Часть 6 Предложение?

Последний багровый луч заката погас за высоким витражным окном, и коридоры погрузились в синие, предночные сумерки. Шаги Артура по пути в спальное крыло звучали глухо и одиноко, как удары метронома, отсчитывающего время до неизбежного. Он остановился перед знакомой дверью с табличкой «Джейд Фэйн». Это был не просто кусок дерева. Это была граница между его сегодняшним, запутанным существованием и призраком прошлого, которое одновременно манило и пугало. Он сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь в пальцах. Воздух пах воском, старым камнем и… запахом её шампуня, едва уловимым из-под щели. Выдох. Он постучал. Звук был сухим, громким в тишине. - Входите. Голос Джейд был спокойным, ровным. Для Артура он прозвучал как приговор, произнесённый без эмоций. Он толкнул дверь. Джейд сидела на краю своей кровати, скрестив ноги. На коленях у неё лежала книга. Не та, тонкая в эльфийском переплёте, что он искал, а другая - учебник по основам гербологии. Артуру стало чуть легче: значит, книга Энни не у неё. Значит, вчерашний сон… Она точно не видела его и как он... - О, Артур, заходи, - она отложила книгу и встала. Её движения были плавными, уверенными. Она подошла, остановившись так близко, что он снова почувствовал лёгкий, пьянящий запах яблока и корицы, смешанный с её естественным теплом. - Ты как? Я думала, тебя там надолго приклеили. Видела, как ты летел… это выглядело ужасно. Её глаза изучали его лицо, ища следы боли, обиды. Сердце Артура сжалось в грудной клетке, забившись как пойманная птица. Дыхание стало частым, поверхностным. Он заставил себя улыбнуться, натянув на лицо маску спокойствия, которую носил годами в школе. - Я… я в порядке, Джейд. Мисс Селин помогла. Чувствую себя намного лучше! - его голос прозвучал почти убедительно. - Какая же это хорошая новость, - она улыбнулась, но в её взгляде была тень чего-то… оценивающего. Как будто она видела не только Артурию, но и того испуганного мальчика, который прятался за этой маской. - Слушай, я хотела бы тебе кое-что предложить. Но не здесь. Сюда в любую минуту может зайти Анжелика для уборки. Как насчёт сходить в горячие источники? Они прямо тут, в подвале академии. Тихое, уединённое место. «Ты и я… На горячие источники…» - мысль ударила Артура, как молния. Мгновенно перед глазами всплыл сон: пар, влажная кожа, её тело, склонённое над ним… Он резко, почти физически, встряхнул головой, пытаясь выбросить образ прочь. Стыд обжёг его изнутри. «Прекрати. Она твой друг... ». - Да… пойдём, - выдавил он, чувствуя, как голос подводит. Они молча спустились по узкой винтовой лестнице в подвал. Воздух становился теплее, влажнее, пахнул серой и минералами. Джейд открыла тяжёлую деревянную дверь, обитанную медью. Пар хлынул навстречу, окутывая их тёплым, плотным покрывалом. Помещение было невелико, вырублено прямо в скальном основании. В центре, в естественном углублении, плескался небольшой, но глубокий пруд с водой молочно-бирюзового оттенка, от которого и шёл густой пар. Стены были облицованы гладким камнем. В нише стоял шкаф с грубыми, но мягкими полотенцами, а рядом на стене висел пергамент с правилами. Артур машинально прочитал их: «Не погружаться с открытыми ранами», «Не использовать магию в воде», «Время посещения - до полуночи». И последнее, отчего кровь ударила ему в голову: «Купание - без одежды. Ткань загрязняет священную воду источника». «Быть абсолютно голым». Слова жгли сетчатку. Его мозг, и без того перегретый, закипел. «Чёрт. Чёрт! Конечно, ведь это академия для ведьм. Для них это нормально. Но я… Я не могу. Если кто-то войдет… если она увидит…» Он услышал лёгкий плеск и обернулся. Джейд уже стояла у края источника. Её платье аккуратно лежало на скамье. Она была совершенно обнажённой, её силуэт, окутанный струящимся паром, казался одновременно реальным и призрачным. Пар скрывал детали, оставляя лишь плавные линии, золотистый оттенок кожи в отсветах магических светильников и влажные пряди волос на плечах. Она медленно вошла в воду по пояс и обернулась к нему. - Ух… Какая же хорошая вода, - её голос прозвучал расслабленно, томно. - Чего стоишь? Заходи! Или стесняешься? — В её тоне снова промелькнула знакомая, почти детская дразнилка. - Хочешь, я отвернусь? Она не ждала ответа, мягко улыбнувшись и повернувшись, погрузившись в воду по плечи. Этот жест — одновременно и предложение приватности, и принятие его возможной стеснительности — оставил Артура без выбора. Отказаться — значит вызвать подозрения, показаться странной. А он уже был достаточно странным. Руки его дрожали, когда он снимал одежду. Он делал это быстро, механически, стараясь не думать. Он сполз в воду с противоположной от Джейд стороны, чувствуя, как обжигающе тёплая, почти живая вода обволакивает его, смывая физическое напряжение, но оставляя психическое нетронутым. Он погрузился по шею, отодвинувшись к краю. Джейд повернулась к нему. Её лицо, влажное от пара и воды, было спокойным, открытым. Она подвинулась чуть ближе, но оставила дистанцию. - Я тебя сюда привела, потому что хочу кое-что серьёзно обсудить, - начала она, её голос приглушённо отражался от каменных стен. - Ммм? — промычал Артур, боясь сказать что-то лишнее. - Я хочу вернуться в тот лес. В тот, где мы появились, — сказала Джейд, глядя на клубящийся над водой пар, словно видя в нём очертания деревьев. - Помнишь, как там было красиво? Даже в темноте. Эти звёзды… они были другими. И запах… свободы. Меня прямо тянет туда. Исследовать. Узнать, что ещё там есть. Артур почувствовал холодный укол тревоги, несмотря на горячую воду. - Ага, и грибная слизь, - сухо напомнил он. - Джейд, лес далеко от академии. И там… демоны. Та самая Минерва. И мисс Лилит… - Он не договорил. Джейд поморщилась, её тело непроизвольно содрогнулось при воспоминании о липкой, вонючей массе. - Бррр… Артур, пожалуйста, не напоминай. Но представь, что мы могли упустить! Какие травы, какие существа, какие… места силы! Мы ведь ничего не видели, нас сразу атаковали. А что, если там есть что-то важное? Что-то, что нам нужно найти? - Её глаза, изумрудные и всегда такие выразительные, снова загорелись тем самым огнём неуёмного любопытства и авантюризма, который Артур знал и обожал когда-то. Этот огонь был заразителен и опасен одновременно. И тут в голове Артура щёлкнуло. Ингредиенты для Селин. Она сказала, что всё нужное растёт за пределами академии. В лесу, у болот. Это был риск. Безумный риск. Но и шанс - отблагодарить того, кто отнёсся к нему как к человеку науки, а не к проблеме. И… способ быть рядом с Джейд, охранять её, даже если его роль - просто молчаливый спутник. Он посмотрел на неё. На её лицо, полное надежды и упрямства. И вспомнил давний вечер под дождём, её слова: «Ты мой единственный друг. А я - твоя. И точка». Он дал обещание тогда, в сердце. Обещание быть рядом. - Джейд, — его голос прозвучал тихо, но твёрдо, без прежней дрожи. - Куда ты - туда и я. Я дал тебе такое обещание много лет назад. И сдержу его. В любом случае. Джейд улыбнулась, и в этой улыбке была благодарность и что-то ещё, тёплое и давно забытое. - Спасибо, Артур. Ты настоящий друг. Они замолчали, погружённые в свои мысли, в убаюкивающую теплоту воды. Через высокое зарешеченное окно-бойницу последний отсвет солнца погас окончательно, погрузив комнату в полную, нарушаемую лишь мягким светом шаров, темноту. - Ух… Поздно, - вздохнула Джейд, потягиваясь. Вода с плеском покатилась с её плеч. Она легко вышла из источника, её тело, освещённое магическим светом, на миг предстало перед Артуром во всей своей неприкрытой, скульптурной красоте. Он резко отвернулся, уткнувшись подбородком в колени, чувствуя, как жар, никак не связанный с водой, разливается по его лицу и телу. Он слышал, как она вытирается полотенцем, как ткань шуршит по коже. - Всё, можешь смотреть, - её голос прозвучал с лёгкой, почти озорной усмешкой. Она стояла, закутанная в большое полотенце, её волосы были мокрыми, а щёки розовыми от пара. Она снова играла с ним, как в старые времена, и от этого ему было и больно, и радостно. - Ну, давай, Артур, пока-пока, - сказала она и вышла, оставив его одного в парящей тишине. Артур выскочил из воды, как ошпаренный, наскоро вытерся и стал натягивать одежду на влажное тело, прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Только оказавшись в своём коридоре, он смог перевести дух. Войдя в свою комнату, он столкнулся нос к носу с Анжеликой. Эльфийка выходила, неся в корзине его грязные вещи. Она молча кивнула, её бездонные синие глаза скользнули по нему безо всякого выражения, и она растворилась в темноте. Комната сияла чистотой. Всё было вымыто, вычищено, пахло лавандой и свежестью. Даже его старый походный рюкзак аккуратно висел на спинке стула. Это была забота, безмолвная и эффективная, от которой на глаза навернулись предательские слёзы. Кто-то, пусть и за плату, заботился о его пространстве. Он сбросил одежду, повесил её аккуратнее, чем обычно, и повалился на кровать. Прохладная, свежая простыня приятно холодила кожу. Мысли путались: Джейд, её план, ингредиенты для Селин, демоны, мольба Лилит быть осторожнее. «Так… Завтра. Надо подготовиться. Что взять? Нож? Факел? Палочку… Она почти бесполезна, я почти не умею. Но… Энни боялась Мэйв. Значит, демоны боятся сильной магии. Может, взять что-то от мисс Мэйв? Нет, нельзя спрашивать. Одежда… просто тёплая, крепкая одежда. И будь что будет». Усталость, смешанная с остаточным действием зелья и эмоциональным истощением, накрыла его. Сознание поплыло в тёмные воды, и на этот раз сны не потревожили его. *Полночь Академия. Тишина была абсолютной, нарушаемой лишь редким скрипом древних балок. Дверь в комнату Артура бесшумно приоткрылась - невысокая фигура справилась с простым замком без единого звука. В проём впорхнула Энни. Она стояла посреди комнаты, дрожа, как осиновый лист. Прошлой ночью, после того сновидческого вторжения, с ней творилось что-то невообразимое. Она не могла забыть увиденное. Картины сна - Джейд, Артур, их близость - жгли её изнутри, вызывая странное, смущающее тепло внизу живота, навязчивый зуд, смешанный с пульсацией, которую она никогда раньше не чувствовала. Она читала об «этом» в своих романтических эльфийских романах, но там всё описывалось цветисто и возвышенно: «объятия страсти», «слияние душ». Никто не писал о том, как это сводит с ума тело, как хочется… повторить. Узнать. Понять. И ещё… он защитил её. От гнева Мэйв. Никто, никогда не делал для неё такого. Это чувство - благодарность, смешанная с внезапно вспыхнувшим интересом к этому странному, скрывающемуся мальчику, - было для неё токсичным коктейлем. Она подошла к кровати. Артур спал, его лицо в лунном свете казалось беззащитным, почти детским. Она вспомнила, как в его сне Джейд сняла с него одежду. Руки Энни дрожали. Она сняла своё простое платье, затем нижнее бельё, чувствуя, как холодный ночной воздух касается её кожи, заставляя её покрыться мурашками. «Глубоко внутри своих мыслей она молилась об одном - чтобы он не проснулся. Чтобы это осталось её тайным, стыдным экспериментом». Она скользнула под одеяло. Тепло его тела обожгло её. Она, затаив дыхание, потянула за край его нижнего белья, стягивая его. Её сердце колотилось так громко, что, казалось, разбудит весь этаж. Но на её несчастье, её движение, её холодные пальцы коснулись его кожи. Артур заворчал во сне, повернулся. Его веки дрогнули и открылись. Мутный, сонный взгляд упал на неё. - Эммм… - пробормотал он, мозг ещё не включился. - Я… я… - залепетала Энни в ужасе, её план рушился на глазах. - Неужели снова такой сон… - голос Артура был хриплым, полным самоотвращения. Он явно не понял, что происходит наяву, приняв реальность за продолжение своих кошмарных фантазий. - Ёбаный рот… Какая же я сволочь… В полутьме, под одеялом, его тело, разбуженное близостью и теплом, отреагировало автоматически, без участия разума. Энни, застывшая в сантиметре от него, почувствовала, как что-то твёрдое и горячее упёрлось ей в живот. Она ахнула беззвучно, её лицо пылало. Артур, всё ещё в плену сонной логики, лишь зажмурился, его дыхание стало тяжелее. Видя это, охваченная странной смесью паники, любопытства и желания «сделать всё правильно», как та девушка из сна, Энни наклонилась. Её движения были неумелыми, робкими. Она взяла его в рот, как это делала сонная Джейд, и попыталась повторить ритм. Для Артура это было подобно взрыву. Даже во сне он не испытывал такого интенсивного, почти болезненного удовольствия. Всё его тело напряглось, волны наслаждения смыли последние остатки осознанности. Он не думал, кто перед ним. Он просто чувствовал. Энни, чувствуя, как он набухает, как начинается пульсация, испугалась, но не отстранилась. Мгновение спустя он кончил, и вкус, солоноватый и странный, заполнил её рот. И тут, в момент физической разрядки, сознание Артура пронзила мысль: «Это не Джейд. Это…» Он открыл глаза. В полумраке увидел очертания её лица, её широко распахнутые золотые глаза, полные слёз, страха и чего-то невыразимого. Увидел скрюченные рожки, обмотанные ленточками. - Энни… - прошептал он, и в его голосе был ужас, стыд и полная, абсолютная растерянность. Но его тело, доведённое до предела, не выдержало шока. Глаза закатились, и тьма, на этот раз не сонная, а беспамятная, поглотила его. Наутро он вскочил с постели так же резко, как и вчера. Солнечный свет бил в глаза, слепил. - Энни! - крикнул он в пустоту. Комната была пуста. Безупречно чиста. Никаких следов. Ничего, кроме… Его взгляд упал на пол у кровати. Там, как обвинительный акт, лежал маленький, чёрный, кружевной треугольник. Женские трусики. Не Джейд. Простые, но явно не принадлежащие никому из взрослых обитательниц академии. Он поднял их. Ткань была тонкой, почти невесомой. Это был не сон. Это произошло. Наяву. - Сука! - прошептал он, сжимая ткань в кулаке. - Что со мной творится? Почему здесь… почему вокруг меня всё так перекашивается? Вопросы висели в воздухе, без ответов. Стыд от вчерашнего падения, тревога от предстоящего похода, мучительная неловкость перед Джейд и теперь этот… инцидент. Его новая жизнь в Академии, вместо того чтобы стать спасением, стремительно превращалась в лабиринт, где каждое поворот открывал новую, более тёмную и запутанную дорогу. И он, переодетый, запутавшийся, шёл по ней на ощупь, не зная, что ждёт впереди и что осталось позади. Он бросил трусики в самый дальний угол своего шкафчика-смеха, как будто мог так похоронить воспоминание. Потом быстро оделся и вышел в коридор, направляясь на занятия. Его лицо было каменной маской, но внутри бушевал ураган из страха, стыда и одного, крошечного, непрошеного вопроса: «Зачем?»