Выдвинутые условия

Всеотец восседал на своём троне, величественно взирая на стоящего перед ним пленника. Темница здорово сказалась на внешнем виде бывшего принца Асгарда. Осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами, чрезмерно бледная кожа с контрастно синими венами сразу давали понять, где прозябал маг последние три года. Тем не менее, все тот же непокорный взгляд и злая усмешка никуда не пропали. Выпрямившись, насколько это возможно было сделать в кандалах, Локи с вызовом посмотрел прямо в глаза правителю. Верховный ас, в свою очередь, перевёл взгляд на жену, что стояла поодаль за колонной. Она с жалостью смотрела на происходящее, безмолвно умоляя пощадить своего ученика. Если бы не Фригга, Один никогда бы не пошёл на такой шаг, а просто бы бросил приемыша в тюрьму. Кажется, младшего принца уже не вразумит ни одно из наказаний, а потому проще было бы просто забыть об его существовании. Тем не менее, царица искренне верила в Лафейсона, а ей Один готов был пойти навстречу. Почувствовав, что пауза достаточно затянулась, Всеотец громко ударил посохом о мраморный пол, призывая к тишине. Сразу же лязг кандалов и перешептывания слуг резко прервались, ожидая речи правителя. — Локи Лафейсон, твой срок пребывания в темнице подходит к концу. Я восстанавливаю тебя в правах свободного аса, однако теперь тебе запрещено путешествовать по мирам и Асгарду без моего ведома, пользоваться библиотекой при дворце без личного контроля Фригги… , — громко произнёс Всеотец, замечая, как расплывается в ухмылке осуждённый, — и завтра же состоится твоя свадьба с дочерью посла Ванальхейма, что послужит укреплению союза между мирами. Как только правитель озвучил последнее условие, Локи быстро изменился в лице. В следующий момент он резко рванул вперёд к Одину, сразу же оказываясь в кольце сильных рук стражников. Асы еле успели остановить пленника, не ожидая столь дерзкого рывка. — Решил использовать меня разменной монетой! — не хуже зверя зарычал Лафейсон, — Поверь мне, я сделаю все, чтобы мой брак сыграл ровно противоположную сторону! — Тронешь девушку — вернёшься в тюрьму, — безэмоционально ответил Один, не воспринимая угрозы бывшего принца всерьёз, — на этом мой приговор закончен. Отведите принца в его комнату! Услышав команду, стражники тут же силой стали выводить пораженного мага. Тот хотел было что-то в западе бросить «отцу», однако, переведя свой взор на мать, он лишь искривил губы в полу оскале. Как только процессия покинула тронный зал, Фригга подошла к младшему члену семьи и нежно погладила его по щеке. — Это был самый лучший вариант, на который согласился Всеотец. Зато теперь ты свободен. Я видела девушку, с которой тебе предстоит вместе жить — она тебе понравиться, — успокаивающе сказала царица, выдерживая тяжёлый взгляд сына. — Предлагаешь смириться и стать удобным Всеотцу! Ну уж нет, он ещё пожалеет, что решил допустить ко мне живую душу, — грозно ответил маг, не собираясь сдаваться. — Выместишь на ней все свои обиды? Она в них нисколько не виновата, — заметила Фригга, пытаясь образумить Локи. — Возможно, однако её уже втянули. За её состояние будет ответственен только Всеотец, — отрезал Лафейсон не терпящим возражений тоном, — Как я понимаю, теперь мне можно занять свои покои? — Верно, тебя проводят. С завтрашнего дня передвигаться по дворцу ты сможешь самостоятельно. Кивнув царице, Локи быстрыми шагами направился в свои покои. Стражники тенью последовали за ним, однако этого маг уже не замечал. Внутри вновь восстановившегося в правах принца все ещё горело пламя злости. Он ненавидел то чувство, что в него поселил Всеотец этим унизительным помилованием. В темнице он был предоставлен сам себе, хотя его действия и ограничивались размерами клетки, зато он точно не был полезен правителю. Теперь же его жёстко привинтили к механизму, которым управлял сам Один. Лучше бы уж сослали скитаться! Подумав об этом, Лафейсон невольно вспомнил душащие руки Таноса. Остановились на секунду, маг невольно передернул плечами и продолжил свой путь к уже видневшейся двери. Тем не менее, так просто добраться до своих же покоев не получилось: словно скала перед ним возник Тор. Его скрещенные на широкой груди руки, усталый взгляд и суровое выражение лица красноречивее любых речей давали понять, что разговор предстоит не из легких. — Злорадствуешь? — прошипел Локи, не настроенный на продолжение «милой беседы». — Нет, — честно ответил Громовержец, почувствовав настроение брата, — Пришёл к тебе за помощью. — Чего ради? — И что ты будешь делать в Асгарде? Слышал Один хочет очередным приказом приставить тебя к обязательным работам по восстановлению Бивреста. Я же даю тебе шанс на какое-то время исчезнуть из-под его влияния, — сразу же направил беседу Тор, несколько удивляя не привыкшему к такому брата. — Занятное предложение, и чем же я тебе полезен? — Думаю, ты наслышан о Таносе? — задал очередной подводящий вопрос Одинсон, замечая, как стекленеют глаза брата. Тяжело сглотнув не понятно откуда взявшийся в горле ком, маг постарался принять как можно беззаботнее вид. У него наверняка бы это получилось, если бы то был не собеседник, с которым тот знаком ни одну сотню лет. — И что? — ответил вопросом на вопрос Локи, приподнял одну бровь. — Будешь сотрудничать с Мстителями, расскажешь обо всем с подробностями. До меня дошли слухи, что огромный галактический корабль направляется в Мидгард. Даже я понимаю, что летят они не с целью ознакомиться с местными достопримечательностями. — А что Один? — Считает, что люди должны справиться сами. — Очень на него похоже. Чужие проблемы, пока они не касаются непосредственно Асгарда, сбрасывать со счетов. — Ну так что же? — Ладно, когда отправляемся? — Только через несколько дней, когда уляжется вся эта шумиха со свадьбой. — Может, отложим и поедем прямо сейчас? — Боюсь тут даже моего слова не хватит, все организовал сам Всеотец. — Ясно, — твёрдо сказал Локи, отворачиваясь от брата, чтобы тот не видел его выражение лица. — А, ещё один момент, который нужно прояснить. Раньше я считал тебя братом, сейчас же эта надежда умерла. Передашь меня, и об этом незамедлительно узнает Один. — Я тебе не брат! Рад, что ты наконец-то это понял, — ухмыльнулся Локи, проходя мимо Тора прямо в свои покои. Оставшись наедине с собой, Лафейсон устало сполз по поверхности двери прямо на пол. Он так устал от всего этого маскарада. Сначала приговор Одина, потом просьба Тора… Обе эти вещи выбивали из колеи не привыкшего к таким насыщенным дням колдуна. Повернув голову в бок, маг посмотрелся в свое отражение. Там его ждало жалкое зрелище, однако что-либо поделать с этим у принца попросту не было никаких сил. Прикрыв на секунду глаза, Лафейсон даже не понял, в какой момент успел провалиться в сон.

***

Пробуждение оказалось не из приятных. Первое, что он почувствовал, как кто-то рвётся к нему снаружи. Попытавшись встать, Локи сразу же осознал ошибку: все тело ломило. Кое-как отойдя от двери, принц впустил в свои покои прислугу. Переглянувшись настороженно между собой, девушки сразу же стали кружиться вокруг мага. Так он отправился в купальни. Двое служанок суетились с его волосами, в то время как ещё трое поочерёдно наполняли кувшин с водой и выливали его на смоляные пряди колдуна. Маг же в это время закрыл глаза и просто наслаждался этой незатейливой процедурой, которой был лишён последние пять лет. Когда такая мелочь стала приносить столько наслаждения?! Служанки разумно помалкивали, боясь дать лишний повод на них злиться, что не могло не радовать бывшего заключенного. Однако, как и все хорошее в этом мире, купание подошло к концу, и принцу передали сшитый на заказ костюм. Он сильно напоминал его прошлый, который тот носил ещё при роли «младшего любимого сына». Зелёные вставки ткани вместе с чёрной кожей органично дополняли друг друга. Отказавшись от помощи слуг, маг сам облачился в камзол и подошёл к зеркалу, перед которым вчера и провалился в сон. Теперь он стал больше напоминать себя из прошлой жизни. Появилась какая-никакая ухоженность, да и синяки под глазами стали немного пропадать. Все еще мокрые волосы уже начали завиваться в кудряшки. Поморщившись, маг провел рукой по прядям и знакомым заклинанием выпрямил их. Удовлетворительно кивнув своему отражению, Лафейсон смело вышел в коридор, где его уже ждало сопровождение в виде охраны. С должным пафосом следуя в главную залу, Локи с удовольствием отмечал испуганные взгляды придворных. Кажется, каждая даже самая мелкая пешка знала, что именно совершил младший принц. Почему-то эта мысль грела душу магу, хоть тот даже и не до конца сам понимал этому причину. Тяжёлые двери парадной уже были отворены, а потому колдуну оставалось только зайти внутрь и насладиться представлением, что тот и поспешил сделать.