Глава 1. Неприятное знакомство.

      Еще один день моей жизни начался слишком уныло: резкий подъем, засраный умывальник, пробежка вместо зарядки и убогий завтрак. В общем как обычно, ничего нового. Но, честно говоря, я уже привык к этому, и перемены выбили бы меня из равновесия. Даже к этим осуждающим взглядам, которые меня бесят. Ненавижу всех этих лживых подонков! Глаза б мои их не видели… Пойду, закроюсь в коморке сторожа, подальше от всей этой швали… Вот так и проходит мимо моя жизнь. Обидно и…печально.       Именно таки невеселые мысли парня прервали крики и улюлюканья снаружи. Удрученно закатив глаза и вздохнув, чтоб побороть раздражение, подросток выглянул из-за двери, и его лицо сразу исказилось в изумлении: «Давненько пополнения не было.», - но это лишь на секунду. Снова напустив на себя хмурое спокойствие, молодой человек окончательно вышел из ветхого сарайчика и направился к толпе, в центре которой стоял незнакомец. - Первая ходка? - Какое у тебя погоняло? - За что взяли? - Сколько тебе лет, малой? - Ты чьих будешь?       Парня буквально засыпали вопросами со всех сторон, из-за чего он не успевал на них отвечать и только рассеянно улыбался, но завидев вдалеке хмурого мальчугана, все ребята вдруг утихли и расступились. Тот же лениво подошел почти впритык к вновь прибывшему и, специально растягивая слова, показывая тем самым свое пренебрежение, спросил: - Как звать? - Наруто Узумаки! – широко улыбаясь и почесывая затылок, ответил новенький. Брюнет фыркнул и внимательно оглядел вновьприбывшего: золотистые, словно лучи солнца, волосы, голубые глубокие глаза, вздернутый нос, искренняя добродушная улыбка, которая удивительным образом очень сочеталась со шрамами на щеках, и веселый рыжий костюмчик. «Идиот блаженный какой-то. Может его по ошибке?..» - сделал вывод Учиха, потому что поведение и внешний вид парня совершенно не вписывались в стандарты здешнего контингента. - За что тебя? – коротко, но от этого не менее ясно, уточнил брюнет, чтлб развеять свои сомнения. - Родители погибли, а домовладелица, у которой мы снимали жилье, вышвырнула меня на улицу, вот я и начал воровать… – покраснев, ответил блондин, а в глазах на миг промелькнуло что-то такое, что можно было бы назвать словом «обида». – По правде, если бы не голод, я бы никогда... - Ясно, святоша, значит. – усмешка расплылась на тонких губах.       На этом потеряв к пареньку всякий интерес, Саске развернулся и молча направился прочь, но буквально через секунду его окликнули: - Постой! А тебя как зовут? - Не твое дело. – грубо прошипел в ответ брюнет, даже не обернувшись.       Повисло молчание, под которое Учиха поспешил удалиться, а Узумаки стоял в растерянности и просто удивленно смотрел в спину удаляющемуся юноше. - Чего это он? – спросил он у толпы, когда силуэт юноши скрылся за зданием одного из корпусов. - Говорят, он с детства такой. Его, воде как, еще с рождения многие ненавидели, только вот почему, никто не знает. Нарыть на Змея информацию почти нереально. А еще он даже с Ирукой-сенсеем не очень ладит. Ты первый, с кем он так спокойно заговорил и вообще первый подошел. Обычно он сидит один взаперти. – розоволосая девушка грустно глядела в сторону, где скрылся брюнет. - У него несчастный вид. – задумчиво протянул Наруто, от чего остальные уставились на него с выражение скептического недоумения на лицах. Сделав вид, что ничего не заметил, блондин просто широко улыбнулся и добавил. - Но я думаю, мы найдем общий язык с этим засранцем, только нужно дать ему фору.       Возразить никто не решился: Наруто продолжал игнорировать недоверчивые взгляды ребят, а в голубых радужках плескался непонятный азарт. ***       Прошло несколько недель. Наруто поселили в соседний кубрик с Саске и определили в один с ним учебный класс, к огромному неудовольствию последнего. Учиха, в принципе, терпеть не мог подобных «псевдо святых», которые вечно только и делают, что оправдываются, - «я бы никогда, если бы, но…», - вместо того, чтобы просто признаться себе и окружающим, какое ты на самом деле дно. Так что, будучи убежденным в правоте собственных суждений, брюнет воротил нос от блондина с таким рвением, что, сам того не желая, только сильнее привлекал его внимание.       Вообще ярых товарищей, ибо употреблять к подобному обществу «друг» неуместно, у новенького было немного, хотя общался он с большинством ребят неплохо, даже слишком. Сначала подростки косились на него с настороженностью, но потом все-таки сменили гнев на милость. Надзиратели же и учителя сразу прониклись к «солнечному мальчику» симпатией и обращались с ним куда лучше, чем с остальными подопечными, что не всегда служило добрую службу пацану: периодически его зажимали по углам с обвинениями в шакальничестве и подлизстве. Сам же Узумауки, не смотря на все эти мелкие раздражающие неприятности, представлял собой огромный сгусток положительной энергии: чересчур активный, неоправданно радушный со всеми, и будто бы пушистый комочек доброты и понимания, но упертый как осел с синдромом отличника: он постоянно остается недоволен своими результатами. - И что все в нем нашли? Он же совсем идиот! Придурок в розовых очках! С какого хрена его вообще притащили? Надо было отправить эту ходячую богадельню в институт для благородных девиц. Этому петушаре там самое место! Хотя…если прикинуть, то этот парень единственный не зыркает на меня волком, постоянно улыбается и пытается поддержать… В жопу! Все люди одинаковые: сначала яйца тебе лижут, а потом – заточку в спину! – Саске сидел в своей комнате один и рассуждал вслух, но его монолог прервали. - Можно? – неуверенная «усатая» мордашка появилась в дверном проеме из-за двери общего блока на две комнаты. «Только черта помяни…» - недовольно хмыкнул парень про себя, а вслух ответил: - Чего тебе? - Все в курилку ушли, а я терпеть курево не могу. Одному скучно. – шрамированные щеки блондина осветил смущенный румянец. - Фразу «пошел в жопу» ты все равно не понимаешь, так что заваливай. – лениво протянул «готический мальчик» и махнул рукой, подтверждая свои слова. - А ты куришь? – блондин сел рядом. - Только когда совсем плохо. - Понимаю. Это когда уже совсем надоедают все эти косые взгляды и желчные высказывания всяких недомерков. А еще хуже, если какой-нибудь имбецил догадается напомнит о родителях, да? Когда кажется, что выхода нет, но нужно жить дальше, и делать вид, типа тебе похер. – рассуждая вслух, Наруто прошел вглубь комнаты, сел на кровать напротив Саске и посмотрел в окно, словно брюнета здесь не было, а в задумчивом голосе были слышны тоскливые нотки.       Брови Учихи поползли вверх. Юноша в изумлении уставился на «сокаторжника»: это был их первый серьезный разговор за все время пребывания здесь блондина, и парень не ожидал от Узумаки понимания и сочувствия. Сердце жалобно заныло, потому что Наруто попал в самую точку. - Откуда ты знаешь? - В группировке, к которой я причалил спустя пару лет после того, как меня выкинули, словно вшивую собачонку, был человек, который меня ненавидел. - Странно. Ты, конечно, подбешиваешь, но не сказать, чтоб настолько. – задумчиво перебил его Саске. – Или ты ему подгадил? - Никому я не гадил. Представь себе, этот урод ненавидел меня лишь за то, что я «вечно лыбу давлю» и не ломаюсь, когда «жизнь» - Наруто специально «выделил» слово жестом. - в его лице пыталась нагнуть меня раком. Постоянно смотрел на меня как на говно и постоянно нашептывал народ против меня. И знаешь, что больше всего раздражало?       Брюнет заметил, как с виду вечно доброжелательный парень на глазах «заводился» и стал превращаться в нечто озлобленное и нервное. Не рискнув прерывать собеседника, чтоб осадить, Змей пристально наблюдал за гостем, словно пытаясь раскопать в нем что-то. Даже на, по сути риторический, вопрос Учиха, не прерывая своего молчания, просто слегка покачал головой. - Все эти головорезы, вместо того, чтоб пораскинуть мозгами, верили ему на слово! Меня гнобили! Но самое херовое осталось на потом: он настолько ахуел, что его нападки стали открытыми и более жестокими. Один раз этот ублюдок запер меня в гараже и… - моральных сил закончить фразу не осталось. Повисла долгая пауза, в течении которой мозг брюнета лихорадочно работал, догадавшись о содержании пропущенной сцены и пытаясь в полной мере осознать полученную информацию, а Наруто пытался отдышаться и хоть слегка успокоиться. Закрыв глаза на пару секунд, юноше удалось взять себя в руки, и он все же продолжил. – После этого я ушел от них, а через два месяца меня повязали.       Пребывая в сильной растерянности, Саске молчал, никак не отреагировав на окончание автобиографии блондина. Пытаясь как следует проанализировать ситуацию, брюнет автоматом «примерил» ее на себя, и чем больше он погружался в нее, тем все больше терялся в смятении и недоумении: «И после всего этого дерьма… Как он живет еще? Кто он такой вообще?! Даже, если собрать только то, что я успел на него нарыть, уже слишком дохуя на его долю: сначала родителей убили при ограблении, потом жалкое попрошайничество на улице, банда заправских отморозков, воровская жизнь, гнобеж, постоянная борьба за выживание, а в конце и вовсе изнасилование. И после всего этого он не просто в петлю не влез, а светится, как пресловутый червонец, и жизни радуется! Он точно псих!... Этот парень очень непростой кент. Он может быть слишком опасным врагом, такого лучше держать в союзниках.».       Молчание затягивалось, от чего Наруто ощущал сильный дискомфорт. Узумаки уже успел несколько раз пожалеть, что поддался порыву и поделился откровением, ожидая откровения в ответ. Учиха, судя по всему, делиться «баш на баш» не собирался, и это задело блондина за живое. Только-только сумев успокоиться, он снова начал накручивать себя, поэтому, уже не ожидав от брюнета ответа, вздрогнул, выныривая из своих мыслей, когда услышал его голос. - Как группировка называлась-то? – безразличным тоном поинтересовался брюнет, чтобы хоть как-то поддержать разговор, потому что интуитивно понимал, что Наруто ждет хоть какой-то реакции. Даже несмотря на то, что вопрос Змея был вызван исключительно «этикой», взгляд блондина все равно резко преобразился, лукаво заискрившись, от чего Саске в очередной раз подумалось, что он совершенно не понимает этого парня. Самым же удивительным для брюнета было осознание того, что ему хотелось преодолеть это непонимание и разгадать странного парня, как головоломку. - Акацуки. – слишком наигранно-пренебрежительно отмахнулся Наруто, словно его ничего не связывало с этим названием, но заметив, как Учиха вдруг весь подобрался и побледнел, тут же стал серьезным. – Ты что-то о них знаешь? - Как звали того парня? – игнорируя вопрос, произнес почти шепотом брюнет, жуя губы и смотря в пол. - По протоколу Итачи, но вообще все называли его Вороном! – удивился резким изменениям в собеседнике, но тем не менее ответил Наруто, однако пристального взгляда с собеседника не сводил, ощущая как от того повеяло холодом. – Зачем тебе? - Что!? Ты гонишь! – Саске стремительно вскочил с яростью глядя на гостя и заметался по комнате. – Этого не может быть! - Почему? Ты его знаешь? – теперь пришло время удивляться Узумаки. - Он…он мой брат.       В голове так и звенело это слово. Блондин медленно поднялся, постепенно «переварив» информацию, и в испуге попятился назад, к выходу. В голубых глазах начала зарождаться паника, кожа приняла болезненно бледный оттенок, а дыхание стало частым и поверхностным. - Постой! Я думал, он сдох давно. Я вообще ничего не слышал об этом! Клянусь! – засуетился Учиха младший. Теперь, после этого разговора, даже, скорее откровения, ему не хотелось иметь какие-то терки с Наруто. К тому же, как оказалось, блондин был тем единственным человеком здесь, кто мог бы понять все то бремя, что висело на плечах брюнета, несмотря на то, что раньше Саске считал, будто «святоша» совершенно ничего не смыслил в жизни. Учиха осознал это, как только уступил и позволил блондину раскрыть рот. Очень внимательно наблюдая за голубоглазым все прошедшие дни, брюнет даже не догадывался о силе воли этого шкета, и только сейчас, наконец-то выслушав историю «блаженного», понял, почему все ребята так тянулись к нему. - Я…Я не верю тебе! Ты один из них! – голос парня сорвался: перед глазами пронеслось множество слишком отчетливых картинок воспоминаний, чтоб оставаться невозмутимым. - Да, я был в их группировке, но пытался смыться от этих уебков, когда они меня подставили. Меня звали Змей, и я работал в младшей группе с Подрывником и Безликим. Эти два отморозка слили на меня всю инфу вертухаям, и я два года уже как здесь. А Итачи, как сказали легавые, умер, пытаясь вытащить меня из заварухи. - Почему я должен тебе верить? - Наруто, мать твою, я не вру! - Лис. - Чего? - Я – Лис. Забудь мое имя! Для тебя его больше не существует. – блондин все же смог взять себя в руки, усмирив панику, из-за чего резко изменился: взгляд стал хищным, глаза налились кровью, волосы встали дыбом, словно загривок у волка, губы растянулись в зверином оскале. Мгновение, и от радушного наивного паренька не осталось и следа. Теперь перед Учихой стоял настоящий озлобленный зверь, от которого исходило почти осязаемое ощущение угрозы, как от дикого хищника. Сейчас во всем теле парня чувствовалась сила и ярость. - На… - Заткнись! – Узумаки отскочил спиной вперед, прикрывая тылы, когда Саске попытался сделать шаг к нему, и у самой двери напоследок прошипел с омерзением. – Змей!..       Дверь захлопнулась.