Шика в Конуре

— И всё таки так поступать не очень красиво, — проворчал Чоуджи. — Да её убить мало! — воскликнула Ино. — Небольшая шишка не станет морокой ирьенину. Ино. Не кричи, пожалуйста, — очень тихо попросил Шика, пока расправлял постель и перекладывал девушку. — Ну что, пойдём? — спросил Чо. — Ну, мы можем посидеть в ресторане или тихо поиграть в карты тут и уйти. Зато убедимся, что она не проснётся в ближайшее время, — рассуждал Нара. — Давайте останемся, — сказала Ино. — Угу. Спустя два часа Лиса так и не проснулась. — Крепко спит, — прошептала подруга. — Угу, — сказал Чоуджи. Ребята встали. — Вы, — сказал Шикамару, не смотря на друзей. — Идите без меня. Хочу убедиться, что Сакура и ночью будет спать, а не начнёт работать... — Асума будет недоволен, — сказал Чоуджи. — Да плевать. — Он опять устроит тебе индивидуальную тренировку, — добавила Ино с нотками скандала. Она была на взводе. — Пусть остаётся, мы прикроем как-нибудь, — вступился Чо. — Прибить ее мало! — горячо прошептала Ино. Спустя чуть больше часа послышался звук открываемой двери и в апартаменты тихо заглянул Мамору. Свет не был включен, а комната уже была во мраке благодаря занавешенным шторам и сумраку на улице, поэтому он не видел, в кровати ли Лиса или решила сделать ноги. Мамору направился к спальной зоне, убедился, что Сакура спит. И услышал сопение позади себя. Обернувшись, он увидел, что Шикамару дремлет на диване, заложив руки за голову и скрестив вытянутые ноги. Когда Мамору шёл на выход, Шикамару почувствовал движение в комнате и встрепенулся. Встал с дивана, выглянул в вечернее окно, отмечая, сколько времени прошло, и посмотрел на Мамору, разминая затёкшие плечи. Мамору кивком головы вправо сказал идти на выход. Что ж, на выход, так на выход. Они прошли по коридору чуть больше тридцати метров и Мамору остановился у такой же двери, вставляя ключ. "Они — соседи!" — Ну не думал же ты, что Хизаши оставит без присмотра несовершеннолетнюю дочь? — со смехом спросил Мамору, заметив поднявшуюся бровь Шики. — Эм, это... — Логично? Вот-вот. Заходи в мою Конуру, поешь хоть. — Ну давай. — Я дома, — произнес Мамору ритуальную фразу и спросил. — Вы её час уговаривали поспать или с порога в глаз уложили баиньки? — Я её вырубил. Почти сразу. — Злодей, — пропел Мамору. — Не, всё правильно. Я согласен. Сколько можно? Я слишком затянул с профилактической прививкой, батя бы меня затоптал. Хорошо, что вы зашли. Хизаши прав, я много ей потакаю. Но я же ничего не могу с собой поделать! Ну да ладно. Это — лирика. А ты чего остался? — Хотел убедиться, что она не будет работать ночью. — А-а-а... ты решил провести ревакцина-а-ацию... понима-аю. Курс прививок ей пойдёт на пользу, да. А из тебя вышел бы отличный ирьенин. — Ха! — Я аж завидую. Вот не могу я быть злодеем с женским полом и хоть тресни! Падай на кухне, я щаз. Мамору очень быстро поставил на стол тарелку с лапшой с тушёным мясом и овощами, палочки и бутылки с газировкой и пивом. — Это – мой намордник, — кивнул он на алкоголь. — Я, когда бешусь и переживаю, могу брякнуть тяжёлое слово, так что не удивляйся. Эта хитрая жопа начала меня выводить, понимаешь? — Ну, — мягко ответил Шика. — Она умеет быть хлопотной. — Во! — согласился Мамору. — Заебись сказал! Я ж не батя, нах, я не могу так по башке настучать Лисе. Не, в моей банде в академии народ быстро всосал, как со мной можно вести себя, а как нет. В команде тоже я быстро разобрался. Госпиталь отхуярил аналогично. А Лиса — другая тема! Я ж её почти с пелёнок, бля. Так нах! Этот намордник мне не поможет, я ж бля переживаю!!! Где вискарь? Шикамару выпучил глаза, а потом пожал плечами и мыслено махнул рукой. Эксцентрики в среде шиноби — не редкость. — Вот ты — ленивый злой медведь! Мозги... в наличии. Прояви мужскую солидарность и помоги прививку ёбнуть! Ирьенинам тяжело проводить операции на родных, а я сестру люблю бля пиздец как сильно. В конце концов, я за твоей женщиной столько лет присматриваю!!! А ты — злой, как Хизаши, ты сможешь! Так поебашь и ты, хули я один страдаю над твоей мадмуазелиной, а!? — наездным тоном попросил Мамору. — Ч-чего? Да с чего ты взял, что это моя женщина? — Ты кого наебать пытаешься, мм? — новый наезд. — Так! Мне надо намордник, я ж бля, по беспределу гопарить начинаю! Ебашь пищу пока! Пять минут комната была погружена в тишину, прерываемую звоном стакана и стучанием палочек. — Спасибо за еду. — Не вопрос. Хор-р-рошо! Так. Я спокоен? Я спокоен. Прекрасно, просто прекрасно! Так вот, Шикамару, помоги решить задачку. Нужен качественный упреждающий удар, желательно, единичный. Надёжная такая прививка. Чтоб с гарантией! — Хмм... — Я за Лису отвечаю головой. Меня батя загрызёт, на правах старшего. — Хизаши — твой отец? — Типа того. Не, я долго не понимал, что он меня воспитывал, как родного. Кусался на него. А когда до меня дошло, то я понял, что и он мне — батя, а не только я ему — сын. Так что все мы — как родные, считай. А эти две хитрые жопки я давно няньчу, Хироши, так вообще, с рождения самого. — Я не знал. — Да, так что Хизаши позаботился о том, чтобы Лиса не была одна и я переехал сюда. Да правильно, в общем. Вместе — веселее. А ты чего с горизонтов пропал? Давно тебя не видно было. — Ну, — Шика отвернулся и покраснел. — Я проявил... тактичность. — Кхм... так ты в курсе был косяка с гармонами? Ахренеть! — Да. Но Лиса не знает, если я верно понял. — Ну и хорошо, она бы переживала. — Я придумал... упреждающий удар. — Прекрасно! Помощь понадобится? Я могу, я, в общем, всё могу... только я так терпеть ненавижу Лису топтать! — Да чего с ней церемониться то? — Типичный злодей. Раз — и в морду! — Да ничего такого страшного я с ней не сделаю! Дай листок и бумагу! Шикамару быстро написал записку. — Отдашь ей, и считай — дело сделано. — Хмм... можно? — Ну... ладно, читай. "Привет Сакура. Если я узнаю, что ты спишь меньше восьми часов в сутки — а я узнаю — то я буду лично приходить и укладывать тебя спать. Заверну тебя в одеяло, сяду сверху и буду так сидеть, пока ты не уснёшь. И так каждый день. В госпитале или дома — не важно. А если ты будешь убегать, то я и на ночёвки начну оставаться. Shi." — Муа-ха-ха-ха!!! — Ты так хорошо на неё... наехал, что я решил воспользоваться этим. — Вах-ах-ах! Я уже представляю её лицо, когда она прочтёт! У неё же образное мышление, она сразу представит! Нормально ты перешагнул через возражения и брыкание! Это ж не только упреждение силы, но в конце и контрольный удар в голову! А ещё говоришь — "ничего такого", ах-хах! Ты ж прямо в сердечко! Злодей! На слове "перешагнул" Шика вспомнил об Асуме и шоги и довольно сказал: — Да. Это — ход конём. — Причём тут лошадь? — Ах-ах, это из шоги! — Я не в курсе правил, Хизаши хотел меня научить, но мы так и не дошли до этой игры. Мы по картам с ним, в основном. Это какая-то стратегия? — Это интересная игра... Шикамару рассказал правила. — А интересно, слушай! Я бы сыграл! — Так давай я принесу, сыграем. Мой батя занят, а с одним только Асумой мне не интересно играть. — Асума — это кто? — Это джонин-наставник нашей команды. Сарутоби Асума. — А-а-а, Сарутоби... садист, блин... Давай сыграем. Ты когда свободен? — Дай подумать... * — Хм... — Мамору склонился над доской и думал. Первую партию он продул очень быстро и теперь подробно обдумывал каждый ход. — Ну такой ты хитрый, Шикамару, — ворчал он. — Нормально ты так припрятал все обстоятельства, пока обдумаешь – мозг сломаешь... хм... а-а-а, я понял! Тц! Хм... вот задницей чую подвох же! — Да ходи-и-и уже, — закатил глаза Нара. — Не, ну нормально ты так моё внимание на правую сторону увёл, я аж вспотел, пока думал! — и Мамору увёл ладью на своё поле. — Ага, — Шика сделал ход. — Вот чё ты удумал, интриган, мм? — Так в том и смысл, чтобы ты сам догадался! — Нет, я понял, что ты хочешь мою ладью, но кто б тебе её дал, спрашивается? — слон Мамору забрал копьё. — Оставь ладью себе, я и без неё справлюсь, — Шикамару выдвинул своего слона на левый фланг. — Угу-угу, так я тебе и поверил, — ворчал Мамору, уводя своего слона в исходную позицию. Шикамару вывел пешку справа в токен. — Ну, с тобой хотя бы интереснее играть, чем с Асумой. — Ага, я понял. Вот с кем надо играть, чтобы не убить своё эго. Ты – какой то монстр, вообще, — пробурчал Мамору. — Ну что ты наговариваешь, — не смог проигнорировать бубнёж Нара. — Меня батя уделывает в семи партиях из десяти. Вот он – монстр. — Не-е-е, это не монстр... — А кто тогда? — Это уже — демон! Совсем другой зверь. — Хм. Хизаши его так же назвал как-то. — Вот-вот, а я о чём? Я не ошибся, значит. Демон он, самый натуральный, ага. Я к таким не полезу, у меня и так эго будет разбито сегодня, носом чую. Вот как мне расковыривать твоё вот это вот безобразие? — ткнул он пальцем в фигуры. — Это называется — крепость, — пояснил Нара. — Угу-угу, я понял. Берлога* какая-то. Туда – попробуй ткнись. Тут думать надо. Хм... только вот теперь у тебя меньше пространства для маневра в атаке. — Ну, это так, — согласился Шика. — Мне такое не по душе. По мне, так лучше сразу на прививку оставить фигуры и идти вперёд, топтать. Зачем, спрашиваться, простаивать фигурам? Ммм... — Тогда твой король будет уязвимее. И без большого количества фигур можно завладеть полем. — Так то согласнен, но я то тебя подъедаю понемногу. Что-то ты задумал, Нара. Хитрая ты жопа. Мамору не стал выводить захваченные фигуры и стал стягивать имеющиеся в безопасные зоны. Ему нужно было время, чтобы попытаться понять, что происходит. Ирьенин понимал, что этим даёт свободные ходы для Шики, которые он тратит на укрепление своих позиций и установление хорошей диспозиции, но всё таки решил отступить, чтобы работать от обороны, а не бездарно тратить токены и фигуры. В какой-то момент игры Мамору потерял инициативу и игра пошла к эндшпилю. Трижды он менял положение дел на доске, но в итоге всё таки проиграл. — Эго на лопаточках, ага, — заявил он. — Давай отдохнём от головомойки, что-то я устал. — Хорошая игра. Сакура бы уже давно и отдала половину поля, а ты хорошо держался. — Сакура бывает паникёршей, ага. Хотя, вроде, в последнее время такого я не замечал. — Надо её тоже позвать сыграть, — почесал висок Шика. — Тебе моего эго мало? Пожалей Лису, злодей! ***