Сгущение и Ожидание

Ожидание — одно из самых предательских чувств, испытываемых человеком. Рисуя в своей голове картину будущего, которое мы хотели бы видеть, мы не всегда задумываемся над тем, насколько такое будущее нам подходит.       

      Тишина. Спокойствие. За окном птички поют. Как хорошо...       На этот раз пробуждение было мирным, на постели, все в тех же роскошных комнатах. Даже солнечный свет, будто опасаясь помешать, лишь немного заглядывал под балдахин, не попадая на глаза. Как же хорошо...       Голова приятно гудела, но не было ничего необычного, вызывающего беспокойство или страх.       Юноша, до этого лежавший без движения, аккуратно приподнялся на локтях. Непривычно тонких. Хотя все здесь было так же непривычно. И отвратительно.       Шелест дорогих тканей оказался ужасно громким, неприятным, разрушившим столь желанное спокойствие и тишину – единственный барьер. За дверью послышался гул. "Ясно, слуги всполошились." В дверь тихонько постучали. —Молодой господин? Вы встали? Разрешите войти?       Отвечать было противно. Но не отвечать не стоило. —Да. — прохрипело лаконичное, ответ на все вопросы. На свои, незаданные, в том числе. "Значит, уже смирился."       Боль разлилась с головы до пят. В комнату вошли знакомые-незнакомые люди. Сначала подали чего-то легкого больному, а спустя время умыли и одели. Все происходило словно не с ним, пока он тонул где-то в далёком и холодном месте. Как хорошо... —Ох, снова...— легкий удар. —Чшш!       Но стоило моргнуть, как забвение улетучилось. Слуги вновь подняли шум, и какая-то девица ворвалась в покои. "Сестра." Она принялась причитать, тут же завыла и кинулась в объятья. Пришлось успокаивать. Девочка хорошая, только от этого менее противно не становилось. Нужно быть или слепцом, или глупцом, дабы не заметить творящийся ужас. Или просто никто не желал замечать?...       Кстати, надо бы проверить бедного ребенка, что заточён здесь. Но сначала стоит избавиться от назойливого внимания слуг и девчушки. "Сестры," – приказало сознание.       Совершить задуманное удалось не сразу, удивительно много народу для такого, как он, внезапно решило навестить страдальца. От всех отбрехаться удалось лишь ближе к полудню. Солнце нещадно жгло.       Отвратительно знакомый коридор, в конце – отвратительно знакомая дверь в отвратительно знакомую комнату. Его ожидали, но не ждали.