Глава шестая: Чудо.

Мицури и Урарака сидели в тишине комнаты ожидания, время от времени заполняя паузы лёгкой болтовней. Шатенка уверяла, что чувствует себя уже куда лучше, особенно после такой сердечной поддержки одноклассницы. И она не лгала. Ещё с самого первого дня в академии Урарака отметила про себя, что Мицури — из тех типов людей, которые походят на солнце. Такая же яркая, и одаривая теплом, будто была создана излучать свет. Та доброта, что исходила от рыжей, не была показной или нарочитой — она была такой же естественной, как дыхание. Хонадэ могла найти общий язык с кем угодно, и Очако даже не могла бы представить её злой. Разве может солнце внезапно обжечь? Образ всегда улыбчивой, теплой одноклассницы накрепко впечатался в памяти так, что другие её образы казались бессмысленными. И именно этот свет, непоколебимая внутренняя сила стали для Урараки тем самым толчком, который заставил её в поединке сжимать зубы и подниматься снова. — Если всё в норме, то я пойду? — Мицури спешно поднялась. — Обещала Мине, что быстро вернусь, — рыжая неловко почесала затылок. Мысленно она уже видела недовольную гримасу подруги, само её отсутствие длилось уже почти как час, и это уже далеко выходило за рамки минутного перерыва. — Конечно, Мицури! Спасибо тебе ещё раз, — лицо Урараки озарила теплая улыбка, в глазах светились искренняя благодарность. Выйдя из комнаты ожидания, она направилась к лестнице, но едва свернув в коридор, как почти столкнулась с кем-то. Перед ней, замерев на полпути, стоял веснушчатый парень. Её лицо расплылось в теплой улыбке, и она машинально помахала рукой. Изуку, казалось, был застигнут врасплох не меньше, чем она сама. Его зеленые глаза округлились от удивления. — Хонадэ-сан?.. — пробормотал он, слегка запнувшись, — А ты что здесь делаешь? — Да так, ничего особенного, — отмахнулась Мицури, делая шаг в сторону лестницы. — Проведала Очако, теперь возвращаюсь к ребятам. В этот момент в кармане завибрировал телефон, она на ходу вытащила её с кармана, и на экране всплыл контакт «Мина» и несколько сообщение подряд от неё, полное восклицательных знаков в конце. Суть сообщений было ясна — если она не придет через минуту, собирается упустить всё самое интересное. — Мне надо бежать, бывай! — выпалила она, уже разворачиваясь на пятках, чтобы сорваться с места. Но вдруг резко замерла, словно вспомнила что-то. Снова обернулась к парню. — Сейчас же твой поединок, да? С Тодороки? Мидория почесал затылок по привычке, его лицо отражало лёгкую тревогу, смешанную с решимостью. — …Ага. Именно с ним. — Отлично! — Мицури энергично выставила кулаки вперёд, будто готовясь к бою. Её жест с поднятым большим пальцем был одновременно и напутствием и жестом поддержки. — Задай ему вместо меня, лады? Выложись на полную! — не дожидаясь ответа, она развернулась и ринулась вперёд по коридору, рыжие короткие волосы взметнулись от бега. Мидория остался стоять на месте, слегка ошеломленный от такого вихря эмоции от одноклассницы. Его взгляд непроизвольно проводил удаляющуюся фигуру. — Спасибо… — тихо проговорил он вслед. Когда же Мицури вернулась на трибуны и плюхнулась на свое место, ей пришлось стойко выдержать взгляд подруги из-под опущенных ресниц. — …И где ты пропадала так долго? — Да так, нужно было кое с кем поговорить… — Мицури изобразила улыбку, поправляя пряди волос. — Да ну, вот же я! И что интересного я пропустила? Мина вздохнула, но все же не стала долго томить подругу. — Сейчас собираются выходить Тодороки с Мидорией. А в армрестлинге победил Киришима! Интересно, кто же из этих двоих одержит победу, — она задумчиво устремила взгляд на арену, куда уже выходили двое противников с обеих сторон арены. Мицури последовала её примеру. — И уже во втором раунде встречаются самые впечатляющие ученики! — прогремел голос Мика. Едва над стадионом прозвучал сигнал начала боя, Тодороки тут же выпустил глыбу льда по старой схеме, с целью обездвижить противника. Но мидория выставил руку вперёд и используя средний палец — видимо снова жертвуя своими пальцами один за одним. Он высвободил свою особую силу. Лёд, стремившийся в его сторону, разлетелся в щепки, а ударная волна от использовании его причуды, заставила зрителей на трибунах вцепиться в свои сиденья покрепче. Когда Шото атаковал снова, Изуку повторил тот же манёвр, отражая ледяные глыбы одну за другой. От столкновения двух разных, но невероятно сильных причуд, по арене прокатывались леденящие импульсы, от которых зрители съеживались от холода. Мидория не сводил глаз с противника. Из предыдущих боев было сложно составить полное представление о силе парня, но в схватке с Хонадэ тот выпустил не маленькое количество льда. Это не могло остаться без результата. У всех есть предел. И единственное, что сейчас оставалось Изуку, — продолжать парировать его атаки. Он взглянул на свои изуродованные пальцы, сжал кулак и снова перевел взгляд на Шото. В последующих рывках Мидории пришлось снова и снова жертвовать своими пальцами, чтобы отражать ледяные шквалы. В конце концов, когда Тодороки приблизился вплотную, Изуку пришлось использовать всю силу одной руки и ударил по его льду кулаком. Глыба льда разлетелась в пыль. Сквозь завесу поднявшейся пыли он увидел Тодороки — и заметил, как у того на мгновение дрогнули руки. — Куда уставился, Тодороки?! Услышав эти слова, Шото широко раскрыл глаза, удивленно глядя на соперника. — Продолжишь драться вполсилы?! Да за весь бой ты на мне даже царапинки не оставил! Ну же, выложись на полную! — крикнул парень так, что его голос прокатился эхом по стадиону. Мицури, затаив дыхание, наблюдала за происходящим. Ей отчаянно хотелось верить в победу Мидории — признавать превосходство второго она не желала. Возможно, это было по-детски и глупо, но поделать с собой она ничего не могла. Тодороки рванул вперёд, но зеленоволосый заметил, что его движения стали заметно медленнее, по сравнению с тем, что было ранее. Изуку нанёс тому удар в живот, концентрируясь на том, чтобы не сломать руку окончательно — и у него это получилось. Противник поднялся с земли, снова бросаясь в атаку. Когда Шото использовал лёд, Мидория отразил его, используя уже сломанный палец. Соперника отбросило назад. Подойдя ближе, он снова нанес ударь по солнечному сплетению. — …Все здесь выкладываются на полную! Я даже не могу понять, что тобою движет… Какая у тебя вообще мотивация?! Чего же ты хочешь добиться, сражаясь только вполсилы?! Стать номером один, чтобы отомстить отцу? Хватит валять дурака! Широко раскрытый, немигающий взгляд Шото, смотрел прямо на парня напротив. И пока тот задумался о чем-то из-за слов парня, вспоминая прошлое, Мидория снова нанес тому удар, отбросив назад. — …Но это ведь твоя сила! — голос Изуку прозвучал на весь стадион. Рыжая недоуменно смотрела на парня. Чего он пытается добиться этим? Даже если Тодороки выложиться на полную, сможет ли сам парень в таком состоянии противостоять ему? О чем он сейчас думает? Но уже в следующее мгновение Мицури зажмурилась от потока горячего воздуха. Она открыла глаза и увидела, как одна половина Шото вспыхнула ярким пламенем. Оно разгорелось с ещё большей силой. Неужели Мидория вынудил его использовать вторую сторону?.. Оба использовали свои причуды на пределе. Заметив это, Эктоплазм принялся возводить между ними защитную стену, а Полночь принялась использовать свою причуду, чтобы остановить бой, явно вышедший за все допустимые рамки. За секунду между противниками выросло несколько мощных барьеров, но их совместный удар с обеих сторон пробил все преграды. Огромный импульс от столкновения едва не сбросил людей с трибун. Хонадэ зажмурилась от смешанного потока ледяного и обжигающего воздуха. От смешения стихий прогремел взрыв, окутав арену густым дымом. Когда же дым рассеялся достаточно, чтобы увидеть победителя, Мидория лежал на земле, врезавшись в стену арены. Тодороки стоял, его пиджак наполовину сгорел, обнажив участки кожи. — И победителем становится… Тодороки Шото! Трибуны взревели, крики и овации слились в единый гул. Мицури замерла. И среди всего этого шума она вспомнила тот момент, когда Изуку нанес свой последний удар — ветер от него докатился до трибун, взъерошил её короткие пряди волос, но она лишь затаила дыхание, не отрывая взгляда от арены. Точно. Как и тогда… Год назад. Рассвет. На улицах почти не было людей — идеальные условия для Хонадэ, решившей, как всегда, выйти на пробежку. Всего пару месяцев назад она бы рухнула на землю от усталости уже через пять минут бега. Но теперь, когда лишний вес потихоньку отступал, с ним исчезала и мучительная одышка, всё начинало чувствоваться иначе. Дискомфорт улетучивался, как будто его и никогда не было. Теперь она чувствовала себя легкой, энергичной и сильной. Словно с каждым днём становилась ближе к своей мечте. До вступительных экзаменов оставалось всего десять месяцев, и она не позволяла себе ни дня без тренировки. Снова и снова вставая по утрам рано и подтягиваясь. Твои старания обязательно оправдаются! Твердила она себе каждый раз. Она бежала по дорожке парка, затем выбралась за его пределы. В ушах звучало иностранная, мелодичная музыка из наушников. Рыжая вышла к берегу моря, место было завалено кучей мусора уродливой грудой, заслоняя собой весь горизонт. Мицури тяжело вздохнула, достала бутылку воды и сделала глоток. Её взгляд скользнул в сторону — и она заметила парня. Он тащил на себе несколько лёгких металлических обломков, методично вынося их в сторону. Занятие казалось ей безнадежным. Таким темпом он провозился бы целую вечность. Какой странный. Мелькнуло у неё в голове. Задаваясь вопросом, зачем же он этим занимается. Пожав плечами, она вздохнула и побежала дальше. Она сочла того зеленоволосого парня чудаком, а как иначе? Зачем вообще тратить время на такое? Это казалось для неё бессмысленным. Он не справится в одиночку — мусора была целая гора, а некоторые обломки выглядели просто невероятно тяжелыми. Но однажды, в одно из самых ранних утр, когда солнце только начинало вступать в свои права, а небо окрашивалось характерными для раннего утра цветами — нежные персиковые и огненные тона, она увидела то, о чем даже подумать не могла. Она пробегала мимо того же берега, даже не собираясь смотреть в сторону моря. Но невидимая сила заставила её замереть, Хонадэ медленно повернула голову. Музыка в наушниках вдруг стала лишь тихим фоном для той красоты, что открылась её глазам. Перед ней было открытое, чистое, прозрачное море. Золотой песок и восходящее солнце, рассыпавшее по водной глади миллионы сверкающих бликов. Она наблюдала за этим, затаив дыхание. Мягкий утренний ветерок, прохладный и свежий, коснулся её лица, поиграв с прядями её волос. А в глазах вспыхнула искра. Непроизвольная, теплая улыбка тронула её губы. И тогда её взгляд упал на него. Тот самый парень, стоявший у кромки воды, спиной к ней, и тоже смотрел на то, что сам видимо и создал. Неужели… он сделал это один? Мицури разглядывала его профиль, но яркое солнце мешало рассмотреть его яснее. Но она увидела края его улыбки — торжествующий и яркий. Ветер трепал его зеленые кудри. Красиво… Сердце вдруг забилось чаще. А в наушниках, будто вторя моменту, тихо продолжала играть песня. …I couldn’t help but fall in love again. Настоящее. Хонадэ смотрела на его профиль сейчас — на побежденного, искалеченного, но все ещё не сломленного. И почему-то сердце застучало с той же настойчивой, знакомой частотой. В памяти вспыхнули те же картинки — рассвет, чистое море, мягкая улыбка зеленоволосого парня. То же самое чувство в груди — теплое и тревожное одновременно. Она смотрела на его сломленные пальцы, на повисшую беспомощно руку. Почему он все время такой упёртый? Стоит ли это упорство таких жертв — всех этих сломанных костей, всей этой боли? В голове крутилась куча вопросов, но громче всех звучал всего один, простой и безответный, обращенный к неподвижной фигуре на арене. Почему ты заставляешь меня так себя чувствовать?..