Часть 9 Конец приключению

Портал сомкнулся за спиной мисс Мэйв с тихим, окончательным щелчком, словно захлопнулась дверь тюремной камеры. Они снова стояли в знакомом каменном коридоре Академии, но теперь он казался Артуру не убежищем, а каменным мешком. Тёплый свет магических шаров, падающий с потолка, не согревал, а лишь подчёркивал холод, просочившийся ему в душу. Воздух пах пылью, воском и… несвободой. Они стояли молча, не глядя друг на друга. Артур видел перед собой не коридор, а долгие годы впереди. Годы, где он будет наблюдать за жизнью из окна своей «золотой клетки». Больше никаких прогулок, никакого леса, никаких звёзд над головой - только эти каменные своды, уроки и вечное притворство. Это была ирония судьбы: он сбежал из одного заточения, чтобы добровольно запереться в другом. Но теперь этот замок был навязан. Его взгляд упал на свои руки - в царапинах и ссадинах, в грязи от лесной земли. Руки, которые не смогли защитить ни её кулон, ни её свободу. Теперь они будут сжимать лишь страницы учебников. Джейд смотрела на его профиль. Его лицо было усталым, но не сломленным. В нём была та же твёрдость, что и в лесу, когда он заслонял её от фей или бежал навстречу зверю. Но зачем? Зачем он взял на себя этот груз? Она не просила его о таком. Её сердце сжималось от странной смеси благодарности и вины, которая была горше любого упрёка. Она чувствовала себя обязанной. А Джейд терпеть не могла чувствовать себя обязанной. Последней вошла мисс Мэйв. Её плащ медленно опал, приняв обычные очертания. Она обернулась к ним, и на её лице гнев уже сменился усталой, почти материнской озабоченностью. Однако в глазах всё ещё мерцали остатки холодного огня. - Дорогие ученики, - начала она, и её голос звучал мягче, но всё ещё сохранял стальной стержень, - я надеюсь, вам теперь понятно. Покидать Академию запрещено. Не из прихоти. Особенно так далеко, в Лес Теней. Та слизь, что вы встретили - это цветочки. - Она сделала паузу, давая словам осесть. - Там водятся магические волки, чей вой парализует волю. Там бродят упыри, высасывающие не кровь, а самую жизненную силу. И, не дай Богиня, демоны. Не те шаловливые, как та скромная демоница, а настоящие, из глубин. То, что случилось с мисс Лилит… не должно повториться ни с кем из моих учеников. Они слушали, потупив взгляды. Их молчание, испачканные, поникшие фигуры, царапины на коже - всё это было красноречивее любых слов раскаяния. Мэйв наблюдала за ними, и в её груди зашевелился червь сомнения. «А не переборщила ли я? - думала она, глядя на Артура, на его опущенные плечи. - Он же мальчик. Первый за триста лет. Может, ему просто невмоготу было в этих стенах? Может, это был порыв души, а не мятеж?» Но правила существовали не просто так. Страх за них перевешивал жалость. - Да, простите нас ещё раз, мисс Мэйв, - тихо, но чётко сказала Джейд, первой найдя в себе силы заговорить. - Мы вели себя глупо и безответственно. Но… скажите, откуда вы узнали? Как нашли нас? Мэйв вздохнула, её взгляд стал отстранённым. - Мисс Лилит сообщила мне, что Артурия интересовалась способами защиты от демонов. Слишком уж целенаправленно для простого любопытства. Я решила… проверить ауру периметра. Ваши следы, ваша энергия - они светились, как маяки на фоне спокойного поля Академии. Найти вас было делом техники. Артур внутренне содрогнулся. Значит, Лилит доложила. Он не мог винить её - она делала свою работу, пыталась их уберечь. Но это означало, что за ним наблюдают. Больше, чем он думал. - Ясно, - кивнула Джейд. Её пальцы непроизвольно потянулись к шее, к тому месту, где раньше лежал холодок серебряного кулона. Жест не ускользнул от внимания Мэйв. - А скажите… вы часто бываете в той пещере? - Да, время от времени, - ответила директриса, насторожившись. - Слизь тех существ, голубичных слизней, - ценный катализатор для зелий стабилизации. А что, мисс Джейд? Джейд опустила руку, сжав её в кулак. - Я… я потеряла там свой кулон. Серебряный, с голубым камнем. Он порвался, когда мы убегали… Я не успела его поднять. На лице Мэйв мелькнуло искреннее сожаление. Не за нарушение, а за эту маленькую, личную потерю. - Ох, понимаю… Это плохо. Не переживай, я постараюсь найти его, когда в следующий раз отправлюсь туда за компонентами. Обещаю присмотреться. - Спасибо вам большое! - в голосе Джейд прозвучала неподдельная надежда. Этот кулон был одной из немногих вещей, связывавших её со старой, «нормальной» жизнью. - Ладно, я тут с вами заговорилась, а дел ещё горы, - Мэйв поправила шляпу, её осанка снова стала официальной, но взгляд смягчился. — Вам удачи на занятиях. И, пожалуйста… - она посмотрела на них обоих, - больше не испытывайте судьбу. Ради себя. И ради меня. С этими словами она развернулась и зашагала прочь, её каблуки отстукивали по камню ритмично и неумолимо. Артур и Джейд остались одни в опустевшем коридоре. Когда звук её шагов затих вдали, Артур медленно повернулся к Джейд. Он хотел сказать что-то банальное, вроде «Ну что, получается…», разрядить напряжение. Но не успел. Джейд сделала резкий, порывистый шаг вперёд, сократив расстояние между ними до нуля. Её глаза, обычно такие ясные, теперь были полны бури. - Зачем? - вырвалось у неё, голос сдавленный от эмоций. - Зачем ты взял всю вину на себя, Артур? Ты же теперь… ты теперь будешь здесь, как в клетке! Неужели тебя это хоть капли не пугает? Не злит?! Она вцепилась пальцами в его порванную, грязную рубашку, будто пытаясь встряхнуть, вытрясти из него ответ. Её дыхание было частым, щёки горели. Артур не отстранился. Он смотрел на неё, на её перекошенное от боли и гнева лицо, и чувствовал не страх, а странное, горькое спокойствие. Он положил свою руку - большую, шершавую от дубины и царапин - ей на голову. Это был жест, полный нежности и защиты, который он позволял себе только с ней. - Джейд, — сказал он тихо, почти шёпотом. - Я боюсь не одиночества. Не этих стен. Я боюсь твоих слёз. Видеть, как они катятся по этому прекрасному лицу - это для меня страшнее любой темницы. Ты мне… ты мне очень дорога. Понимаешь? Его слова, такие простые и такие оголённые в своей искренности, обезоружили её. Она дрогнула, как будто её тронули раскалённым железом там, где кожа была самой тонкой. Её пальцы разжались, хватка ослабла. - Артур… Я… - она хотела сказать «я не стою этого», «это несправедливо», «я сама виновата», но слова застряли комом в горле. Он лишь слабо улыбнулся, и в этой улыбке была вся его усталость и всё его упрямство. - Не переживай, - прошептал он так тихо, что это было скорее движением губ, чем звуком. - Я что-нибудь придумаю. Ты же знаешь - я никогда тебя не брошу. Это моё обещание. Тебе. А теперь… пора в комнаты. Выглядишь на все сто, но пахнешь болотом и паникой. Его шутка, такая неуместная и такая знакомая, заставила её фыркнуть сквозь слёзы, которые так и не покатились. Она кивнула, не в силах говорить, и они пошли по коридору к спальному крылу. Тишина между ними теперь была не тяжёлой, а хрупкой, наполненной невысказанным. Идя рядом, Джейд, глядя в пол, прошептала: - Прости… что подшучивала над тобой. Тогда, в купальне… и вообще. Это было глупо. Артур рассмеялся. Коротко, искренне. Звук был немного хриплым, но тёплым. - Ничего страшного. Без твоих приколов, подколов и этих твоих ужимок, я бы, наверное, окончательно превратился в угрюмого гриба. А так - хоть знаю, что где-то есть Джейд, которая умеет вытащить меня из собственной скорлупы. Такая родная. И такая… незабываемая. Он посмотрел на неё, и его улыбка в полумраке коридора вспыхнула такой яркой, тёплой искрой, что, казалось, могла бы осветить любую, самую густую тьму. В этот миг Джейд поняла, что за эти два года он изменился не только внешне. В нём выросла какая-то тихая, непоколебимая сила. Сила, которая берёт на себя вину, чтобы защитить других. Дойдя до холла, они остановились у своих дверей. Джейд молча проводила его взглядом. Артур открыл свою дверь легко, без драмы, будто за ней его ждал не приговор, а просто ещё один день. Он обернулся на пороге, поймал её взгляд. - До завтра, - прошептал он, и его глаза в последний раз на сегодня встретились с её изумрудными. Потом он шагнул внутрь, и дверь закрылась, скрыв его от неё. Джейд ещё долго стояла в холле, глядя на деревянную панель. Внутри у неё было странно, пусто и… тепло. Она чувствовала груз его жертвы, но также и странное облегчение — он был здесь. Он не исчез. И его обещание, данное шёпотом, звенело в её ушах громче любого колокола. Артур запер дверь и прислонился к ней спиной. Только теперь он позволил себе выдохнуть - долгий, дрожащий, полный всей усталости мира. Он сбросил грязную, порванную одежду, оставив её грустной кучей на полу, и повалился на кровать. Прохладная простыня приятно холодила разгорячённую кожу. Он уставился в потолок, где свет от его лампы-ветви отбрасывал причудливые тени. «Что ждать от завтра? - думал он, ощущая, как каждая мышца ноет от перенапряжения. - Ещё один день в клетке. Уроки. Взгляды Лилит, полные упрёка и, возможно, понимания. Высокомерие Элизабет. Лулу с её благодарными глазами…» Он повернулся на бок, и его взгляд упал на рюкзак, брошенный у кровати. Из полураскрытого кармана виднелся край светящегося гриба. «Грибы. Хоть что-то удалось. Завтра надо отнести Селин. Интересно, сколько готовятся её зелья? Неделя? Месяц? Может, хоть в этом будет смысл…» Потом он вспомнил про смятую, дорогую шляпу Лулу, валявшуюся на стуле. «И шляпу вернуть… Боже, как же она её защищала. Эта шляпа… она как мы все здесь. Заплатанная, кривая, но пытающаяся быть настоящей». Мысли путались, сливались с тенями на потолке. Усталость, наконец, накрыла его с головой, тяжёлым, тёплым одеялом. Последним, что он почувствовал перед тем, как погрузиться в сон, был призрачный, сладковатый запах в воздухе - тот самый, что оставался после посещений Энни. Но на этот раз он был слишком измотан, чтобы испугаться или даже удивиться. Сон поглотил его, унося в мир, где, возможно, не было ни стен, ни запретов, ни этого тягостного чувства долга, которое он добровольно взвалил на свои ещё не окрепшие плечи.