Часть 4. История одной Золушки.

      – Мисс Иори, я вас не узнал.       Девушка обернулась. Перед ней стоял слегка покрасневший Уильям, облаченный в черный фрак – живое воплощение истинного джентльмена из романов Чарльза Диккенса.              – Вы выглядите просто превосходно. – молодой человек рассматривал Утахиме с примесью восхищения, любопытства и легкого смущения.       – О, благодарю Вас.       – Сущий пустяк. Вы действительно очень красивы….Простите, не могу не подчеркнуть это в очередной раз.       Утахиме было неловко слышать весь этот шквал комплиментов: девушка почувствовала, как ее открытая шея и ключицы стали покрываться красными пятнами от нахлынувшего смущения. Уильям располагал к себе своей добротой и искренностью, не говоря уже о том, что он был очень хорош собой.              – Только вот не могу понять: почему вы стоите здесь, и не заходите в зал? Празднование началось.       – Если честно, – девушка замялась. – Я немного струсила и уже подумала сбежать в свою комнату. Я не большой фанат подобных мероприятий.       – Понимаю вас как никто другой. Но ведь убежать вы всегда успеете, дайте шанс этому торжеству и, возможно, наши организаторские способности вас удивят.       – Вы правы, – теплая улыбка Уильяма ободряла. – Когда еще выпадет такая возможность – стать частью настоящего бала.       – Тогда разрешите мне побыть вашим сопровождающим, раз вы передумали прятаться. – Уильям протянул руку.       – Это будет большая честь для меня.       – Готовы? – Молодой человек слегка сжал руку девушки.       – Да! Теперь точно готова.       – Тогда вперед, мисс Иори!        Дверь перед ними открыл церемониймейстер, жестом приглашая пройти внутрь.       Утахиме застыла на пороге, пытаясь запечатлеть красоту, которая предстала перед ее взором. Девушку поразили масштабы помещения. Высокий потолок украшала лепнина и фрески с изображением херувимов и библейских сцен, невероятной красоты хрустальная люстра, которая переливалась сотнями блестящих капелек, находилась по центру, но, скорее, служила эффектным акцентом в интерьере. Приглушенный свет исходил от небольших настенных светильников, выполненных в виде канделябров. Они мягко освещали пространство, добавляя событию флер таинственности.              В зале было много гостей, в том числе – маги, которых Иори видела впервые. Видимо, то самое начальство, о котором говорил Уильям. Все были одеты в дорогие смокинги и фраки. Дамы щеголяли в платьях с пышными подъюбниками и глубоким декольте. На многих были карнавальные маски, скрывающие лица.       Иори мысленно поблагодарила Годжо за преподнесенный подарок. Ее платье было очень утонченным, и вписывалось в формат мероприятия намного лучше, чем привезенная из Японии одежда. Струящийся шелк приятно ласкал тело, подчеркивая красивые изгибы фигуры, а бежевый цвет выгодно оттенял темные волосы, которые Утахиме завила в крупные локоны. Тонкие лямки платья выделяли красивую шею и ключицы. Небольшой вырез выгодно обрамлял аккуратную грудь. Девушка слегка подкрасила ресницы и губы, чтобы не казаться слишком бледной на фоне других дам. Иори была почти довольна своим внешним видом, за исключением неудобных лодочек. Они тоже оказались в коробке, которую передал Сатору. Удивительно, как он угадал с размерами. Или же, пока Утахиме спала, прокрался к ней в спальню, чтобы измерить параметры? Иори хмыкнула: она бы не удивилась, если все было действительно так.       Уильям, галантно поцеловав руку Утахиме, ушел заправлять мероприятием, взяв с нее обещание на медленный танец.              – Надо же, Иори, выглядишь потрясающе, – Астор подошел к девушке, бесстыдно скользя по ее точеной фигуре взглядом. – Кто ж знал, что под традиционными нарядами и напускной скромностью прячутся такие прелести.       – Да и вы во фраке – настоящий джентльмен, хотя по манерам так и не скажешь.       – Ха. Урыла, что уж. Не обижайся, всего лишь неловкие комплименты от очарованного мужчины.       – А где же ваша спутница? – Иори перевела тему.       – Ханна? Задерживается. Кажется, она до сих пор выбирает наряд, в котором будет покорять высшее общество. Ну, а где же наш неподражаемый Сатору? – Астор иронично поднял бровь.       – Не знаю, – Утахиме пожала плечами. – Не видела его с обеда.       – Хмм…странно, что этот павлин до сих пор не показался на публике. Он-то от таких мероприятий обычно в восторге. – Астор беззлобно улыбнулся.       – Действительно, на него это не похоже.       Разве могла Иори высказать свои подозрения вслух: Ханна и Годжо – оба опаздывают. Совпадение? Или же парочка решила вспомнить свое страстное прошлое – в том, что двое магов когда-то были любовниками, Утахиме не сомневалась. Удивлена ли она? Нисколько. Трогает ли этот факт Иори? Конечно же нет.              – Астор, при первой нашей встрече вы сказали: «Та самая Иори…». Почему?       – Да, припоминаю такое. Благодаря Сатору, можно сказать, был знаком с тобой заочно.              Мужчина хитро прищурил глаза.              – И когда же этот болтун успел обо мне рассказать?       – Давно дело было. Лет шесть-семь назад.       – И с какой такой стати вообще зашла речь о моей персоне? – Иори казалось, что она вытягивает слова из Астора невидимыми клещами.       – Утахиме, думаю, лучше, если ты задашь этот вопрос Годжо. – Астор развел руками.       – Ладно, – Иори насупилась. – не удивительно, что вы друзья.       – Почему это?       – Уровень скрытности соответствует.       Астор тихонько рассмеялся.       – В этом есть доля истины.         Музыканты заиграли красивую мелодию, давая знак всем собравшимся – пора покорять танцпол.              – Утахиме, надеюсь, ты не откажешь своему поклоннику? – Астор протянул руку.       – Я обычно не танцую…       – Сегодня особенный день, Иори. Мы с тобой остались без наших напарников, самое время воссоединиться, – мужчина улыбнулся. – И потом, я хочу быть первым в списке тех, кто будет приглашать тебя на танец. Не лишай меня этого удовольствия.       Утахиме закатила глаза.              – Хорошо. Пойдемте.       – Утахиме, и маленькая просьба.              Девушка вопросительно вскинула брови.       – Давай на ты. Я не такой уж и старый.       – Давай. – Иори кивнула.       – Славно.       Мужчина подхватил девушку за талию, следуя в центр зала – туда, где кружили другие пары в приглушенном свете настенных ламп.       Утахиме старалась не смотреть на Астора, который, по ощущениям, прожигал ее лицо своим внимательным взглядом. Надо признать, партнер он был прекрасный: уверенно вел тело Иори за собой, аккуратно скользя по паркету, маневрируя между другими магами.       Утахиме же, ненароком, все пыталась найти взглядом Годжо. Белобрысой макушки не было видно и это, кажется, немного огорчало девушку, хотя она и пыталась всячески откреститься от мысли, что без Годжо ей тоскливо и скучно. Да и вообще, Иори, между прочим, по его милости сюда пришла: не было бы наряда – не было бы причины вылезать из своей норы.       Мысль, чем может быть занят Сильнейший прямо в эти минуты, противно била в темечко.              Иори тяжело вздохнула.       Но ведь плевать.       Точно плевать.       Или все-таки нет?              – Утахиме, могу я задать вопрос?       – Задавай.       – Откуда у тебя этот шрам?       Девушка тряхнула головой: упавшие волосы, как защитный барьер, скрыли часть лица и вместе с тем – ее уязвимость.              – Получила на задании. Как – не помню.       – Понял. Извини, не самая приятная тема для обсуждения…       – Да нет, я привыкла. Это часть меня.       – Хочу сказать, что шрам ничуть тебя не портит. – Астор искренне улыбнулся.       Утахиме промолчала. Не стала вдаваться в подробность того, как пришла к смиренному принятию себя новой – некрасивой, с потрепанной душой и лицом, на котором явственно красовалась отметина чей-то проклятой силы. Да и что тут расскажешь? Про то, как первое время боролась со своим комплексом, пытаясь замазать шрам тональником? Или как от безуспешных попыток спрятать свое уродство горько плакала, сидя в ванной, вонзая длинные ногти в ладони, пока кровь не начинала капать на холодный кафель? Или как от злости разбила зеркало в туалете колледжа, услышав, как ее жалеют студентки, тихо перешептываясь в коридоре? Было и было. Она взрослая девочка, которая пережила все эти всплески эмоций, гордо перешагнув через обиду, злость, отчаяние. Мелодия закончилась, возвращая Иори в реальность. Астор элегантно поцеловал руку своей спутницы.              – Выпить не хочешь?       – Хочу.       – Отлично.       Утахиме взяла какой-то коктейль, наблюдая за людьми в зале. Алкоголь немного ударил в голову, румяня щеки и значительно улучшая настроение. Они беседовали с Астором о совсем незначительных вещах, и Иори, наконец, смогла расслабиться. К величайшей радости, перестала искать глазами знакомую ухмылку и взлохмаченную шевелюру в толпе.       Заиграла новая мелодия. Девушка восторженно посмотрела на своего спутника.              – Обожаю эту песню!       – Хочешь, потанцуем?       – Очень!       – Надо было раньше тащить тебя к барной стойке.       – Животворящая сила алкоголя!       Астор шутливо поклонился, протягивая руку. Утахиме присела в неловком реверансе.       Молодой человек закружил Иори, а девушка прикрыла глаза, вслушиваясь в знакомые мотивы. Утахиме наслаждалась мелодией, грациозно перебирая ногами. Музыка была ее стихией, и, немного раскрепостившись от алкоголя, Иори смогла отбросить стеснение и, наконец, начала получать удовольствие от происходящего.              Пары образовали большой круг, началось схематичное перестроение: во время танца, через определённый промежуток времени, дамы меняли кавалеров, вальсируя с новым молодым человеком.              – Не скучай, Утахиме. – Астор подмигнул девушке, прежде чем закружился в танце с новой дамой.       – Постараюсь.              Следующим партнером Иори оказался шаман из Франции. Вальсировал он отвратительно, изрядно потоптавшись по ногам Утахиме. Девушка улыбалась сквозь зубы, про себя одаривая неловкого француза крепким словцом. Наконец, эта короткая экзекуция закончилась и Иори, с облегчением, вложила свою руку в чью-то горячую ладонь. Девушка подняла глаза, чтобы разглядеть своего партнера. На лице мужчины была аляпистая маска Арлекина. Единственное, что выглядывало из-под нее – это подбородок и губы, изогнутые в ироничной улыбке.              – Здравствуй, Годжо.       – Привет, Химе. Узнала, значит. От твоего зоркого глаза не укрыться даже под маской… – Сатору улыбнулся.       – Тебя просто трудно назвать мастером маскировки. – Девушка скептически хмыкнула.       – Мое великолепие, которое так и рвется наружу, меня выдало, да?       – Ну конечно. – Иори обернулась на танцующую рядом пару, в надежде на скорую смену партнеров.       – Вижу, наряд подошел по размеру. Ну-ка покрутись! – Годжо в танце развернул девушку вокруг своей оси, внимательно разглядывая фигуру. – Да я чертов гений!       – Не зазнавайся.       – Химе, ну кто же еще мог подобрать такое идеальное платье, так сказать, даже не видя воочию с чем придется работать. Я слишком хорошо знаю тебя, Утахиме. Люблю наблюдать за тобой и подмечать разные детали. – молодой человек сильнее притянул девушку к себе. Сквозь тонкую ткань Иори почувствовала горячие пальцы на своей спине.       – Ну ты и извращенец.       – Созерцание прекрасного не считается чем-то постыдным.       – Лучше следи за ногами, гений. Хватит наступать на мою обувь.       Девушка врала. Сатору вел превосходно. Грациозно, плавно, прекрасно чувствуя музыку и свое тело. В какой-то момент Иори даже перестала ощущать опору под своими ногами: ей показалось, или Годжо действительно немного приподнял ее над землей?              – А вот так не наступаю?              Значит не показалось.              – Хватит дурачиться, поставь меня.       – Ууу, какая строгая. Ладно.              Девушка почувствовала, как ее тонкие каблуки уперлись в паркет.              – Так что, какое количество магов мне придется сегодня вызвать на дуэль?       – О чем ты?       – Глупенькая, – Годжо улыбнулся Иори, обнажая белоснежные зубы. – Кому ты уже успела разбить сердечко своей красотой за время моего отсутствия?       – Не пори чушь.       – Небось, Уильям весь слюной исходился …       – Уильям не такой пошляк, как ты.       – Химе, – Сатору хмыкнул. – Не делай из него святошу.       – Чего ты вообще к нему привязался?       – Не люблю прилипал.       Утахиме громко рассмеялась.              – Что? – искреннее удивление в голосе Годжо еще больше позабавило Иори.       – Сказал главный прилипала в моей жизни…       – Я преданный поклонник.       – Ты не поклонник, ты самая настоящая заноза в …       – Тссс…Дамы в таких платьях не должны ругаться. Это выглядит вызывающе.       – И это мне говорит человек в маске шута?       – А что не так?       Мелодия сменилась на более размеренную. Вальсирующие пары разорвали круг, разбредаясь по залу. Годжо остановился, отстраняясь от Утахиме. Молча взял руки девушки и положил себе на плечи, притягивая тело Иори еще ближе к своему. Теперь они неспешно покачивались из стороны в сторону.              – Ну вот, такие топтания на месте мне по душе. Вальсировать слишком утомительно.       – Ну, а я не хочу больше танцевать. – девушка посмотрела на Годжо, пытаясь разглядеть в узких прорезях маски его глаза. – Пора заканчивать.       – Семпай, еще одну песню. Пожалуйста. Давай, тряхни-ка стариной.       – Придурок. – Иори попыталась отстраниться, но Сатору только сильнее сжал руки на талии.       – Не отпущу, – Горячее дыхание обожгло мочку уха. Девушка слегка вздрогнула. – Притворись хотя бы на пару минут, что тебе приятно проводить со мной время. Разве это настолько сложно?       Эта просьба и серьезный тон Сатору ввел Утахиме в легкий ступор.              – Вообще-то я обещала танец Уильяму.              Девушка услышала, как Годжо тяжело вздохнул.              – О, Боги, ну ничего, подождет твой принц Уэльский. – Годжо сжал губы. – Кто тебе дороже – старый веселый друг или зануда Уильям?       – Тоже мне, друг нашелся.        Сатору скривил губы.              – Конечно друг. Между прочим, самый преданный и верный.       – И чего ты только привязался ко мне. – девушка понизила голос.       – Ну я же прилипала – вот тебе и ответ.       В голосе Годжо звучали ироничные нотки.              – Ладно, друг, так почему же ты опоздал?       – Ждала меня, да?       – Нет. Просто это невежливо.       – А ты полиция нравов, милая Химе?       – Считай, что так.       – Оу, даже наручники имеются? Такие игры я люблю…       – Заткнись!       Годжо ухмыльнулся.              – Я опоздал, потому что были кое-какие неотложные дела, – Молодой человек пожал плечами. – Вот и всё.       – Понятно.       – И ты даже не спросишь, какие именно?       – Нет.       – Странно. Знакомая мне Химе любит совать свой милый носик туда, куда не следует.       – Не сегодня.       – Ну, как знаешь.       Песня закончилась, и Сатору демонстративно убрал руки с талии, поднимая их над головой.       – Все, больше не прикасаюсь. Спасибо, семпай, что уделила свое драгоценное время мне.       К паре подошел Уильям.              – Добрый вечер, Годжо.       – Добрый. Передаю в ваши руки нашу прекрасную Утахиме. Она не могла дождаться, когда вы, наконец, спасете ее от злодея в маске. Увидимся, семпай. – Годжо развернулся спиной, на ходу поправляя взлохмаченные волосы.       – Я помешал?       – Нет. Пришли за обещанным танцем? – девушка улыбнулась.       – О, да.       – Надеюсь, вы хорошо вальсируете.       – Очень.       Утахиме не заметила, как протанцевала с Уильямом четыре песни подряд. Англичанин оказался интересным собеседником: Иори узнала, что Уильям родился где-то неподалеку от Дарема в семье аристократов. Рос парень в большом поместье, в любви и заботе, окружённый слугами, которые исполняли все прихоти мальчика. Не жизнь, а сказка, со счастливым будущим, которое в таких семьях предопределено еще с пеленок. Но все изменилось, когда Уильям обнаружил свой дар. И, вместо престижного университета, молодой человек поступил в магический колледж в Лондоне.              – Родителям сказал, что пошел учиться на программиста. Они были в шоке: отец грезил, что я стану дипломатом. Я с детства изучал языки. Французский, немецкий, испанский. Но, не тут-то было. Мои способности не слишком располагают к такой профессии.       – Нормальная жизнь нам только снится…       – На самом деле я очень горжусь тем, что являюсь магом. В этом наша уникальность. Никогда бы не променял свой дар на обыденность. Глупо звучит, но хочется оставить после себя что-то значительное.       – Да вы герой!       – Пожалуй.       – Да еще и такой скромный.       – И этого у меня тоже не отнять.       Парень поморщился.              – Думаю, мне пора вас отпускать.       – Почему это?       – Господин Годжо скоро проделает во мне дыру своим взглядом. – Уильям слегла наклонил голову вправо, указывая, куда следует смотреть.       За небольшим столиком сидела компания магов. В их числе – Астор, Ханна и Сатору. Сильнейший избавился от своей дурацкой маски, заменив ее на привычные темные очки.              – Наверное, ждёт, когда сможет снова завладеть вашим вниманием.       – Ничего. У него и без меня дел хватает. – Утахиме увидела, как изящная рука Ханны скользнула по ноге Годжо, привлекая внимание мага. Сатору улыбнулся, наклонившись к очаровательной немке и прошептал что-то на ухо. Та нежно дотронулась рукой до щеки молодого человека, кивая.              – Поэтому, если я вам еще не надоела и время располагает, танцуем дальше! – девушка беззаботно улыбнулась, стараясь скрыть свою горечь.       – С удовольствием, мисс Иори.       – Называй меня Утахиме. И давай, наконец, перейдем на ты.       – Я только за.

***

      – Отпусти меня, придурок!       – Ну уж нет, дорогая, боюсь, что без моей помощи ты не справишься.       – Не надо, иди к своей, как там ее…да неважно.       – Боги, Химе, если бы не выпитый алкоголь, я бы подумал, что ты ревнуешь.       – Пошел к черту!       – Хорошо, сразу отправлюсь к нему, как только уложу тебя спать.       – Иди укладывай спать свою Ханну. – девушка с какой-то детской обидой махнула рукой.       – Да причем здесь она?       – Абсолютно не причем.       – Ты думаешь, у нас с ней что-то было?       – Мне все равно.       – Уверен, что именно так и думаешь.       – Я же говорю, мне все равно.       – Тогда я просто скажу - на всякий случай: мы с Ханной – приятели. Давние. Нас связывает только это.       Девушка, которая еле передвигала ногами, придерживаемая Годжо, наконец, сдалась, повиснув на сильной руке Сатору. Она перепила. Знатно. А все потому, что в какой-то момент Годжо и Ханна снова пропали, и Утахиме нафантазировала себе бог знает что.       «Негодяй…»              – Утахиме, ну разве можно было так напиваться.       – Отвали. Я взрослый человек, и делаю, что хочу.       – В том-то и дело, Химе – ведешь себя совсем наоборот.       – Как же ты меня бесишь…       – Знаю, правда искренне не понимаю, почему.       – Потому что ты заносчивый, самодовольный, эгоистичный болван.       – Сколько комплиментов за пару секунд. Польщен.       Девушка остановилась. Неожиданно она заговорила достаточно связно.              – Годжо, ты никогда не срываешь свою маску.       – Что, прости?       – Ты всегда прикрываешься своим дурацким весельем, не показывая людям то, что чувствуешь на самом деле. Я знаю. – девушка сглотнула. – И из-за этого ты бесишь меня еще сильнее. Почему бы не побыть просто человеком, не прятаться от мира за всей этой бравадой.       – Химе, можешь дотронуться до моего лица – никакой маски на мне нет.       – Вот идиот. – девушка закатила глаза.       – Утахиме, к сожалению или к счастью я действительно такой, каким ты меня описала – несносный, эгоистичный, красивый…       – Такого я не говорила.       – Но, наверняка, подумала. Не важно. – Годжо подхватил прядь волос, которая свисала вдоль лица Иори. – А ты – послушная, умная, ответственная Утахиме-семпай. Каждый при своих ролях. Каждый на своем месте.       Девушка ударила ладонью по пальцам Годжо.              – Прекрати трогать мои волосы.       Сатору убрал руку.       Они стояли рядом с дверью номера Утахиме. Девушке почему-то совсем не хотелось уходить. Чертов Годжо. И еще эта выпивка, которая делала ее слишком чувствительной.              – Ты дрожишь?       – Что? Нет. – Иори махнула головой.       – А мне кажется, что ты меня обманываешь.       Молодой человек стянул пиджак, накидывая на голые плечи девушки. Иори шмыгнула носом: было действительно достаточно прохладно. Она выглядела забавно, утопая в тяжелой ткани.              – Так-то лучше?       Девушка кивнула.              – А что насчет тебя, Химе?– Сатору наклонил голову.       – О чем ты? – Иори придала своему голосу безразличное звучание.       – Какие скелеты прячутся в твоем шкафу?       – Несравнимые с твоими, Годжо.       – А мне кажется, что даже немного превосходящие мои.       – Я не настолько интересная личность, чтобы обладать какими-то тайнами…              Сатору снова подхватил прядь волос Утахиме. На этот раз девушка промолчала, наблюдая за движениями тонких пальцев.              – Как привить тебе любовь к себе, Иори. Когда же ты уже, наконец, начнёшь ценить свои заслуги.       Голос Годжо был абсолютно серьезным. Никакого намека на иронию. Редко можно услышать, чтобы он так обращался к ней – без подколов, сарказма.              – Я ценю себя.       – Нет, милая Химе, это не так. – проникновенный шепот Сатору заставил нутро Иори сделать парочку кульбитов.       Девушка тяжело вздохнула. Все-то он знает. Умник. Что ей стоит уйти сейчас в свою комнату, захлопнув перед этим паршивцем дверь, чтобы перестал учить ее жизни? Но почему же тогда она до сих пор не в своей спальне, а стоит рядом с Годжо, слегка дрожа от какого-то непонятного предвкушения? Сатору был слишком близко, а Иори была слишком пьяна, чтобы противиться низменным инстинктам, которые стремились вырваться наружу. Годжо окутывал ее знакомым ароматом, который въедался в легкие и еще больше приводил мысли Иори в беспорядок, заставляя тело тянуться к немного сутулой фигуре Сильнейшего. Запах персика – такой притягательный, терпкий, стойко ассоциировался с этим негодником еще со студенчества. Широкая грудь Годжо перекрывала обзор, будто бы защищая ее хрупкое тело ото всего мира. Иногда ей этого не хватало: кутаться в чьих-то объятиях, притворяться, что ее совсем не заботит тот хаос, который происходит вокруг. Она слабачка и еще та трусиха, но, чего у нее не отнять – так это чувства справедливости, из-за которого раньше она часто лезла на рожон. И этот засранец вечно был где-то неподалеку, будто следил, чтобы Химе не попала в беду. За исключением одного случая…       Девушка подняла глаза, пытаясь разглядеть под стеклами темных очков такую знакомую синеву. Настоящий Годжо прятался где-то там. Не достучаться, не проломить этот барьер. Ну и ладно. Она явно не тот человек, которому суждено залечивать глубокие раны Сатору, спасать израненную душу. Да и по большому счету, зачем ей его душа, когда сейчас она хочет совсем другого.       Иори переключила свое внимание на волосы Сильнейшего. В тайне всегда восхищалась их невероятным оттенком. Интересно, что будет, если она дотронется до этих светлых прядей, которые мерцают при свете луны и кажутся такими мягкими, послушными? Услышит ли она шквал сарказма?       А если зайти немного дальше, и пробежать подушечками пальцев по нижней губе – она немного пухлее верхней и так забавно выдвигается вперед, когда Годжо что-то быстро тараторит. И, наверное, совсем безрассудно будет пройтись языком по этой выступающей венке на шее, которая пульсирует в такт ее раззадоренного сердца. Прочертить путь, последовав за голубой дорожкой…       Мысли Иори были слишком запутанными, а неожиданное желание, которое нарастало где-то внизу живота, не оставляло и шанса на отступление. Алкоголь в крови заставлял думать и делать то, что в обычной жизни Утахиме никогда бы себе не позволила.       «Чертов Годжо Сатору, зачем только увязался за мной…»       Сейчас Иори была во власти животных инстинктов. Они, как оголенные нервы, делали ее тело чересчур чувствительным. Одного прикосновения будет достаточно, чтобы смести все преграды на пути к желанной цели. «К черту все…»       Девушка встала на носочки, прильнув к груди Сатору прохладными ладонями. Сквозь тонкую рубашку чувствовалась раскаленная кожа ее кохая. Он всегда горячий, а она – всегда холодная. Их темпераменты, тела… Они самые явные противоположности из всех возможных. С первого дня их знакомства это было понятно абсолютно всем. И Утахиме в том числе.       Ей показалось или от ее напора Годжо растерялся, слегка дернувшись в сторону. Кажется, или легкий румянец тронул скулы? Ха, наконец-то она смогла сбить спесь с этого наглого мальца, всего лишь нарушив его личные границы. Десять лет он делал все, чтобы вывести ее из равновесия, а ей надо было перейти черту дозволенного, чтобы великий Сатору Годжо превратился в смущающегося мальчишку.       Иори изучала лицо Сильнейшего, которое видела так близко впервые. Красивое лицо, благородное. Не зря многие женщины сходят по нему с ума. Утахиме подумала, что Годжо, практически, возмужал на ее глазах, превратился из худого наглого подростка в элегантного молодого мужчину. А она как была – несуразной и странной, так такой и осталась.       Сердце Годжо колотилось как сумасшедшее, сотрясая тело и передаваясь импульсами к самой Иори. Девушка, не отрывая взгляда от темных стеклышек очков, нежно, едва ощутимо дотронулась до губ Сатору. Это был невинный поцелуй, который практически лишил почвы под ногами.              – Не надо, Химе, – Молодой человек прошептал в губы.– Не надо. Завтра ты пожалеешь об этом.       Годжо отстранился, придерживая Утахиме за плечи, а она, не смея выдержать взгляда из-под темных очков, уткнулась лбом в его грудь, тяжело дыша.       Парень слегка дотронулся до растрепанной макушки, поглаживая голову девушки, будто бы та – маленький ребенок. От этого нежного жеста у Утахиме мурашки побежали по позвоночнику. Умиротворение прокатилось по телу, выметая все тревоги из самых потаенных участков ее души. Интересно, почему именно так она ощущает силу Годжо? Гладь горного озера – чистая, спокойная, безмятежная. Вот с чем ассоциируется проклятая сила Сатору. А еще – уютом. Так странно. Этот маг одним движением пальцев может убить сильнейших проклятых духов, а для нее его мощная энергия – ключ к успокоению.       Глаза стали слипаться… хотелось спать. О своем безрассудном поступке она подумает завтра. Завтра, а может быть и никогда …              – Эй, Химе!       Девушка не отвечала, посапывая в рубашку Сатору.       Годжо тяжело втянул воздух носом, ощущая, как собственное сердце рвется наружу. Надо было успокоиться и привести свои чувства в порядок. Ему бы сейчас не помешал ледяной душ. Сатору стоило больших усилий, чтобы не вступить в игру, которую затеяла Утахиме пару минут назад. Годжо прекрасно понимал, что движущая сила всего случившегося – алкоголь. Всего лишь дурацкий алкоголь. А чего вообще он ожидал? Где-то в груди заскулило противное чувство разочарования. Сатору не хотел, чтобы для Иори этот вечер закончился тем, о чем жалеют на следующее утро. Пусть она и думает, что он тот еще негодяй, но никогда в жизни Годжо бы не воспользовался ситуацией - как бы сильно этого ни хотел. Слишком эта девчонка была для него важна и слишком он дорожил крупицами того доверия, которое, пусть и с трудом, но приобрел за последние годы.       Иори тихо посапывала в его рубашку, упираясь лбом в твердую грудь парня.       Годжо улыбнулся. Со стороны они, наверняка, выглядели очень комично. Но разве ему есть дело до того, что подумают другие? Если бы только Утахиме знала, что лишь она вызывает у него теплые, искренние эмоции…       И что тогда? Что бы изменилось?       Годжо не мог ответить на этот вопрос. Иори для него была большой загадкой, огромной далекой планетой, до которой он никак не мог дотянуться. Он был сильнейшим среди магов, а она – единственным человеком на земле, которому было абсолютно все равно на его навыки, регалии, толпы поклонников. Она просто следовала по своей траектории, игнорируя само его существование. Всегда. С самого первого дня их знакомства. Тогда он впервые увидел Иори в токийском колледже. Смешную, с двумя хвостиками и в наряде мико. У него чуть челюсть не отвисла, когда Утахиме переступила порог кабинета директора Масамичи: слишком контрастным был ее образ тому, что он привык видеть каждый день.        Иори знала кто он, но не придала абсолютно никакого значения его присутствию. Переговорив с директором, молча забрала папку с какими-то документами и ушла. А Сатору все сидел и прокручивал это мимолетное видение, имя которому – Утахиме Иори.              Чем тогда эта девчонка заворожила его? Сатору не знал. До сих пор не знает. Он сам подошел к ней познакомиться под предлогом того, что она забыла какие-то бумажки в кабинете Масамичи. Ради этого даже стащил потрепанные листки со стола, когда Яга отвлекся. Тогда Утахиме посмотрела на него так, будто бы он – умалишенный. Сатору же только после сообразил, что под видом документов протянул Иори чертежи кукол Масамичи. За такое можно было хорошенько схлопотать, поэтому, с глупой улыбкой, Годжо побрел обратно в кабинет. А Иори, закатив глаза, последовала по своим делам.       Сатору вздохнул, возвращаясь в реальность. Подхватил худенькую фигурку на руки. Девушка даже не шелохнулась. На безмятежное лицо падала пару прядок. Годжо нежно убрал их за ухо, наслаждаясь шелковистостью этих темных волос – полной противоположностью его белоснежной гривы. Открывшийся шрам на миловидном лице Утахиме заставил сердце сжаться. Иори никогда не рассказывала, как его получила, а он и не расспрашивал. Лишь, будто бы между делом узнал у Секо, а та проболталась – на задании что-то случилось. Утахиме не помнит. Шоковое состояние. Это была ее первая самостоятельная вылазка.       Сатору тогда хотел найти этого проклятого духа, стереть его с лица земли. Мучительно медленно убивать. Не получилось напасть на след.              Иори неожиданно подняла руки, цепляясь за шею Годжо. Хватка у спящей Утахиме была что надо.              Молодой человек аккуратно положил свой ценный груз на кровать. Девушка не отпускала его, сквозь сон пытаясь притянуть Сатору к себе.       Настойчивая. Упрямая. Ничто ее не исправит. Он знает.       Годжо наклонился к лицу спящей Иори. Почти коснулся кончиком носа ее щеки.              – Прости, Химе, всему свое время. Я не хочу, чтобы ты жалела об этом. Не хочу, чтобы все это было лишь пьяной ошибкой. Я подожду. Всегда ждал.       Годжо укрыл Утахиме одеялом, и, не оглядываясь, вышел в коридор.