы унять этот противный внутренний голос.       – Почему ты без футболки?       – Предпочитаю спать голым, так что скажи спасибо, что успел натянуть штаны и не заявился к тебе, в чем мать родила.       – Рада, что избавил меня от мук созерцания... Это было бы выше моих сил.       – Что, не смогла бы сдержаться? – игривый тон Сильнейшего подбешивал.       – Ну что за самомнение, Годжо?       – Мне есть чем гордиться. – Сатору пошловато усмехнулся.       – Явно не интеллектом…       – А ты сообразительная. – молодой человек щелкнул Иори по носу. Девушка ударила по его длинным пальцам, из-за чего Годжо сделал печальную мину.       – Кстати, милая пижама с Тоторо. Тебе идет. Выглядит очень…привлекательно. Не знал, что ты у нас такая поклонница аниме-культуры.       Девушка только сейчас поняла, что глаза Сильнейшего, ничем не прикрытые, внимательно скользят по ее телу.       Шорты и футболка для сна сразу стали казаться слишком короткими. Захотелось залезть под одеяло, и спрятаться от этого изучающего взгляда. А еще, наконец, выпутать свои ноги из ног Сатору.       – Отвали.       – Это же комплимент. – Годжо выпятил нижнюю губу. – Ну вот, как обычно: пытаюсь сделать что-то хорошее, но страдаю от твоего острого язычка.       – Ладно … – Девушка замялась. – Спасибо, что прибежал на выручку, хотя в этом и не было никакой необходимости.       – Я сейчас не ослышался?       – Нет, Годжо.       – Боги, это лучшая ночь в моей жизни. Наконец, Утахиме-семпай сказала запретное слово «спасибо».       – Первый и последний раз.       – Теперь буду смаковать это воспоминание перед сном: ты, в своей милой пижамке говоришь: «Спасибо, Годжо». Лучшая фантазия на ночь.       – Ну ты и идиот. – Девушка схватила подушку, запуская ее прямо в лицо молодому человеку. Сатору ловко увернулся.       – Шучу. У меня есть более пикантное воспоминание, в котором твой милый носик прижимается к моей голой груди. – Годжо напомнил девушке неловкую ситуацию, произошедшую несколькими минутами ранее.       – Прими ледяной душ, Сатору, у тебя началась горячка.       – Только если ты составишь мне компанию…       – Давай, проваливай. – Иори сделала вид, что ложится на кровать, толкая Сильнейшего в бок голой пяткой.       – Ухожу, Химе, уже ухожу. Но, если что, ты знаешь, кого звать на помощь.       – Да, непременно.       – И не только на помощь…       – Пошел к черту!       Иори услышала, как Сатору тихо засмеялся.       – Спокойной ночи, Утахиме.       – Спокойной, Годжо.        Девушка осталась одна. Она прикрыла глаза, пытаясь унять слишком быстрые удары своего сердца и привести в порядок мысли. Образ растрёпанного Сатору – такой домашний и…милый («С каких пор Годжо стал милым?»), его горячее тело, приятный аромат не давали покоя. Девушка ущипнула себя за предплечье, приземляя. Боль помогла немного прийти в себя.       «Спать, Утахиме, и никаких мыслей об этом чертовом Сатору Годжо».              ***       – Вот эту часть всех этих съездов я не люблю больше всего. – Сильнейший наклонился к уху Утахиме.       Девушка закатила глаза.       Они сидели в большом конференц-зале, где слушали доклады коллег на разные темы, связанные с проклятыми духами и всплесками проклятой энергии.       – А тебе только веселье подавай.       – Почему бы и нет. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на обсуждение проблем мироздания…       – А как же помощь людям?       – Утахиме, ты вроде бы взрослая девочка, а в сказки веришь. Невозможно избавиться от проклятий, не лишив все человечество жизни. Они и есть начальная и конечная точка существования всего этого дерьма… – Годжо снял очки, протирая стеклышки о свою футболку. – И никакие коллективные мозговые потуги не помогут это исправить.       Впервые Годжо говорил серьезно. Иори уставилась на молодого человека, не узнавая в этом мрачном Сатору привычного балагура: его губы были плотно сжаты, брови сведены у переносицы. Он смотрел перед собой, но явно затерялся где-то в своих мыслях, что-то или кого-то вспоминая.        Утахиме ведь никогда не задумывалась о том, как Сатору чувствует себя в роли Сильнейшего мага планеты, при этом, являясь абсолютно беспомощным перед человеческими пороками – порождениями всего зла на земле. Иори почувствовала, как мурашки пробежали по ее шее: от Годжо исходили мощные волны энергии.       – Утахиме, у тебя такое выражение лица, будто бы ты сейчас заплачешь.       – Ничего подобного, – девушка потупила взгляд. – просто задумалась.       На щеке Иори чувствовала цепкий взгляд Сатору.       – Ну что ты так смотришь? – Утахиме повернулась лицом к своему кохаю. – Дырку прожжешь.       – Ладно-ладно, мой нежный цветочек, уже и посмотреть на тебя нельзя.       Привычная маска «веселого Годжо» вернулась на свое прежнее место.       – Лучше смотри на сцену.       – Как скажете, Мисс Утахиме.       Следующим докладчиком был Уильям. Молодой человек выкатил какой-то странный предмет, похожий на электрический стул.       – Это еще что за хрень?       Девушка зло зыркнула на Сатору, который не мог удержаться от своего едкого комментария.       – Перед вами наша новая разработка - аппарат, который может аккумулировать проклятую силу мага и направлять в любую точку Земли.       – И зачем же нам такое чудо техники?       Годжо скептически посмотрел на Уильяма, выкрикивая со своего места.       – Для устранения локальных проблем.       – А не легче ли лично поехать и устранить «локальную проблему», а не надеяться, что это произойдет каким-то волшебным образом.       – К сожалению не все обладают талантом к телепортации. Иногда, чтобы добраться до необходимого места, где зафиксирована активность проклятого духа, нужно преодолеть приличное расстояние. За это время многие люди могут погибнуть…К тому же, повторюсь – это всего лишь разработка, которая находится на стадии тестирования. – Уильям спокойно улыбнулся. – Мы лишь пытаемся придумать новые формы управления собственной проклятой энергией.       – Мудрёный этот Ульям. – Годжо наклонился к уху Утахиме. – напридумывал себе воздушных замков, и нам пытается пропихнуть эту тему, – Годжо скептически посмотрел на англичанина, который вступил в дискуссию с каким-то магом. – Еще и к тебе постоянно клеится.       Иори хмыкнула.       – И как эта его «мудрёность» взаимосвязана с тем, что он вежлив со мной, – Утахиме повернулась к Сатору. – в отличие от некоторых, между прочим.       – Это не вежливость, Утахиме, это желание залезть к тебе в трусы…       – Годжо, ты идиот? Как вообще такое пришло в твою дурную голову.       – Я наблюдательный. Очень наблюдательный. – Сильнейший опустил очки, смотря на Иори своими бездонными глазами.       – Ты так мыслишь в силу своей испорченности.…       – Милая моя Химе, не тебе говорить об испорченности.       – Чего? – девушка непонимающе уставилась на Сатору.       – Ты так заглядывалась на меня этой ночью, что, честное слово, я бы отдал все, чтобы увидеть фантазии, которые появились в этой очаровательной головке… – Годжо слегла ущипнул Иори за щеку.       – Фу, ты отвратителен. – Девушка оттолкнула руку Сильнейшего.       Годжо заржал, привлекая внимание магов, которые сидели впереди. Утахиме отвернулась, смотря на сцену. Девушка надеялась, что за длинными волосами Сатору не заметит ее румянца.              После трехчасовой конференции и плотного обеда в ресторане, ужасно хотелось спать. Иори медленно плелась по коридору: в расписании было 1,5 часа свободного времени, которое Утахиме хотела потратить на сон. Годжо куда-то ушел, сказав, напоследок, чтобы девушка не скучала. Иори лишь закатила глаза, делая вид, что ей абсолютно все равно, хотя это было совсем не так. Надо признать, рядом с Сатору она чувствовала себя немного увереннее. Пусть этот балабол и раздражал, но среди элиты, которая лишь пренебрежительно скользила по ней взглядом (за исключением Астора, Ханны, и Уильяма) она ощущала себя совсем потерянной. Да, ей нравился этот таинственный замок, нравилось проводить здесь время, но общество… Впрочем, ей необязательно заводить друзей.       – Как дела, мисс Иори? – девушка дернулась. Уильям незаметно подошел к Иори, слегка напугав.       – Все хорошо. Благодарю.       – Рад слышать. Как вам конференция?       – Очень познавательно. И ваша разработка, как мне кажется, может быть полезной.       – Надеюсь, что когда-нибудь магическое сообщество ее оценит. – Шаман грустно улыбнулся: его Инновационный подход был воспринят скептически.       – Вам нравится наш замок? – молодой человек перевел тему.       – Да. Чудесное место. Очень аутентичное.       – А программа съезда?       – Очень насыщенная.       – Рад, что вы довольны. Всегда готов выслушать комментарии от гостей: руководство требует с меня ежедневный отчет, поэтому не стесняйтесь высказывать свое мнение, если вдруг что-то не так.       – Можете передать своему начальству, что гости из Японии довольны.       Уильям улыбнулся       – К слову о гостях: где же ваш друг?       – Годжо? – девушка прыснула в руку. – Не думаю, что его можно назвать моим другом.       – Да? – Уильям удивленно посмотрел на Иори. – А я подумал, что вы очень близки. Он всегда находится где-то неподалеку.       – Как видите, не всегда. – Девушка пожала плечами.       – Да, вы правы. – Уильям неловко улыбнутся. – Кстати, уже видели сегодняшнее расписание?       Иори кивнула.       – Уильям, а что подразумевается под словом «бал»? Не то, чтобы я не знала значение этого термина, возможно, это просто вечеринка?– Утахиме с надеждой посмотрела на своего собеседника.       – Никаких двойных смыслов. Действительно, бал. Самый настоящий: с живой музыкой и танцами.       – Думаю, это будет захватывающе. – Иори кисло улыбнулась.       – Безусловно!       Утахиме поднялась к себе в номер, чтобы подобрать более-менее подходящий наряд под предстоящее событие. Конечно же, в ее небольшом чемодане не нашлось ничего, что могло бы соответствовать помпезному мероприятию: единственное платье, в котором Иори вертелась перед зеркалом, выглядело так, будто бы девушка шла на собеседование.       Утахиме села на пол. А ведь когда она читала программу форума перед поездкой, там что-то говорилось про этот дурацкий бал и дресс-код. Но, Иори проигнорировала информацию, посчитав ее не слишком нужной.       Может сослаться на то, что она заболела?       Ужасное оправдание.       Утахиме уткнулась лбом в коленки, коря себя за такую непредусмотрительность.       В дверь тихонько постучали.       «Кто это еще может быть?».              На пороге стояла незнакомая женщина в костюме прислуги, держа большую коробку в руках.       – Добрый день, мисс. Вам просили передать. – женщина протянула свой груз Иори.       – Кто просил?       – Простите, мисс, но не могу сказать. – женщина неловко улыбнулась.       Утахиме кивнула. Она сама разберется.       – Благодарю.       Оставшись наедине, Иори пару секунд рассматривала коробку со всех сторон, затем потянула за аккуратный синий бант и подняла крышку. Первое, что увидела девушка – это небольшую записку, которая лежала сверху бумажного свертка. Аккуратным почерком с легким наклоном вправо, были выведены слова: «Для моей старой, точнее, винтажной подруги соответствующее платье».       «Годжо!»       Конечно он, кому же еще могла прийти эта идея с неожиданным подарком.       Девушка не успела развернуть сверток, как ее телефон затрещал, оповещая о новом сообщении.       На экране мобильника высветилось имя Сильнейшего.       «Химе, если ты не наденешь это платье сегодня вечером, я лично заверну тебя в эту шелковую ткань, даже при условии, что ты расцарапаешь мне все лицо»       Девушка стояла с телефоном в руках, перечитывая сообщение. Чертов Годжо Сатору опять лезет в ее жизнь. На этот раз она не знала – отругать или отблагодарить Сильнейшего за это вмешательство.