5 глава. Минута до катастрофы

Она остановилась перед знакомой дверью, прижала ладонь к груди и заставила себя выдохнуть. — Успокойся… — прошептала Кора сама себе и постучала. Дверь открылась почти сразу. — Корусь! — Лина широко улыбнулась, но улыбка тут же дрогнула. — Ты чего такая… Ты как будто не по коридору шла, а от дракона убегала. Комната встретила её теплом. Мягкий свет лампы, аккуратно разложенные вещи, запах ромашкового чая и сладкого печенья — всё это резко контрастировало с холодным камнем и напряжением мужского общежития. Но Кора всё равно не могла сразу расслабиться. Она прошла внутрь, закрыла за собой дверь и только тогда позволила плечам чуть опуститься. — Всё нормально, — сказала она слишком поспешно и тут же это поняла. — Правда. Я просто… переживала, чтобы меня никто не заметил. Лина прищурилась, изучая подругу. Семь лет дружбы научили её читать Кору лучше любых слов. — Что произошло? Ты нарвалась на неприятности. — медленно сказала она, скорее утверждая, чем спрашивая. Кора замялась всего на секунду. — Я отдала деньги, — коротко ответила она, избегая взгляда. — Всё. Закрыли тему. Так, ладно. Захочет — расскажет сама. Я распрашивать не буду. Главное, чтобы Кора не вляпалась ни в какие неприятности. Лина хмыкнула, но давить не стала. Она лишь разлила чай по чашкам и поставила одну перед Корой. Кора всё ещё продолжала думать о случившемся и о том, что сказал ей Каллен о Лине. — Ладно, — мягко сказала Лина. — Потом расскажешь. Если захочешь. Девушки сели за маленький столик у окна. За стеклом темнело, вдалеке мерцали огни кампуса, слышались приглушённые голоса студентов и редкий смех. Разговор пошёл о пустяках — о занятиях, о преподавателях, о том, как одна девчонка с их курса перепутала аудитории и случайно попала на лекцию для старшекурсников. Кора смеялась, кивала, отвечала — но временами её взгляд уходил в никуда. Лина это замечала. Запоминала. И делала свои выводы. И именно в этот момент раздался стук в дверь. Не робкий. Чёткий. Уверенный. — Да? — Лина поднялась и открыла. На пороге стояла Амелия. Она выглядела собранной и спокойной, как всегда, но внимательный взгляд сразу скользнул по Коре — задержался дольше, чем следовало. — Девочки, — сказала она ровно. — Не хотите сходить на ярмарку? Сегодня открыли вечернюю в городе. С огнями и музыкой. — Ярмарка? — Кора вскочила так резко, что стул едва не опрокинулся. — Ярмарка! — её глаза загорелись. — Конечно хочу! Пошли! Она уже почти выбежала из комнаты, когда строгий, почти воспитательный голос Амелии остановил её: — Кора Эстерли. Кора замерла. — Вам немедленно нужно переодеться в приличную одежду, — Амелия прищурилась и погрозила пальцем. — Ты сегодня и так испытываешь судьбу. Кора расплылась в виноватой улыбке. — Да-да! Конечно! Я мигом! Она вылетела из комнаты, оставив за собой лёгкий запах чая и хаос эмоций. Амелия проводила её взглядом, затем медленно повернулась к Лине. — Ты знаешь, где она была? — спросила она негромко. Лина пожала плечами, улыбка вышла беззаботной. — Я попросила её кое-что сделать. Если захочет — расскажет тебе. — Лина загадочно улыбнувшись, посмотрела на девушку, которая стояла напротив неё. Амелия хмуро кивнула — внутри всё неприятно сжалось, но лезть в душу она не собиралась, хоть и переживает за Кору уж слишком сильно. Интуиция не кричала. Она лишь тихо, настойчиво шептала: будь внимательна. Кора в это время слетела по лестнице в свою комнату так, будто за ней гналось собственное настроение — нетерпеливое, искрящееся, живое. Она захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной на секунду, переводя дыхание, и только потом огляделась. Комната встретила её привычной тишиной и мягким светом. Кора решительно сбросила пижаму и потянулась к шкафу. Изумрудное платье оказалось в руках почти сразу — будто само выбралось. Ткань была прохладной и гладкой, струилась между пальцами. Платье село идеально: подчёркнутая талия, мягкая линия плеч, шёлковые рукава облегали руки, ловя свет при каждом движении. В зеркале на неё смотрела уже не растерянная девушка из коридоров мужского общежития, а Кора — живая, красивая, настоящая. — Так… обувь, — пробормотала она. Чёрные или тёмно-синие? Она поставила обе пары рядом, несколько секунд смотрела, прикусывая губу, потом решительно надела чёрные. — Классика спасёт мир, — вынесла вердикт Кора и, подхватив сумочку, выбежала обратно.

⊶⊰ ･ᛟ･⊱⊷

Ярмарка раскрылась перед ними, как живое полотно. Главная площадь за пределами академии была залита светом: сотни магических фонарей висели в воздухе, покачиваясь на невидимых нитях, переливаясь тёплым золотом и мягким янтарём. От них исходил лёгкий звон — будто стеклянные колокольчики переговаривались между собой. Запахи смешивались: сладкий мёд, пряные специи, свежая выпечка, жареное мясо, карамель и дым костров. Кора шла чуть впереди, сияя. Студенты смеялись, толпились у ларьков, кто-то танцевал прямо между палатками, задевая прохожих. Пара первокурсников чуть не сбила Кору, пробегая мимо с бумажными фонариками в руках. — Осторожнее! — рассмеялась она, отскакивая в сторону. — Прости! — донеслось в ответ, и ребята тут же исчезли в толпе. Изумрудное платье ловило свет фонарей, ткань мягко переливалась при каждом шаге. Каблуки звонко стучали по каменной мостовой, но, кажется, она этого не замечала — настолько была поглощена происходящим вокруг. — Это просто… чудесно, — выдохнула она, оглядываясь. — Посмотрите! Тут всё живёт! Лина шла рядом, в светлом платье цвета сливок, с тонким поясом на талии. Волосы она заплела в свободную косу, намеренно небрежную, но идеально уложенную. В её улыбке была привычная лёгкость, но взгляд скользил — цепко, оценивающе. Кора слишком счастлива, — мелькнуло у неё. Амелия наблюдала за Корой украдкой, держась чуть позади. Такая открытая… слишком. Как будто мир ещё не успел её ударить по-настоящему, — мелькнула мысль, и тут же ей стало немного стыдно за неё. Но настороженность не уходила. На Амелии было тёмно-синее платье, лаконичное, без лишних украшений, подчёркивающее осанку и спокойную уверенность. Свет фонарей отражался в её глазах холодными искрами. Она наблюдала — за людьми, за движением толпы, за тем, как Лина слишком часто касается локтя Коры, как смеётся чуть громче, чем было естественно. Что-то ей нравилось, как они вдвоём так близко общались. Может укол ревности? Почему так? Без объяснений. И вообще, это не её дело. — Куда пойдём? — Кора резко остановилась и обернулась к ним, едва не налетев на проходящую мимо пару. — Здесь и музыка, и конкурсы, и еда! Я не могу выбрать! — Я голосую за еду, — Лина прижала ладонь к животу и театрально вздохнула. — Я умираю от голода. Если тут есть булки с маком — я продам душу. — Без фанатизма, — заметила Амелия. — Вон там булочная. И очередь пока небольшая. Кора тут же схватила их за руки. — Тогда туда! Толпа сомкнулась вокруг них. Они лавировали между людьми, смеясь, извиняясь, иногда задевая плечами прохожих. Мимо пробежали дети с сияющими шарами, один из них едва не врезался в Амелию — Кора машинально потянула её на себя. — Осторожнее теперь ты, — тихо сказала она. Амелия улыбнулась ей — искренне, тепло. — Спасибо, моя спасительница. Это слово задело Кору сильнее, чем ожидалось. Внутри почему-то стало так тепло, что Кора заулыбалась. Девушки быстро пришли. У булочной воздух был густым от запаха свежего теста и мака. Лина сразу оживилась, засыпая продавца вопросами, Кора с интересом разглядывала витрину, а Амелия скользнула взглядом по площади. Булочки оказались тёплыми, с хрустящей корочкой и сладкой начинкой, и на несколько минут мир сузился до вкуса мака, липкого сахара на пальцах и довольного вздоха Лины. — Я готова признать, — сказала она, откусывая ещё кусочек, — этот вечер уже удался. — Он только начался, — ответила Кора и огляделась так, будто боялась пропустить хоть что-то. Ярмарка жила своей отдельной жизнью. Между рядами ходили уличные музыканты — скрипка перекликалась с флейтой, а где-то дальше глухо отбивал ритм барабан. Над головами вспыхивали магические огоньки: то складывались в цветы, то рассыпались искрами, похожими на светлячков. Пахло карамелью, горячим вином и дымком от жаровен. — Смотрите, — Кора дернула Амелию за рукав. — Там что-то вроде танцев! На небольшой площади, вымощенной камнем, собралась толпа. В центре пара студентов кружилась под живую музыку, смеясь и путаясь в шагах. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то подбадривал, кто-то просто смотрел, прижимая к груди стакан с вином. — Это праздник Осени перед грядущими холодами, — заметила Амелия. — Его каждый год устраивают. — Красиво, — удовлетворённо выдохнула Кора. — Девочки, догоняйте! Договорив, Кора со всех ног побежала на главную площадь, где находился фонтан, музыканты, костер и танцы. Ей не терпелось потанцевать и просто развлечься с девочками. Она так рада была. Так счастлива, что забыла как дышать. Кора обернулась вполоборота, чтобы увидеть, где девочки и потащить их вкруг к танцующим людям. Но вдруг... Один из парящих фонарей резко вспыхнул и погас. За ним второй. Потом третий. Музыкант, игравший на скрипке, внезапно сбился с мелодии. Несколько человек удивлённо переглянулись. По площади пронёсся холодный порыв ветра. Совсем не осенний.Он был тяжёлым, пронизывающим, чужим. Кора невольно замедлила шаг навстречу к девочкам. По спине пробежали мурашки. Что-то было не так. Амелия резко остановилась. Её взгляд мгновенно стал серьёзным. Она медленно обвела глазами площадь, всматриваясь в лица людей и магические огни. — Подожди... — тихо произнесла она. Лина удивлённо посмотрела на неё. — Что случилось? Амелия не ответила. Она чувствовала это. Магия вокруг словно дрожала. Невидимая, чужая, опасная. В следующее мгновение один из мужчин неподалёку испуганно вскрикнул: — Что... это?! Воздух над площадью исказился. Словно сама реальность треснула. Раздался оглушительный гул. И мир взорвался. Мощнейшая волна тёмной магии с невероятной силой накрыла всю площадь. Она сметала всё на своём пути. Людей отбрасывало в стороны, деревянные лавки разлетались в щепки, вывески срывались с креплений, магические фонари взрывались дождём из сверкающих осколков. Каменная мостовая трескалась под чудовищным давлением. Кора даже не успела понять, что произошло. Невидимая сила ударила её в грудь.Воздух мгновенно выбило из лёгких. Мир перевернулся. Её отбросило назад с такой силой, что она ударилась о каменную окантовку фонтана. В ушах стоял пронзительный звон. Она открыла рот, пытаясь вдохнуть, но не смогла. Тело пронзила ослепляющая боль. На несколько секунд вокруг воцарилась абсолютная тишина. И только потом в сознание ворвались крики. Плач. Звон разбивающегося стекла. Чьи-то отчаянные мольбы о помощи. Кора с трудом приоткрыла глаза. Всё вокруг расплывалось. Перед глазами мелькали лишь силуэты людей, окутанные дымом и пылью. Она попыталась подняться, но резкая боль в рёбрах заставила её снова опуститься на холодный камень. Лина... Мысль появилась раньше, чем она смогла осознать собственное состояние. Амелия... Мои девочки Кора судорожно пыталась найти их взглядом, но зрение никак не хотело проясняться. Плечо жгло так, словно в него вонзили раскалённый клинок. Изумрудное платье было разорвано, кожа покрылась ожогами и кровоточащими царапинами. Она наконец смогла сделать болезненный вдох. Фонтан, возле которого ещё минуту назад звучал смех, теперь был разрушен. Каменные чаши раскололись, вода стремительно растекалась по площади, смешиваясь с кровью, пылью и осколками. Вокруг царили паника и хаос. — Кора… — голос Амелии дрогнул, но она держалась. Амелия сама была зацеплена — порванный подол, рассечённая ладонь, магическое истощение било дрожью по рукам. Но она найдя глазами свою подругу, резко бросилась к ней. Стояла, прикрывая Кору собой, инстинктивно выставив слабый защитный контур, на случай, если подобное снова случится. — Не смей закрывать глаза, — жёстко сказала она, наклоняясь. — Слышишь меня? Смотри на меня. — Слышу… — Кора сглотнула. — Прости… Чуть в стороне Лина сидела на коленях, прижимая ладонь к боку. Её дыхание было неровным, губы побелели, на ткани расплывалось тёмное пятно. Она выглядела напуганной, растерянной. Лина тяжело дышала, всё ещё не до конца осознавая произошедшее. — Что... что это было?.. — едва слышно прошептала она, растерянно оглядывая разрушенную площадь. — Я даже ничего не успела понять... Её голос дрожал не столько от боли, сколько от пережитого потрясения. — Мне… больно… — прошептала она, будто слова давались с трудом. — Я… не успела понять… Амелия оглянулась, метнув взгляд между ними. — Потерпи, — коротко сказала она Лине. — Сейчас. И в этот момент пространство над площадью разорвалось. Разрыв пространства вспыхнул над площадью резким светом. Телепортация была резкой, властной — магия высокого уровня. Натаниэль появился в центре хаоса, и его присутствие ощущалось почти физически: воздух уплотнился, тревога отступила. Первое, что он увидел, — Амелию. Её бледное лицо, порванный подол платья, кровь на ладони. На долю секунды мир для него сузился до одной точки. — Амелия! — он оказался рядом быстрее, чем кто-либо успел среагировать. Он опустился перед ней на колено, не заботясь о том, кто смотрит, кто что подумает. Его руки уже светились магией, осторожно, почти трепетно обхватывая её запястье. — Ты ранена? Где? — голос был напряжённым, слишком живым для того, кто обычно держал себя как будущий император. Амелия попыталась улыбнуться — плохо получилось. — Пустяки, — сказала она, но пальцы дрогнули. — Я держалась. Кора… она там… Лина… Он даже не стал спорить. Заклинание легло мягко, затягивая порез, возвращая тепло коже. Только убедившись, что Амелия стоит на ногах и в сознании, Натаниэль резко поднялся. И только тогда увидел Кору. Лежащую у разрушенного фонтана. Бледную. Неподвижную. — Проклятье… — сорвалось с его губ. Он бросился к ней уже иначе — быстрее, жёстче, с холодной концентрацией. Амелия, не сговариваясь, развернулась в другую сторону — к Лине. — Лина, смотри на меня, — Амелия присела рядом, обхватывая её плечи. — Дыши. Всё хорошо, ты слышишь? — Мне… страшно… — Лина выглядела сломленной, слишком хрупкой в этот момент. — Я ничего не поняла… всё взорвалось… Амелия действовала спокойно, хотя внутри всё дрожало. Лечение ложилось аккуратно, без лишних вопросов, без подозрений. Тем временем Натаниэль уже лечил Кору, оказывая первую помощь. Каждый маг в этой империи умеет пользоваться магией — исцеление. Кто-то слабо. Кто-то умело, профессионально. В основном базовое умение — подлечить мелкие ушибы, ранения, то есть оказать первую помощь. Остальное может исцелить только лекарь — маг исцеления. — Слышишь меня? — тихо, но требовательно спросил он. — Открой глаза. Магия отзывалась болезненно. Слишком много следов удара. Слишком чисто. — Они была в центре… — пробормотал он, скорее себе. — Именно сюда пришёл основной удар. Натаниэль лечил Кору дольше. Глубже. Осторожнее. Израсходуя много маны. И всё это время в нём росло тяжёлое, липкое чувство — не страха, а понимания. Когда купол сомкнулся, когда площадь немного успокоилась, Натаниэль поднялся и осмотрелся. Стража привела в чувство горожан, исцелили мелкие раны и ушибы; людей сильно раненных доставят в лечебные корпуса города. — Тёмная магия, — сказал он стражникам, но взгляд его снова вернулся к Коре. — Идеально зачищенная. Он снова посмотрел на Амелию. Она уже закончила с Линой и теперь стояла, выпрямившись, хоть и бледная. И в этом коротком взгляде между ними было слишком много несказанного. Тревога нарастала. Натаниэль сжал челюсть. — Это было не хаотично, — произнёс он тихо. — Не случайно. Удар рассчитан. Принц сделал паузу. — И направлен. Амелия перевела взгляд на Кору — всё ещё слабую, но живую. — Ты думаешь на… — сказала она почти беззвучно и не договорила, так как осознание к ней пришло сразу. Натаниэль кивнул, подтверждая догадки своей возлюбленной. Несколько мгновений никто не произносил ни слова. Каждый пытался осмыслить произошедшее. Лина молча сидела на холодной мостовой, прижимая ладонь к уже перевязанной ране. Её взгляд был прикован к разрушенному фонтану, словно она всё ещё пыталась понять, как обычный праздничный вечер за одно мгновение превратился в настоящий кошмар.