Эпилог

Катара Она уверена, что это все из-за Кико.  Она не собиралась переезжать к своему парню так быстро.  Она не собиралась кидаться ему на шею так, как будто не хочет отпускать, хочет проводить с ним каждое утро, и день, и вечер.  Она собиралась быть последовательной и разумной. Но Кико решила по-своему.  Когда Катара, наконец-то, после отъезда дяди, отправилась в квартиру Зуко, чтобы провести с ним теплый, домашний и страстный вечер, Кико выпрыгнула за ней и, как ни в чем не бывало, проследовала за хозяйкой.  И, как по мановению волшебной палочки, Кико перестала сбегать из квартиры. Точнее, она перестала сбегать из его квартиры. Катара смотрела во все глаза, как кошка обживается здесь, а когда открывается входная дверь, то она стоит в коридоре и смиренно, как ангел, смотрит на входящего.  И Катара дала последней своей защите упасть и довериться ему полностью — что Зуко будет рядом, Зуко не предаст и не обидит ее, он защитит и укроет ее от всего на свете. И он не заставил ее ни на секунду пожалеть ее об этом. Даже когда однажды она вышла из лифта и увидела, что Зуко стоит в дверях, а перед ним — высокая брюнетка в очень дорогой и вызывающей одежде, ничего в ее сердце не дрогнуло.  Брюнетка обернулась. — Это твои планы на вечер? Катара обошла ее, вдохнув острый запах духов, оставила поцелуй на его щеке и наконец снизошла, чтобы поприветствовать незнакомку. — В любом случае, ты меня услышал.  Зуко пожал плечами.  — Зачем ты просишь за Азулу? Я не верю, что ты хоть на секунду думаешь, что я перестану делать то, что считаю нужным.  Частички пазла в ее голове стали складывается, но чего-то не хватало.  — Ты засадит в тюрьму своего отца, неужели ты способен сделать это и с сестрой? Вот уж не думала, Зуко. Ты всегда говорил, что семья для тебя важнее всего. Ты предаешь их. Катара стояла за его спиной, но была уверена, что он нахмурился. Рука дернулась — видимо, Зуко щипает себя за переносицу. Он всегда так делает, чтобы успокоиться, когда на самом деле он на грани. Так же он делал, когда рассказал ей, что увидел в новостях подозрительное дело, и сообщил в полицию, что отца Азулы — а она была директором одного из подразделений строительной компании — посадили в тюрьму за схожие преступления. Он не мог быть уверен, но… Зуко принял решение сообщить. — Посоветуй Азуле не делать противозаконных дел, и тогда ей не грозит тюрьма. Угрожать мне нет смысла. Ты только делаешь хуже и подтверждаешь мои предположения. И да, для меня важна семья. Последовала долгая пауза. Грудь Катары наполнилась горячим теплом, неужели он считает их семьей… Девушка громко фыркнула, поднесла к лицу руку и принялась нарочито рассматривать ногти. — Можешь ничего мне не доказывать, Зуко. — Можешь не прибегать ко мне домой по требованию Азулы, Мэй. Катара впилась в лицо девушки. Так вот какая она, бывшая Зуко… Он холодно попрощался с Мэй и закрыл дверь, и когда Катара обняла его, они долго стояли так, ни о чем не говоря. Засыпая в ту ночь, Катара с удивлением поняла, что не беспокоится ни о чем — ни о его бывшей, ведь она уверена в чувствах Зуко, ни о будущем — потому что доверяет его суждениям, ни о себе — потому что они честны и откровенны друг с другом. Да, по всем правильным книжкам и подкастам выходило, что парень не должен сделать ее жизнь лучше, но он сделал. И сделал ее такой счастливой… Катара поворачивается и обнимает его большое и тяжелое тело — после смен он спит мертвым сном. Гладит кожу, шепчет «спокойной ночи» — пусть Зуко и не слышит, — и засыпает со следующим выдохом.     Зуко Они выехали утром, и пришлось встать в пять. Для Зуко это было привычно, а вот Катара… Теперь она дремала в машине, а он ищет в навигаторе ближайшую заправку, чтобы взять кофе. Лето было в самом разгаре. У Катары большие каникулы, как и у Зуко — в его профессии отпуск был дольше обычного. План на ближайшие полтора месяца был невероятный — доехать до Киоши, оттуда на пароме добраться до Южного Полюса и погостить у семьи Катары, после от Киоши доехать до Ба Синг Се и навестить дядю Айро, и оттуда уже вернуться в Республиканский город.  Зуко был рад перемене мест, несмотря на то, как уютно стало у него, точнее, у них — накануне отъезда они перенесли в квартиру последние вещи Катары. Дядя, конечно, уверял, что готов купить им квартиру, нет, дом, прямо сейчас, и Зуко пришлось строго напомнить ему, что он не имеет намерения пугать свою девушку. Поэтому, несмотря на жалобы Тоф, та осталась одна в прежней квартире, а Катара переехала к нему. Даже странно, что они дотянули до лета — с самого начала они не расставались, и Катара оставалась с ним, в его объятиях, в его постели каждую ночь, и они так быстро и слаженно стали жить вместе — готовить завтраки и ужины, оставлять друг другу сладости, и размечать всю квартиру беспорядочным и лихорадочным сексом.  Машина остановилась, и Катара протерла глаза. Они берут кофе и разминают ноги, прогуливаясь у машины. Солнце уже жарит, приходится щуриться, но они не лезут в машину за очками. Машина забита под завязку — не только вещами и гостинцами, там и палатка, и надувной матрас, и припасы, и сотня других вещей, ведь они собираются прогуляться по Национальному парку со старейшим и самым большим болотом, и еще много и много всего… Зуко забрасывает ей руку на плечи и прижимает к себе. — Ты такой довольный.  Он гладит ее по волосам. Они всегда такие мягкие. — Это была моя мечта. — Дорожное путешествие? — Катара вздыхает. — Ты говорил, что у тебя было дорожное путешествие, и не очень удачное…  — Да нет. Ну то есть да, это было, когда я украл машину дяди и сбежал. Но дело не в этом. — Он покрепче сжал ее плечо. — Я тогда подумал, что я хочу другое приключение. У меня будет любимая, и мы вместе будем ехать куда-то, неважно куда, просто будет бесконечная дорога впереди, и мы вместе…  Катара оторвалась от машины и обняла его, но быстро отклонилась. — Любимая? Зуко фыркнул. — Не говори, что для тебя это новость. — Вообще-то ты еще ни разу не говорил. Они замолкают, и Катара тянется и ставит стакан кофе у него за спиной на крышу машину, а после прижимается носом к его носу. — Я люблю тебя.