Часть 8

…но на шее следы от удушья, и всё полыхает в тылах

***

Опуститься перед Малфоем на колени стоило хотя бы ради того, чтобы увидеть его совершенно нелепо растерянное лицо. Джинни стоило очень большого труда не расхохотаться, когда он неуклюже взмахнул руками, не зная, куда их деть, прежде чем она велела ему перестать дергаться и взяться за стол за его спиной. Она не сомневалась, что в какой-то момент он зароется пальцами в ее волосы, но пока пусть старается быть хорошим мальчиком. Раз уж Джинни решила снизойти до того, чтобы отсосать ему. На самом деле такой уж большой жертвой в ее глазах это не было. Малфой оказался в постели внимательным и послушным, продолжал с ней заниматься и заслужил небольшую награду. Хотя для парней, кажется, это было чем-то невероятным и манящим. Сама Джинни ничего особенного в оральном сексе не находила: пару раз Майкл пытался доставить ей удовольствие с помощью своего языка, но через несколько минут мокрой возни Джинни становилось скучно, и она просила прекратить. То есть, протяжно и фальшиво стонала, прося Майкла поторопиться или идти уже к ней, но на самом деле ей хотелось, чтобы эта глупость закончилась. А вот ему предсказуемо понравилось, хотя сама Джинни прекрасно понимала, что умела примерно ни хрена, но хорошо, что и этого хватило. Она видела у Парвати и Лаванды маггловские журналы, в которых были статьи о том, как ублажить своего мужчину и стать тигрицей в постели, и как-то раз пролистала один, забытый в гостиной. Информации, которую она там почерпнула, хватило, чтобы запомнить одно: главное, блять, не кусаться. — Мне кажется, что ты меня укусишь, — пробормотал Малфой и вздрогнул, когда в отместку за эти слова Джинни действительно едва-едва задела зубами чувствительную головку. — Уизлетта! — Тише ты, обещаю, что ничего тебе не откушу, — закатив глаза, сказала Джинни. — В конце концов, мне пока нравится твой член. — Я не знаю, кто хуже, ты или Панси. Упоминание слизеринки Джинни не понравилось. Она нежно, но крепко сжала член у основания и откинула голову назад, с недобрым прищуром взглянув на Малфоя. — Я имел в виду характер! — сообразив, что сморозил, оправдался он. — А не… ну… — Вместо того, чтобы молча наслаждаться тем, что перед тобой на коленях стоит Уизли, ты несешь херню. Ты нормальный вообще? — холодно спросил Джинни, приподняв брови. Малфой заметно смутился и занервничал, забегав взглядом по Выручай Комнате, в которой они уединялись последнее время. После того, как их чуть было не поймали в Восточном Крыле, было решено перенести занятия в более уединенное место. Ко всему прочему, здесь было куда удобнее: мебель на порядок лучше, отсутствие сквозняков и риска быть застанными врасплох. Хотя последнее, кажется, очень заводило Малфоя. Поняв, что не дождется никакого ответа, Джинни фыркнула и вернулась к своему занятию. Она медленно провела ладонью по всей длине члена, влажно подышала на головку и лизнула ее. Малфой издал странный задушенный звук и вздрогнул, но пока не попытался убрать рук со стола. Удивительно, а Джинни думала, что хватит одного касания! Малфой держался. Джинни пока еще даже не пыталась взять его член в рот целиком, — да и не смогла бы, хотя он, к счастью, и не был каким-то невероятно большим, — а просто лизала и целовала, время от времени дуя на влажную и чувствительную кожу. Она поймала себя на том, что ей нравятся тихие вздохи Малфоя, его шипение и сдавленные стоны. Его раскрасневшееся лицо, несчастно нахмуренные брови и приоткрытые губы тоже показались ей красивыми. Картина страдания, написанная на его лице, вышла занимательной, как и всегда. — Проклятье! — охнул Малфой, когда губы Джинни сомкнулись на его головке, а затем она начала покачивать головой. Взять глубже не вышло, но ему и этого хватило, чтобы дернуться и… нет, он не оторвал руку от стола, хотя хотел. Джинни невольно поежилась, почувствовав, как от собственного возбуждения между ног стало влажно. Она не анализировала, почему ее так заводило послушание Малфоя, ей было достаточно самого факта. Она, конечно, стояла перед ним на коленях, но на самом деле «имели» тут вовсе не ее. Власть ужасно пьянила. — Про… подожди… я, Уи… Джинни! — Попытка предупредить ее была умилительной. Джинни оценила ее, но не отстранилась до самого последнего момента, дав Малфою кончит ей на грудь. Несколько капель спермы она поймала губами, ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх и наслаждаясь тем, каким потерянным и вместе с тем счастливым он выглядел. — Джинни? — переспросила она, усмехнувшись. — С каких пор я для тебя не Уизлетта? — Ты… я… мы… — потерянно пробормотал Малфой сбившимся голосом. Джинни поднялась на ноги, мазнула себя между ног пальцам, вздрогнув, когда подушечкой прошлась по набухшему чувствительному клитору, и прижалась к Малфою. — Ты, я, мы, — передразнила она, куснув его за подбородок и прижав мокрые пальцы к его губам. Он послушно приоткрыл рот, и настал черед самой Джинни зачарованно вздохнуть и вздрогнуть. Теперь можно было бы попросить об ответной услуге, но… Джинни мотнула головой и резко отстранилась от Малфоя. Они и так провели тут половину ночи, пора было разойтись, но ни один из них не торопился. Вместо этого они тянули время и вон, даже «заказали» у Выручай комнаты наполненную горячей водой ванну, в которой легко поместилось бы человека три как минимум. Джинни первой опустилась в воду и счастливо вздохнула. — Ты идешь или нет? — кинула она замешкавшемуся Малфою через плечо. — Вода остынет, простудишься и помрешь. — С чего я должен помереть от простуды? — Ты себя видел, неженка? Мне кажется, ты после каждого дождливого матча должен по неделе в Больничном Крыле лежать. — Переживаешь за меня, Уизлетта? — Только что же Джинни была. Малфой опустился в ванну напротив нее. Джинни это немного расстроило, потому что она-то думала, что он устроится сзади и… хотя, откуда у нее взялась такая глупая мысль? Только она еще не обнималась с Малфоем так, словно они были влюбленной парочкой. Конечно, в последнее время они проводили вместе много времени, даже вроде как узнали друг друга лучше, но все это было ни о чем. Драко, поначалу едва не прижавший к груди колени, пару мгновений смотрел на Джинни. Он что-то обдумывал и, придя к какому-то выводу, расслабился и откинулся назад на бортик ванной. Все-таки уверенность и спесь породистой собаки шли ему куда больше. Конечно он был хорьком, но порой походил на красивую и изящную гончую. — Ты не зовешь меня по имени. — А должна? — Джинни деловито поливала плечи теплой водой. Она не флиртовала и не рисовалась, но Малфой следил за ней внимательным взглядом. — Не должна, но… если я назвал тебя, то и ты называй. — Что за детская логика? — Логика как логика. Получше, чем у твоего Поттера. — При чем тут Гарри? — Тем более, что к Джинни он не имел никакого отношения, хотя упоминание бывшего возлюбленного немного и испортило ей настроение. Гарри продолжал донимать Луну и довел все до того, что с ним поругался Невилл. Джинни поежилась, вспомнив некрасивую ссору, ничуть не уступающую той, что произошла между все еще не разговаривающими Роном и Гермионой. Хотя она не могла не признать, что повзрослевший и обретший голос Невилл в тот момент выглядел внушительно. — Да ни при чем, — фыркнул Малфой. — Просто вспомнил тот летающий букет. — Его не было. — С голубями. — Не было такого. — То, что ты предпочла вычеркнуть этот позор и верх безвкусицы из своей памяти не значит, что другие забыли. Джинни плеснула в Малфоя водой. Он охнул, затряс головой и тут же принялся мстить. Через несколько минут интенсивной возни часть воды вылилась на пол, а Джинни оказалась между ног Малфоя, прижатая к его груди. — Не устал? — спросила она, когда его ладони сжали ее ягодицы, а в живот уперся твердый член. Все парни его возраста так быстро возбуждались? Джинни не могла судить по Майклу, потому что из его постели старалась вылезти как можно быстрее. — Ты устала? Тебя пожалеть? — притворно-участливо спросил Малфой. — Не наглей, — Джинни царапнула его ногтями по шее и наклонилась, остро укусив за нижнюю губу. Малфой послушно замер, глядя на нее из-под длинных светлых ресниц. Джинни почувствовала укол зависти: ресницы у него были такие, о каких каждая девчонка мечтала. Красивее только у Забини, потому что у него они были темными и густыми. Падма Патил, которую он на прошлой неделе позвал на свидание, обсуждала его с сестрой, и Джинни невольно услышала обрывок разговора. — Еще один раз и расходимся, — выдохнула Джинни в губы Драко, прижимаясь к нему теснее и придерживая член рукой. Малфой согласно кивнул и толкнулся бедрами вверх. Когда они закончили, воды в ванной не осталось, желание уходить совсем улетучилось, а кровать в Выручай-комнате оказалась очень удобной. Рано утром, прокрадываясь к башне Гриффиндора как преступница, Джинни столкнулась в коридоре с Ноттом. В руках он бережно держал горшок с нежно-голубыми цветами. Пару мгновений они молча смотрели друг на друга. — Уизли, — кивнул ей Нотт. — Нотт, — кивнула ему в ответ Джинни. Она собиралась пройти мимо, как вдруг он остановил ее. Джинни едва не отшатнулась, когда он протянул к ней руку и резко стянут с нее галстук. Прежде, чем она успела возмутиться, он поднял его выше. Ткань была зеленого, мать его, цвета. — Я полагаю, это не твое, — спокойно заметил Нотт. — И полагаю, что теперь ты должна мне маленькую услугу. — Может, мне все равно, что меня увидели бы в чужом галстуке? — Может быть, но тебе не все равно. — Что тебе надо? — Маленькую невинную услугу. — Какую? — Угомони своего друга, пока его не угомонил я. Неожиданно жесткие нотки в голосе Нотта заставили Джинни удивленно моргнуть. Она приоткрыла рот от удивления и не смогла выдавить из себя ни слова. — Увидимся, — коротко бросил он, оставив ее в коридоре одну и совершенно растерянную. Проклятье, которого друга ей надо было угомонить?!