Часть 1 Магнитик

Мао Мао ненавидела зиму.

Не из-за холода — к холоду она давно привыкла, он был честным и понятным. Не из-за гололёда, от которого ныли колени, и не из-за коротких дней. Зима означала другое: счета, аккуратно разложенные на краю стола; цифры, от которых сжимался желудок; постоянный подсчёт денег в голове. Отопление, электричество, вода — всё сразу, всё не вовремя. А ещё зима означала сессию, бессонные ночи и вечную экономию на еде, когда выбор стоял между полноценным ужином и таблетками от простуды.

Квартира, которую она снимала рядом с университетом, была крошечной и не слишком уютной. Одна комната, где кровать занимала почти всё пространство. Кухня — настолько узкая, что стол приходилось придвигать вплотную к стене. Старый холодильник, гудевший по ночам, словно вспоминал лучшие времена. Зато дёшево. И рядом с университетом — роскошь, которую Мао Мао могла позволить себе только потому, что работала по ночам, бралась за любую подработку и давно перестала задаваться вопросом, когда в последний раз отдыхала по-настоящему.

В тот вечер она принесла домой маленький новогодний магнитик.

Он был дешёвым, слишком блестящим и немного нелепым — тонкий кусочек пластика в форме листочка бумаги с кричащей надписью: «С Новым годом!». Его дали на кассе вместе с мелочью, будто бы в подарок. Мао Мао хотела отказаться, но кассир уже улыбался слишком устало.

— Глупость, — пробормотала она, прилепляя магнитик к холодильнику. — Но пусть будет.

Она решила использовать его как напоминалку. Достала маркер, который обычно лежал в кармане куртки, и быстро написала:

«Купить рис и лекарства».

…и замерла.

Надпись исчезла.

Мао Мао нахмурилась. Подошла ближе, прищурилась, будто надеялась, что текст просто плохо видно. Потёрла поверхность пальцем, затем попробовала ещё раз — медленно, аккуратно, выводя каждую букву.

Ничего.

— Чернила закончились? — пробормотала она, проверяя маркер.

Маркер работал отлично. На ладони остались чёткие чёрные линии. Но на магнитике — ни следа текста, словно она ничего и не писала.

Мао Мао пожала плечами, решив, что это просто дурацкая дешёвая вещь, и отвернулась, чтобы поставить воду для лапши. День был слишком длинным, чтобы искать в мелочах смысл.

***

Жэньши редко удивлялся.

Жизнь научила его сохранять спокойствие, даже когда внутри всё переворачивалось. К тому же квартира, которую родители купили ему «чтобы было ближе к университету», была слишком удобной, слишком новой и слишком аккуратной, чтобы в ней происходило что-то странное. Всё в ней было на своих местах. Даже одиночество — упорядоченное и привычное.

И всё же сейчас он стоял перед холодильником и не мог отвести взгляд.

На магнитике — точно таком же новогоднем, который он машинально прилепил пару дней назад, не задумываясь зачем, — проступали слова.

«Купить рис и лекарства». — …Что? — тихо произнёс он.

Он был уверен, что ничего не писал. Абсолютно. Он даже не помнил, чтобы держал в руках маркер за последние дни.

Жэньши провёл пальцем по поверхности. Надпись была настоящей — гладкой, чёткой. Он взял салфетку и стёр её. Слова исчезли легко, будто их и не существовало.

— Ладно, — выдохнул он. — Значит, показалось.

Но ощущение странного беспокойства не отпускало, оседая где-то под рёбрами.

Он открыл холодильник — и тут же вспомнил, зачем вообще к нему подошёл.

Хлеба не было.

Жэньши взял ручку и, скорее из упрямства, чем из необходимости, написал на магнитике:

«Купить хлеб».

Он отступил на шаг.

Ничего не появилось.

— Ну конечно как нужно так нечего и не работает, — усмехнулся он, качнув головой. — Глупости как то...

***

Горячий пар шёл от лапы быстрого приготовления. Не люкс но съедобно хотя бы...

Мао Мао обернулась к столешница чтобы взять вилку но замерла.

«Купить хлеб». — Какого?!

Мао Мао подошла ближе, сердце неожиданно заколотилось. Она прищурилась, проверила поверхность, провела пальцем по буквам.

— Я этого не писала, — медленно сказала она сама себе.

Секунду она просто смотрела на надпись, взяла тряпку и стёрла. Потом взяла маркер и чу чуть поколебавшись, приписала ниже:

«Кто ты?»

Через пару секунд текст исчез.

Мао Мао почувствовала, как по спине пробежал холодок — не тот, зимний, привычный, а другой, острый и тревожный.

Любопытство — опасное чувство. Она знала это. Но также знала и другое: остановиться она уже не сможет.

***

В соседней квартире Жэньши, вернувшись из магазина с хлебом, замер у холодильника.

На магнитике было новое сообщение.

«Кто ты?» Он медленно улыбнулся. — Это… — тихо сказал он, — становится всё интереснее...