Часть 3. Отпечатки прошлых ошибок.

      — Сука! — крикнул Люцифер и вскочил с дивана.       Он не знал, что делать. Хотелось сразу же рвануть на пристань, но в сообщении было указано чёткое время. Моранг собрал пазл в голове и понял, у кого находился брат — Всадники. Кроме них и его команды больше никто не знал про прозвище Люцифера. Только что Эрик мог сделать и где перешёл им дорогу? А самое главное: зачем? Ведь прекрасно знал, что из-за дел с ними Люциферу пришлось бросить прошлую жизнь, семью, друзей и уехать.       Моранг ходил из угла в угол, взявшись руками за голову, словно пытался собрать множество навязчивых мыслей воедино. Но ни одной здравой не приходило. Он безумно боялся за родного человека, а как сейчас помочь — не имел ни малейшего понятия. Ведь знал, что Всадники беспощадны и с легкостью перерезали бы Эрику горло, стоило только Люциферу сделать хоть один неверный шаг.       — Блядство! — снова крик раздался по первому этажу дома.       Мисселина, которая в этот момент заходила с кофе, от испуга выронила поднос из рук. Белый паркет вмиг потерял свой чистый вид. Мальбонте повернулся к ней и увидел виноватый взгляд. Он махнул рукой, чтобы она уходила. Бёрн хотел разобраться, что случилось. Он сразу набрал Сэми и попросил приехать в покерный клуб. Также он отправил сообщение остальным друзьям с такой же просьбой.       — Люци, не мельтеши! И дай телефон, — Мальбонте подошёл к Морангу и забрал мобильный.       Он несколько раз перечитал сообщение и тоже сложил дважды два. Не было сомнений, кто это мог быть. Маль свайпнул пальцем по экрану, и его глазам открылась жуткая картина. Берн скривился, убрал смартфон и заметил, как друг вышел на улицу, а его напряжённая спина и руки, скрещённые на груди, говорили о том, что тот находился в смятении от происходящего, и ему была необходима поддержка.       — Ну и натворил твой братец дел, — с досадой проговорил Маль и подошёл к Люциферу, который уже успел выйти во двор и докуривал сигарету.       — Слушай, — не обращая внимания на слова друга, заговорил Моранг, — сможешь одолжить мне денег? Я с собой столько не брал, да и ни один банк мне не обналичит такую сумму. А я потом переведу на твой счёт, — не глядя на Маля, он достал ещё одну сигарету, продумывая план действий.       Скорее всего, Всадники хотели выкуп — ту сумму, которую задолжал Эрик. А, возможно, и в двойном размере. Эмоции Люцифера чуть поутихли, и он старался смотреть на ситуацию холодным взглядом. Но выходило хреново.       — Без проблем, — ответил Мальбонте и сделал затяжку.       — Когда приезжал Эрик, он просил определённую сумму. Может, они хотят забрать своё — и всё? — спросил Люцифер, но вопрос скорее был риторический. Он с трудом в это верил, отлично зная людей, с которыми придётся иметь дело.       — Поехали в «бункер». Сейчас туда все подъедут, и обсудим, — Маль докурил, затушил окурок в пепельнице, поддерживающе хлопнул друга несколько раз по плечу и зашёл в дом.       А у Люцифера в голове творился хаос. Одна мысль молниеносно сменялась другой. Сложно было собрать всё в кучу, ещё и волнение за брата мешало смотреть на происходящее трезво и решать проблемы, как он это делал раньше. А именно — с холодным умом.       Они быстро собрались. Люцифер делал всё на автомате и пришёл в себя только сидя в машине. В голове прокручивалось столько сценариев сегодняшней встречи с Всадниками: от самой мирной, что Эрика просто отпустят, до самой ужасной, что с братом хладнокровно расправятся на его глазах. А, возможно, они оба сегодня не вернутся обратно.       Ещё Люциферу не давал покоя сон, который вспышками всплывал в памяти. Он боялся за брата: тот ещё слишком молод, хотя уже преуспел влезть в такие проблемы, которые Морангу и не снились.       — Как вообще Эрик вышел на них? А главное — зачем? Ведь он прекрасно знает, что это за люди, — внезапно выпалил Люцифер и посмотрел на Маля.       Неспроста же Всадники забрали Эрика. Это всё как-то связано. Люцифер долгое время с ними работал, и те никогда не марали руки из-за копеек. По их меркам сумма была несерьёзной.       — Вот съездим и всё узнаем, — буднично проговорил Маль. Он держался спокойным снаружи, хотя внутри разрывало от понимания того, что Люцифер может оказаться прав. Только озвучивать это не хотелось: друг и без этого находился во встревоженном состоянии.       — Я поеду один, — без доли сомнений сказал Люцифер.       — Я тоже поеду, буду поблизости, — Бёрн злился оттого, что Моранг не позволял хоть как-то помочь.       Мальбонте достал пачку сигарет и закурил прямо в салоне автомобиля, хотя раньше не переносил запах табака внутри. Бёрн знал, кто такие Всадники. Знал, насколько они жестокие, беспринципные и маниакально жаждущие контроля власти.       Они сидели на заднем сиденье дорогого кроссовера и погружались в свои мысли, откинувшись на спинку. Правильной идеей оказалось поехать с водителем. Сейчас им точно не стоило самим вести автомобиль.       — Нет. Не будем спорить, — чётко и уверенно произнёс Люцифер и прикрыл от усталости глаза.       Он понимал, что написанное условие было неспроста. И если Моранг решил бы ослушаться, всё могло стать во стократ хуже. Маль в свою очередь выбивал пальцами непонятный ритм по подлокотнику. В голову пока не приходило решение проблемы, он надеялся, что в «бункере» с командой они всё придумают. Друзья всегда поддерживали и подкидывали дельные советы. Один Ади чего только стоил со своими неиссякаемыми идеями.

***

      Клуб был ещё закрыт, но стрелки часов неумолимо ползли по циферблату, приближая момент, когда двери вновь смогли бы открыться для посетителей. Помимо Ости в зале никого не было. Как только двери открылись, Уайт подлетела к друзьям за считанные минуты.       После сообщения она сразу же вскочила с кровати и принялась собираться. Благо её квартира находилась совсем рядом, поэтому Ости прибыла самая первая. И всё это время её сердце находилось не на месте: не терпелось узнать, что же такого серьёзного случилось, раз вся команда вновь должна была встретиться.       Маль заключил её в объятиях и оставил нежный поцелуй на губах, тем самым пытаясь усмирить её волнение. И своё. Отстранился, положил ладонь на талию и повёл к бару. Люцифер проследовал за ними, но стоило ему сделать шаг, как дверь с щелчком раскрылась и на пороге появились братья. Сэми был спокоен, по крайней мере, все его видели таким, а вот Ади не мог скрыть своих эмоций. И после того, как все поздоровались, он подлетел к полкам с алкоголем и без спроса взял дорогой виски. Откупорил её и хотел уже потянуть стеклянную тару к губам, но Маль опередил друга и вырвал бутылку.       — Эй, — вскрикнул Ади и уставился на Бёрна.       — Не наглей, — твёрдо ответил Маль и достал всем бокалы.       Ади лишь фыркнул в его сторону и забрал первый наполненный тумблер. А Люцифер усмехнулся, словно всё стало так же, как и раньше. И не было этих нескольких лет, в течение которых он хотел отмыться и начать жить с чистого листа. На губах растянулась улыбка, и он понял, как скучал по всем и по тому, чем они занимались. Как бы он ни хотел убежать, но прошлое словно клеймо — навсегда теперь будет идти с ним по жизни.       — Рассказывай, — проговорил Ади после того, как выпил алкоголь залпом и с грохотом поставил бокал на деревянную поверхность.       Ему хотелось узнать подробности. Все сосредоточились и посмотрели на Люцифера. А он просто взял и показал им сообщение на телефоне. Каждый тщательно вчитывался в написанное, а, когда Моранг открыл фотографию, их лица побледнели. Ости от увиденного прикрыла рот ладонью и быстро отвернулась, а Ади с Сэми несколько секунд изучали фото.       — Пиздец… — произнес Ади. Он любил авантюры, но осознавал, что связываться с Всадниками было опасно. Даже без слов всем стало понятно, кто за этим стоял.       — И что мы будем делать? — спросила Ости.       Люциферу было приятно видеть, как друзья прониклись проблемой, что они вновь были готовы на всё, а в особенности сердце грело от произнесённого «мы». Он в очередной раз убедился, что это — его люди, которые пойдут с ним и в огонь, и в воду. Не бросят при проблемах, а будут стоять рядом против всего мира.       — Я поеду туда, — ответил Моранг. Пусть он и знал, что друзья его не оставят в беде, но не мог рисковать ни ими, ни братом. — Один, — продолжил он, когда увидел хмурое лицо Маля.       — Так, давайте подумаем, — заговорил Сэми.       — Да что тут думать? Поеду, отдам деньги и заберу Эрика, — перебил друга Люцифер. Но сам не верил в свои слова.       — Малой кровью явно не обойдётся. Ты же понимаешь? — влез Ади, и Моранг горько усмехнулся. — Короче, у меня кое-что осталось с былых времен… — он резко замолчал, когда двери клуба открылись, и появилась официантка.       — Потом продолжишь, пойдёмте в «бункер», — произнёс Маль, взял бутылку виски и вышел из-за барной стойки. — Скажи Монике, что она сегодня за старшую, — он обратился к Ости, она кивнула и направилась к сотруднице. А остальные последовали за Бёрном.       Когда двери кабинета закрылись, Ади не стал терять времени и полез в одну из коробок, которые лежали в шкафу на верхней полке. Никто особо не придал значения тому, что делал друг. Все сели за круглый стол, Маль обновил бокалы и откинулся на спинку кресла, пытаясь понять, что замышляли Всадники. Единственная мысль, которая надоедливой мухой жужжала, — это то, что они хотели, чтобы Моранг на них работал. Другого объяснения не было. Но озвучивать это он не хотел.       — Нашёл, — крикнул Ади и спрыгнул со стула с небольшой коробкой в руках.       В этот момент зашла Ости и присоединилась к остальным. Все удивленно уставились на Ади и ждали дальнейших действий и предложений. Янг с грохотом поставил пыльную коробку, открыл её и принялся озадаченно вытаскивать содержимое в поисках чего-то определённого.       — Во-о-о-от, — протянул Ади и достал небольшое устройство, похожее на брелок для ключей.       — Что это за хре… — хотел задать вопрос Люцифер, но Ади усмехнулся и перебил его.       — Это то, без чего мы тебя не отпустим на пристань, — Ади говорил загадками, и все начинали медленно злиться. — Не смотрите так, словно готовы меня убить, — он засмеялся и продолжил, — в этом брелке встроена прослушка. Бля, неужели уже никто не помнит? Вы стареете, друзья, — в своей манере сказал Ади и передал устройство Люциферу. — В идеале ещё бы наушник Люциферу, но его нет.       Моранг покрутил в руках небольшой брелок и вспомнил, что они пользовались такими штуками, когда выполняли заказы. Это было очень удобно для всей команды. Он не стал спорить и убрал устройство в карман джинсов. Маль в то время достал пачку сигарет, закурил и передал остальным. Кабинет наполнился дымом, но вытяжка помогала и поглощала в себя белые клубы.       — Сколько же Эрик им задолжал? — спросила Ости и потушила окурок о пепельницу.       — Не так много, чтобы они морали о него руки, — пожал плечами Люцифер и посмотрел на часы.       Время как назло тянулось медленно. Словно испытывало нервы и терпение Моранга на прочность. Друзья вспоминали былые времена, как они справлялись со всеми задачами. Люцифер слушал вполуха, от рассказов в памяти всплыла папка, которая лежала у детектива Уокер. Прошло столько лет, а дело до сих пор было не закрыто. Или, может, его достали с архива совсем недавно? Только для чего? Его голова разрывалась от мыслей.       Он взял телефон, встал из-за стола и пошёл к выходу. Сказав всем, что сейчас вернётся, закрыл за собой дверь и направился на улицу. Люцифер вспомнил про машину Эрика, которая была на штрафстоянке. Он достал визитку из внутреннего кармана куртки и набрал номер.       Спустя несколько гудков на том конце провода прозвучал серьёзный голос Вики.       — Детектив Уокер, слушаю, — она говорила уверенно и чётко.       — Доброго времени суток, детектив. Это Люцифер Моранг. Я хотел бы кое-что узнать, — сказал Люцифер и услышал тяжелый вздох.       Вики была на выходном и совсем не хотела, чтобы её тревожили по работе. Она смотрела сериал и гладила пушистый комок шерсти, который мурчал и успокаивал.       — Я слушаю, — она запустила пальцы в рыжие волосы питомца, на что тот ответил громким тарахтением.       — Я хотел узнать по поводу машины. Где и когда её можно будет забрать? — Люцифер успел пожалеть о том, что сам позвонил детективу.       Только сейчас Люцифер задался вопросом, как Эрик будет ходить на отработки после встречи со Всадниками. Что придётся говорить стражам порядка? Что Моранг-младший споткнулся и пролетел пять этажей вниз по лестнице? В этот бред поверил бы только глупец, но никак не полиция.       — Я разве не давала Вам квитанцию и листок с адресом? — Вики прикрыла лицо ладонью; она не понимала, как могла забыть про это.       — Нет.       — Тогда я Вам позвоню и уточню, когда подъехать. У меня выходной, и я не могу посмотреть по базе, — ответила Уокер.       — Хорошо, буду ждать, — Люцифер узнал, что его интересовало, и сбросил вызов, когда услышал «до встречи».       Сейчас в голове была полная неразбериха. Как явиться с Эриком в отделение полиции, и придётся ли вообще с ним туда ехать? Моранг решил для себя, что сначала заберёт живого брата, а уже потом будет разбираться с остальными проблемами.       Люцифер вернулся к ребятам, сел на кресло и устало потёр лицо ладонями. Прошло только полдня, но ощущение, что он не спал несколько суток. Усталость брала верх, что не ушло от внимания Мальбонте.       — Так, сейчас расходимся, встретимся в девять. А ты, друг, едешь со мной, — Бёрн похлопал Люцифера по плечу и подошёл к Ости. — Ты тоже с нами, — он обнял её и оставил поцелуй на губах.       — Я тоже с вами, — весело сказал Ади и поднялся с кресла.       — Я пас, мне на работу надо, — Сэми повторил действие брата и пошёл к выходу. — Кстати, Люци, я попробую сегодня что-то узнать по твоей просьбе, — Моранг кивнул ему, и тот покинул кабинет.       — Хрен с тобой, — Маль махнул рукой на Ади. — Только, прошу, не налетай на холодильник как в прошлый раз. Мисселина привыкла готовить на меня одного, — от реплики Бёрна Ости хохотнула, а Ади закатил глаза.

***

      После «бункера» друзья направились к Мальбонте. Он сразу отправил Люцифера отдохнуть в гостевую комнату. Но сон совсем не шёл, поэтому Моранг просто ворочался с одного бока на другой. В конечном итоге он поднялся с кровати и отправился в душ в надежде, что это хоть как-то придало бы бодрости.       Когда Люцифер стоял под холодной водой, мысли наконец-то приобрели ясность. Теперь он чётко понимал, что Всадники неспроста всё это затеяли и, скорее всего, хотели, чтобы Моранг выполнял их заказы. Он был одним из лучших в своём деле, и это знал весь криминальный мир Калифорнии.       Люцифер выключил воду, взял махровое полотенце, обмотал его вокруг бёдер и вышел в спальню. Капли стекали, очерчивая его тело и оставляя влажные следы на паркете. Он взглянул на большие настенные часы. Их стрелка приближалась к назначенному времени, и чувство неизвестности разрасталось внутри Моранга только сильнее.       — К чёрту! — выругался Люцифер и скинул с себя полотенце. — И не из такого дерьма выбирался, — твердил как мантру, словно хотел внушить эти слова себе в голову.       Но прекрасно понимал, что такого с ним ещё не происходило. Его семье никто и никогда раньше не угрожал. Люцифер осознавал, что Эрик достаточно взрослый для того, чтобы принимать решение и понимать, где хорошо, а где — плохо. В это дерьмо он залез самостоятельно, а вытаскивать его приходится старшему Морангу, пока брата не засосало по самую голову.       Он оделся и пошёл в холл, где его уже ждали друзья. Маль протянул Люциферу сумку с деньгами, а Ади напомнил про брелок. На нём была небольшая кнопка, которую необходимо нажать, чтобы активировать устройство.       — Ты готов, — усмехнулся Ади. — Мы поедем в «бункер», там мой ноут. Будем всё слышать. Если что — приложим все усилия, чтобы подоспеть. Тут недалеко, но давай постараемся без сюрпризов, — он легонько хлопнул Люцифера по плечу и улыбнулся. — Если честно, я соскучился по всему этому.       — Давайте только сопли разводить не будем, — проговорил Люцифер, взял сумку с деньгами, а прослушку положил в карман. — Через пару часов вернусь с Эриком. Всё будет нормально, — его голос не дрожал, он говорил уверенно.       — Может, мне всё же поехать и быть неподалёку? — спросил Мальбонте, хотя знал, какой ответ прозвучит.       — Нет, — покачал головой Моранг. — За дело! — он хлопнул в ладони, и все пошли к выходу.

***

      Подъезжая к пристани, Люцифер включил прослушивающее устройство и положил во внутренний карман куртки. Также достал из бардачка пистолет и спрятал его под майкой. Проверил с Ади связь и, убедившись, что всё работало исправно, вжал педаль газа в пол, хотя времени ещё оставалось предостаточно.       Спустя минут пятнадцать Люцифер остановился возле заброшенного здания, заглушил мотор и выключил фары. От этого вся территория провалилась во тьму. Даже луна спряталась за тучами и не давала хоть толику света. Моранг вышел из машины, достал пачку сигарет. Облокотился о капот и подкурил. Воспоминания последней встречи со Всадниками стали всплывать яркими картинками. Словно это было вчера. Последние слова, брошенные Люцифером о том, что их дороги больше не пересекутся, и змеиный шепот Чумы, что он ошибается.       «Яркий диск луны освещал пристань холодным светом, и ночь поглощала город, погрузив пространство в темноту. Жаркий день уступил свои права приятной прохладе, но Люцифер не замечал, как ветер трепал его волосы через приоткрытое окно машины. Всё происходящее вокруг слилось в одно серое месиво, на которое не хотелось тратить время. Единственной целью было сбросить оковы и освободить себя и друзей от удушающей петли на шее, которую набросили Всадники.       Последний поворот по знакомой траектории — и Импала свернула с оживлённой дороги. Шуршание шин изменилось, когда Моранг съехал с асфальтированного покрытия на деревянную пристань. Огни фар разогнали полумрак, и, удостоверившись, что поблизости никого нет, он, не глуша мотор, вылез из салона, предварительно спрятав под футболку пистолет. Глок 17 — верный спутник Люцифера: без него появляться в таком месте как минимум непредусмотрительно, как максимум — смертный приговор. Каждая встреча с Всадниками могла стать роковой, но под завязку заполненный семнадцатью патронами магазин давал надежду выйти живым из их логова. Люцифер не мог знать, когда придётся его применить.       Он прикрыл на мгновение веки, чтобы не дать эмоциям взять верх. Но они поглощали словно зыбучие пески и не давали здраво мыслить. В ушах до сих пор стоял оглушающий взрыв, а перед глазами воспоминания о том, как смеющийся Эдриан похлопал его по плечу и, желая выполнить дело самостоятельно, направился к Шелби, всплывали будто в замедленной съёмке. Но стоило ему сесть в салон, как яркая вспышка озарила темноту улицы, а жар, обдавший кожу, словно засел в груди и теперь разъедал изнутри, принося дикую боль.       Открыв глаза, Люцифер оказался на пустынной пристани и, не медля больше ни секунды, направился к яхте, на которой, должно быть, Всадники уже отмечали очередное выполненное не своими руками дело. Но они не знали, как всё было на самом деле. Или, возможно, верные псы доложили о случившемся, и его уже ждали.       Он подавил бурю эмоций, разрастающуюся внутри, и с каждым шагом приходило осознание происходящего. Осознание, что всё произошло не случайно, и на месте Эдриана должен был быть он. Люцифер со скрежетом стиснул зубы и подавил в себе желание сразу же вытащить пистолет и засадить каждому из Всадников по пуле в лоб. Они не могли не знать, куда отправляли. Не могли! Вдох-выдох, он спустился на палубу, где роскошь в каждой детали резала глаза. Голод обожал свою Шарлотту, лично занимался её проектировкой и подбирал материалы. И это переросло в их общий бизнес.       Люцифер достал ключи от машины и, зажав их в ладони, сделал шаг к лестнице, которая вела к каюте. Он прислонил металл к блестящей лакированной поверхности и оставил на ней длинный уродливый след. Наверное, единственный изъян на данной посудине, не считая её владельцев.       Шелест волн затих, как только Моранг спустился по лестнице. Оказавшись внизу, он услышал встревоженные голоса. Писклявый и истеричный Чумы с лёгкостью можно было отличить среди всех. Она что-то эмоционально говорила, но слов невозможно было разобрать.       — Люцифер, заходи, чего как чужой? — раздался голос Смерти, и в эту же секунду открылась дверь.       Люцифер зашел в просторную каюту. Таинственно блестящие поверхности из черного мрамора, сияющие в лучах тусклого освещения комнаты, похожие на зловещие глаза пиратов, казались олицетворением мерцающих сокровищ в подводном мире. Огромные панорамные окна от пола до потолка открывали захватывающие виды на окутанные туманом и печально красивые океанские горизонты. И справа, и слева от окон были расположены многочисленные электронные пульты и деловые книжки с записями о новых грабежах и предстоящих операциях, напоминая о том, что эта яхта — изысканное убежище не только для любителей роскоши, но и для опасных преступников, готовых испытывать судьбу в беспощадных деяниях.       Изысканный бар с лазурно прозрачными стеклянными полками был переполнен различными бутылками с коллекционным алкоголем. А хозяева всего этого не сводили с Люцифера глаз: во взгляде Смерти читалось полное безразличие, Война как всегда смерил его пренебрежительным взглядом, Голод словно сканировал каждую эмоцию Моранга, и лишь Чума не скрывала лютую ненависть. Казалось, что она готова была броситься на него вцепиться в горло подобно бешеной псине, но сильная хватка Войны на её запястье не давала этого сделать.       — Думаю, вы уже в курсе, чем закончился угон? — Люцифер скрестил руки под грудью и не сделал ни шага навстречу. Сохранил безопасное расстояние, чтобы не задохнуться от желчи и душевной гнили.       Его голос звучал холоднее ледников озера Коцит: невозможно было считать ни единой дрогнувшей ноты. Все эмоции сокрыты за семью печатями и вскроются лишь когда он окажется наедине с собой. Вот тогда можно будет рвать и метать, злясь на собственную глупость. Ведь куда ещё могли завести такие сделки?       — Как он там оказался? — Чума отбросила со своего запястья руку Войны, поднялась с кресла и сделала шаг вперёд.       Только сейчас Люцифер обратил внимание на её лицо: по щекам чёрными разводами стекала тушь, подчёркивая бледность кожи. При каждом действии её трясло так, словно агония медленно завладевала телом.       — Отвечай! Мать твою! Как. Он. Там. Оказался? — выплёвывая каждое слово, она впадала в истерику.       Но Люцифер не произнёс ни слова — лишь перевёл взгляд на Смерть, и тот обратился к Войне:       — Уведи её, — он понимал, что эмоции не помогут, а лишь сыграют злую шутку.       Лишь Смерть мог приструнить Чуму и остальных Всадников. Достаточно было взгляда, и сестра вмиг отступила, не желая провоцировать, но всё же продолжала прожигать Люцифера насквозь покрасневшими от злости и слёз глазами.       — Разреши остаться, — она ядовитым шёпотом выдавила из себя просьбу. — Хочу сама услышать, как он всё расскажет. Как допустил, чтобы его не стало?       На свой вопрос получила лишь сдержанный кивок, а после поспешила подойти к Войне, чтобы почувствовать опору, которая не даст упасть на пол. Этот день и так выбил почву из-под ног, и бумеранг сработал незамедлительно, унося жизнь единственного, кого она любила каждой клеткой, каждой молекулой души.       — Всё произошло быстро: Эдриан увязался за мной и хотел сам выполнить это поручение, — Моранг пожал плечами, а после достал хрустящие, свеженапечатанные купюры, которые он совсем недавно снял из круглосуточного банкомата. — Здесь должно хватить, чтобы покрыть стоимость автомобиля.       Последовал хлопок — пачка упала на центр стола, но никто к ней не приблизился. Всадники никак не отреагировали на такой поворот событий.       — Нам не нужны деньги, — оскалился Смерть. — Представляешь, всю жизнь мечтал именно об этой тачке, — он наигранно всплеснул руками, а после прислонил указательный палец к губам. Кожа, испещренная шрамами от сильного ожога, слегка натянулась, вырисовывая на его лице ухмылку. Он носил эту маску уже много лет, но внешние изъяны со временем просочились глубоко под кожу, уродуя и душу, очерствляя её, покрывая толстой коркой льда, которую никто не в силах растопить.       Люцифер предвидел такую реакцию, но меньше всего его волновали ожидания и планы этих уродов. Превыше всего были близкие, и единственным верным решением, чтобы спасти их, являлся уход от дел. Необходимо было полностью разорвать все связи, пропасть, исчезнуть хотя бы на какое-то время. Как бы тяжело ему ни было, но стереть своё имя из судеб друзей казалось наилучшим выходом. А стрелки настенных часов словно намеренно отбивали ритм его сердцебиения, пытаясь выдать все эмоции с потрохами.       — Это было последнее дело, — Моранг махнул рукой на пачку долларов. — Или деньги, или ничего — вам решать.       Его безразличный тон лезвием прошёлся по нервам Чумы, но от сильной хватки Войны она издала лишь мерзкий визг. Он стиснул её талию одной рукой, а второй закрыл рот, ведь прекрасно знал, что лучше не провоцировать Смерть. Не стоило выпускать тьму, которая находилась внутри него. Да и к тому же Люцифер сам прекрасно справлялся с этой задачей своей выходкой. А сестру Война хотел уберечь, спрятать за спину и не позволить ей наделать глупостей.       Но через мгновение, шипя, одёрнул руку, и на внутренней стороне ладони появился след от укуса с несколькими каплями тёмно-красной крови. «Импульсивная, невозможная, моя!» — пронеслось в голове Войны, и он проследил взглядом, пытаясь уловить эмоции Смерти.       — Ты думаешь, что так просто уйдёшь? Ты думаешь, мы тебя отпустим? — глаза Чумы расширились, и весь вид напоминал человека с психическими расстройствами: весь привычный лоск спал, освобождая место внутреннему безумию.       Каждый из присутствующих знал, что только Эдриан сдерживал ящик со всеми её демонами, не давая произойти апокалипсису. Но теперь его не стало.       — Мне не требуется ваше разрешение, согласие или даже одобрение, — Люцифер сделал шаг назад и в последний раз обвёл помещение взглядом. Казалось, что в это мгновение всё замерло — даже пылинки зависли в воздухе, не решаясь продолжать скользить в хаотичном порядке. Стрелки часов умолкли, переставая раздражать своим монотонным тиканьем, но вот пульс дробной очередью отбивал в ушах.       Люцифер знал, что, выйдя за дверь, разделит свою жизнь на до и после. Но он скорее стремился переступить эту черту и перелистнуть страницу жизни, на которой всё пошло наперекосяк. Дальше лишь чистый лист, новые чернила и незнакомые лица.       — Надеюсь, что наши пути больше никогда не пересекутся, — последние брошенные Люцифером слова, и он развернулся, чтобы уйти.       — И не мечтай, Демон! — шипение Чумы вонзилось в спину и отпечаталось в памяти.       Но он не удостоил её даже взглядом — захлопнул за собой дверь и быстрым шагом направился к машине, до сих пор ощущая, как полыхает кожа на спине от недавних испепеляющих глаз. Моранг знал, что Всадники могли дать шестёркам команду, и он никогда бы не добрался даже до Импалы. И лишь только когда оказался в салоне и с визгом шин выехал на дорогу, позволил себе сбросить восковую маску, которая чуть не дала трещину, демонстрируя весь ураган эмоций, бушующий внутри.»       Из-за угла показался свет фар, и спустя секунду ослепляющая вспышка ударила по глазам Люцифера. От непривычки он зажмурился и чуть повернул голову в бок, делая глубокую затяжку. Страха не было. За себя. А вот за брата был. Но он собрал всё самообладание, оттолкнулся от капота и сделал несколько шагов навстречу.       Несколько автомобилей остановилось в паре ярдов от Моранга. Открылись двери, и вышло два силуэта. Люцифер сразу их узнал. Даже в ночном свете он признал походку от бедра Чумы и расслабленную — Войны. Они всем видом показывали, кто тут главный.       — Люцифер, сколько лет! — Чума зловеще рассмеялась и встала напротив Моранга.       Стоило ей начать говорить, как пространство вокруг заполнилось неприятным чувством ожидания чего-то нехорошего, мерзкого. По расслабленным позам собеседников посторонние с трудом считали бы даже тень напряжения. Но только не Люцифер. Он слишком хорошо их знал и видел в каждом жесте опасность, недосказанность. Он был готов в любую секунду обороняться и защищать брата.       — Слишком мало, чтобы я успел соскучиться, — выдавил из себя Люцифер и поджал губы, мысленно заставляя держать внутренний раздрай при себе. А то неизвестно, чем могла закончиться эта ночь.       Он не знал, вооружены были они или нет. Хотя Война в любом случае приехал со своими излюбленными игрушками. Это прозвище не просто так приросло к нему и стало второй кожей. Любовь к огнестрельному оружию была слишком велика. А вот от Чумы Моранг мог ожидать чего угодно. Она всегда была импульсивной, эгоистичной и жестокой.       Люцифер замер и на миг прикрыл глаза, осознавая, что всё, от чего он так долго бежал, словно цунами накрыло его с головой. Он сглотнул ком в горле, видя, что его слова не понравились Чуме, и попытался перевести тему разговора в нужное ему русло.       — Предлагаю скорее решить недоразумение и забыть о нём, — Моранг вытащил сумку с деньгами из машины и поставил у своих ног.       Схему обмена он прекрасно помнил и не стал бы торопиться. Сперва Эрик окажется рядом с ним, а уже после ублюдки получат свои шуршащие.       — Предполагаю, что здесь именно то, что вам нужно, — Люцифер пнул сумку, не сводя глаз со Всадников.       Война усмехнулся и закурил. Он глубоко затянулся, и тлеющая часть сигареты искрами сжигала пергамент. Чума подошла вплотную к Люциферу и острым ногтем провела по лицу Морнага, очерчивая линию скул, царапнув по нижней губе. От этого ему стало не по себе. Захотелось оттолкнуть или схватить за горло, стирая отвратительную ухмылку.       На секунду Люцифер перевёл взгляд на Войну, и ему показалось, что всё тело громилы напряглось, словно ему было неприятно наблюдать за действиями Чумы. Он резко швырнул сигарету в сторону и быстрым шагом сократил расстояние между ними. В каждом движении читались уверенность и сила.       — Нужен брат? Тогда давай поиграем, — усмехнулся Война. — Давно у меня не было достойного соперника в гонках, а ты же знаешь, как я люблю побеждать не у слабаков.       — Это комплимент? — вопрос слетел с губ Люцифера. Он старался не реагировать на провокации, но в районе сердца закладывалось плохое предчувствие.       Люциферу совершенно не нравилось, как складывался разговор. Он рассчитывал пробыть здесь считанные минуты, забрать Эрика и свалить обратно в бункер к ребятам, но, видимо, у всадников было другое видение решения проблемы.       — Не думаю, что комплимент. Скорее компенсация за твоего неудачника-брата, — взгляд Войны прожигал насквозь. — Он потом расскажет тебе, что натворил. Если, конечно, сможет разговаривать, — громкий басистый смех разлетелся по пристани, заставляя чертей вылезти из темноты и чёрными кляксами страха за близкого человека просочиться в душу Люцифера.       — Что ты хочешь?       Чума повернулась к Войне, обняла его и принялась ластиться кошкой, но он стоял словно скала. На лице не дрогнула ни единая мышца, он продолжал прожигать Моранга своими чёрными радужками.       — Три круга вокруг этого здания, — он махнул рукой вправо, указывая на огороженное сооружение, которое находилось в плачевном состоянии, и даже под покровом ночи было видно, что оно давно заброшено: частями разрушено, в некоторых местах забор сломан, а неподалёку от них валялась металлическая табличка с названием, покорёженная временем. — Выиграешь — забираешь брата, а если нет — то будешь вылавливать его из моря.       Услышанное, словно гром среди ясного неба, лишило Люцифера способности дышать. Воздух застрял в горле и кислотой обжёг лёгкие. Голова немного закружилась от волнения за Эрика. Вот что-что, а играть на жизнь близкого точно не входило в его планы.       — Давайте остановимся на обмене — я вам деньги, а вы мне Эрика, — Моранг изо всех сил старался не выдать негодования, которое бушевало у него внутри.       Но видя, как Война, ухмыляясь, отрицательно качнул головой, холод волной прокатился по позвоночнику. Люциферу казалось, что он спал, и сон, который мучил уже долгое время, мог осуществиться. Нет! Он не позволит брату погибнуть и вытащит его задницу из этой передряги.       Война, не дожидаясь ответа, развернулся и уверенным шагом направился к машине. Остановился, открыл дверь и прежде, чем сесть, бросил насмешливым голосом:       — Если ты так и будешь стоять истуканом, то это будет самая простая победа. Но сделай одолжение: садись в тачку и топи на газ, а то я ненавижу лёгкую добычу, — он скривился так, словно съел лимон целиком. — Моранг, ты же не глупый, знаешь, что я не вру по поводу твоего недомерка.       Люцифер ничего не ответил — лишь кивнул, подхватил сумку и кинул на заднее сиденье, а сам сел за руль. Он знал, что друзья слышали каждое слово этого урода и, наверное, уже сходили с ума от всего происходящего. Он боялся, что Маль мог рвануть к нему и тем самым ещё больше усложнить ситуацию.

***

      От услышанного Ости закурила очередную сигарету, сбившись со счёта, и посмотрела на Маля. В «бункере» на мгновение повисла гнетущая тишина, а после её прервала ругань и грохот.       — Блять! Знал же, что эти уроды придумают какую-нибудь хрень! — Мальбонте со злости ударил по столу, и бокал от этого упал на пол, разбиваясь вдребезги на мелкие осколки точно так же, как и надежда на лучший исход встречи Люцифера со Всадниками. Маль понимал: если они начали игру, то придумают что-то ещё.       Ости вздрогнула, мысли лезли в голову совсем не радостные: а вдруг Люцифер проиграет, или если выиграет, то они не содержат слово? Она знала, что от Всадников можно было ожидать чего угодно. И самым страшным могло оказаться то, что из друзей назад никто не вернётся. От этой мысли ком поднялся к горлу. Но из размышлений её вывел голос Ади.       — Да вы чего? Люци сделает его как сопливого мальчишку! — видимо, он один до сих пор не терял оптимизма и пытался встряхнуть остальных. — Он сможет! И не из такой задницы выбирались.       Маль не мог больше слушать. В голове набатом звучала одна и та же мысль: что он должен был быть рядом с другом, не слушать его и не отпускать одного. Бëрн схватил мобильный и, не глядя на остальных, направился к выходу. Но не успел коснуться ручки, как на плечо легла ладонь и за спиной раздался голос Сэми:       — Сделаешь только хуже. У них по всему району могут быть расставлены шестёрки. Если сейчас у него есть шанс, то, как только ты приблизишься, Люци лишится его, — голос Сэми звучал безэмоционально, строго и отрезвляюще.       Маль сделал глубокий вдох, прикрыл ладонями лицо и медленно выдохнул.       — Ты прав. Чëрт, чувствую себя бесполезным куском мяса.       Майерс хлопнул его по плечу, и они вместе вернулись к столу ждать, чем же закончится гонка.

***

      Когда Люцифер оказался за рулём Импалы, абсолютно всё отошло на второй план. Моранг, хоть сам и отрицал, пытался не думать, но глубоко в душе скучал по адреналину, который ему дарили гонки, ведь езда на мотоцикле не шла ни в какое сравнение с ними. Здесь, сейчас, когда он был один на один с соперником и дорогой, мысли моментально очистились, а эмоции заглушились звуком ревущего мотора.       — Давай, детка, знаю, что ты тоже скучала, — он крепко сжал оплëтку руля, и на лице появилась ухмылка. — Эта безмозглая гора мышц хочет, чтобы ему надрали задницу? Ну что ж, сделаем это…       Люцифер дёрнул рычаг переключения скоростей и выжал газ. Выполнил манёвр и, развернувшись, припарковался вровень с машиной Войны. Азарт завладел разумом, только в этот раз ставки оказались гораздо выше, чем обычно.       Он посмотрел в боковое окно на самодовольное лицо соперника, и кулак зачесался ударить так, чтобы кровь брызнула алыми каплями по салону. Но не время было поддаваться желаниям, когда-нибудь он непременно выпустит кишки этим отбитым на всю голову нелюдям. Только мараться о таких тоже не хотелось. Поэтому Моранг стиснул челюсть и на холостых выжал педаль газа, демонстрируя свою готовность.       Чума продефилировала перед ними и, становясь между машинами, похлопав по капотам, подняла руки вверх. Люцифер мысленно отсчитывал в обратном порядке от пяти до нуля.       Пять.       Четыре.       Три.       Сцепление выжато, рычаг переключения скорости переставлен, нога готова в любую секунду выжать газ на максимум и заставить машину сорваться с места.       Два.       Ладонь сильнее сжала оплётку, даже послышался скрип кожи, который ласкал слух. Взгляд был прикован к дороге и всё постороннее перестало существовать.       Один…       Взмах руками, визг колёс — и пространство вмиг наполнилось рёвом моторов. Люцифер не знал, какие преграды могли встретиться на пути, и поэтому во время первого круга ему приходилось изучать дорогу. Разбросанная арматура и перевёрнутый бак, появившийся из ниоткуда, затормозили его, и Война вырвался на целый корпус вперед.       Стрелка на спидометре ползла к максимальным значениям, резкий поворот чуть не утянул с трассы, но Моранг справился с управлением, в отличие от соперника, и вырвал необходимую фору.       Но, даже чувствуя превосходство, в душе Люцифера словно высокая плотина отгородила сердце от эмоций. Не сейчас и не здесь. Возможно, когда он захлопнет за братом дверь в машину, и они свалят, только тогда он позволит себе выдохнуть.       Первый круг позади. Война пытался догнать, сократить отставание, но пока у него ничего не получалось.       — Нет, не сегодня! Никогда!       Теперь трасса не преподносила неприятных сюрпризов, и Люцифер с лёгкостью объезжал препятствия, а поворот даже на заносе не оказался неприятностью.       Всего один круг отделял его от победы, но Война не хотел так просто уступать. Чувствовалось, что эта гонка была для него не просто игрой. Он вкладывал в неё гораздо более глубокий смысл.       Раньше, когда Люцифер сотрудничал со Всадниками, то именно с ним у него были вечные недопонимания. Война постоянно подкидывал Морангу самые невыполнимые задания и каждый раз бесился всё сильнее, когда тот возвращался с победой.       Вот и сейчас Люцифер ощущал, что тот хотел выместить всю накопившуюся злость и показать своё превосходство.       Третий круг показался ему самым длинным. Лидерство постоянно менялось, и несколько раз Войне всё же удавалось вырваться вперёд. Но, миновав последний поворот, Моранг сумел финишировать первым. Визг шин и чёрные отметины на асфальте завершили эту безумную гонку.       Люцифер ударил по рулю и откинулся на спинку кресла. Выдыхать рано: он знал, но полдела сделано. Моранг надеялся, что им в голову не придёт больше никаких бредовых идей, и вскоре они разъедутся в разные стороны. Секунды, проведённые в собственных мыслях, могли дорого стоить.       Он хотел скорее поставить точку и дать наконец-то этому сумасшедшему дню закончиться. Люцифер представлял, как возвращается в город, где проживал последнее время. Пусть не родной, пусть он будет скучать по друзьям, но подальше от хаоса и людей, которые только и мечтали о том, чтобы сломать его жизнь. Событие произошедшее на его последнем деле, подтолкнуло Моранга к мысли, что на месте напарника должен был оказаться он. А значит, кто-то желал его смерти.       Моранг вышел из машины и только сейчас вспомнил о пистолете. Его наличие могло оказаться кстати, раз Всадники взялись придумывать свои дурацкие правила. Но надежда, что до этого не дойдëт, всё ещё теплилась где-то в душе.       Люцифер решительным шагом сократил расстояние и заметил, с какой злостью на лице вышел Война. Его неистово раздражало, что Моранг выиграл. Он ненавидел обоих братьев, считая их выскочками и вечными занозами, что постоянно мешали.       — Где Эрик? — Люцифер больше не хотел размениваться на любезности. — Я выиграл — сдерживай слово.       — Неужели ты спешишь? — к ним присоединилась Чума; она мерзко тянула каждое слово, словно специально проходилась по каждому нерву как по натянутой струне. — Такая звёздная ночь, гонки, — она прикрыла глаза, но губы были растянуты в омерзительной улыбке.       — Я согласился на гонки, теперь и вы выполняйте обещанное, — Моранг даже не посмотрел в её сторону, продолжая пристально наблюдать за гаммой негативных эмоций, что одна за одной сменялись на лице Войны.       Всадник махнул рукой, и в следующую секунду дверь второй машины открылась, и один из шестëрок вышел вместе с Эриком. Люцифер еле сдержался, чтобы не поддаться эмоциям и не оттолкнуть человека Всадников.       Мужчина вёл Эрика с чёрным мешком на голове. Его руки находились в связанном состоянии, а ноги еле передвигались. Складывалось впечатление, что одно неловкое движение — и он упадёт, лишаясь последних сил.       Люцифер сделал шаг навстречу и занёс ногу для следующего, но Война выставил руку вперёд в останавливающем жесте.       — Подожди, — он не дал Морангу приблизиться, а сам, взяв за плечо Эрика, подтянул к себе. Тот безвольной марионеткой качнулся в сторону и почти потерял равновесие.       Прохладный ветер ударял в лицо, а запах морской воды уже раздражал. Хотелось уехать подальше. Они стояли у самого края пристани и слышали, как волны шаркали по бетону.       — Отпусти его, — Моранг сжал кулаки, чувствуя неладное. Он слишком хорошо знал Войну, и весь его вид говорил о том, что тот что-то затеял.       — Отпущу, — он усмехнулся и поднял одну руку. — Всего лишь попрощаюсь с гостем. И отпущу. Хотя… — Война склонил голову вбок и сделал задумчивое выражение лица. — Знаешь, Люци, быть у моря и не искупаться — как-то не правильно.       Одним движением он взял Эрика за шиворот и скинул в воду. Время замерло…