Часть 4

*** Уж второй приближался поход, На который, вернувшись в столицу, Мехмед с Владом шли во тот год. Предстояло им с венграми биться. Возмужавшие, сильные, статные, Всегда равными были они — Будь науки ль то, подвиги ль ратные… За одно сердце битву вели. Лале путалась в чувствах ужасно, Ведь её к ним обоим тянуло… К Владу — горько, светло и прекрасно, А к Мехмеду же — страсть захлестнула… Влад — так искренен, так благороден… У Мехмеда нрав невыносимый. Один — сдержан, другой — сумасброден, Один — лёд, другой — огнь негасимый. Стыдясь страшно метаний грызущих, Всё пыталась в любви разобраться, Всех спасти — увязала лишь пуще. Вот хоть надвое ей разорваться… Всё решил один вечер, когда, Притворившись по просьбе женой, Лале в город с Мехмедом ушла, Перестав на день тот быть собой… Иль, напротив, впервые сняв маски?.. Подружившись с своей частью тёмной, Потянувшись к огню без опаски, Всей душою — нагой, раскалённой. — Я иного ищу в любви. — Разве? Только что совсем так не казалось. — Ты тиран! — А ты — лгунья и язва. Сил бороться с собой не осталось. Знала точно: с ним будет ей сложно, Взгляд на мир его слишком другой. Но и без него — нет, невозможно, Когда всё говорит в ней: «он мой». Малыш с матерью. И обещание — Строить школы, приюты, больницы. Жажда всем подарить свет познания. Но… как ей воплощенья добиться?.. — Всё возможно, ведь есть покровитель, Что те светлые мысли оценит. Обученье, для бедных обитель… Это к лучшему столько изменит! Сердце радостным полно теплом: Благодарности, искренней веры. Будто счастье коснулось крылом, Тенью новой, такой близкой эры… *** Вышивала друзьям обереги В ночь перед походом, как вдруг Пришёл Влад словно гром среди неги. Чуть помедлив, сказал хмуро друг: — Мой отряд раньше прочих идёт. Не прощаясь, уйти не хотел, Не вернусь назад — Родина ждёт, Много там предстоит сложных дел… Досель та отводила глаза. Не умея друзьям лгать, Лале Владу сердце разбила. Слеза По девичьей скатилась щеке. — Почему так внезапно?.. Полдня Полагала ещё на прощанье… Влад… не мыслю я дней без тебя, Неужели… пришло расставанье?.. Не на месяцы — долгие годы… Эта мысль как огнём меня жжёт. Пусть минуют тебя все невзгоды, Пусть Всевышний тебя бережёт… Убивал его ищущий взгляд, Лаской режущий в сумрачной мгле… — Вы так дороги мне… за вас рад. Будьте счастливы оба, Лале… Задыхаясь от боли, улыбкой Нежной, светлою слёзы скрывала; Отпускать всё казалось ошибкой… Подарив оберег, обнимала. Удивленье с обидой объяло, Когда в саду, после обеда, О внезапном отъезде узнала, Что то было желанием Мехмеда. Как в бою он чертовски хорош!.. — Доверяешь? — Тебе — доверяю. — Но доверью цена тогда — грош! — — прошипела, булавку вонзая. — Зачем Влада так спешно отправил? Не дав нам попрощаться как должно. — Себе время твоё всё оставил. Выбирать для тебя слишком сложно, Не так ли? А я слишком жаден. Раз ты с чувствами определилась, То момент мной законно украден. Ты женой моей стать согласилась… Плотоядна усмешка Лале: — Передумаю. Не расслабляйся. Будешь делать так — Ад на земле Обеспечу. Скорей возвращайся… — Передумаешь?.. Вот же напасть. Сердце вновь я твоё покорю. Поцелуй с вкусом крови. И страсть. — Ненавижу тебя. «Нет, люблю…» *** Ожиданье нещадно терзало Злом, предчувствием полного краха. В эту осень покоя не знала Лале, в власти смутного страха. Под конец ожиданья судьба Ей с колдуньей степной, бесшабашной Подарила знакомство — несла Та письмо Лале с новостью страшной. Уронив его, в горькой молитве На колени — но глух был Создатель… Убивать шёл своих же в той битве Влад, был вынужден: вёл их предатель. Но не мог с тем Влад просто смириться, Оттого незадолго до боя Сумел в стан врага тайно пробиться, Своих смело позвать за собою. Потому прям в бою «вдруг» валахи На османскую сторону встали. Но с победой не почесть… а плахи Получили. Их на кол сажали… Боялся того Мурад-султан, Что враги в спину нож им вонзили, Что манёвр валахов — обман. Из них несколько тысяч казнили… Влад молил о пощаде как мог, Но на помощь Мехмед не успел… Слишком страшный, жестокий урок Убил дружбу точней вражьих стрел. Ненавидя османов, навечно В душе Влад их врагами нарёк. И поклялся их бесчеловечно Изгонять, как придёт его срок. Письмом тем с Лале вновь он прощался, Рвал трёх судеб он красную нить. В любви с горечью ей признавался, Клянясь в сердце её сохранить. Александра меж тем ей сказала: — Уж не знаю, что он написал, Но судьба мне виденье послала: Тёмной силе Влад душу отдал, Не найдя пути к целям другого… От силков тех спасёт только свет, Необычной души свет. Иного Избавленья ему больше нет… Участь хуже погибели ждёт Если ты не приедешь к нему. Ритуал лишь один проведёт, Подчиняющий страшную тьму… Что за хлад в безысходном кругу?.. Расплывался мир в злой круговерти. — Что ж, поможешь ли ты? — …Помогу. …это было — дыхание смерти…