(не) люблю

Pov: Юми

"Пора лишить этого ангела крыльев" Это фраза эхом отдается в уши, вонзая нож в самое сердце, где я хранила свою чистую любовь для него. А что он сделал взамен? Взял и растоптал это самое чувство, которое он не в силах чувствовать и дать. Унизил. Оскорбил. Как я могла связать свою жизнь с этим человеком? - этот вопрос крутится у меня в голове повторно, как и воспоминания моих дней с ним...дни, которые были полны красок и любви... для меня. Я молчу и тихо всхлипываю, пока он толкается глубже в меня. В чем смысл сопротивляться, если исход один. Под тяжестью его веса, тяжело дышать. То чувство, что он забрал весь кислород из моих легких. Он как хищник, нападающий на свою добычу. Он как демон, борющийся с ангелом. Он как колдун, каждый раз очаровывающий меня и держащий в своем замке. Быстрее и глубже. Жестко и грубо. Он трахает меня как последнюю шлюху и как изголодавшийся зверь. Ему всего мало. Он хочет больше. Раздвигает мои ноги еще шире, все еще не выходя из меня. Крепко держащие мою талию руки, прижимают меня к его бедрам сильнее. Толчок. Я плачу. Толчок. Стараюсь отступить назад. Толчок. У меня истерика. Из-за пелены слез не вижу его лица. Соленые дорожки на опухших красных щеках тянут кожу. Чувствую как он перешел на медленный темп при этом опускаясь к моему лицу и смотря в мои глаза. Что он хочет в них увидеть? Любовь, которую собственноручно разрушил? Надежду, которую потушил? Капли пота стекают с его лица, смешавшись с моими слезами. Он убирает их своими мягкими прикосновениями губ. Целует щеки, лоб, нос, подбородок, а я медленно закрываю глаза, в надежде, чтоб все это быстрее закончилось. Неужели мои молитвы были услышаны? Он выходит из меня, кончая на мой живот. Что дальше? Мне страшно. Как поступить? Как после всего это смотреть ему в глаза и говорить? Я не смогу. Мне противно на него даже смотреть, не то чтобы касаться. Как он мог? К моему удивлению, он накрывает меня одеялом, устроившись сзади и крепко обнимая. - Спи, - слышу его взбударажующий голос сзади и проваливаюсь в сон, который необходим нам обоим.

***

На часах 4 утра. Тиканье часов на стене нарушает тишину комнаты. Той самой комнаты, где недавно слышались крики, плач, стоны, хлюпанье... Темно. Лишь свет от луны, пробиравшийся в комнату через открытое окно, освещает ее. Одинокая луна также освещает силуэт молодой особы, сидящей на подоконнике, подбирая ноги и утыкаясь лицом в колени. Обнаженное девичье тело дрожит каждый раз, когда она тихо всхлипывает. Совсем тихо, чтобы не нарушить тишину в этом логове и не разбудить зверя, дремлющего под одеялом. Интересно, какие мысли витают в голове этой девушки сейчас? Не уж то хочет выброситься прям из этого окна? - Нет. Я не могу так поступить, - качает головой, - Я обещала маме жить. - Жить? Живу ли я сейчас? Жизнь ли это? - сама с собой ведет беседу. Наблюдая со стороны ее легко можно принять за психически ненормального человека. - Может, мне стоит встретиться с тобой, мам? - смотрит на звезды и дышит прохладным сеульским ветерком. - Может ты дашь мне совет что делать дальше? - Я соскучилась по тебе, мам... - руки тянутся к окну, а тело пододвигается ближе. Но руки так и остаются не достигшими цели, остановленные холодными пальцами брюнета. Он смотрит на нее с глазами, полных беспокойствия и страха. Он впервые так смотрит на нее. Он впервые смотрит так на человека. Впервые чувствует что-то странное, не свойственное ему. - Юми! - закрывает окно, - Черт возьми, что творишь, - кричит, заставляя её ерзать на месте и закрыть глаза. Она спускается с подоконника и медленно сползает на холодный пол, закрыв лицо руками. - Юми, - произносит так осторожно, несравненно с недавним его тоном. Садится напротив нее и убирает ее руки. - Посмотри на меня. Вот она. Его сломанная игрушка. Результат его действий и желаний. Продукт, испорченный им. Этого ли он желал? - Не знаю даже с чего начать... - во рту сухо, а глаза парня осматривают нагое тело напротив. - Не смей! Слышишь, не смей вытворять что-то подобное, - минутная пауза. - Я ведь обещал... что... позабочусь... позабочусь о тебе, - слова выходят неуверенно из уст широкоплечего брюнета, кажущийся на вид уверенным. Он сам понимает нелепость сказанных слов. Осознал, что поступил подло и мерзко. Знает, что и сейчас так поступает. Но он не изменится. Ни за что. Ни из-за кого. Он не умеет просить прощения, да и не будет. Он привык к такой жизни. - Заботился... - Юми... я - Да, Чонгук, ты прав, - она все-таки находит сил продолжить такой долгожданный разговор. - Ты, и правда, заботился. Оплатил больничные счета мамы, помог с похоронами, всегда был рядом со мной, помог выйти из депрессивного состояния, устраивал свидания, дарил подарки, сделал предложение и наконец, женился, - с каждым произнесенным словом, она все больше роняет слезы. Воспоминания прошлого как картинки проходили перед глазами. Вот он обнимает ее. Вот он угощает ее мороженым. Вот он провожает ее в университет. Вот он держит ее за руки. Его кроличья улыбка. Оленьи глазки. Сильные руки. Татуировки. Пресс. Все в нем противоположное. - И действительно, чего мне не хватает, да? Есть крыша над головой, холодильник полный еды, отличная учеба, муж, его добрые родители и много всего. Да, я была счастлива. Сама себе даже могла завидовать. Была так благодарна судьбе, что подарила мне такого замечательного человека... тебя. Я признаю, ты действительно заботился обо мне. Чему я очень благодарна. Многие могут посчитать это ложью, но она искренне в своем признании. Она всегда была с ним искренна и он это знает. - Юми... - Дай мне договорить, - ее взгляд устремлен куда-то вниз, но не на него. - Но вместе с этим я замечала и другие вещи. Твою отчужденность. В твоих глазах не было того, что ты видел в моих. Мне было холодно в твоих объятиях. Твой ровный тон, неискренний смех, пустой взгляд. То, как ты постоянно пропадал ночью и иногда даже не приходил. То, как ты постоянно был в своем телефоне и когда звонили, отходил от меня далеко. То, как ты контролировал каждый мой шаг, указывая с кем общаться, а с кем нет. Ты брал меня тогда, когда ты хотел, не спрашивая моего мнения. То, как ты нанял мне личного шофера, который отвозил и привозил меня на учебу в одно и то же время, - заглатывает ком в горле и продолжает, уже устремляя взгяд на его глаза. - Я сочла это все за твою ревность. Я даже была рада от одной мысли, что ты настолько меня любишь. Но если так подумать... ты ни разу не спрашивал о моей учебе, как прошел мой день, чем я люблю заниматься, моя любимая еда, цвет. Даже когда мы покупали одежду, ты не спрашивал меня нравится ли мне и буду ли я надевать. Ты покупал все, что нравилось видеть меня в них. Занимаясь... - она промолчала, ведь она никогда не говорил о таких вещах, - сексом, ты удовлетворял всегда свои потребности. Ты даже не спрашивал хочу ли я. И самое главное, когда я признавалась тебе в любви и ждала взаимного ответа, ты отвечал мне молчанием. Все это время я списывала это на твой характер и воспринимала любовью. Ты прав. Какой же надо быть наивной дурочкой, чтобы не обращать внимания на такие вещи, - слезы уже давно высохли. Ей стало легче от того, что, наконец, выплеснула все, что творилось в ее душе, наружу. - Но сейчас пазл сложился. Я нашла ответы на все свои вопросы. Чонгук сидел и смотрел на нее не отрывая глаз. Следил за каждым движением ее губ. Слушал внимательно как никогда раньше. Молчание, длившееся несколько минут, опять нарушается нежным голосом Юми. - Гук, - она берет его руку в свою и гладит, нежно и аккуратно, заставляя сердце парня биться сильнее - Я поняла... тут нет твоей вины. Единственный виноватый человек - это я. Это я разрушила твою жизнь, появившись не в то время и не в том месте. Насколько я услышала, ведь ты с... Соин встречались до меня и... - ей трудно это произносить, - любите друг друга. Это я помешала вашему счастью. Раз уж теперь правда раскрылась, позволь мне это исправить. - И как ты собираешься это исправить? - наконец, он ожил. - Давай разведемся, Гук. Это лучшее решение. Как для тебя, так и... для меня. Если беспокоишься насчет своей мамы, то я с ней поговорю. Ей необязательно знать о том, что случилось. Я возьму всю вину на себя. Если хочешь, можешь даже обвинить меня в измене. - Что? - глаза парня округлились и приобрели более темный цвет. - Так она даже забудет обо мне, как и ты. Ты будешь с Соин, поженитесь, будете семьей, у вас будут дети, - слезы опять предательски полились. Зачем ей надо было в подробности все описывать. - А ты? - так спокойно. Чонгук заправляет прядь ее лохматых волос за ухо. - Я... я буду в порядке. - Нет, она не будет в порядке. - Ведь не ты ли хотел избавиться от меня, вот, я и даю тебе свободу. Если ты будешь счастлив, то и я буду. Чонгук бросается вперед и поднимает ее с пола, направляясь в сторону кровати. Ощущая мелкую дрожь и холод, отходящий от ее тела, он замечает, что она замерзла. - Нет... Гук... не надо, - девушка вспоминает эту ночь. - Успокойся. Я ничего не сделаю, - осторожно кладет на постель и закутывает в теплое одеяло, которое все еще сохранило запах и тепло от горячего тела парня. - Так ты согласен? - Мой Ангелочек, ты все еще любишь меня? - К чему сейчас такой вопрос? - Просто ответь. - Ты не ответил на мой. - Отвечу после тебя. Ну? - Нет. Громкий смех, вышедший из уст брюнета, напугал ее. - Это не ответ. Скажи я НЕ люблю тебя. - Я не люблю тебя. Но ее сердце не принимало эту отрицательную частицу. - Врешь, - сделал заключение парень, рассматривая как она отводит взгляд, держит руки в кулаки и кусает губу. - Ты думаешь, я настолько плохо знаю тебя? Ты как открытая книга для меня, Юми. Не смей врать. - Да, люблю. Я люблю тебя, Чон Чонгук. Даже после того, что ты сделал, я не могу перестать тебя любить. Но разве это имеет теперь значения? Вообще имело ли? Теперь твой ответ. Ты согласен? - Нет.