Часть 3

Наступил день начала школьных занятий. Над Хогвартсом с утра сгустились тяжелые мрачные тучи, а к вечеру хлынул ливень. За его серой пеленой весь мир казался беспросветно-унылым и безрадостным. Охваченная необъяснимой тревогой, Кориолана бродила по коридорам замка и не находила себе места. И тут пришло сообщение с Хогвартс-экспресса, в котором профессор Люпин уведомлял руководство школы о самовольном задержании поезда дементорами и о произведенном ими обыске, а также сообщил о состоянии Гарри Поттера. К счастью, скоро экспресс уже прибыл на станцию Хоксмид, и дети на лодках и в каретах отправились в замок. От учительского стола на возвышении хорошо было видно, как студенты четырех факультетов входили в огромный, ярко освещенный зал и рассаживались за свои традиционные обеденные столы. Кориолана заметила рыжую шевелюру Рона Уизли, друга Гарри Поттера, но самого Гарри рядом с ним почему-то не оказалось. Обеспокоенная, она хотела уже подняться из-за стола, но тут в боковом проходе появился Римус Люпин. Он сел на свободный стул рядом с Кориоланой и, наклонившись к ней, негромко произнес: - Не беспокойтесь, всё в порядке. Профессор Макгонагалл и мадам Помфри захотели самолично убедиться, что здоровью Гарри Поттера ничто не угрожает. - А это действительно так? Люпин улыбнулся: - В настоящее время – да. Кориолана вгляделась в него. Профессор Люпин выглядел совсем иначе, чем до своего отъезда. Словно эта «поездка по личным делам» состарила его сразу на несколько лет, добавила морщин и тяжелой усталости в глубине глаз. Желая подбодрить его, Кориолана сказала с искренней сердечностью: - Я так рада, что именно вы оказались с детьми в поезде! В зал, ведомые профессором Флитвиком, вошли оробевшие первоклассники. Флитвик вынес Распределяющую Шляпу, и началось распределение малышей по факультетам. Эта увлекательная процедура на время полностью привлекла к себе внимание Кориоланы: когда Шляпа накрыла собой курчавую макушку первого школьника, она словно вдохнула запах старой кожи, корицы и мускатного ореха, которым в свое время отреагировала Шляпа на её присутствие под своими полями, и вкрадчивый шепот-смешок вновь просипел прямо в уши: «Какой дерзкий творческий напор, и неутолимая жажда знаний, и пытливый ум, ну, конечно же, никаких сомнений – КОГТЕВРАН!!.» Церемония уже заканчивалась, когда в центральных дверях появились две бегущие фигурки опоздавших студентов. Сердце Кориоланы сжало теплой ладонью - наконец-то! Гарри Поттер и его подруга Гермиона пробрались к своим местам за гриффиндорским столом, торопливо здороваясь с одноклассниками. Над учительским столом возвысилась представительная фигура директора. Альбус Дамблдор начал свою традиционную приветственную речь перед началом учебного года. Глаза всех детей устремились к столу преподавателей, и через несколько секунд взгляды Гарри Поттера и Кориоланы встретились. Она улыбнулась в ответ на изумленное выражение лица мальчика. Наконец, тот поверил своим глазам и тоже расцвел в улыбке. Директор Дамблдор сообщил новости о дозоре дементоров и вынужденных мерах, связанных с усилением безопасности учеников, представил новых преподавателей – профессоров Римуса Люпина, Кориолану Биксби и Рубеуса Хагрида. И, наконец, провозгласил: - Да будет пир! Столы мгновенно накрылись подносами и блюдами со всевозможными явствами, проголодавшиеся студенты возликовали, и великолепный пир начался! Запах и вкус еды были выше всяких похвал, за студенческими и учительским столами начались разговоры. Минерва Макгонагалл похвалила мясную запеканку, Римус Люпин налил ей и Кориолане в бокалы ягодный ликер, а Кориолана предложила ему отведать понравившийся ей тыквенный торт. ...Праздничный ужин подошел к концу. Директор Дамблдор велел старостам факультетов отвести учеников в их спальни. Учителя тоже стали раскланиваться. Задержался только рыдающий Рубеус Хагрид, который сморкался и вытирал лицо салфетками, умиленный обильными поздравлениями. Кориолана вышла через боковой проход на площадку перед центральной лестницей. И увидела, что Гарри с друзьями в некотором отдалении поджидают ее там. - Миссис Биксби… Профессор!.. Здравствуйте! Это так неожиданно… и – замечательно! - Я тоже рада нашей встрече, Гарри! Надеюсь, что и вам, мистер Рон Уизли и мисс Гермиона Грейджер, мой предмет - арифмантика - придется по душе. А сейчас – доброй ночи, хорошего вам отдыха, друзья! - Доброй ночи, профессор! – хором ответили те. Кориолана с улыбкой проводила их взглядом. Потом повернулась, чтобы пойти к себе, и увидела за своей спиной профессора Снейпа. Тот с кислой миной тоже смотрел на лестницу. - Наверное, приятно чувствовать себя популярным учителем, - растягивая слова, произнес Снейп. Несколько секунд Кориолана молча смотрела на него. Потом спокойно сказала: - Я не смогу вам на это ответить, потому что никогда не причисляла себя к таковым. Спокойной ночи, Северус! *** Утро после вечернего ливня было неожиданно ярким и солнечным. Кориолана шла на свой первый урок, щурясь от теплых солнечных лучей, бьющих из высоких окон, с удовольствием вдыхая приносимый ветром запах уличной зелени и старого мшистого камня. В гулких коридорах замка было полно студентов, которые шумно перетекали из класса в класс, как стайки больших и малых рыбок. Тяжелая дубовая дверь, потемневшая от времени медная ручка с кольцом в виде кусающей себя за хвост змеи… Кориолана входит в просторную аудиторию с четырьмя высокими витражными окнами, сияющими, как лимонные леденцы, проходит вдоль притихших ученических столов, поднимается на кафедру, здоровается с учениками, получает ответное приветствие класса. Золотые потоки света льются на полированные столешницы из темного дуба, солнечными зайчиками ложатся на учебники, волосы и лица детей. Такие разные лица, разные глаза - темные и светлые, открытые и скрытные, серьезные и лукавые, но нет недовольных или напряженных, потому что все они невольно отвечают на её улыбку. - Быть может, вам приходилось встречаться с мнением, что арифмантика - это форма магической нумерологии, используемая для предсказания будущего. Своего рода - способ гадания, - Кориолана неспешно проходила вдоль рядов, заглядывая в лица детей. - Однако настоящая сила арифмантики заключается в ее связи с созданием новых заклинаний. Опытные волшебники хорошо знают: арифмантика - это основа, наполнение колдовства, и это означает, что кто-то, действительно одаренный в этой области магии, будет иметь более сильную способность создавать совершенно новую магию. Вот это и есть настоящая сила! Ученики изумленно зашевелились. Да, Кориолана знала, с чего начать рассказ о своем любимом предмете. И видела, что теперь ее студенты действительно будут со старанием трудиться над выполнением домашних заданий. - Об этой силе догадываются даже маглы, которые используют ведомые им законы цифр, называемые высшей математикой, для постижения законов этого мира, в основе которого лежит неведомая им магия! - продолжила она, возвращаясь на кафедру. - Я бы сказала еще проще - кто поймет сущность арифмантики - сможет изменять мир, улучшать его, стать его творцом или со-творцом. И я очень надеюсь, что волшебная палочка в ваших руках станет подобна дирижерской палочке, творящей прекрасную музыкальную симфонию, украшающую мир! … Возвращаясь после урока в учительскую комнату, Кориолана встретила школьников, которые восторженно обсуждали только что прошедший урок защиты от темных сил: «Видели, как ловко я сладила с этой баньши?!» - « А как я этого паука - «Ридикулус!!»» - «А Снейп–то в шляпе с грифом! Умора!» -«Вот это урок! Лучшего у нас еще не было!» В учительской комнате профессор Люпин закрывал крышкой граммофон, под бодрую музыку которого, очевидно, проходил героический урок борьбы с привидением - боггартом. - С успешным почином вас, Римус! - улыбнулась Кориолана, положив на полку шкафа свой журнал. - Могу ли узнать, что такое вы сотворили с профессором Снейпом? Люпин смущенно потер костяшки пальцев. - Боюсь, тут мы немного переусердствовали… Но что же делать, если Снейп так запугал беднягу Невилла Долгопупса, что стал его квинтэссенцией страха? Вижу, вас тоже можно поздравить с хорошим уроком? - улыбнулся он. Кориолана кивнула, внимательно глядя на него. - Вы выглядите значительно лучше, чем в вечер приезда, - тихо сказала она. Он перестал улыбаться, грустно покачал головой. - Да, похоже, меня лечат сами стены Хогвартса… Жаль только, что они не смогут долго быть моим домом. - Отчего такие мрачные прогнозы? Я не могу с вами согласиться. Директор вас ценит, детям вы понравились, свой предмет знаете. Уверена, у вас найдутся друзья и среди педагогов. - О, моя проблема находится вовсе не в стенах Хогвартса… Дверь в учительскую открылась, и вошли еще несколько учителей, освободившихся после уроков. Они оживленно обсуждали школьные проблемы, и Кориолана негромко произнесла: - Что вы делаете сегодня после уроков, Римус? Хочу пригласить вас на чаепитие. Он глянул на нее смущенно и обрадованно, переглотнул, не найдя сразу слов, потом кивнул: - Благодарю вас, Кориолана. С удовольствием!.. *** В пять часов вечера, по окончании занятий в классах, Кориолана вернулась в свой кабинет, в котором горел камин, бросая уютные оранжевые блики на стены и потолок. Неподалеку от каминной решётки стоял небольшой стол, уже накрытый домовыми эльфами для чаепития, и два удобных мягких стула. Вскоре в дверь постучали, Кориолана откликнулась и пригласила гостя войти. Римус Люпин был очень смущен. Видно было, что он совершенно не избалован дружескими приглашениями на чай. Чтобы дать гостю время немного освоиться, Кориолана рассказала о своих кулинарных увлечениях - она любила сама печь пряники и вафли. Потом понемногу начала рассказывать и о тех, кого так любила угощать этим лакомством. О сыне, о муже. О своем потерянном земном рае. О том, как училась переживать боль и жить с ней. Римус Люпин слушал с большим душевным откликом. Всё это отражалось на его лице, в его глазах. Кориолана рассказала и о том, почему в итоге предпочла Оксфорду Хогвартс. Ей казалось, что случившееся с ней несчастье - расплата за то, что она, талантливая волшебница, ушла из мира магии в мир маглов. Магия ревнива, она не прощает тех, кто пренебрегает ею. Дар свыше нельзя закапывать в землю, чтобы он там тихо сгнил. То, что не ценится, будет отнято с лихвою. У нее отняли самое дорогое на свете. Но магию оставили. Значит, ей дан еще один шанс послужить своим даром. И она будет стараться передать детям этот дивный инструмент творческой энергии. Люпин долго молчал, потирая пальцами подбородок. Он был взволнован доверием собеседницы, но всё больше грустнел, словно ее рассказ вызвал в нем потаенную боль, о которой он хотел бы, но не осмеливался рассказать. - Знаете, о чем я думаю, выслушав вашу историю? - наконец произнес Люпин. - Я думаю, что вы настоящий бриллиант как в мире маглов, так и в мире магии. Куда не помести вас, вы будете сиять. Огонь боли и страдания только очищает вас. Всё сильнее и сильнее… -То же самое я могу сказать и о вас, - улыбнулась Кориолана. Но Люпин только мрачно покачал головой. - Увы, меня страдания не очищают, а скорее топят. Думаю, что всё хорошее, что могло для меня случиться, осталось далеко в прошлом. Всё доброе неминуемо оканчивается для меня потерей, поражением, болью и отверженностью. Мне приходится с кровью бороться уже и за самое право оставаться в стане людей… Люпин внезапно резко замолк, словно поняв, что сказал что-то лишнее. - Позвольте я угадаю? - тихо произнесла Кориолана. - За ваше желание и право остаться на стороне людей вам приходится сражаться против… оборотней? Люпин выпрямился на стуле до отказа, будто желая отстраниться от самого этого слова. Потом он внезапно поник, словно все силы разом покинули его, как покидает легкие резко выдохнутый воздух. - Мне осталось недолго, Кориолана, - горько произнес он наконец. - Быть может, это и к лучшему… Но свой выбор я сделал. Если Волан-де-Морт действительно выжил и собирает своих приверженцев, ему придется обойтись без меня. Чем бы мне не пришлось за это заплатить... - В любом случае, как бы не сложились в дальнейшем события, вы всегда можете рассчитывать на мою палочку, Римус, - спокойно ответила Кориолана.