Глава 5

В тот момент, когда она вошла в Великий Чертог, Алисента поняла, каким грандиозным событием будет пир. Все важные лорды и дамы из разных уголков королевства были там, каждый сидел за своим столом. На своем обычном месте, выше всех, восседала королевская семья. На таких мероприятиях никто не вставал со своих мест до тех пор, пока еда не была подана и не съедена, а это означало, что у Алисенты не было возможности поговорить с Рейнирой, пока толпа джентльменов не вытащила обеих девушек на танцпол. Впрочем, не было похоже, чтобы Рейнира нуждалась в ее обществе. Она была слишком занята смехом над, как она полагала, шутками принца Деймона, пока они разговаривали друг с другом. Так было всегда на пирах, где присутствовал принц. Он болтал со своей племянницей, она улыбалась весь вечер, и он ни разу не отводил от нее глаз, пока не приходило время заканчивать мероприятие. Вот почему она была ошеломлена, когда в тот момент, когда Рейнира повернулась к отцу, чтобы что-то спросить, взгляд Деймона остановился на ней. Алисента смутилась, мужчина так пристально смотрел на нее. Сначала он заглянул ей в глаза, потом его взгляд переместился на ее платье. Или, возможно, на то, что ее платье не скрывало. Она почувствовала, как на нее нахлынуло смущение, и быстро отвернулась. Алисента сидела за столиком рядом с платформой вместе с отцом. Как деснице короля, было уместным, что он будет близок к королю Визерису. Отвернувшись от принца, Алисента посмотрела прямо в сторону отца. Он выглядел монументально, как всегда. — Красивое платье, с каких это пор оно у тебя? — скорее всего пытаясь заговорить, десница спросил ее монотонным голосом. Но Алисента увидела в этом шанс снова все исправить, поэтому она ответила с улыбкой на лице. — Спасибо, отец. Оно было сшито пару месяцев назад по выкройке, которую одна очень модная дама дала швее. Я подумала, что будет уместно надеть его сегодня вечером. Но десницу это не интересовало. Но пробормотал что-то себе под нос, прежде чем повернулся, чтобы посмотреть на платформу, где сидела Лейна. — Там сегодня могла бы быть ты вместо ребенка. Его слова были тихими, но резкими, Алисента была уверена, что никто их не слышал, но она слышала и не знала, как реагировать. Она была счастлива, что это была не она, но хотела загладить свою вину перед отцом, ведь он больше не мог пытаться выдать ее замуж. Поэтому она надела маску раскаяния, прежде чем ответить. — Могла быть. Она осторожно перевела взгляд на принца, принцесса Рейнира снова заговорила с ним, но его взгляд все еще был на ней, настойчивый и строгий. Казалось, что он раздевает ее взглядом, пытаясь вспомнить, как она выглядела без платья. Она решила не обращать на это внимание, принц был известен своей развратностью и, вероятно, хотел напомнить ей о ночи, чтобы заставить ее покраснеть. Она не поддастся. Потом было объявлено о помолвке. Люди аплодировали и радовались, подавались обильные блюда, Деймон продолжал смотреть на нее, когда никто другой не мог увидеть, и как только все церемонии были окончены, пришло время идти на танцпол. Первым мужчиной, попросившим ее руки, был один из ее двоюродных братьев, приехавший из Староместа на это мероприятие. Крупица фамильярности заставила ее меньше беспокоиться, чем обычно, и она согласилась. Вопросы и ответы во время танца были стандартными. Несколько комплиментов и выражение благодарности в ответ. Ее глаза незаметно искали Деймона и Рейниру. Принцесса приняла руку для танца дворянина, которого Алисента знала не очень хорошо, но по ее лицу она могла сказать, что Рейнира согласилась из вежливости. Для второго танца ее снова вывел на танцпол один из сыновей лорда Тирелла. И в том же танце она заметила, что принц Деймон больше не сидит на своем месте, а вместо этого просит о танце принцессу. Это тоже не было чем-то необычным, с тех самых пор, как она себя помнила, Рейнира всегда любила танцевать со своим дядей. Хотя было не так уж сложно сказать, что эти танцы стали выглядеть немного по-другому за последние два года или около того. Но едва ли ей было судить или делать предположения, как бы она ни была права. Так что сама Алисента продолжала танцевать и болтать, как обычно. Только когда танец подходил к концу и они бесспорно приблизились к принцу и принцессе, ее судьба была решена. Молодой лорд Тирелл спросил принца Деймона, может ли он украсть у него принцессу для следующего танца, несомненно, думая, что это будет прекрасная возможность очаровать ее и, возможно, заложить основу для того, чтобы стать будущим королем-консортом Семи Королевств. Эта просьба не встретила протеста со стороны принца, у которого сегодня был интерес к кому-то другому, кроме Рейниры, и к тому времени, когда начался следующий танец, Алисента снова оказалась в объятиях принца Деймона после долгой и мучительной недели. Если это был не худший из возможных сценариев, то она не знала, что это было, но все же она не хотела показаться подозрительной, поэтому решила обращаться с ним так же, как со своими предыдущими двумя партнерами по танцу. — Ты восхитительно выглядишь. Она была встревожена выбором слов принца, но все же восприняла это как обычный комплимент. Возможно, так и было задумано. — Спасибо, принц Деймон. — Так, мы снова вернулись к принцу Деймону, леди Алисента? Предыдущий комплимент явно не был обычным. Его резкого вопроса было достаточно, чтобы она поняла, что у мужчины другие намерения. Те, от которых волосы на затылке встали дыбом. — Это правильный способ обращения, мой принц. Деймон пытался вглядеться в ее лицо, на самом деле пытался найти намек на какие-либо эмоции. И все же он не нашел ни одной. Однако на его собственном лице можно было прочитать веселье. — В том, что мы делаем, нет ничего правильного. Вот что делает это забавным, миледи. — Мы сейчас ничего не делаем. Что сделано, то сделано. Деймон усмехнулся, прежде чем понизить голос, чтобы убедиться, что их не услышат. — Так вот почему я тебя больше не видел. Я боялся, что ты забыла дорогу в мои покои. Алисента глубоко вздохнула. Ее сердце снова забилось быстрее. Она чувствовала потребность в нем каждой частью своего тела. Но с ее стороны было неправильно делать это снова, и она должна была сказать ему. — Это не должно повториться, принц Деймон. Это было неправильно, это неправильно. — И все же ты все еще хочешь этого, хочешь меня. Не так ли, Алисента? У нее перехватило дыхание. Она ненавидела, насколько он был прав, она хотела его так сильно, что это причиняло боль. — Мы можем уйти сейчас, всем будет все равно. Глаза Алисенты расширились от этого предложения. Сейчас? Прямо сейчас? — К тому времени, как мы доберемся до твоих покоев и разденемся, они будут искать повсюду. Демону понравился ответ девушки. Это уже не был сухой протест, с этим он мог работать. — Тогда мы так не будем делать. Она больше не сказала нет. Все слова застряли в ее горле. Так что Деймон воспринял это как «да». — После этого танца я буду в коридоре. Я все время пропадаю, они к этому привыкли. Придумай отговорку, выходи и найди меня. Это было последнее, что прошептал ей принц перед тем, как музыка остановилась. Он действительно исчез, уверенный, она поймет, что не может сопротивляться ему и сделает так, как он сказал. Алисента быстро вернулась к своему столику, прежде чем заиграла следующая песня. Старалась изо всех сил выглядеть достаточно «больной», чтобы было реалистично. И это было замечено ее отцом раньше, чем она могла предположить. Он спросил ее, что случилось, и она сказала ему, что плохо себя чувствует и ей нужно уйти от громкой музыки и переполненного Большого Чертога. Десница принял просьбу, опасаясь, что ее вырвет посреди зала и устроит сцену. Конечно, ей не повредит ненадолго отлучиться. И поэтому с чувством победы и волнения Алисента осторожно вышла, идя по пустому коридору, пока ее глаза искали принца. Вдруг одна из дверей в коридоре скрипнула, и она увидела серебряноволосого принца, облокотившегося на косяк. На его лице было озорное выражение. Его губы, как обычно, изогнулись в ухмылке. — Ты не войдешь? Алисента посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что там никого нет, прежде чем с небольшим колебанием последовала за ним. Как только она вошла, дверь закрылась и она почувствовала, как Деймон приблизился к ней сзади. Сначала его пальцы пробежались по ее тщательно уложенным каштановым кудрям, он скучал по возможности потянуть за них и заставить ее кричать. Затем они перебрались ей на спину и зацепились за вырез платья. Она судорожно вздохнула, до сих пор даже не осознавая, что задерживала дыхание. — Если все, что тебе понадобилось, чтобы принять мое предложение, это призыв и взгляд, то почему ты заставила меня так долго желать тебя? Алисента повернулась, чтобы встретиться с принцем глазами. Выражение ее лица было горьким, а ее голос слегка хриплым. — Потому что это неправильно, и я знала, что лучше не искать снова встречи. Он издал смешок. — И ты все еще здесь и прямо сейчас передо мной. Оказалось, твои планы не совсем увенчались успехом. Не дав ей времени ответить, Деймон взял ее за руку и повел назад, пока она не оказалась в ловушке между ним и каменной стеной. В тот момент, когда она ударилась спиной о стену, принц тут же накрыл ее своим телом. Его руки грубо схватили ее за бедра, его рот врезался в ее. Он жаждал этого, с той ночи он хотел сделать это снова. И хотя Алисента не призналась в этом вслух, она тоже. Хотя можно было сказать, что ее движения были достаточным доказательством, когда ее руки двинулись к его волосам, и она жадно ответила на поцелуй. Руки Деймона ощупывали каждый дюйм ее кожи, блуждая по всему ее телу. Алисента обнаружила, что ее ладони пробираются от его волос к груди, желая снова ощутить эти сильные мускулы сквозь ткань. А затем, после еще нескольких мгновений пожирания друг друга, Алисента отстранилась, затаив дыхание. — Они узнают, что мы ушли, если мы останемся дольше. — Тогда нам лучше сделать это быстро, не так ли? — ответил принц, и Алисента была сбита с толку. Что именно он имел в виду? Пока не увидела, что он не пытается снять верх, а вместо этого расстегивает брюки, чтобы выпустить болезненно твердый член. Он даже не удосужился вылезти из одежды, которая обвивала его лодыжки. Алисента не могла не сглотнуть, когда снова увидела его член. Голос Деймона, говорившего ей прикоснуться к нему той ночью, зазвучал у нее в голове, и она обхватила его пальцами, совершая пару толчков. Она услышала, как принц зашипел, подавая бедрами в воздух. Руки Деймона собрали ее юбки вокруг ее бедер, оставив ее влагалище, блестящее от влаги, обнаженным перед его глазами. Он мастерски заправил ткань ее юбки за серебряный пояс, прежде чем провести двумя пальцами по ее влажным складкам, и настала очередь Алисенты ёрзать. Она вспомнила, что он сказал ей той ночью, тогда это было неловко, но теперь ее действительно собирались взять, как простую шлюху. Ее гордость была бы уязвлена, если бы она оказалась в каких-либо других обстоятельствах, но сейчас, всего в нескольких дюймах от принца, ей было все равно. — Держись крепче. Алисента не была уверена, что он собирается делать, пока не почувствовала, как его руки сжимают ее ягодицы и поднимают ее. Она инстинктивно обхватила его ногами в ответ на движение. Ее руки нашли свое место на его шее, и когда она почувствовала, как его член прижался к ее входу, она затаила дыхание. — Пожалуйста, Деймон… Ее голос был хриплым и пронизан похотью. Сама она его почти не узнавала. Но похоже, что это зажгло огонь внутри Деймона. Принц решил, что не может больше ждать, и одним толчком ворвался в нее. Алисента издала громкий вскрик, и принц застонал ей в плечо. — Я забыл, как хорошо ты ощущаешься вокруг меня, — это было все, что вырвалось у него изо рта, прежде чем он начал двигаться внутри нее. На этот раз он не стал медлить и сразу задал грубый и быстрый темп. Он почувствовал, насколько диким это делало Алисенту, когда она продолжала издавать звук за звуком. Они были высокими и громкими. Не то чтобы он молчал, хотя звуки, исходившие из его рта, были в основном низкими стонами и резким шипением. Он не знал, почему это ощущалось по-другому, почему она ощущалась так отлично от шлюхи. Она была простой женщиной, как и они, а не каким-то мифологическим существом, и все же их занятия любовью казались волшебными. И в тот момент, когда он снова вошел в нее, он подумал о том, как он хотел бы продолжать делать это, пока не взорвется солнце и не наступит конец света. Как ни странно, всю ночь, даже разговаривая с ней, он ни разу не подумал о Рейнире или о том, как она выглядела бы под ним, вместо этого с нетерпением ожидая этого самого момента. Думая о реальности, ожидающей его вместо недостижимой мечты. Неужели эта глупая девчонка наложила на него какие-то чары? Если то, что чувствовал Деймон, было хорошо, то то, что чувствовала Алисента, должно было считаться небесным. Она была уверена, после того, как его член снова был в ней, если он попросит ее о третьем разе после сегодняшнего вечера, она даже не найдет в себе силы напомнить ему, что это было неправильно, так неправильно, и одновременно ничто и никогда не казалось ей таким правильным. Ей хотелось кричать во все горло, она хотела, чтобы он никогда не выходил из нее. Все ее чувства к нему казались предательством, но сейчас ей было все равно. Вина будет гложить ее сегодня ночью, тогда она будет лежать без сна, положив руку на живот, пытаясь вспомнить, как он ощущался внутри. Вина будет гложить ее, когда она будет просить в септе прощения, когда завтра она посмотрит в лицо своей лучшей подруги, как будто ее любимый дядя не перевернул ее внутренности прошлой ночью. К счастью для их секретности, ни один из них не продержался долго. Алисента кончила, практически крича, пытаясь заглушить свои звуки на плече принца. На этот раз Деймон даже не пытался вырваться из нее, вместо этого вбивая в нее как можно больше своего семени. Чай сделает свое дело, когда придет время, ему не обязательно отказываться от удовольствия наполнить ее, пока она не потечет. Когда все было сделано, и они разъединились, их груди тяжело вздымались. Алисента соскользнула на пол на трясущихся ногах. Ее рот все еще был открыт. Они оба были скользкими от пота. Если они хотели выглядеть презентабельно, когда придет время возвращаться, им нужно было быстро привести себя в порядок. Так что, как только эти двое отдышались, они начали делать именно это. Деймон вытер девушку, насколько это было возможно, носовым платком, прежде чем сделать то же самое для себя. Он быстро натянул штаны и через несколько секунд после того, как поправил прическу, выглядел так, как будто ничего не произошло. Чего нельзя было сказать об Алисенте, она выглядела намного хуже. Как только она опустила юбки, она прекрасно выглядела ниже шеи. Но ее волосы были спутаны таким образом, что их нельзя было восстановить, поэтому ей пришлось довольствоваться тем, что она могла исправить. По крайней мере, у нее было оправдание выглядеть слегка растрепанной, учитывая, что она ушла, сказав, что плохо себя чувствует. Вскоре они оба были достаточно презентабельны и снова встали на ноги. Алисента первой нарушила молчание. — Я… Принц выжидающе посмотрел на нее, ему было любопытно, что она собирается сказать. Алисента вздохнула. — Я просто хотела сказать тебе, как это было хорошо. Демон усмехнулся. — Опять же, ты знаешь, где меня найти. И на этот раз, пожалуйста, сделай это сама. Затем он поймал себя на том, что прижимается к ее губам сильным, но быстрым поцелуем, прежде чем открыть дверь. У него не было для этого реальной причины, он просто захотел это сделать, и он сделал это в классической манере Деймона. Затем они оба вышли из комнаты и прошли через открытую дверь с разных сторон. В конце концов, ни у кого не было никаких причин полагать, что они ушли вместе, едва ли можно было поверить, что эти двое хотя бы разговаривали до этого. Застенчивая и добродетельная дочь десницы и распутный Порочный Принц, никто бы и не догадался. И никто этого и не сделал. Хотя она чувствовала на себе взгляд принцессы, когда садилась. Ее отец спросил ее, чувствует ли она себя лучше, и она ответила, что да. Деймон занял свое место и снова начал болтать с Рейнирой, и все же на секунду Алисента поняла, что она смотрела прямо на нее. Но когда она снова повернула голову к принцессе, она была очень увлечена своим разговором и не обращала на нее взгляда. Алисента вздохнула, возможно, ей это только показалось. После этого она больше не вставала, чтобы танцевать, она была уверена, что ни ее тело, ни ее сердце не выдержат этого. Так что она просто молча пила свое вино, задаваясь вопросом, сколько еще это будет продолжаться, прежде чем кто-нибудь пострадает. Они не могли продолжать так вечно, и Алисента тоже не верила, что смогут. Она знала, каков был Деймон, и как бы ей не хотелось это признавать, она знала, что он скоро устанет от нее и найдет, чем себя занять. Или кто знает, может быть, король Визерис не возражал бы, и выдал Рейниру за него, и, имея в руках такую ценность, он даже не взглянул бы на нее снова. Она знала, что это закончится. Ей просто хотелось, чтобы это не закончилось тем, что принцесса или король узнают, тогда последствия будут ужасными. Алисента знала, что она не может позволить себе увлечься, она не может позволить себе придать этому больше смысла, чем есть на самом деле. Она сомневалась, что когда-нибудь перестанет это делать до того, как наступит неизбежный конец, но если она не позволит своим чувствам затуманить ее рассудок, по крайней мере, она сможет выйти из этого с высоко поднятой головой. Поэтому она подняла свой кубок, прежде чем сделать глоток. Безмолвный тост за их маленький секрет.