Ошибка

Pov: Чонгук

Смотрю на неё и не удивляюсь, что прозвал ее Ангелочек. Неужели она принадлежит мне? Конечно. Она моя. Так было всегда, есть и будет. Мой Ангелочек. Она крепко спит, даже не подозревая что я наблюдаю за ней уже полчаса. Когда она уснула? Как долго спит? Может... притворяется? Нет. Видимо устала. Я всё же нашел ее. Я это знал. После того, как я обошел почти весь район, включая ее родительский дом, университет и пару мест, где мы с ней гуляли, я, наконец, нашел ее. В том самом месте, где она любила проводить время одна. Одиночество ей никак не мешало. Наоборот, она чувствовала покой в нем, как я заметил. А я ей это всегда давал. Насколько она чувствовала себя одиноко в данный момент? Больно ли ей сейчас? Идиот. Конечно, больно. Кому будет приятно узнать об измене человека, которого любишь всем сердцем. Медленно обхожу взглядом ее лицо. Милое белоснежное личико. Совсем похожа на подростка. Но... Она открыла глаза. Сколько боли в этих изумрудно-зеленых глазах, которые смотрят на меня не удивленно. - Гук... опять ты. Почему не оставишь меня в покое даже во сне? - одинокая слеза покатилась по ее левой щеке. Она бредит? Все еще не проснулась до конца. Она тянется ко мне своими нежными руками и обхватывает мое лицо. Гладит осторожно и накрывает мои губы своими. Медленно. Нежно. Грустно. Это ее действие было как зеленым светом для меня. Я сократил расстояние между нами и ответил на поцелуй, придерживая ее затылок. Но ответил я ей свойственной мне грубостью. Я хотел её. Мне было мало этого. Недостаточно. Я кусал ее губы, заталкивая язык внутрь. Но остановился. Незначительные удары в мою грудь отрезвили мой разум. Я отстранился. Она вскочила резко с твердой скамьи, где все это время лежала, как мне кажется, удобно, с сопутствующим скрипом, что давало знать о старости этого предмета и места. - Чонгук? Что... что ты здесь делаешь? - почти шепотом произнесла, боясь быть услышанными другими. - Я думала это очередной сон... - притронулась к опухшим губам. - Мой Ангелочек, - делаю один шаг к ней и еще один, - Да, я нашел тебя. Не ожидала? - близко. Очень близко. Она делает три шага назад. - Неважно как ты нашел меня. Уходи. Нам незачем говорить, - нервно кусает губы и смотрит по сторонам, лишь бы не смотреть... на меня? - Ошибаешься. Нам есть о чем поговорить и говорить мы с тобой будем дома. У нас дома. - последняя фраза вышла из моих уст слишком сердито. Мне кажется, она заметила злость в моем тоне, раз начала медленно дрожать и отходить назад. Она боится меня? Когда "моя любимая" срывается на бег, мне не остается ничего, как догнать ее и прижать к себе. Слабая. - Решила убежать от меня? М? - кусаю мочку уха, - Не ты ли клялась мне в вечной любви, ангелочек? - Чонгук, отпусти пожалуйста. Прошу. Не делай мне больно. Я... я не хочу. Оставь меня, - плачет, но не вырывается из моих рук и не сопротивляется. Что? Уже? Она уже сломалась? Нет. Так неинтересно. Не интересно играть со сломанными игрушками. Значит, сначала, мне придется ее починить? - Пойдем домой, крошка. Иначе... - Иначе... что? - Не думаю, что это тебе понравится... да еще и при людях. Она молчит, опуская взгляд вниз и нервно царапая нежную кожу пальчиков. Как же приятно касаться ее. Я соскучился по этой нежности, по этому клубнично-кокосовому запаху, по этим зеленым глазам... по ее всему. Переплетая наши пальцы, как наша судьба, быстрыми шагами направляемся к моей машине, черной, как говорят мои друзья, подобно моей душе. Даже окна темные, что заставляет нас окунуться в эту мглу. Но я согласен на это, если рядом со мной, всегда будет мой огонечек.

***

Pov: Юми

Никогда не задумывалась, что сердце будет так ныть, поднимаясь по этим знакомым лестницам. Его железная хватка безусловно оставит следы от его холодных длинных пальцах. Зачем он это делает? Разве, он не хотел от меня избавиться? Так я же даю ему эту свободу... Когда мы перешагнули порог нашей квартиры, передо мной красовалась гостиная в беспорядке: стулья разбросаны, стаканы разбиты, осколки стекла на полу, рамка... наше совместное первое фото... разбита, а само фото лежит на полу клочками. Он порвал ее. Он рассердился из-за моего ухода? - Чонгук, я... - собираюсь убрать свою руку, но он так сильно ее держит, боясь, если отпустит, то я убегу. Убегу ли я? Смогу ли? Звук от сильной пощечины нарушает мертвую тишину дома. Не способна устоять на ногах, я падаю на пол, ударяясь коленками об холодный пол. Практически, я стою перед ним на колени. Насколько можно еще падать перед его глазами? Если это дно, то, думаю, я уже со временем глубоко погружаюсь в него. Слёзы предательски хлынули наружу, разрушив обещание больше не плакать. Левая щека горит, как будто я сижу рядом с горящим камином. Тело дрожит, то ли от холода, то ли от страха, то ли от чувства жалости к себе. Жалкая. Никому не нужная. Громкое молчание. Это тишина медленно убивает меня изнутри, готовя к чему-нибудь ужасному. Это как затишье перед бурей. Смогу ли я пережить эту бурю? - Что? Мой Ангелочек разочарован во мне? Глядя в эти бездонные темные глаза, я убедилась, что никогда не перестану его любить... Но ведь время все лечит. Точно. Мне нужно время. Я избавлюсь от этого ненужного чувства. - Молчишь? А, мне показалось, ты была смелой, когда покидала этот дом. Куда ушла это твоя храбрость? Я тебя спрашиваю, эй? - опускается на корточки, грубо гладя пульсирующую щеку, которую сам же ударил. - Какого хрена когда я захожу домой, не обнаруживаю тебя? Какого хрена я должен искать тебя, бегая по всей улице? Какого хрена ты оставляешь свой телефон? Какого хрена ты подслушиваешь чужой разговор? М? - и с каждым его вопросом, расстояние между нами сокращается. Я чувствую его теплое дыхание на своих губах и жар, отходящий от его тела. Мой взгляд падает на его сухие потрескавшиеся губы, которые недавно целовали меня в парке. Но не успев отвернуться, я уже чувствую его мягкие губы. Придерживая мой затылок, он тянет меня к себе ближе. Яростно целует, освобождая свой гнев этим способом. Сминает их, посасывая и кусая то верхнюю, то нижнюю губу. Кусает. Больно. Я мычу сквозь поцелуй, отталкивая его всеми силами. Но это, видимо, его больше заводит, потому что он уже просовывает свой язык внутрь, изучая мой рот. Противно. Раньше, я таяла от его прикосновений. Ждала этих поцелуев каждый раз, когда наши взгляды встречались. Но сейчас. Это не он. Это не тот Чонгук, которого я знала. Это не тот мой муж, который редко дарил мне поцелуи. Да, у нас были горячие ночи, но он меня сам не целовал. Это я всегда лезла к нему с жадными поцелуями. Тогда что сейчас изменилось? Он наконец отталкивается от меня из-за нехватки воздуха. Смотрит на меня... то ли сердито... то ли разочарованно... то ли с сожалением. Опять наклоняется вперед, но на этот раз его губы касаются моей шеи. Он знает все мои чувствительные зоны. Я чувствую всем телом, как его зубы вонзаются в мою кожу, оттягивая и посасывая. Так он спускается вниз, оставляя свои метки, доказывающие мою принадлежность ему. Чонгук тот еще эгоист и собственник, который любит себя больше и не готов делиться своей игрушкой ни с кем. Даже если он не играет сейчас. Даже если ему это не интересно. Даже если она ему не нужна. Ужас охватывает меня тогда, когда через ткань, он кусает мою кожу, запуская руки под футболку. Одним движением он снимает этот элемент одежды через мою голову и откидывает. Его холодные пальцы вызывают табун мурашек по коже, заставляя меня замереть. Он это замечает, доказательством чего является его ухмылка. Избавляя меня от бюстгальтера, сжимает небольшие полушария сильными руками, издавая рык. - Малышка, как же я соскучился по твоему телу, - шепчет в ухо, тяжело дыша. Большим пальцем массирует горошину, затем прильнув губами, сосет и кусает. Из-за пелены слез, я даже не заметила, что парень сидел передо мной в одних боксерах. Когда он успел избавиться от своей одежды? Что я пропустила? Чувствую, как его крепкие руки поднимают меня и направляются в сторону знакомой комнаты, нашей спальни. - Расслабься, - все также шепотом, нависает надо мной и включает лампу, - Хочу видеть твое смущенное лицо, - опять ухмылка. - Знаешь, ты всегда так смущаешься и краснеешь во время каждого нашего секса. Помню, как долго уговаривал тебя, дать мне, в нашу первую брачную ночь. Сам удивляюсь, как я так долго терпел до свадьбы, когда в любой момент был готов взять тебя где угодно. - снимает мои джинсы. - И, знаешь, какое удовольствие я получил, когда узнал, что до меня там никто не побывал. Что даже твои губы были девственны. Моя. Моя девочка. - устроился между ног, лаская промежность через тонкую ткань мокрых трусиков. - Сама наивность. Мой ангел. Мое награждение. - Чонгук... пожалуйста... - Что? Не терпится? Вижу ты уже течешь, - тянется к моему лицу, смотря в глаза. - Не надо... прошу... не хочу. Не делай этого. Давай забудем все. Давай разведемся, - мне кажется я только что вернулась в реальность от всего происходящего. Не поздно ведь, да? Его можно остановить? - Что ты сказала только что? - Ты все услышал. - Развод? - истерический смех, - Ты думаешь, я просто так отпущу тебя? - Ты меня не любишь. - И что? В этот момент я уже не смогла сдержать новый поток слез. Это фраза. И что? Он так легко об этом говорит. Я недавно узнала о его чувствах. Он безразличен ко мне. Но эти его слова. В нем нет ни капли человечности. Как же я ошибалась. Не прощу. Не прощу себя никогда за это. - Я не нужна тебе, - глотаю образовавшийся ком в горле, подавив слезы. - Ох... а вот тут ты ошиблась, милая. Да, я не люблю тебя, но ты мне нужна. Как это понимать? И тут из моих уст вылетает вскрик, потому что я чувствую его два длинных холодных пальца во мне через клочок ткани. Он трахает меня пальцами, не снимая трусики, все глубже просасывая их. - Чон... не надо... - царапаю его обнаженную спину, брыкая ногами. - Тш... - накрывает рот свободной ладонью, - я еще только начал. Пора лишить этого ангела крыльев.