Глава 9

К тому времени, когда она вернулась в свои покои после небольшой встречи с принцем, солнце уже зашло. К счастью, у ее отца были дела, и он не нашел причин попытаться выяснить, почему она вернулась так поздно. Поэтому она быстро закрыла за собой дверь, убедившись, что никто ее не заметил. Еще одна ванна была набрана, еще одна ночь была проведена в воспоминаниях о том, как принц ощущался внутри нее, и наступило еще одно утро, когда она почувствовала себя больной, но лучше, чем когда-либо. И на этот раз, переспав с Деймоном, она больше не собиралась отказывать себе в этом. Да, им придется быть очень осторожными, но она не станет пытаться положить этому конец. Она не будет пытаться сопротивляться. Любая попытка в любом случае была бы бесполезной, потому что по какой-то причине, что бы она ни делала, она всегда оказывалась снова в объятиях Порочного Принца. И в его руках она чувствовала себя лучше всего, хотя произнести это вслух было бы слишком неловко. Алисента решила, что в следующий раз, когда они сделают что-то подобное, она пойдет к нему. Она дважды заставляла его приходить к ней и боялась, что если заставит его сделать это на третью ночь, будут нехорошие последствия. Она была уверена, если он сделает что-то более грубое, чем то, что он сделал вчера, это оставит ее прикованной к постели на целый день. И все же, как бы это ни было постыдно, это принесло бы ей больше всего удовольствия. Затем ее разум начал заполняться более неприятными мыслями, и ее настроение немного испортилось. Рыцарь найдет ее снова, ее отец лично позаботится об этом. И как ни странно, она меньше боялась планов отца относительно него и больше того, что Деймон сделает с молодым человеком, если снова увидит его с ней. Этот бедняга не заслуживал того, чтобы его забили до смерти и скормили дракону. Все знали, насколько неудержимым и разрушительным был гнев принца. Раздался стук, теперь она достаточно хорошо знала, что это была та же самая черноволосая девушка с чашкой лунного чая. Поэтому она приказала ей войти. Все было примерно так же, служанка ушла, не сказав ни слова, Алисента быстро выпила чай, и вскоре ее собственные горничные пришли ее одевать. Она отказалась, сказав, что сегодня хочет одеться одна, поэтому они прибрались в комнате и ушли. Это оказалось мудрым решением, потому что когда Алисента все-таки сняла перед зеркалом ночную рубашку и халат, ее встретила череда синяков и засосов, теперь уже зеленеющих. Синяки в том месте, где он крепко сжал ее, не были для нее чем-то новым, но следы укусов на ее шее и плечах определенно были новыми. И она почувствовала, как что-то шевельнулось в ней при виде их, при виде того, что Деймон так тщательно отметил ее. Однако она не могла рисковать тем, что кто-нибудь их увидит, поэтому быстро надела платье с высоким воротником. А потом пришло время завтрака. Когда она подошла к столу, ее отец сидел с нетронутой тарелкой и явно ждал ее. Это разожгло в ней подозрения, десница жил строго по расписанию и независимо от того, приходила она к столу рано или поздно, он все равно начинал есть в установленный час. Так было, за исключением тех случаев, когда он хотел поговорить с ней. А Алисента никогда не любила, когда ему было о чем с ней поговорить. Она более или менее имела представление о теме, когда пожелала ему доброго утра и заняла свое место. Почти полностью уверенная, что он заговорит о рыцаре, она боялась разговора, но была совершенно сбита с толку, когда услышала, как он начал говорить на совершенно не относящуюся к делу тему сразу после того, как она начала есть. — Ты снова чувствуешь себя плохо? Алисента посмотрела ему в лицо, не совсем понимая, откуда он взял эту идею. Было ли что-то не так с ней? Она была уверена, что нет. — Нет, отец. Я вполне здорова, не может быть здоровее. Десница ответил мычанием, прежде чем откусить его еды. Она ждала, что он продолжит, но он, похоже, не собирался этого делать в ближайшее время. Так что они оба ели в тишине в течение нескольких минут. Затем ее отец снова нарушил молчание. — Наутро после пира я встретил принцессу Рейниру, которая только что вышла из твоих покоев. — Правда? — Алисента приподняла бровь, внезапно забеспокоившись по поводу его следующих слов. — Да. Она сказала мне, что ты выглядела растерянной, и сказала ей, что ты немного не в себе. Она уже сама ему это говорила, к чему он клонит? — Она также сказала мне, что, к счастью, ты скоро поправишься. Книга, которую она тебе принесла, наверняка поднимет тебе настроение, а травяной чай, который, по-видимому, я попросил великого мастера приготовить для тебя, поможет тебе снова встать на ноги моментом. Говоря это, лорд Отто продолжал резать свою еду, даже не обращая внимания на медленно бледнеющее лицо Алисенты. — Если верить описаниям принцессы, чай, который я велел принести в твои покои в тот день, был подан в чашке, почти идентичной той, которую одна из служанок забрала из твоих покоев сегодня утром, как раз перед тем, как ты пришла сюда. И тем не менее, ты сама сказала, что не больна, Алисента. Она не могла подобрать слов, лицо ее было бледным, дыхание сбилось. Ей хотелось что-то сказать, как-то объяснить ситуацию так, чтобы это не указывало на ее роман с Деймоном. Но, к несчастью для нее, Отто Хайтауэр еще не закончил, так как отставил столовое серебро и посмотрел прямо на нее. — Знаешь, что еще упомянула принцесса Рейнира, Алисента? Что после того, как вы танцевали вместе, принц Деймон случайно исчез и снова появился в то же время, что и ты. Теперь она совсем облажалась. Из этого не было выхода. Его тон становился все жестче с каждым словом. Так что она просто молча ждала, когда обвинение будет произнесено вслух, тогда десница мгновенно встал со стула. — Ты стала шлюхой этого животного! И через несколько мгновений она почувствовала слезы на глазах. Они были мольбой об освобождении, за все время всей этой пытки она ни разу не заплакала, но одна эта фраза стала переломным моментом. Услышать эти слова вслух было уже слишком. Во всяком случае, она быстро подпрыгнула, чтобы как-то исправить ситуацию. — Нет, нет! Это была ошибка, этого больше не повторится. Пожалуйста, отец, ты должен поверить мне, — вскрикнула Алисента. Ответ был простым. — У меня нет причин верить тебе, ты уже раньше говорила, что этого не повторится, и это случилось снова. В прошлый раз я был слишком снисходителен. Теперь пришло время принять реальные меры. Какие меры? В ее голове прокручивались все возможные сценарии, каждый хуже другого. — Я даю тебе месяц. Твой брак должен быть заключен в течение месяца. Тебя обвенчают и отошлют, желательно в другую часть королевства с твоим новым мужем, Деймон будет вне поля зрения и исчезнет из памяти. И до тех пор, пока ты не уедешь, я приказал великому мейстеру Меллосу больше не заваривать лунный чай, кто бы его об этом ни попросил. С его ясными командами десница покинул комнату, оставив юную леди одну, в глубоком отчаянии. Этого не могло быть, Алисента не хотела верить всему этому. Ей дали месяц. Месяц до того, как ее жизнь будет разрушена. Месяц, в течение которого ей даже не позволялось снова почувствовать Деймона, если только она не хотела столкнуться с поистине ужасающими последствиями. Мысль о том, что она не будет снова с принцем, совершенно разрушила ее. «Почему, почему это произошло», — подумала она. Ответ испугал ее, то, как сильно она привязалась к нему, ужаснуло ее. В конце концов, как только она подумала, что они могут быть вместе, как хотят, ситуация стала еще хуже, чем когда-либо прежде. И что за партия? С кем заключат союз? Должна ли она пойти поговорить с рыцарем? Согласиться с идеей выйти за него замуж? Теперь, когда ее отец узнал о ее грехах, найдет ли он ей по-настоящему ужасного человека? В качестве наказания за ее непристойность. Или она слишком легко сдавалась, был ли способ спастись от всего этого? Был ли у нее способ исправить все свои ошибки? «Нет», — подумала она, — «ни один из них не был исполним». Поэтому она глубоко вздохнула, побежденно, зная, что выхода нет. Она должна была сказать об этом Деймону, она многим ему обязана, но не сейчас. Она подождет до наступления темноты. А до тех пор ей придется еще раз притвориться, что все в порядке. Это стало ее второй натурой.

***

Деймон просто не мог успокоиться. Не тогда, когда образ Алисенты напротив дерева, напротив него, крутился в его голове на повторе. Прошла ночь, день. С тех пор он не видел ее и не слышал об Алисенте. Он просто знал, что она придет к нему. Теперь у нее не было причин бояться. Будь проклят этот скромный рыцарь и все остальные дураки, которых десница пошлет за ней. Они никогда не получат ее, никогда так, как он. И он действительно хотел, чтобы она была его и только его. Было неприятно, как она сводила его с ума, а она даже не осознавала этого, эта маленькая лисичка. Он знал, что сейчас не будет достаточно никакой другой женщины, даже той, что с серебристыми волосами и кровью Старой Валирии. Только дочь этого проклятого десницы могла принести ему то удовлетворение, которого он жаждал, и он ненавидел этот факт. Что именно без нее он не мог обойтись. И это она постучала в дверь сейчас, спрашивая, может ли она войти. Его губы сложились в ухмылку. «Наконец-то», — подумал он, — «наконец-то она пришла к нему, умоляя трахнуть ее», — предположил он, открывая дверь. Она отвела взгляд, но Деймон предположил, что она просто нервничает. Она всегда была такой до того, как они сделали что-то подобное. Ему достаточно было одного взгляда и одного слова, чтобы успокоить ее нервы. Она откашлялась, прежде чем заговорить. — Деймон, я пришла поговорить. Принц выглядел озадаченным. — Ты пришла одна в мои покои посреди ночи, чтобы поговорить? Она кивнула, прежде чем сделать глубокий вдох, она должна была это сказать. У нее не было другого выбора. — Мы не можем продолжать это делать. Чёрт возьми. Сколько еще раз это должно было произойти? Однако, прежде чем он успел открыть рот, она продолжила. — Он знает. Мой отец узнал о том, что мы делаем. Он знает и о праздничной ночи, и о вчерашнем дне тоже. Деймон не знал, что сказать, поэтому просто выразил вопрос, который беспокоил его. — Как он узнал? — Рейнира, она сообщила ему о нашем исчезновении во время пира и о чашках в моей комнате. Я не уверена, что она вообще это поняла, но она знала, и мой отец догадался. Деймон действительно встревожился по этому поводу, но почему Алисента была так расстроена, он не мог понять. Конечно, он мог просто справиться с этим, как он сделал, когда забрал ее девственность. — Не волнуйся. Я поговорю с ним утром, а пока давай просто насладимся ночью. Он подошел к ней со спины со своей обычной манерой поведения, но она отступила на несколько дюймов, и в каждом ее движении все еще было видно страдание. — Нет, ты не понимаешь. Через месяц я буду помолвлена, и пока я не уеду, мы не должны больше возлежать вместе. Внезапно улыбка Деймона исчезла. Он был искренне ошеломлен всего на секунду, прежде чем снова пришел в себя. — Помолвлена? — спросил он, удивлённо фыркнув, не зная, что ещё делать. — С кем? — С любым, к кому он меня отошлет. И тут вдруг Деймон одним быстрым движением соскочил с того места, где сидел. — Этот рыцарь! Я убью его. Он был серьезен в этом, он даже всего на секунду обнаружил, что тянется к Темной Сестре, прежде чем его остановил громкий протест Алисенты. — Нет, ничего не делай! Если ты его убьешь, отец просто найдет другого мужчину. — Тогда я убью и его. Она не могла сказать, был ли он в своем уме в эту самую секунду, но она знала, что должна остановить его, прежде чем он попытается сделать что-нибудь глупое. — Деймон, чем это кончится? Каждый раз, когда ты что-то сделаешь, мне будет только хуже. По крайней мере, сейчас у меня есть шанс быть счастливой. Деймон остановился как вкопанный, ревность охватила все его существо, когда его холодные фиолетовые глаза встретились с карими глазами девушки. — Так ты хочешь выйти за него замуж? Алисента не знала, что сказать. Она бы не выбрала его, но сейчас это был ее лучший вариант. Поэтому она отреагировала на слова Деймона, фактически не ответив на его вопрос. — Ты всегда знал, что в конце концов я выйду замуж. Мы оба знали, что это не будет длиться вечно. Она изо всех сил старалась, чтобы ее губы не дрожали, а глаза не слезились, когда она говорила эти слова, просто глядя на него. Челюсти Деймона были сжаты, он стиснул зубы, прежде чем нахмурить брови. — Тогда уходи. Эти слова были как кинжал в ее сердце. Она знала с того дня, как все это началось, что однажды ей придется их услышать. Но когда она проснулась этим утром, она никогда бы не подумала, что это будет сегодня. Так что она сделала, как сказал принц, вышла и закрыла за собой дверь. Оставив позади кипящего от злости Деймона.