r20:/edo/yoshiwara/amaterasu: 2104_018: смерть после смерти

— Я угощаю! Так сказала Акеми, а в бар с ней пошел только Широ. Ну и не надо, ну и пожалуйста! В итоге она даже угощать его не стала, только Хатояму, который, разумеется, почти мгновенно отозвался на предложение выпить (Акеми была уверена, что внутри у него был какой-нибудь бар-радар, потому он быстро чуял предложения куда-нибудь сходить), потому как Широ слегка занудным тоном заметил, мол, бар предложил он, и потому будет как-то неудобно… В любом случае, из всей команды он оказался единственным, кто не испортил вечеринку, и если у Хотару еще были оправдания, то у остальных — нет! Зануды, зануды! В общем, они отправились в местечко, которое предложил Широ — бар «Майоран». Довольно невзрачное на первый взгляд, напоминавшее убежище любителей тяжелой музыки: из интересного тут была разве что мелкая сцена, на которой кто-то сейчас орал во всю глотку, да, собственно, сама барная стойка с красивой загадочной женщиной, названной Широ мадам Рэй. Та вела светские беседы с прибывшим раньше всех Хатоямой, уже потихоньку накидывавшимся в их отсутствие. — Даже не подождал! — протянула Акеми, подходя сзади. Широ же вежливо улыбнулся владелице. Хатояма с крайне умным видом заявил: — Я должен был провести разведку. Успешно, так-то! Пить можно, все отлично, — он подался вперед, подзывая Акеми пальцем, и, стоило ей наклониться, заговорщическим тоном прошептал: — Или мне раздавит голову вот тот громила. Громила?.. Акеми поводила взглядом около сцены, куда кивнул Хатояма, и наткнулась взглядом на явного босодзоку, у которого вместо башки был хромовый череп с огромным алым помпадуром. Сейчас он не смотрел на них, наблюдая за сценой, и Акеми весело фыркнула: зря Сатоши отказался поехать, что-то ей подсказывало, что они с этим парнем нашли бы общий язык. — Если без шуток, то напитки и правда неплохие. — Это хорошо! — Акеми подняла глаза на мадам Рэй. — Фирменный коктейль на всех, пожалуйста! У той на губах появилась снисходительная улыбка. Принявшись смешивать алкоголь, она слегка иронично обронила: — Нечасто я видела, чтобы Широ приводил сюда друзей. Пока тот вздыхал с таким видом, будто ему регулярно это предъявляли, Акеми с заинтересованным видом подалась вперед: — А часто тут Широ бывает? — Раз в год и палка стреляет, — проворчал тот. — Не настолько часто… Порой я успеваю соскучиться, — продолжая творить магию прямо на глазах у Акеми с Хатоямой, пристально вглядывавшихся в движения ее рук, мадам Рэй сухо заметила: — Если вы хотите что-то специфичное, то его я подаю неразбавленным. Полка позади нее с виски, водкой и прочими алкогольными радостями призывно сверкала этикетками. Удивительно, что Широ знал настолько хорошее местечко! Не то, что Акеми ждала от него плохого, просто думала, мол, он такой правильный и хороший мальчик, наверняка не пьет, или даже не разбирается, ан нет — проводил их в маленький парадис. Хотя на фоне остальных завсегдатаев, мужиков в кожанках и прочих личностей слегка… не их круга общения, Широ выглядел как минимум странно. Как же он тут очутился!.. Он добавил в заказ небольшие закуски, вроде маринованного дайгона и орешков; юная официантка с выкрашенными в радужные цвета волосами начала выставлять все на стойку, помогая занятой мадам Рэй. Та, наблюдая за юной помощницей, вновь взглянула на Широ и ласково улыбнулась. — Выглядит так, будто у тебя премия. — Можно сказать и так, — беспечно заявил тот и закинул в рот один орешек. — Работа хорошая, коллектив подвернулся тоже. — Да! Мы неплохо поработали! — накинулась на Широ Акеми и приобняла его за шею рукой. — Особенно он! Конечно, можно было и лучше, но есть к чему стремиться! — Ну спасибо… Неловко улыбнувшись, Широ бросил на мадам Рэй крайне убитый взгляд. Ой, стеснительный какой, подумаешь!.. Это наоборот хорошо, что их задание прошло бодро и с интересными моментиками, с первого раза без сучка и задоринки получается только у… да даже непонятно у кого! А так каждое их дельце было с эдаким необычным поворотом, так что в этом даже был свой определенный шарм. Как и всякий хороший бармен, мадам Рэй лишь вежливо улыбнулась: она явно знала, когда от нее требовался совет, а когда стоило молча удалиться, чтобы не греть уши о рабочие сплетни. На стойке она оставила три стопочки коктейля: с виду тот выглядел не слишком презентабельно, словно на голубой воде была радужная бензиновая пленка; однако это разноцветное нечто плавно встраивалось в саму структуру коктейля, и казалось, будто над тем парит дымка. Как позже пояснил Широ, автором коктейля был Сабу — тот самый хромированный босодзоку с красным помпадуром, мол, рецепт прямиком из Осаки. Глядя на таинственный напиток, Акеми повертела стопочку между пальцев и задумчиво протянула: — Сатоши бы, наверное, понравилось… — Мадам Рэй адаптировала его для обычных людей, — с кривой улыбкой добавил Широ. — Изначальный вариант был слишком крепким. Сто процентов, приведем сюда Сатоши, Сабу сам для него что-нибудь сварганит. Они немного поговорили на разные темы; затем Акеми отправила фотографию напитка Сатоши, все еще намереваясь сманить его в бар, однако тот остался на своем, лишь потребовал коктейль поджечь, мол, если горит — то тогда неплохо, в ином случае говно, которое надо вылить. Они с Широ многозначительно переглянулись, и Хатояма, явно смекнувший в чем дело, протянул свою зажигалку с красивой подписью «Благодарность за пятнадцать лет службы». Пятнадцать… Давно он работал! А Акеми думала, что не особо. Она опасливо покосилась на коктейль и осторожно наклонилась к Широ: — Слушай, а оно не взорвет стакан? — Не в такой пропорции, — с каменным лицом проговорил тот, словно видел что-то, чего им знать не следовало. В это время на сцену вышел какой-то парень с прической в форме рогов и взвыл, отчего публика, наблюдавшая за ним, начала подпевать. Помолившись, Хатояма поджег напиток… Словно синяя вспышка; пламя вырвалось из маленькой рюмочки, превратившись в огненное торнадо, распавшееся уже на алые языки пламени, в самом конце приобретшие зеленый оттенок… Но весь коктейль выгорел. Акеми с Широ словно зачарованные смотрели на это действо, и в конце она тихонечко зааплодировала, хотя, блин, было жалко шот! Придется брать еще один… Она отправила видео Сатоши и заказала еще один; официанточка быстренько сварганила им заказ и налила в ту же рюмку, с невероятно мудрым видом заметив: — Вторая порция после выгорания всегда самая вкусная! Продукты горения придают особый вкус коктейлю. Какая-то альтернативная химия, но Акеми решила, что не будет слишком задумываться. Она сюда развлекаться пришла, а не думать! — Н-да, Сатоши многое теряет… — Ямамото, принеси еще орешков, — кивнул ей Широ. — И хороший совет. Та подняла палец и с крайне умным видом произнесла: — Я внимаю барной мудрости. — А пить-то его горящим можно? — Если не боишься, что выжжет всю слизистую — можно, конечно! Братишка Сабу такое пить может, но у него и весь рот из полимера. Широ надсадно вздохнул, явно не собираясь бороться с невозможным. После завершения осмотра чайной и окончательного закрытия, Рю опустился на стул в зале и несколько секунд без особого интереса разбирал почту: пока что там, кроме призыва Акеми заглянуть в бар вместе с ней, Широ и ее старшим, ничего интересного не наблюдалось; несколько секунд он посверлил приглашение взглядом, не зная, стоило ли отправляться вместе с ними, но решил отложить эти размышления на потом, потому как уж очень его заинтересовала информация от Мотизуки о возможной связи общества «Какурэ Нинген» со всем происходящим. Он знал, кто они такие. Организация, созданная андроидами, преодолевшими барьер Тьюрига, и сочувствующими им. Иным словом — невероятное преступление против человечества. Машина должна была оставаться машиной, не пытаться натянуть на себя шкуру и эго человека, он верил в это заявление всей душой, и потому посягательства подобных Момидзи на их, людей, место в жизни, виделось ему ничем, кроме как банальным преступлением против всех законов природы. В этом была вся суть: люди были высшим звеном эволюции, они могли мыслить и чувствовать. Никто не обладал подобным, даже животные, даже самые разумные из них, вроде истребленных десятки лет назад в ближайших морях дельфинов. Но андроиды пытались посягнуть на пальму первенства. Иногда ему думалось, что с подобной жаждой уничтожать вышедшие из-под контроля машины ему нужно было идти в СОЦБ. Кто вообще в здравом уме мог желать помочь подобным, в их стране, где остров Сикоку был целиком захвачен вышедшим из-под контроля безумным искином? Впрочем, Рю знал, почему. Молодежь болела этим, потому что это было модно; отчаянные видели в таком протест обществу, а сумасшедшие… А что с них взять? Это даже не централизованная организация, так, группа ячеек, разбросанных по стране. Вполне возможно даже, что некоторые из этих ячеек были организованы корпорациями, чтобы под флагом общества андроидов проводить операции против других корп. Ничего стоящего. В Сети он нашел ровно то же самое, почти везде «Какурэ Нинген» приравнивались либо к революционным кружкам, либо к мифу, кроме одного случая около полугода назад, случившегося летом: бойня в клубе «Нагаока», где, по слухам, состояли настоящие одичавшие андроиды. Именно там накрыли известного хакера Додомеки, слившую информацию о проекте «Нэкомата» корпорации «Накатоми Дзайбацу», вызвавшую столько дискуссий в Сети и в СМИ. Разумеется, в официальных данных не было ничего об андроидах, но на форумах обсуждений было достаточно. Это вновь напомнило Рю о Момидзи. Сначала, во время бойни в Тэнгоку, он был уверен, что та — борг. Но после он много говорил с Эйсаем, размышлял, разговаривал с Танэгасимой (один из тех вежливых коротких диалогов после задания, когда тот не ответил прямо, но дал пару намеков), его подчиненными… И тогда-то осознал — нет, она была андроидом, машиной, успешно делавшей вид, что она — человек. Тогда удовлетворение от ее убийства стало еще приятней. Он пролистал документы по «Нагаоке» еще и сузил глаза, когда на одном из фото в даркнете увидел знакомый силуэт рядом с клубом. Могла ли она быть из этого места, из этой ячейки? Также это напомнило ему о данных, регулярно собираемых Сэн Сотан о слухах: например, о массовой покупке мозгов, как органов, практически в любом состоянии, лишь бы минимально целых. Однако в Сети он нашел не более, чем глупые россказни, включавшие в себя сказки о корпорациях, делавших огромный кластер, как и о некоем безумном ученом из «одокуро», пересаживавшем себе мозги, чтобы стать умнее. Если эти выродки опять вылезут… Стоило что-то предпринять. Тем более, что они с Широ видели голову андроида там, в закромах «Сугинами Йоку». Потому, направив Акеми сообщение с извинением, Рю поднялся на ноги. Пожалуй, стоило навестить руины «Нагаоки», чтобы кое в чем удостовериться. Рекомендации медиков были просты: неделю не перенапрягаться, хорошо есть, не чесать швы. Отдыхать. В целом — невероятная роскошь, особенно для ее, Хотару, профессии. Но звучало почти нереально с учетом, как порой складывались обстоятельства, так что уверена она была лишь в последнем, и то с большой натяжкой. Потому, криво улыбнувшись врачам, она торопливо покинула медицинское крыло и направилась в кабинет Сакуры, который, как Хотару было известно, все еще торчал тут, отказавшись ехать с Акеми и Широ, хотя ему явно хотелось. Это было по-своему миленько, даже льстило. Сложно было бы вообразить, чтобы так поступила Мотизуки. Но Сакура… Она нашла его в своем кабинете, опустившим голову на стол. Вокруг было пусто: Умемура уже ушла домой, а у Ягью сегодня был выходной. Неуютно, практически. Он как-то раз жаловался, дескать, тут, в отличие от «Санкье», было совершенно необжито, плюс никто не норовил ворваться в кабинет то и дело… Порой ей казалось, что Сакуре не слишком нравится быть начальником, хотя, очевидно, он к этому стремился, но сложно было сказать: кто разберет, что было у него в голове. Даже ей это было не под силу. Стоило ей подойти к столу ближе и постучать костяшкой по нему, Хотару весело фыркнула, когда Сакура резко поднял голову и впивлся в нее взглядом. Несколько секунд он осматривал ее с головы до пят, на мгновение задержав взгляд на куртке с плеча Эндо, после чего рассеянно протянул: — Выглядишь, конечно… — Не впервой, — заметила она. Задержав взгляд на новой футболке, выданной ей из каких-то местных запасов, Сакура вдруг скривился, будто это в него выстрелили, а не в нее. А может, вспоминал их славный побег от «Накатоми». Помнится, это действительно тревожило его некоторое время после: как в физическом, так и моральном плане. Неловко потирая руки друг о друга, он спешно отвел взгляд и слегка нервно поинтересовался: — И… как ты? Себя чувствуешь? — Хочу домой! — Д-да… Пожалуй, скоро поедем… Боже, как неловко. Они оба уставились друг на друга с видом, будто никто не понимал, что делать, и затем нервно рассмеялись. Были бы тут Сатоши с Акеми, наверняка начали бы что-то эдакое галдеть, мол, ну чего вы встали, давайте уже, делайте все, что нужно, а то как воробьи под насваем, вообще сил смотреть не было. Но, эй. Тонкости служебных романов — это вещь, требующая точного и аккуратного подхода. И если сама она уже имела опыт подобного — с Цукико, несчастной Цукико, убитой рукой Масакадо — то для Сакуры все это было то ли в новинку, то ли он просто не умел нормально взаимодействовать на таких уровнях, а все его умения знатно ссать людям в уши превращались в хлеб. В это время Рокухара отправил сообщение, что доставил все, что нужно; но Додзи воспротивилась и отказалась отдавать деньги кому-то кроме нее самой. Ну еще бы, маленькая поганка, наверняка хотела еще на чем-нибудь поживиться, с нее будет. Что ж, она навестит это место завтра. Маленькая прогулочка плохо не сделает, подышит свежим воздухом. — Ты… это. Прости. — За что? — Хотару склонила голову набок, и Сакура явно замялся. — Если бы не мой план… Не знаю, что там сделал этот Эндо, но ты пострадала… Плохой был план, в общем. — Это не имеет ничего общего с твоим планом. Просто плата моим контактам — его смерть. Взгляд Сакуры потемнел еще сильнее. — Вот видишь. Если бы я не отправил тебя на арену, а, например, ты бы поехала с нами, не поранилась бы. Я же теперь большая шишка, это все… Ну, такая, блин, шишка. Мне надо такие планы продумывать, чтобы никто не пострадал, а я разве умею. Он резко поднялся и подошел ближе, пару шагов — и встал почти вплотную. Протянул руку вперед, беря ее за ладонь… Все в этих действиях было дерганным, слишком быстрым, а где нужно — порой невероятно медленным. Но она все равно улыбнулась, криво, и, видя это, Сакура надсадно вздохнул и свел тонкие брови на переносице, явно понимая, насколько глупо и неловко все это выглядело. Тем более сейчас, когда они стояли в своей одежде для заданий посреди вылизанного пустого кабинета огромной корпорации. Не лучшая локация для дерьмового ромкома. Потом качнул головой, указывая куда-то вниз. Кажется, в эту секунду Хотару уловила легкий румянец на его лице. — Поехали ко мне? Завтра эта гадость так разболится, поверь, я-то знаю… — Чур «Кехиме» не смотреть. — Да блин! Чтобы убраться прочь с засвеченного местоположения, где теперь его могли узнать не только сновавшие по району босодзоку, но и выходцы из «Сугинами Йоку», Сатоши решил обратиться к своему Прекрасному Лучшему Другу, который только из жажды (как он там говорил) «потусить» вместе мог приехать, и наверняка совершенно бесплатно, и на своем фургоне определенно точно без огромных светящихся яиц енота на боку… Речь, конечно же, шла о Тануки. > ТАНУКИ: броооооооо чувачок ты че ваще у меня просишь Следом был прислан стикер со взрывающейся головой. > ТАНУКИ: невзрачные грузовички не по моей части > ТАНУКИ: по моей части самые клевые тачилы > ТАНУКИ: для самых крутых мать его компаний во всем эдо > ТАНУКИ: если тебе нужно устроить вечеринку, в своем тануки-грузовике я повесил ДВА дискошара > ТАНУКИ: ;)))) Бля, какой же он тупой опездол, просто невозможно. «Тануки-грузовик» еще этот. Хорошо. Хорошо! Он ему подыграет. > САТОШИ: понимаешь дружище мне твои диско шары сейчас нахер не сдались > САТОШИ: мне нужно место > САТОШИ: смекаешь зачем? > САТОШИ: нужно перевезти огромную кучу пушек > САТОШИ: мой байк и разумеется огромную собаку-убийцу САТОШИ отправляет файл «собаченька.jpg» > ТАНУКИ: ни слова больше чувак > ТАНУКИ: возьму грузаль с красной подсветкой > ТАНУКИ: там ТАКОЙ крутой череп на боку просто жесть > САТОШИ: да > САТОШИ: спасибо > САТОШИ: за крутой череп на боку От общения с Тануки начинал дергаться глаз. Затем он коротко пояснил, что машину надо подогнать не сейчас, а на следующий день, потому что на данный момент Сатоши был занят сборами. > ТАНУКИ: а еще шины подсвечиваются так будто они горят!!!!! > ТАНУКИ: своими руками делал > ТАНУКИ: на такой штуке ездит байкер в маске??? Сатоши, как прибывший из Дзигоку, прекрасно знал, что «Байкер в маске» был скорее легендой, чем кем-то реальным, а если и был, то хуй его знает, на чем он там ездит, не зря же он легенда, а не вполне конкретный персонаж. Но Тануки был слишком полезным активом, чтобы постоянно гавкать на него, как недальновидно делал Сакура, и, пусть сейчас очень хотелось, Сатоши откашлялся и с видом, будто он строчил нечто невероятно прекрасное, быстренько отписался: > САТОШИ: да, хотя я его не видел > САТОШИ: с другой стороны ну ты знаешь > САТОШИ: он же ЛЕГЕНДА ПУСТОШЕЙ Н-да, ему потребуется достаточно большой брезент, чтобы скрыть это безобразие от зевак на улице. Однако не успел он даже отвлечься, как из бара ему пришло сообщение от Акеми с фотографией какой-то непонятной жидкости, больше напоминавшей разбавленный бензин, и с подписью: > АКЕМИ: зацени!!!! тут наливатю масло ;)))) > АКЕМИ: *наливают > САТОШИ: ну-ка подожги. если горит, то неплохо. если нет, то вылей куда-нибудь Судя по тому, что потом Акеми выругалась, напиток сгорел, в чем он убедился в присланном видео. Ну… Выглядело неплохо. Может, он когда-нибудь и заценит подобное, когда будет время. Может быть… как-нибудь никогда, покуда за спиной будет маячить предложение Мотизуки. Прошло некоторое время от пьянки. Напитки были выпиты, разговоры — начаты. Хатояма травил байки о работе полевым медиком «Йошивары», какие-то небылицы из своей молодости, про разный алкоголь и странные коктейли, которые он где только не успел попробовать; на некоторые из них отзывалась мадам Рэй. Через некоторое время Акеми поняла, что два одиночества нашли друг друга, просто по обе стороны от барной стойки… Однако она не просто так сюда пришла. Об этом она размышляла, смотря в сторону сцены, но не вслушиваясь в новую песню. Мысли были далеко, не здесь, в расслабляющей атмосфере «Майорана». Взгляд ее блуждал по залу, пока не наткнулся на Широ, лениво поглядывавшего в сторону Сабу и прочих знакомых. Неожиданно, она обронила: — Завтра собираюсь наведаться в свой старый универ. — Зачем это? — отвлекся тот. — Диплом там забыла? — Хочу проверить… Проверить, вспомню ли я что-нибудь, — пробормотала Акеми и облокотилась на барную стойку, опустила голову на руки. Только спустя несколько секунд до нее дошло, что Широ был совершенно не в курсе, о чем вообще шла речь. — Ну… Я рассказывала об этом только Хатояме-сану… Ты ведь не знаешь, что у меня в башке, да? Широ неловко улыбнулся. — Полагаю, мозг? Или что-то еще? — это Акеми развеселило, и она заливисто рассмеялась, после чего покачала головой. Широ же широко распахнул глаза, уже откровенно издеваясь: — О, его там нет?! — Он есть!.. Но он неактивен, понимаешь? — Нулевая мозговая активность, — влез отвлекшийся от алкогольных разговорчиков Хатояма, подсевший ближе. По лицу Широ пронеслась какая-то тень, словно он был знаком с термином не понаслышке. Хотя, он же был нетраннером, верно? Многие так выгорали, это было известно даже Акеми. Ничего удивительного, что он мог встречаться с подобным когда-то в своей жизни… — Сочувствую. — Я уже привыкла с этим жить, честно говоря… Но вот недавно начались всякие странности. Знаешь? Будто бы начинают проявляться отголоски прошлой жизни! Акеми резко взмахнула рукой, едва не задевая проходившего мимо человека, но даже не обратила на это внимание; второй же ударила Хатояму по плечу, пока тот потягивал очередной коктейльчик, и тот тяжело закашлялся. Потом опасливо покосился на нее, сузил глаза. — Что, Акеми-тян, это уже не секрет? — Да Широ — свой пацан! Он единственный, кто из всей группы пошел со мной сегодня выпить! — А… Ну если свой… Хатояма требовательно дернул Широ за руку на себя, после чего перекрестил руки. Намек был вполне очевидным, и вдвоем они выпили на брудершафт, перед чем Широ наградил Акеми крайне страдальческим взглядом, что она, конечно же, проигнорировала. И нечего тут было добавлять, пусть пьет! — Акеми-тян не слишком хороша в технических деталях, но в общем и целом она права: у нее и правда есть некоторые… особенности восприятия реальности. — Похоже, кто-то очень сильно покопался тут! — она постучала по виску. — Скорее в шее, — заметил Хатояма, намекая на чип. Широ пожевал губу. — Твой чип… Он, гм, ни в каких подозрительных местах не бывал? — О-о-о-о! В каких только подозрительных местах он не бывал! Когда Акеми вновь расхохоталась, Широ стал выглядеть еще более растерянным, словно не такого ожидал. Такой приличный мальчик! Жаль, что пошел только он, но она определенно была рада такой компании. Хоть кто-то… Кто-то, кому не наплевать на дружеские узы. А она-то думала, что они все друзья! А нет, вон, видите, все занятые какие… — Его ставил не я, — добавил Хатояма, — но с таким уже сталкивался. — И в чем суть? — Тоже была девушка по имени Акеми… — Представляешь! — перебила она. — У нее было такое же имя, как у меня! Но я не хочу повторить ее судьбу! — Ага, — после некоторого молчания пробормотал Хатояма. — Все закончилось нехорошо. Девчонка, если что, была из моего отряда. Там и погибла. Чип работал исправно, а потом хоп — и пропал. Вместе с записями о его наличии. Не веди я дневники, сам бы засомневался, был ли он вообще. — И что? — заморгал Широ. — Ты типа реинкарнация той Акеми? — Не, дружище, нумерация была разной. — Я — восьмая! А она была первой! — У меня есть теория, что таких штук немало… — И откуда? Кто их все сделал-то? Некоторое время Хатояма и Акеми странно смотрели друг на друга, потом подняли глаза кверху… Задумались, очевидно, потому что вопрос о том, откуда это все пошло, еще не посетил их трезвые головы, а пришел как-то только сейчас. Но это было удобно — иметь человека, который задает такие вопросы! Вроде бы очевидные, но сам не дойдешь. Оглянувшись по сторонам, словно их кто-то мог подслушать (хотя, признаться, опьянение не дало ей толком рассмотреть хоть что-либо), Акеми наклонилась к Широ ближе и заговорщическим тоном прошептала: — Однажды в метро… меня увидел какой-то пиджачок из «Номуры». И типа узнал! Но я этого не помню… Зато помнил Сатоши, он мне и рассказал, и ему я склонна доверять! С памятью-то у него лучше, чем у меня! — она захихикала. — Выпьем за то, чтобы узнать все тайны! — неожиданно гаркнул Хатояма, и они с Акеми чокнулись. Широ, кажется, немного протрезвевший, слегка опешил и кивнул. Потом насильно всунул ей какой-то жутко подозрительный стакан с водой, пояснив, мол, минералочка, станет чуть попроще… Какой заботливый мальчик! Она отпить не успела, как Хатояма подстроился рядом и заумным тоном пробубнил: — Если тебе вот так предлагают воду, то скорее всего в ней транквилизатор. Кошмар!.. Акеми поджала губы и угрожающе сузила глаза, мгновенно уставившись на Широ, пока Хатояма на фоне внимательно нюхал стакан. — Ты туда что-нибудь подсыпал?! — Ага… там аспидин. О нет! Похмелялка! — Самое то на этой стадии! — Но я думала, мы сюда пришли отдохнуть, — робко пробормотала она. — Он не сразу подействует. А тебе, пожалуй, хватит. Акеми мгновенно обернулась к Хатояме и покачала головой. Нет, она ошибалась! Даже Широ был занудой и уничтожителем веселья! Надо же было додуматься предложить такое… Просто слов не находилось! Они оба затрясли головами, всячески осуждая такое предложение, после чего почти синхронно забубнили: — А мы с тобой братались… Братались, Широ! Резко поднявшись со стула, Акеми нетвердым шагом отошла на пару шагов, не желая больше сидеть с предателем так близко. На сцене продолжал орать рогатый парень, и она начала всячески ему подпевать, почти танцуя, пока на фоне краем уха слышала всю ту же скучную обеспокоенную болтовню: — В ее состоянии-то нормально пить?.. Если еще и чип бои дает. — Чип от алкашки не зависит. — А остатки мозгов, а? Хатояма аж поперхнулся. — В смысле «остатки»?! Там целый мозг! Просто работает не так, как нужно! Акеми говорила, что ты из сетевых жокеев, значит должен знать, как работает флэтлайн! Выжигают пару миллионов нейронов, нарушаются связи… нейронные, это все. Мозг на месте, просто функции слегка ужимаются. Кто-то после флэтлайна даже ходить нормально может! Чип компенсирует выжженные функции. — Это я понять могу. Но у нее-то чип особенный, нет? — Особенный это да, но работает исправно. На всех медосмотрах все было в порядке. — Буду надеяться, что это просто паранойя… Хатояма невесело хмыкнул. — Я достаточно наглотался паранойи в свое время. Кабинетным медиком быть проще. Судя по звуку ударившегося о стойку стекла, он выпил. — А что? Были последствия лишней перестраховки? — Нельзя быть готовым ко всему. Слишком перестраховаться — тоже. Я вот че думаю… С этой всей фигней может помочь альфа-волновое устройство. Офигенная вещь! Но на таком уровне, что мне даже смотреть на него не разрешают! Чтоб его раскочегарить нужны деньги. Альфа-волновое… Мысли Акеми текли лениво, но она припомнила, что слышала о таком: машинка, способная считать воспоминания. Обычно корпорации использовали такие для того, чтобы достать информацию из отрубленных голов; мерзкое занятие — тревожить трупы, но нормальные люди могли использовать это и просто на себе, если была нужда. Широ позади захмыкал, словно уже начал что-то планировать. Все-то он планировал… Хатояма верно сказал — нельзя подготовиться ко всему! Проще было импровизировать, а не строить грандиозные планы, которые запросто могли провалиться. Не только она это заметила; Хатояма, кажется, подался вперед, голос сместился… Он громким шепотом поинтересовался: — У тебя че, есть такое? Я б в него свои пальчики запустил… — Да откуда? — фыркнул Широ. — Я больше по волнам Сети, чем таким. Просто знаю человека, у которого он есть. — Ого! Ну ты господин Большая Шишка! Богатые у тебя друзья! Широ вздохнул еще надсадней. — Скорее странные. Какие скучные разговоры… Акеми сделала шаг вперед, ближе к сцене. Рогатый парень закончил петь и вскинул над собой микрофон, и толпа взорвалась одобрительными воплями. Вокруг сцены, явно антуража ради, стояло множество экранов, на которых показывали самые разные картинки, начиная от каких-то беззвучных клипов и заканчивая записями старых концертов — все здесь так или иначе было связано с музыкой. Она улыбнулась, подступила ближе и почти протянула руку, чтобы коснуться лица неизвестного симпатичного исполнителя… Но резко отдернула, когда на видео что-то замелькало, словно помехи. Она в ужасе обернулась к стеклянной голографической стене рядом, по отражающей поверхности которого шли розовые и голубые волны, и в ту же секунду, синхронно с ней, в голограмме появилось повернулось чужое лицо — но так хорошо ей знакомое. С белыми волосами, ее же, и мертвым убитым взглядом. Словно разложенное на пиксели, но стоило Акеми сфокусировать взгляд — как лицо белой девушки собралось в единую картинку. Она смотрела в ответ, немо, и на лице ее читалась агония. Следом, подсветка над зеркалом выключилась, и Акеми уставилась в глаза уже себе — выглядела она бледной, напуганной. Мгновенно после этого в личные сообщения начали приходить сочетания символов и цифр, словно ошибки, одно за другим. Сломанные шрифты. Бессвязный набор букв. Лишь последнее сообщение она смогла разобрать. Единственное. «Смерть после смерти». На деревянных ногах она медленно вернулась обратно за стойку, к ребятам. Рухнула на стул, и те уставились на нее, обеспокоенно. Широ чуть наклонился вперед, и Акеми дрожащими губами пробормотала: — Она была здесь… Она опять была здесь… Она посылает мне какие-то сообщения… Когда ее затрясло, и она начала нервно смеяться, Хатояма задумчиво пробормотал: — Думаю, теперь тебе действительно хватит, Акеми. Она никак не могла сосредоточиться. Чувствовала, как дрожали руки, и крепко вцепилась в юбку; а все, что видела перед глазами — последнее сообщение назойливого призрака. Смерть после смерти… Потерянные воспоминания… Окику. Тот мужчина… Сатоши сказал, что он назвал ее «Окику»… Она открыла сообщение вновь, и, на глазах, ужасающее сообщение преобразовалось. > У меня осталось мало времени. — Почему она просто не напишет внятно чего она от меня хочет! Почему она говорит загадками! — едва ли не плакала Акеми. > Память исчезнет навеки. > Могила в районе @#4$&2#2$ Последнее слово было не разобрать. Она зачитала все эти сообщения вслух. Лица Широ и Хатоямы потемнели: никому теперь не было весело; затем, строчки прямо на глазах у Акеми исчезли, словно и не было никакого диалога, словно не было ничего. Как и ее прошлого. Как и той таинственной Окику, о которой говорил неизвестный человек в метро. Дрожащей рукой она коснулась затылка, где находился чип. Тот невероятно сильно нагрелся. Торопливо она схватила пустой бокал Хатоямы и приложила к разъему. — Ну и где же мне искать ее?! Хатояма и Широ быстро переглянулись. — Ну… Наверное, стоит пойти по тем следам, что ты помнишь. Как и хотела. Может быть, найдутся какие-то детали? — Или я просто пойму, что вся эта жизнь была фальшивкой! Что никакой «Акеми» никогда не существовало. Что она… Пустышка. Хатояма невесело усмехнулся. — Если ты хочешь узнать правду, то должна быть готова столкнуться с этим всем. На твоем месте, Акеми, я бы просто жил свою жизнь дальше. — Но она сказала, что у меня мало времени! Что, если я потеряю даже то, что у меня есть сейчас?! Она в отчаянии подняла взгляд на старшого, и тот неловко потер шею. — У тебя или у нее? — Знаешь, она как-то не уточняла! — Ну… это частый феномен у юрэй, — цифровые призраки, пронеслось в голове, души тех, кто навсегда остался в Сети; отпечатки их личности, застывшие навсегда слепки. Стоило этому слову быть произнесенным, как Широ вдруг потемнел лицом еще сильнее и крепче сжал зубы. — Я не особый в них специалист, но слышал, что они редко живут дольше полугода… год максимум, если только не находят себе подходящую среду. — Ты говорил, что та Акеми была «первой», да? Ты знаешь, где ее могила? — Корпоративное кладбище «Йошивары». Вход туда свободный… — Но разве это имеет отношение к «Йошиваре»? — нахмурился Широ. — Что ты собираешься делать? — Не знаю… Но о какой могиле она тогда говорила?! У тебя вообще есть ее фото? Некоторое время Хатояма молчал, наверное, ища. Потом передернул плечами. — Где-нибудь в архивах лежит. Я поищу. И всю информацию про ту Акеми. Ты, Широ, расскажи ей по альфа-волновое устройство, раз уж ты с ним работал, — неторопливо он поднялся на ноги и громко хрустнул шеей. Потом устало улыбнулся, почти виновато, похлопал Акеми по плечу. — А ты просто подумай, где может скрываться тайна. Тайна… И, внезапно, ее осенило. «Номура Холдингз». Ночью улицы рядом с павшим клубом «Нагаока» выглядели пугающе пусто, заброшено: после налета «Накатоми» это место так и не реконструировали. Само здание клуба тоже обветшало: часть обвалилась еще при штурме, вторая грозила обрушиться прямо на глазах. Вряд ли это местечко еще при своей «жизни» стояло крепко, но после устроенного обещало долго жить. По дороге сюда Рю внимательно присматривался, полагая, что где-то еще могли затесаться следы «Какурэ Нинген», тех, кто приходил на место схватки; но по пути он слышал разве что копошение крыс, да пьяные разговоры бедняков, не несших в себе ничего путного. Но это не удручало; наоборот, хорошо, что андроиды больше сюда не совались. Около клуба он осмотрелся повнимательней: обрушенной оказалась половина с административными помещениями, парковка рядом была изрыта так, словно на ней кто-то изрядно повеселился с буром, ломая асфальт до состояния пыли. Несколько сгоревших автомобилей, точнее их скелетов — удивительно, как только местные не разобрали их на металлолом. Обычно следы рейдов зачищали, тем более такая крупная корпа, как «Накатоми», могла себе это позволить — но, видимо, это была показательная порка? Рю покосился вдаль, на высившийся на горизонте обломанный зуб башни Тэнгоку. Не стоило забывать, что он был на границе законных районов. Возможно, никому просто не было дела до устранения ущерба. Здание и так дышало на ладан, не знай Рю о налете, то даже не обратил бы внимание — таких разрушенных построек тут было множество. Но, вероятно, в клубе был подвал, где могли хранить выпивку или что-то еще. Неторопливо он перешагнул через остатки стены и зашел внутрь, включив на очках ультракрасное зрение. Внутри воняло плесенью, влажностью. Под ногами хрустели остатки стекла. В полумраке он четко видел очертания сцены, несущих колонн, даже барную стойку. Самый обычный клуб, но в то же время бывший ульем андроидов? Зачем вообще они устроили логово тут? С другой стороны, проще всего было спрятать вещи на самом видном месте. Мало кто догадается, что нелюдимые машины окопаются в подобном заведении. Он порыскал еще; по остаткам административных комнат, где нашел разве что заржавевшие от дождей терминалы, уже не работающие; рядом. Наконец, вошел в остатки уборной — скривился, наткнувшись взглядом на выломанный унитаз, затем повел голову в сторону… Присвистнул, потому что позади кабинки с выломанной дверью, откуда, видимо, и прилетел белый друг, был небольшой лаз вниз, отнюдь не напоминавший канализационное отверстие. Вход был завален, в глубине что-то застряло, и Рю старательно пробил себе путь ножнами. Сложно было сказать, как именно сюда спускались ранее: от кабинки слишком мало осталось, может, тут был рычаг, но проход четко шел вниз. Зацепился рукой за ржавую лестницу и осторожно начал спускаться. Пахло тут затхлостью. Ступени под каждым шагом дрожали, словно грозили вот-вот обвалиться, но пока что держались. Полз вниз Рю… долго, сложно было сказать даже, как далеко. Наконец, он добрался до конца и спрыгнул вниз. Некоторое время шел по пустому коридору, явственно слыша собственные шаги и эхо от них. Затем дошел до интересовавшей его точки: в широкое вытянутое помещение, в котором мгновенно опознал заброшенную и переделанную станцию метро. Вон, даже были видны рельсы, уже не используемые. Посередине площадки стояло какое-то нагромождение, но сложно было сказать что-то конкретно: в воздухе витал едва различимый запах гари, и, когда Рю пнул мусор по ногами, то увидел, как сапоги на полу оставили явный след, смазав золу. Уходя, андроиды сожгли за собой все. Неожиданно умный ход. Здесь явно что-то происходило, были видны следы выстрелов на стенах, где-то застрявшие пули. Рю задрал голову, когда рассмотрел наконец в огромном столбе посередине платформу, что, вероятно, поднималась наверх: сейчас она криво висела на соплях, грозясь свалиться в любую секунду. Значит, был шанс пробраться сюда сверху через этот путь?.. Он с трудом прикинул, что было над головой, и понял, что там была парковка. Стоит быть осторожнее: скорее всего заваленный путь был слишком хлипким, чтобы выдержать вес человека в обмундировании, а свалиться с высоты нескольких метров было не самым лучшим, что могло случиться. Но ни единого тела. Ничего. Кажется, под платформой что-то взорвалось: иначе почему ее остов так искорежило. Проведя анализ, он прикинул, как могло разбросать осколки, присмотрелся и увидел под ногами мелкие фрагменты какой-то конструкции, словно огромного терминала. На ржавых останках он с трудом различил фрагменты розовой краски. Вдали тоже был заметен проход; заваленный подчистую, видимо, экстренный отход. Создавалось ощущение, что все тут порушили намеренно, чтобы не оставить ни единой возможности проследить, куда сбежала оставшаяся выжившая группа — о, а Рю был уверен, что пара машин сумела ускользнуть. Он начал разбирать завалы, не особо надеясь пробраться дальше — скорее всего в одиночку тут справиться было невозможно, а звать кого-то из коллег — бессмысленно. В задумчивости Рю продолжал отбрасывать куски бетона и камней, пока один из них, находившийся внизу, со странным звуком, нехарактерным, откатился чуть дальше. Обернувшись, Рю вперился взглядом в это странное нечто и осознал, что это был полимер, когда-то гладкий, но сейчас почти не отличимый от каменного окружения. Он лежал внизу все это время, словно его отбросило. Упал откуда-то? Сверху? Или забросило взрывом? Он подошел ближе и сузил глаза. Такое он уже видел, в «Сугинами Йоку». Полимерный череп. Время пожевало этот кусок металла: не было нижней челюсти, часть лобной доли отсутствовала. Пропорции черепа были слегка изменены; точно не как у боргов, таких модификаций те не делали, оставляя размер головы соответствующий норме. Чем-то это напоминало модели Макай-тян — та хоть и напоминала человека, но лицо ее немного отличалось, чтобы выглядеть симпатично и не вызывать синдром зловещей долины. Он не светился, был сломан, очевидно. Наклонившись, Рю повертел черепушку в руках: нейрочип был поврежден, некоторые механизмы тоже. Пальцем он провел по полустертой надписи на боку — «Додомеки». Он читал статьи о том, что слив данных устроил одноименный хакер. Значит, ее останки? Если не забрали, скорее всего она упала сюда уже после того, как отсюда ушли. Еще раз Рю покосился наверх, туда, где висела платформа. Он повертел череп еще раз и увидел стикер «D0x2-chan», стримера, о котором он слышал разве что из бестолковой болтовни Маки. Тот стример — тоже она? Но она все еще ведет трансляции, пару раз в Сети он натыкался на них. Переходящий статус… Там тоже андроид? Уже другой? Что ж, пожалуй, можно изучить эту вещицы поподробнее уже дома. Рядом обнаружилась оторванная рука, сделанная из подручных материалов. Может, где-то там на коде остались хотя бы крупицы информации, стоило попытаться вытащить их, хотя, очевидно, череп был более ценной находкой, особенно если он принадлежал хакеру. Дальнейшее исследование показало, что соваться дальше бесполезно — завал был основательным, да и, даже если найти в Сети примерную карту старого метро, было сомнительно, что здесь все не перестроили сотню раз. Логичней было вернуться домой, и уже там плотно заняться исследованием. Жаль, что это было все, что ему удалось обнаружить. В последний раз окинув помещение взглядом, Рю лишь цокнул и развернулся. Вскоре его шаги поглотила тишина.