Глава шестьдесят третья

      Камики Хикару ответил на то сообщение в мгновение ока, даже не задумываясь о том, что в определённый час в тот или иной день у него может быть. Мужчине как можно скорее хотелось встретиться со своей следующей жертвой и узнать, что же ей от него потребовалось. Конечно, он догадывался, однако наверняка сказать не мог — всё-таки читать мысли других Камики не умел. К счастью ли, к сожалению ли. Именно поэтому, спустя несколько дней, сидя в своём кабинете, слегка крутясь на стуле-кресле, мужчина с нетерпением ожидал прихода своей гостьи. Жаль, конечно, что та придёт со своим телохранителем, вот только иначе она не могла — не у всех на виду. Это вам не особняк Синигами, где можно устраивать тайные встречи, оставшись при этом никем незамеченным, а всего лишь обычный кабинет обычной компании, которым управлял мужчина.       Камики посмотрел на часы, что висели на его левом запястье, и томно выдохнул, переводя взгляд на дверь.       «С минуты на минуту прибудут», — подумал он.       И правда, буквально через несколько минут в дверь постучали. В кабинет заглянул его подчинённый и объявил о приходе Синигами Миуюки и её телохранителя. Камики усмехнулся, сочно голубые глаза мужчины сверкнули.        — Пускай заходят, — проговорил он достаточно мелодичным голосом, при этом поднимаясь со своего места.       Синигами зашла в кабинет с милой улыбкой на устах несмотря на то, что её лавандовые глаза неистово горели недоброжелательностью по отношению к сегодняшнему её оппоненту. Сато, зашедший вслед за ней, смотрел на бывшего своего «коллегу» с открытой ненавистью.        — Добрый день, Синигами-чан, — с улыбкой проговорил мужчина, легонько поклонившись. — Рад Вас видеть.       Девушка огляделась, в первую очередь удостоверившись, что дверь была закрыта, а окна — зашторены, — после чего сняла со своего лица притворно милую улыбку, слегка наклонила голову набок и, хмыкнув, сказала:        — Предлагаю опустить этот фальшивой тон, — она прищурилась. — Есть разговор, Камики.        — Вот как? — инвестор фильма, в котором снималась восходящая звезда, убрал руки за спину и сменил милую улыбку на зловещую усмешку. — Отличное предложение. И я, собственно, подумывал предложить тот же вариант, Миуюки, — он кивнул в сторону диванов, что стояли друг напротив друга. — Присядем?       Синигами вновь хмыкнула, занимая место на одном из диванов. Сато не стал присаживаться, вместо этого обошёл диван стороной и встал позади девушки, при этом не сводя взгляд с мужчины. Камики же… довольно хмыкнув, уселся напротив актрисы, закинув одну ногу на другую, скрестив пальцы и уместив кисти рук на колене.        — О чём будет наш с тобой разговор? — поинтересовался мужчина.        — О Мори Кэйташи.        — А-а… — он кивнул. — Что ж, это даже неудивительно. Кажется, он пропал с радаров, не так ли? Давненько я ничего не слышал о Кэйташи. Что говорят его брат и племянник?       Девушка нахмурилась, слегка приподняв подбородок.        — Будь добр, не вплетай в разговор тех, кого всё это не касается.        — Разве их это не касается? Мори Кэтайши всё-таки их кровный родственник, причём самый близкий из ныне живущих, так что…        — Можешь пытаться пудрить нам мозги столько, сколько влезет. Однако я всё равно проведу тот разговор, за которым сюда пришла, — перебила его Синигами. — И я буду очень признательна, если мы поговорим и решим всё как можно быстрее. Если ты не забыл, у меня весьма мало времени.        — Да разве о таком забудешь? — усмехнулся мужчина. — Я догадываюсь, что тебе нужно. А если быть более точным: кто.        — Не сомневалась в этом, — «актриска» хмыкнула. — Ты знаешь его месторасположение?        — Ещё бы, — он кивнул. — Я его Кэйташи и преподнёс. Так сказать, убрал на задний план, пока сам развлекаюсь. А ты, что же, не смогла его найти самостоятельно, Миуюки?        — Если бы смогла, сюда бы не заявилась.        — Тоже верно.        — Мне нужно его месторасположение.        — И ты действительно думаешь, что я его тебе выдам? — искренне удивился Камики.        — Только не за просто так.        — Цена этой информации слишком велика.        — Ожидаемо, — она кивнула. — Как насчёт временного альянса?        — Что, прости?..        — Временный альянс, — девушка слегка наклонила голову набок. — Мы работаем вместе некоторое время и убираем лежащее на пути препятствие в виде Мори Кэйташи. Как только препятствие исчезает, мы вновь становимся врагами. И временный альянс — неплохое средство узнать друг друга поближе. Что считаешь?        — Ты хочешь открыться человеку, который собирается тебя убить? — переспросил инвестор.        — Не открыться, а начать с ним временное сотрудничество. Мори Кэйташи ведь мешает и тебе, верно? Сто процентов у вас есть определённые соглашения в вашем словесном договоре, касающемся меня. И из-за этих соглашений тебе тяжелее подобраться ко мне. И я предлагаю тебе отличный вариант избавиться от этой помехи.        — В таком сотрудничестве всё равно придётся открыться. Работая с людьми, так или иначе, ты узнаёшь их куда больше, чем до этого момента. И, поверь мне, врать у тебя мне не получится: я знаю твоё гнилое нутро.        — Ох… да я и не собиралась, если честно. В чём мне тебе врать? В составлении плана? Я вру общественности только насчёт своего истинного характера и настоящего отношения к окружающим — не более.        — Если не брать в расчёт твоей тёмной деятельности.        — Именно, — Синигами кивнула. — Возвращаясь к вопросу о вранье. Мне это невыгодно. Как и тебе, собственно. Что плохого в том, чтобы узнать друг друга получше, дабы потом воспользоваться этим и сделать игру ещё более увлекательной?       Камики призадумался, не отводя взгляд от лавандовых глаз девушки. Та, в свою очередь, сидела ровно, почти не шевелясь и не моргая, словно настоящая статуя. У неё было ещё несколько вариантов, как можно уговорить мужчину начать сотрудничать с ней. И актриса была готова на всё, лишь бы добиться своего.        — Я и так многое о тебе знаю, — спустя время ответил инвестор. — Мне этот альянс не выгоден.        — Одна попытка, — твёрдо и уверенно сказала девушка. — У тебя будет одна попытка убить меня во время нашего временного альянса — совершенно в любой выбранный тобой момент, — а я же не буду этому сопротивляться.        — Заманчиво…        — Только одно условие, — губы Синигами расплылись в хитрую улыбку, а лавандовые глаза, что она раскрыла чуть шире, загорелись азартом. — Умереть я должна от твоей руки. А не от шестёрок, — и девушка усмехнулась. — Так куда интереснее.       Камики на мгновение перевёл взгляд на стоящего позади актрисы парня. Его удивил ошарашенный взгляд Сато, что теперь смотрел во все глаза на девушку. С уст мужчины слетел лёгкий смех, а зрительное внимание вновь опустилось на восходящую звезду.        — Ты меня пугаешь.        — Сумасшедшие люди и правда пугают, — она слегка наклонила голову набок. — Удивительное чувство — ощущать страх других по отношению к себе. Знакомо?        — Ещё как… — довольно протянул инвестор. — Значит, одна попытка?        — Именно.        — В любой момент?        — В любой.        — Ты же понимаешь, что, наведи я дуло пистолета тебе на лоб, тебе не спастись?        — Ещё как.        — Ты и правда сумасшедшая.        — Как и ты.       Камики хихикнул, а после и вовсе засмеялся в голос. Сделав глубокий вдох в конце смеха, он слегка наклонил голов набок, подался вперёд, чтобы хотя бы на немного быть ближе к своей жертве, и с улыбкой хищника проговорил:        — К тебе только вернулся старший брат, за которым ты столько охотилась. И что же я слышу?! Ты самолично предлагаешь мне тебя убить! Ты собственными руками выкопала яму для своей могилы, Ми-у-ю-ки.        — Меня это не пугает, — спокойно проговорила девушка, удивив и восхитив тем самым Камики. — Да, я вернула Юи. Он рядом со мной. Однако… даже если меня не станет, я хотя бы ни о чём не буду сожалеть. Упущенное время и не выполненные планы — да, возможно… Вот только это такая мелочь по сравнению с безопасностью брата, в которой он теперь живёт. Я достигла основной цели своего охоты, — выражение её лица пугало и завораживало одновременно. — За остальных близких я тоже не беспокоюсь. Чувство потери, безусловно, ужасно, и у многих оно не проходит никогда. Навряд ли у тех, с кем я жила столько лет вместе и кому стала до боли родной, это чувство когда-нибудь пройдёт. Однако, так или иначе, с моим уходом всё закончится, и они продолжат свои жизни в безопасности, — девушка томно выдохнула. — В моей ситуации всё просто, Камики: либо ты уничтожаешь препятствия, что появляются у тебя на пути и мешают спокойно жить твоим близким, либо уничтожают тебя. Собственно, охотятся только за мной. Мои родные никому не сдались.       «Кроме Руби, — тут же подумала актриса. — Конечно, все эти слова, по сути, чистая правда, в них нет даже доли наигранности. Я не хочу умирать, однако такой вариант всё равно рассматривала. Вот только… даже если мы избавимся от Мори Кэйташи, а Камики, по итогу, сможет меня убить во время нашего альянса… следующей его жертвой может стать Руби. И это меня никак не устраивает. Значит, остаётся только одно: выжить любой ценой и убить Камики, во что бы то ни стало».       Мужчина несколько минут сидел молча, обдумывая сказанное актрисой. Он не отводил взгляд от спокойных лавандовых глаз. Через некоторое время его губы расплылись в хитрой усмешке хищника, а из уст вылетело следующее:        — Ну, что по плану?        — Значит ли это, что ты «за»? — в свою очередь, поинтересовалась Синигами.        — Я не упущу возможность закончить дело быстрее. Особенно, когда в результате я избавлюсь сразу от двух препятствий.       «Какой самоуверенный, — подумала девушка, хмыкнув про себя. — Собственно, не столь удивительно».       «Актриска» слегка наклонила голову набок, прищурилась и, усмехнувшись, проговорила:        — План до боли будоражащий и привлекающий к себе внимание…

ххх

      Как только план был обсуждён, а все соглашения подписаны (на словах, конечно же, однако стоящий позади девушки Сато Синдзи записывал всё на диктофон, о котором догадывался ли Камики Хикару или нет — одному всевышнему известно), актриса вместе со своим телохранителем покинула кабинет инвестора и направилась прочь из его компании.       Уже сидя в машине и направляясь в сторону студии, где Синигами должна была сняться в очередной рекламе, Сато сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и, покрепче сжав руль в своих руках, строго, с лёгкой ноткой злости в голосе сказал:        — Мы не обговаривали момент с твоим убийством.        — Потому что ты бы не согласился.        — Ты переходишь черту, Юки-чи.        — М-м… Расскажешь обо всём Мамору?       Сато нахмурился, не сводя взгляд с дороги. Мышцы на его лице напряглись, вены на руках и шее набухли.        — Нет, — спустя минуту ответил парень. — Если Мо-мо узнает, точно сойдёт с ума и до конца твоей жизни запрёт тебя дома. А у нас ещё два непобеждённых врага.        — Вот как, — в её голосе звучало лёгкое удивление. — Спасибо и на том.       — И всё же… — недовольно процедил Сато. — Могла бы и предупредить о подобном!        — Ты бы стал отговаривать. Или же… нет? — она перевела взгляд с городского пейзажа на зеркало заднего вида, на мгновение встретившись с глазами самого парня.        — Зависит от того, как бы ты это мне преподнесла.        — Тоже верно.        — И что дальше? — поинтересовался телохранитель. — Теперь Камики может в любой момент убить тебя. И нет никакой гарантии, что я смогу тебя защитить. Если ты думаешь носить какую-защиту, как и сказал Камики: выстрели он тебе в лоб, тебе не спастись.        — Ох… тут ты прав, — Синигами кивнула, вновь посмотрев в окно. — Но, знаешь, я ведь уже сделала кое-что, что привлекло внимание окружающих к нам обоим.        — Что же?        — Заговорила с ним о фильме, — девушка хитро улыбнулась, слегка наклонив голову набок. — На студии, уверена, это отчётливо слышали. К тому же, нас видели, когда мы заходили к нему в компанию. Да и у тебя есть запись с нашего разговора. Немного смонтировать её — и — вуаля! Хотя в данной ситуации это не самый надёжный спасательный жилет, поскольку Камики мог поступить абсолютно точно так же — сделать запись.        — Действительно собираешься сделать с ним фильм? — уточнил Сато.        — На случай, если что-то пойдёт не так. Пока что наша главная задача — это засадить Мори Кэйташи в тюрьму.        — Я думал, ты захочешь его смерти.        — Да, но… пожизненное заключение выглядит куда заманчивее, не считаешь?        — Тебе виднее.       Синигами на это только хмыкнула, прикрыв глаза и поудобнее устроившись на заднем сидении. Она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, погружаясь в собственные размышления.       «Посадить Мори Кэйташи в тюрьму будет не так уж и сложно. У Камики много на него улик. В свою очередь, Мори Кэйташи ничего не сможет сделать против Камики, поскольку, в случае чего, его защитником станет Юи, дав ложные показания о том, что не знает Камики лично и никогда не видел того рядом с Мори Кэйташи. Я даже готова к наплыву света на свою персону, когда все узнают, что Юи — жив и наконец на свободе. Его историю переплетут с моей, и на нас снова выльется слишком много внимания. Это, к слову, тоже может помешать Камики убить меня. А убивать меня до того, как Мори Кэйташи заберёт полиция, нерезонно. Встречи тоже будут легальными. Сделаю по возможности всё, чтобы нас видело как можно больше людей. А это значит, что Камики постарается убить сразу же, как только Мори Кэйташи заберёт полиция, — она приоткрыла веки, взглянув на затылок Птенчика, слабо улыбнулась и, вновь закрыв глаза, продолжила думать: — Самое сложное — это вытащить Мори Кэйташи из его засады. Даже если Камики знает, где он, именно ему необходимо придумать, как заставить Мори Кэйташи показать себя. Желательно не только Камики, но и как можно большему количеству людей. Что же касается Моти и дяди Сэтоши… они будут в безопасности. Это самое главное в этой миссии…»       Синигами запрокинула голову назад и сказала уже вслух:        — Давай заедем в какую-нибудь кофейню? Хочу капучино с корицей.        — Хорошо, — и Сато перестроился в левую полосу, готовясь сделать поворот в сторону, где находилась одна из любимых кофеен девушки.