Часть 3.Подумай над своим поведением.

Все затихло: и природа, и море, и даже листья на деревьях, абсолютно все. Парень смотрел в глаза девушки. Они были красные от слез, но такие же прекрасные, как ранее. Она стояла, будто ожидая ответ от собеседника, но он молчал. Ком вновь подступил к горлу. Тишину нарушил Цветан, что удивительно для его упрямой натуры. — Прошу прощения, я не знал этого. — Верно, потому что не спрашивал… - тихим шепотом ответила Розочка в никуда. Она не хотела, чтобы Цветан услышал её слова, но у него был идеальный слух, и он слышал все, но помолчал, как всегда. Цветан ушел глубоко в лес, оставив Розочку наедине с собой. Она все думала о его словах, не о том длинном монологе, а о самом простом предложении: «Прошу прощения, я не знал этого». Цветан никогда не извинялся первым, когда затевал спор сам, он стоял до конца. У Розочки было два варианта: либо он хотел побыстрее уйти, либо просто был морально истощен и не был готов спорить сейчас. Он не нагрубил девушке, не сказал это с сарказмом, он просто извинился. Быть может, в нём ещё горит огонь любви, но силы покидают его, и он просто не может держать все в себе? Розочка думала, долго и упорно думала. Пока не услышала шаги, шаги Вивы. — Хей, мм, Розочка? Все в порядке? — Нет, думаю, нет. — Почему? Что случилось? — Дело в Цветане. Мы поссорились. Его брат - Флойд - тяжело болен. Я понимаю, он переживает, и у него явный стресс на фоне этого, но я всего лишь хотела помочь, просто помочь, Ви, понимаешь? — Оуу, вот оно что. Послушай, Розочка, ты добра к нему, и это замечательно. Но сейчас его лучше не трогать, сама знаешь, что он настрадался больше нас. Ты, конечно, тоже многого натерпелась, но тут немного другое. Он теряет последних родственников. Как никак, это тяжелее всего в нашей жизни - потерять семью. — Мг, по себе знаешь, да? — В точку. Пойдем в дом, тут холодно, тебе нужен покой. Розочка с Вивой ушли, но что с Цветаном? Он все ещё в лесу? Нет, он уже давно сидел в бункере и выпивал седьмую кружку кофе за день. Его братья спали на верхних этажах. А он все ждал, ждал, что кто-то заявится к нему и утешит его черное сердце. И, о чудо, кто-то действительно захотел увидеться с ним в три часа ночи. Но вот кто? Он лениво встал с дивана и подошел к двери. Отворив её, он увидел Виву. «Почему она?» — пронеслось в мыслях парня. — Здравствуй, я войду? — Ага. Вива села на диван рядом с Цветаном и начала диалог. — Что с тобой? Я, конечно, сказала Розочке не трогать тебя, но рядом нет Флойда, который мог бы усмирить твою бурю, поэтому я здесь. — Прошу, не упоминай Флойда, я не могу забыть его бледное лицо, он был так слаб… — Ладно, но ты ответь на вопрос. Что происходит? — Я не знаю. Я не вывожу, я устал от этой ответственности, даже мой организм не подает признаков жизни. Вива посмотрела вокруг: чашки с недопитым кофе, подушки, кофты, плед и семейное фото, занимающее место у двери. Цветан ждал ответа, но Вива перевела диалог в другое русло. — Это ты с братьями? — Да, это было двадцать лет назад. От тех нас ничего не осталось. — Почему ты так считаешь? — Джон Дори берет на себя слишком многое и винит в этом нас. Брюс остепенился, ему нет дела до братьев. Клэй больше не тот, кого мы знаем. А я, переняв все от братьев, по итогу стал грубым и жестоким. Мелькают черты Флойда, который всегда был нежен со мной, не ругал за провинности и любил меня по-настоящему. Но сейчас братья уже не те, кем были, а у одного из них крошечные шансы на жизнь. На этом фото уже не «Brozone». — Знаешь, мы с тобой чем-то похожи. Я ведь тоже не виделась с семьей двадцать лет. Наше отличие в том, что меня не бросали, я сама ушла. Я тебя понимаю. Ну, а Розочке… ей просто тяжело, она ведь тащила тебя, хотела, чтобы ты вновь обрел цвета, но ты только темнел. Да, сейчас определенно не лучший момент для улыбок и веселья, но ты старайся. Извини, но все-таки надо сказать: Флойду будет приятно увидеть тебя с улыбкой, хотя и легкой, он будет рад. — Спасибо, Вива. И, кстати, мне пора, я должен идти к мисс Харти, проведать Флойда. Засиделись мы. — Так держать, удачи, малыш. — Эй, у нас разница всего шесть лет, я не настолько мал. Вивы уже не было в домике, она ушла раньше, чем Цветан сказал это. Он медленно встал, пошатываясь. «Надо бы когда-нибудь лечь в кровать, но точно не сейчас», — подумал Цветан, одевая толстовку. Его братья спали, но он не должен был ждать их, парень просто вышел из дома. Синяки под глазами, растрепанные волосы, но улыбка на лице. Почему? Он старался сегодня ради Флойда и только ради него. Та же тропинка, которая теперь имеет не очень хорошие воспоминания. Вот виднеется дом мисс Харти, но её самой не было рядом. Цветан решил из вежливости покорно ждать её. Да, Харти не было рядом с домом, она была внутри. Девушка подошла к дивану, на котором сидел певец и села рядом. — Флойд, ты же понимаешь, что долго не протянешь, твой максимум это четыре месяца. Ты страдаешь не потому что чувствителен, а потому что ты слишком долго пробыл в алмазе, не представляю какие мучительные боли ты испытал, - сказала Харти, протягивая бесполезные таблетки в руки парня. — Это было невыносимо, я думал, что умру там, у кого мне был просить помощи? Но я прошу тебя , не говори о моем диагнозе братьям. Они отправятся искать лекарство, которого нет. Я не хочу , чтобы они рисковали. Никто не должен знать о том, что со мной. — Хорошо. Кажется Цветан стоит на улице, я впущу его? — Естественно, не спрашивай ни о чем, если дело касается моей семьи. Девушка позвала Цветана к себе. Парень зашел в дом. — Здравствуй, с Флойдом все хорошо? — Ох, Цветан, он уже не спит. Просто отдыхает. Проходи. Теперь Цветан улыбался не через силу, он действительно был рад, он не знал о том, что происходит на самом деле внутри этого дома. Зайдя в помещение, он увидел брата. Тот сидел на диване и смотрел в потолок. — Флойд, здравствуй, - тихо произнес Цветан. — Цветик, мне жаль, я не хотел вас тревожить, прости. — Вроде старше меня, но кто сидит в твоей голове, братец? Оба парня засмеялись. Может, Флойд и был на грани, и его телосложение заметно ослабевало, но тогда он был счастлив, по-настоящему счастлив.