Безумство как шаг к принятию нового

      Молодой человек в шелковых одеждах расхаживал по комнате из угла в угол. "Раз, два, три... "       На его лике можно было спокойно различить морщины от недовольства, однако те почти сразу же сглаживались и лицо приобретало выражение отреченности от мира сего. Такая смена будто отзывалась на каждый его шаг. "Раз, два, три..."       Голова нещадно болела вспышками, сознание прояснялось так же – лишь вспышками. Однако этого хватало, чтобы юноша не отвлекался от своего занятия, высчитывая каждый метр – казалось бы, знакомой – комнаты, которая расплывалась перед глазами и приобретала совсем другие очертания. Не отвлекался даже на крики и глухие удары в дверь с той стороны стены, ведь молодой господин заперся в своих покоях и третий день не выходил, лишая себя еды, а они, как добропорядочные слуги, волновались.       Впрочем, волновался и весь остальной дом. Кроме одного юнца, что безмерно радовался затишью. И дрожал. Именно он вызвал такую реакцию у господина в комнатах, заставляя его бродить, как неприкаянный, и считать, сбиваться, и снова считать. "Раз, два, три..."       Сознания путались, но никак не могли слиться воедино. Это ли порождало невыносимую боль и приступы безудержного гнева, а потом такие же приступы меланхолии и некой обреченности?       Это – результат трехдневных усилий. Что будет дальше и думать страшно. Или надежда для них все же есть? "ДЛЯ НЕГО," – ехидно поправил злобный голос в голове. – "УЖЕ ЛУЧШЕ". "Раз, два, три..."       Тело юноши потеряло равновесие и упало. Слуги таки ворвались в его покои и подхватили молодого господина. Почти сразу же он открыл глаза и безумно захохотал, а вырвавшись, выбежал из надоевшей спальни.       Три дня затишья миновали, как сон, и все началось по-новой.