Часть 13

…и пока нас дурачат не чистые, наши войны предрешены

***

Купе, в которое села Джинни, было крайне странным. Не потому, что что-то не то было с ним самим, нет, дело было в людях, заполнившем его. Луна и Теодор сидели у окна, изучая красивый и явно старинный атлас о фантастических тварях. Рон и Астория устроились напротив друг друга, потому что Рон был занят шахматной партией с Забини. Доску они устроили прямо на сидении и не обращали ни на кого внимания. Лучше всех устроилась Панси: на коленях у смущенного донельзя Невилла. Джинни с минуту постояла в дверях, рассматривая компанию, прежде чем вошла и присела между Невиллом и Асторией. — А чего ты одна? — поинтересовалась Панси, оторвавшись от Невилла, которому нашептывала что-то на ухо. Это что-то скорее всего было пошлым, судя по пунцовым щекам парня. — Где потеряла нашего принца? — Я вообще не видела Драко, — призналась Джинни. — Так что встречный вопрос: где ты его потеряла? — Мне все еще не нравится, что вы с ним… что, кстати, вы с ним? — скривившись, спросил Рон, не отрывая внимательного взгляда от доски. — Встречаются? — предположил такой же сосредоточенный Блейз. — Зачем моей сестре Малфой? — Тебя не смущает, что твоя сестра как бы тут? — фыркнула Джинни. — И мы… — И мы говорим о моем… блин, кем он мне приходится? — перебив, Панси задумчиво нахмурилась. — А, ладно, неважно. Короче о моем друге детства. — Нашем, — напомнила Астория. — И я видела его с Винсентом и Грегори на перроне. Он выглядел очень злым. Выглядеть злым Драко вполне мог, и Джинни даже знала из-за чего. Люциуса отказ сына не устроил, он продолжал упорствовать с помолвкой и последующим браком. Зачем ему это понадобилось — Джинни так и не поняла. Драко объяснил все коротко и невнятно и после отказался что-либо писать об этом. Может быть, сам не разобрался в отцовских целях, а может быть, просто не хотел это обсуждать. Так или иначе, она отстала от него и развлекла обещанным, очень горячим, письмом, которое собиралась воплотить в жизнь. При условии, что найдет Драко. Посидев еще полчаса в купе, Джинни решила отправиться на его поиски. В поезде было не так уж и много мест, чтобы прятаться, так что она надеялась быстро управиться. Пропустив тележку со сладостями, Джинни прошла дальше по коридору и сделала вид, что не заметила в приоткрытой двери Гермиону. Она сидела одна, обиженная на весь мир и, кажется, плакала. На секунду Джинни задумалась о том, чтобы зайти к ней и утешить, но потом передумала. Как бы жестоко это ни звучало, но чувства Гермионы не имели к Джинни никакого отношения. Если девушка хотела сидеть и жалеть себя, то могла делать это в одиночестве. К тому же, в Хогвартсе ее ждал Гарри. Вот уж кто точно готов был ее пожалеть! Джинни постаралась поскорее отбросить мысли о Гермионе. Сделать это оказалось просто, когда из очередного купе ей навстречу вышел Крэбб. — Стоять, — рявкнула Джинни. Увалень остановился, удивленно моргнув. — Где Драко? — Там, — ответил он, ткнув пальцев в купе, дверь которого как раз закрыл. — Спасибо, — Джинни протиснулась мимо него. — А тебе туда зачем? — Спросишь у Драко, когда приедем в Хогвартс. — Я не понял. Крэбб был не из понятливых. Он все также тупо таращился на Джинни и соизволил уйти только тогда, когда ему велел это сделать Драко. Гойл тоже был выставлен, и Джинни понадеялась, что парням хватит ума не возвращаться до самого прибытия в Хогсмид. Сколько оставалось времени? Часа четыре, не меньше. Драко откинул со лба светлые волосы и приподнялся на локте, глядя на Джинни из-под ресниц. Выглядел он красиво, все каникулы репетировал позу, что ли? — Чего это ты тут засел? — спросила Джинни и, заметив на столе коробку конфет, цапнула шоколадку в яркой обертке. — От меня прячешься? Боишься, что съем? — Ешь, — разрешил Драко, упав обратно на подложенную под голову подушку. — Если это избавит меня от головной боли, то пожалуйста. — Мысли тяжкие покоя не дают? — не выдержав, съязвила Джинни. — Угу, какими словами объяснить отцу, что я не собираюсь жениться на этой… как ее звали-то? — Мадемуазель Обье. — Джинни не знала имени девушки, но вот фамилию запомнила очень хорошо. Слизнув шоколад с пальцев, она принялась расстегивать пуговицы вязаного жакета. Этот шила не мать — Флер привезла его из Парижа в подарок. Такой модной вещи у Джинни еще никогда не было. Положив жакет на противоположную койку и скинув туфли, Джинни забралась к Драко. Тот охнул и приоткрыл глаза. — Мы будем… — А ты хочешь? — удивилась Джинни. — Дверь можно запереть, на купе наложить чары, но у тебя голова же болит? — Я читал, что секс может помочь. — Это что ты такое читал на каникулах, не расскажешь? Рассказывать Драко не захотел, а вот показать — очень даже. Он увлек Джинни в тягучий поцелуй, ладонями провел по ее спине вниз, остановившись на ягодицах. Их он сжал раз, другой, пока руки не опустились под подол форменной юбки. Как же хорошо, что Джинни надела именно ее, а не штаны! Возиться с ними было бы очень неудобно. — Соскучился? — усмехнулась Джинни, начав покачиваться на Драко. Его член многозначительно упирался в нее. Пока между ними были слои ткани, но она уже знала, какой он на ощупь и даже на вкус. Отсосать Драко ей тоже хотелось, и Джинни даже задумалась над тем, чтобы опуститься вниз и взять его член в рот. — Нисколько, — соврал Драко. — А ты? — Слушай, я начала течь во время поцелуя, сам как считаешь? — Она расхохоталась от того, как Драко на нее уставился. — Что? Это ты любишь играть в недотрогу, а не я. Драко зарычал и непонятным Джинни движением перевернулся, подмяв ее под себя. Она не успела расстроиться, потому что он, не теряя времени даром, отодвинул в сторону ее трусики и скользнул в нее пальцами. Их стоны слились в один, ее бедра приподнялись, пальцы впились в его плечи. Сразу два, вообще никакой вежливости! Хотя когда Драко был вежливым? Он скорее был пугливым, когда она вела, и очень послушным, но тут точно соскучился, раз решил вести сам. Джинни могла бы его прервать, хватило бы одного слова. Драко не настолько потерял голову, чтобы ее не услышать. Делать этого она, конечно, не стала. Зачем, когда его пальцы спешно растягивали ее, губы оставляли на шее жаркие поцелуи? Он задрал ее сорочку вместе с лифчиком, оголив грудь и приникнув к ней. Жаловаться ей было не на что, особенно, когда его член наконец-то оказался в ней. Джинни обхватила Драко ногами, уперлась пятками в поясницу и выгнулась. Ей хотелось больше и быстрее, потому что она соскучилась. — Резче, — приказала Джинни срывающимся голосом. — Можешь не указывать? — Резче! Драко послушался. И зачем только спорил? Ему же и самому не хотелось ни терпеть, ни сдерживаться. Джинни куснула его за подбородок, царапнула ногтями шею, подгоняя, и откинула голову назад, получив именно то, что хотела. Проклятье, и почему только эта бледная — и красивая, ладно, — поганка так хорошо трахалась? Когда все закончилось, между ног Джинни было грязно и мокро, Драко упал на нее сверху. Он был тяжелым, но не настолько, чтобы ей было неудобно. — Ты в курсе, что только что изменил своей невесте? — после небольшой паузы уточнила Джинни. — Уизлетта, ты не умрешь своей смертью. — Втрахаешь меня в койку? — Выкину из окна. — А трахаться тогда с кем будешь? С Крэббом или Гойлом? Драко застонал и зарылся лицом в ее плечо. Джинни рассмеялась, накручивая на пальцы влажные светлые пряди на его затылке. Разумеется, выкидывать ее в окно он не собирался. — Но, если серьезно, что с твоей невестой? — Да нет у меня никакой невесты, сказал же, — недовольно пробурчал он. — Отцу надо — пусть женится. — Так просто? — Мама против, так что да. — Логично, — помолчав, Джинни продолжила. — К тому же, у тебя есть девушка. Это был не вопрос, а утверждение. И тем не менее, она хотела услышать, что на это скажет Драко. — Есть, — не поднимая головы, изрек он. Джинни невольно улыбнулась, обрадованная тем, что услышала. — А она может помолчать? Я хочу поспать немного. — Голова отошла? — Ответа Джинни не получила, но он и не был ей нужен, хватило и того, что Драко просто лежал сверху, а она могла поглаживать его по волосам. Она позволила ему так полежать еще немного, а потом выполза из-под него и, наскоро приведя их обоих в порядок с помощью чар, легла обратно. До прибытия оставалось три часа, которые она собиралась провести в этом купе.