"Звёздная ночь..."

Пов: Юми

Прошло уже три дня с того самого дня, когда Чон дал мне свободу, в которой, как мне казалось, я нуждалась. Но стало ли мне легко после этого? Не знаю. Неопределенность пугает меня с каждым новым днем без него. Если раньше, казалось, что без него хорошо и я могу начать жить заново для себя, то сейчас, мне сложно представить дальнейшую жизнь без него. Честно. Я просто стала зависима от него. Полностью одержима им. Все в окружении напоминает мне его: Когда завариваю чай, вспоминаю момент, когда он нечаянно пролил его мне на руку, отчего оставался маленький след от ожога, после чего он несколько раз извинялся, целуя меня в то место. Когда идет дождь, вспоминаю, как я вынуждала его оставить окно открытым, а он недовольно хмурив лицо, окутывался в одеяло, отчего так мило смотрелся с растрепанными волосами и раздраженным взглядом. Когда покупаю банановое молоко, то по привычке беру два, сразу же вспомнив его, то как он обожал этот вкус и пил его охлажденным, особенно после тренировок. Когда вижу изображение зайчика, не зависимо от того, что это: игрушка, наклейка, печенье, или же настоящий кролик — все напоминает мне о нем, его большие глаза и кроличью улыбку, отчего я расплываюсь в улыбке, представляя перед собой его. Когда гуляю по парку, вспоминаю первый раз, когда мы с ним сходили в парк на нашем очередном свидании, где он крепко держал меня за руку, когда мы поднялись высоко на чёртовом колесе, и чтобы успокоить и немного отвлечь, поцеловал меня. Тогда мы целовались долго и нежно, что было незабываемо. Я помню этот день, как вчера. И даже сейчас, одевшись в фиолетовую кофту, я вспоминаю его тату, фиолетовое сердечко на руке, которое нравилось мне гладить. Все это, несомненно, доказывает мою одержимость им, что даже после всех этих событий, случившихся в последнее время со мной, у меня не получается забыть его. Каждый раз кручу в голове нашу последнюю встречу, где я собственноручно расписалась, чтобы расстаться с ним, тем самым лишив себя счастья, так как мое счастье — это он. Да, знаю, это звучит глупо, но мое счастье заключается в нем, потому что, несмотря на то, что он сделал мне больно, он также являлся человеком, который заставил почувствовать меня счастливой, хотя бы на некоторое время. Нет оправданий его некоторым действиям, но если вспомнить все, то хороших моментов было больше чем неприятных. Я поняла, что человек не может постоянно остаться одним и тем же человеком, он меняется. На это влияет все, как и внешнее окружение, так и внутренняя среда самого человека. Он меняется: в нас просыпается что-то хорошее, но и что-то плохое, иногда даже неконтролируемое нами. Сегодня все: телевидение, радио, интернет, люди на улице оповещают о празднике — День Фейерверков, поэтому город буквально гудит, шумом автомобилей, толпой людей, красивыми уличными декорациями и украшениями. Все радуются, улыбаются, празднуют этот день в кругу семьи и друзей, пока я сижу тут, в съемной квартире, собирая рюкзак, чтобы попрощаться с Тэгу и покинуть это место навсегда, так, что этих дней и не было в моей жизни, но это невозможно. Я ничего не забуду, особенно внезапно появившегося друга, Тэхена. Уже вечереет. Поздняя осень дает о себе знать по сухим пожелтевшим листьям, покрывающие темный асфальт и холодному ветру, что запутывает мои волосы. Шагая по улице, понимаю, что очень скучаю по нему… Сидя на скамейке, наблюдаю за милой парочкой, которые собираются запустить фейерверки, улыбаясь друг другу искренне с влюбленными глазами. Интересно, как мы смотрелись со стороны с Чонгуком? Было бы забавно посмотреть на себя со стороны. Все чем-то заняты, и я уверена, что незаметна для здешних людей. Продолжаю путь одна, засунув холодные руки в карман джинсовки, надетой поверх фиолетовой кофты, которая никак не греет в такую погоду. Свои единственные любимые джинсы я нечаянно порвала, зацепившись за торчащую гвоздь на двери, отчего появилась немаленькая дыра выше колен. Вследствие чего, мне пришлось преобразовать свои джинсы в порванные, ну что, зато модные. Белые кроссовки уже давно испачкались, скитавшись по этим грязным улицам. Наполненный рюкзак давил на плечи, на которых была и тяжесть всех моих жизненных проблем. Побывав немного в своих мыслях, я и не заметила, как дошла до безлюдного места в городском парке, откуда отлично было видно ночное небо с открытым видом на одинокую луну и блестящие звезды. О, это так прекрасно. Красиво и зачаровывающе. Как будто я оторвалась от реальности, время остановилось для меня, дав мне возможность просто жить настоящим моментом. Здесь и сейчас. Вот, что имеет значение. Сев на холодную траву, я почувствовала не только холод по всему телу, но и свежесть воздуха, заполняющий мои легкие и пробирающий в голову, отрезвляя разум. — Красиво, — сказала я вслух, не отрывая глаз от звездного неба. Вроде бы мелочь, но так радует глаза, принося успокоение душе. — Красиво, ‐ послышалось совсем тихо рядом. Даже не смотря в сторону, я без каких-либо усилий могу распознать обладателя этого голоса, который каждый раз доводит меня до мурашек по коже. Чонгук осторожно присел рядом, придерживаясь небольшого расстояния между нами и как и я, начал наблюдать за звездами. Нет любопытства, чтобы спрашивать, как он узнал, где я. Потому что я знаю ответ. Он следил за мной. Нет. Он не оставлял меня одну. Так лучше. Он все это время был где-то рядом, думая, что я совсем его не замечаю. Но это не так. Я знала, что он всегда рядом, куда бы я не пошла. Видимо, не так просто от него избавиться. Я и не хочу. Может поэтому я намеренно пришла сюда, чтобы остаться с ним наедине и поговорить… — Луна такая красивая сегодня, не так ли? — указываю пальцем на луну и улыбаюсь, показывая свои ямочки. — И вправду, красивая, — смотрит на меня своими большими глазами, не моргая. Видимо, не понял намек… — Я люблю тебя, Чонгук! — наконец, повернув голову в ее сторону, я взглянула на него с подступившими слезами на глазах. Сократив расстояние между нами и присев поближе, я потянула руки и обвила его талию под курткой, ощущаю приятное тепло, исходящее от него. Моя голова легла на его вздымающую грудь и я закрыла глаза, прислушиваясь к его трепетному сердцебиению. Он замер на минуту, скорее всего не ожидая такого поворота событий. Наверное, он думал, что будет сложно справиться со мной. Так и было, но мне хватает лишь одного его взгляда, чтобы восстановить незабываемые чувства и простить и себя и его. Ведь я никогда не переставала его любить… — Я не могу с тобой, но и без тебя не могу… У нас какая-то нездоровая любовь, Гук… — почти шепотом произношу, но достаточно, чтобы он услышал. — Зато, любовь… — шепчет мне в ухо, крепко обнимая за плечи и вздыхая родной аромат, — Я люблю тебя, Юми! В его объятиях так тепло и удобно, что не хочется отстраниться, хочется навсегда быть окруженной этими любимыми крепкими руками, защищающие от жестокой реальности. Его одурманивающий запах, родные глаза, манящие губы, сильные руки, широкие плечи — все это действует на меня как наркотик, от которого я не в состоянии отказаться. — Я очень сильно скучал по тебе, — нарушает тишину брюнет, чуть отстранившись от меня, чтобы взглянуть в мои глаза глубже, где можно легко прочесть мои чувства к нему, которых я не могу больше отрицать, и оставляет горячий поцелуй в лоб, — Как ты? Пришла в себя? Достаточно было столько дней? — заправляет прядь волос за уши, проводя мягкими подушечками пальцев по гладким щекам. Киваю и снова набрасываюсь на него своими объятиями, которых всегда недостаточно для меня. — Я тоже скучала по тебе, — на этот раз сама отстраняюсь, и накрываю его обветренные и закусанные губы своими, целую нежно и медленно, чтобы продлить этот момент, чтобы все не оказалось сном, который забудется утром. Он поддерживает мой затылок, углубляя поцелуй, сделав так, что я уже лежу на траве, окольцевав его шею обеими руками, притягивая ближе. Сейчас мы, наверное, точно выглядим как влюбленные парочки… Он останавливается, проходит большим пальцем по моим губам, на которых стерся блеск со вкусом персика, но который появился на его губах, и ложится рядом, подперев голову правой рукой, а левой обнимая меня. — Видишь, — указывает на полнолуние, свет от которого падает на наши лица, — Ты всегда будешь для меня такой же единственной и незаменимой. И даже эти звезды не могут затмить тебя. — Тогда, ты мое ночное небо, которое притягивает к себе, зачаровывая каждый раз, что невозможно не влюбиться каждый раз по-новому, ‐ смотрю, как он смущается, но замечаю нечто удивительное, — Смотри, падающая звезда! Загадай желание! Быстрее! Он смотрит туда и закрывает глаза, загадывая что-то. — Что загадал? — я резко встала, уже смотря на него сверзу вниз. — Тебе интересно? Не думаю, что понравится… — смеется, показывая белоснежные кроличьи зубы. — Эй, — кулаком несильно бью по бедру, — Что? — Хочу видеть наших ангелочков, — тоже встает, всматриваясь в мои глаза, — Не хочешь, так и думал, — как-то обиженно вздыхает и отводит взгляд. — Хочу. Очень хочу, — беру его лицо ладонями, — Уже давно мечтала об этом, если честно, — мои щеки пылают от такого откровенного признания. — Так быстро краснеешь, милашка, — вскоре мои руки были накрыты его большими ладонями, все еще придерживающие его щеки. — Хочешь, чтобы у нас был мальчик или девочка? — Хочу девочку, — даже долго не думая, отвечает Чонгук, — Похожую на тебя, — целует внутреннюю часть руки, — И давай назовем, Ринэ. — Это же… — Имя твоей мамы, да, знаю. А ты? — поднимает одну бровь, облизывая губы и играясь с пирсингом. — Я бы хотела мальчика, — убираю руки и избегаю зрительного контакта, — Такого же красивого и здорового, как отец… — он улыбается, — Но с другим характером, — улыбка проподает с его лица и он хмурится. — Что с характером-то? Тебе не нравится? — его тон такой обиженный и недовольный. — И назовем его Тэхеном, — продолжаю свою речь, а он буквально кипит, так мило, — Да, именно, Тэхенчик. — Хей, ты что специально меня выводишь из себя? У меня не стальные нервы. Я от души заливаюсь смехом, глядя на его лицо. Он такой милый и горячий одновременно, когда злится. — Ну серьезно, Гук. Он в некоторой степени красивее тебя даже, и умнее, и добрее, и нежнее, и… — не успела я договорить, как он закрыл мой рот ладонью. — Хватит. Не надо продолжать, я понял, — убрал руку, ероша волосы и нервно покусывая губы. — Ладно, шучу. Ты лучший, — тянусь к его волосам, приведя в порядок, — Но если честно, он стал моим единственным другом, поэтому, давай послушаем и меня, хорошо? Он закатывает глаза, но потом все же соглашается. — И к тому же, думаю, было бы круто, если вы оба подружитесь. Но перед этим, тебе не помешало бы попросить у него прощения за тот случай, ведь я все еще чувствую вину за это… — Не переживай, я позабочусь об этом, — он тоже осозновал, что неправильно поступил, — Тогда завтра погостим у них. Меня действительно радовало то, что он понимает свои ошибки и старается меняться в хорошую сторону. — А как же наш развод? — я вдруг вспомнила, что неужели придется теперь заново пройти регистрацию на брак, — Получается, мы уже разведены? А он только и лыбится, обнимая меня, а я готова уже ругаться, не понимая в чем дело. — Никакого развода не было и не будет, — снимает свою куртку и набрасывает на мои плечи, — Замерзла? — О чем это ты? Не меняй тему, — со всей серьезностью смотрю на него, а он не прекращает улыбаться. — Так я не подал его. Это были просто бумаги и то, что ты расписалась, не имеет значения. Он не действительный, — на его лице появляется волнение. — Что? — я раскрыла рот, — Ты обманул меня? — Был вынужден, малыш. Я до конца не терял надежды, что мы снова будем вместе, что ты вернешься… — Придурок! — я бью его кулачками, когда он вплотную прижимает меня к себе и крепко обнимает, — Знаешь, как я переживала из-за этого? — Больше не позволю переживать, милая...