Глава I: Золотой век в поместье Фантомхайв

Лондонское утро редко бывало ласковым, но на территории поместья Фантомхайв, казалось, действовали иные законы. Солнечные лучи бережно пробивались сквозь кроны вековых дубов, золотя подстриженные газоны и озаряя небольшой, но изящный каменный дом, стоящий в отдалении от основного особняка. Это поместье в поместье было личным подарком Сиэля своему верному дворецкому — сэру Себастьяну Михаэлису, официально возведенному в рыцарское звание за «особые заслуги перед Короной». Внутри дома пахло свежезаваренным чаем, старой кожей книг и едва уловимым ароматом роз, которые Гриелле так любила расставлять по вазам. Трёхлетний Грей, в котором уже сейчас угадывалась отцовская стать и лукавый блеск материнских глаз, с серьёзным видом «фехтовал» деревянной ложкой, пытаясь поймать солнечного зайчика на стене. Рядом, на мягком ковре, сидел двухлетний Люциан — тихий, сосредоточенный мальчик с копной пепельных волос. Он не гонялся за зайчиками; он внимательно рассматривал сложный механизм карманных часов, которые отец опрометчиво оставил на низком столике. Гриелле, одетая в строгое, но элегантное платье гувернантки, поправляла воротничок младшему сыну. В её облике больше не было той кричащей эксцентричности, что раньше пугала жнецов Департамента. Теперь это была статная женщина, чья красота стала глубокой и спокойной, как лесное озеро. — Себастьян, Грей снова пытается разрушить кухню, — с улыбкой произнесла она, не оборачиваясь. Себастьян, безупречный в своём чёрном фраке, вошел в комнату с подносом. На его груди поблескивал рыцарский орден, но для него это была лишь блестящая безделушка. Истинной наградой были эти минуты тишины. — Он просто тренирует координацию, дорогая, — Себастьян поставил чайник и, проходя мимо Грея, одним неуловимым движением перехватил «оружие» сына, вызвав у того восторженный смех. — Нам пора. Юный господин ждёт отчёт по делу в Ист-Энде. В основном особняке жизнь тоже била ключом. Переезд Элизабет Мидфорд официально закрепил её статус будущей хозяйки дома. Теперь коридоры поместья чаще оглашались весёлым смехом и звоном колокольчиков. Лиззи с энтузиазмом взялась за подготовку к роли жены Сиэля, превращая суровое мужское логово в настоящий светский салон. Сиэль, хоть и ворчал на обилие розовых лент, выглядел более умиротворенным. Наличие рядом Себастьяна и Гриелле, действующих как единый фронт, давало ему чувство абсолютной безопасности. Их задания часто требовали выхода в свет. Для высшего общества Лондона сэр Себастьян Михаэлис и его супруга, леди Гриелле, были образцовой парой. Он — герой, приближенный к Графу, она — его верная и образованная спутница. Вечером того же дня, стоя перед зеркалом и помогая Себастьяну затянуть галстук для очередного приема, Гриелле коснулась его плеча. — Иногда мне кажется, что это сон, Себастьян. Что Департамент вот-вот ворвется в эту дверь, или твои собратья из Бездны решат, что ты слишком заигрался в человека. Себастьян перехватил её руку и запечатлел поцелуй на внутренней стороне запястья, где бился пульс. В его глазах на мгновение вспыхнул алый огонь, обещающий кару любому, кто посмеет нарушить их покой. — Пусть приходят, Гриелле. Я выстроил этот рай не для того, чтобы кто-то мог его разрушить. Сегодня мы — просто муж и жена на службе у Графа. Пойдем, нас ждет карета. Они вышли из дома, оставив детей на попечении преданной няни, и направились к главному входу, где их ждал Сиэль. Вечер обещал быть долгим, а расследование — опасным, но возвращение домой к Грею и Люциану было тем якорем, который удерживал их обоих от падения в бездну их истинной природы.