Глава IV. Пыль

Первый шаг во тьму... Начало конца.

***

Сириус шёл по коридору, слегка ёжась от пронизывающего холода. Коридор казался бесконечным и таким пыльным, что свербило горло. На ковре, выстилавшем его, лежал слой пыли, пожалуй, толще самого ковра. Один раз он оглянулся назад и увидел, что за ногой его остался в пыли отчётливый глубокий след. Пыль лежала на ступенях и перилах лестниц, на плотно задёрнутых гардинах, карнизах и подоконниках, на рамах картин неизвестных художников, изображавших только пейзажи и натюрморты. Сириус начинал опасаться, что у него случится приступ астмы. «Если бы прежние хозяева приезжали сюда или присылали прислугу, её было бы намного меньше...» Ковёр поглощал шаги, хотя мальчик вовсе не старался идти бесшумно. «Ладно, я поверил бы, что здесь кто-то был, если бы её было хоть немного меньше.» Пылью было покрыто всё. Словно сам дом уже собирался полностью рассыпаться. «Здесь не ступала нога человека уже несколько десятков лет. Здесь всё это время никого не было. Никого. Совсем никого!» Двери всех комнат были открыты. В большинстве их Сириус находил одно и тоже: массивный резной шкаф из тёмного дерева, большие кровати с балдахинами, красивые тумбочки с узорными золочёными ручками... Кровать стояла посреди комнаты, тумбочки по обе стороны от кровати, шкаф у дверей напротив неё, письменный стол и стул за шкафом. По одну сторону от кровати было высокое окно, а по другую висела картина. Везде. Всегда. Некоторые из комнат были игровыми, здесь был бильярдный стол, обычные столы, шкафы и стулья. Некоторые из комнат были гостиными, тут стояли журнальные столики, кресла, небольшие печки, висели оленьи рога на стенах. Некоторые выглядели как столовые — стол в центре и много стульев вокруг. Некоторые как кабинеты — множество письменных шкафов и рабочий стол в глубине, один стул и одно кресло. «Это не похоже на один большой дом. Скорее, на несколько домов, слепленных вместе.» Назначения комнат сменились в сторого определенном порядке. В комнатах одинакового назначения была одинаковая планировка. Сириус уже испугался, не заблудился ли он — но вернувшись назад, без всяких проблем вышел к лестнице. Да и как можно было заблудиться в прямом коридоре?.. И пыль, пыль, везде пыль. Бесконечное количество пыли. «А где здесь комнаты прислуги? Все эти комнаты больше похожи на гостевые спальни.» Он точно так же осмотрел третий этаж, но ничего не нашёл. Вернее, нашёл всё то же самое. Похоже, по-настоящему пригоден для жизни только был первый. «Даже если здесь жила очень большая семья — неужели они сами ухаживали за таким огромным поместьем?» Спальни, игровые, столовые, кабинеты. «Хотя, учитывая, что они все одинаковые... Может быть, прежний владелец был достаточно богат и... Достаточно... Экстравагантен?.. Чтобы обставлять комнаты слуг дорогой мебелью, как у дворян?..» Даже если принять во внимание возможное чудачество этого человека — это могло объяснить наличие большого количества одинаковых спален, но не игровых и кабинетов. Внезапно Сириус остановился. Он снова вернулся к лестнице и осмотрел по очереди все комнаты. Но в этот раз он пытался найти что-нибудь меньшего размера. Не было ни парикмахерских, ни письменных принадлежностей, ни каких-то следов наличия и использования средств гигиены, ни посуды, ни одежды, ни обуви, ни предметов для рукоделия... «Конечно нет. Если бы кто-то намеренно задался целью вынести отсюда все предметы обихода, то должна была остаться хоть одна бумажка. Это всё просто декорации! Здесь...» Сириус мотался ко комнатам, как сумасшедший. «Просто...» Выдвигались тумбочки. «Никто...» Отодвигались стулья. «Никогда...» Распахивались дверцы шкафов. «Не жил!» Слетело с кровати покрывало, подняв в воздух целый столб пыли. Оно было постелено на голый матрас. Не было даже подушек. Сириус не выдержал и закашлялся. У него кружилась голова от недостатка воздуха, безумно хотелось пить. Он уже понимал, что «мамино наследство» неминуемо даст о себе знать — пусть не прямо сейчас, но в пределах следущих суток. Кое-как отдышавшись, он сел на пол на колени, держа в руках неловко свёрнутое пыльное покрывало. «А кстати... Пыль есть, а паутины нет...» Не было паутины, не было крыс и мышей, насекомых, змей, даже плесени. Обычно природа охотно начинает занимать места, брошенные человеком. А здесь... «...Здесь словно остановилось время.» Только пыль, слой за слоем покрывавшая полы, стены и мебель, отсчитывала дни, недели, месяцы, года, в течение которых ни одна человеческая душа не прикасалась к этому месту. В коридоре отчётливо раздались шаги. Кто-то быстро шёл по направлению к комнате, где сидел Сириус. Мальчик понял, что это конец. Ему было уже всё равно. Он был слишком обессилен, чтобы предпринимать какие-то попытки... Сделать хоть что-нибудь. Не важно, что. Уже ничто было не важно. Не осталось ничего, кроме пыли и усталости. — Сириус! Дверь комнаты распахнулась и на пороге появился взволнованный Сиэль. Несмотря на безразличие, казалось бы, охватившее его в эту минуту, у Сириуса вдруг отлегло от сердца. Всё-таки приятнее было увидеть родного брата, чем какое-нибудь чудовище. С чудовищем он был готов смириться, а брату было вовсе не странно обрадоваться. — Где ты был? — испуганно спросил Сиэль, подбегая к брату. — Я по всему дому тебя ищу! — Просто решил прогуляться и осмотреть дом. — сказал Сириус и вдруг понял, что голос его звучит совсем хрипло. — Господи, как же тут пыльно... Кха-кха! — Сиэль помахал перед носом рукой и тоже закашлялся. — Чего ты тут сидишь? У тебя же опять пневмония будет! Идём, тебе нужно вымыть... Ах, да тебя всего нужно вымыть! И одеть в чистую одежду! — И напоить... — просипел Сириус. — Первым делом. — Да, конечно... Идём... Сиэль поднял брата и за руку, как маленького ребёнка, повел обратно на первый этаж.

***

Горячий душ действительно успокоил измотанные нервы мальчика. Он немного покашливал, видимо, наглотавшись пыли, но затем кашель прекратился, астматического приступа так и не случилось. Сириус выдохнул облегчённо. Он впервые на своей памяти мылся так тщательно, вымылив и без того небольшое мыло чуть ли не до размера камушка речной гальки; горячей воды на себя вылил ведра четыре, и каждый раз тёр всё тело так, будто пытался истереть до костей. Ему словно хотелось смыть с себя не только пыль, но все следы происходившего — и холод, и чуждость, и противную искусственность этого дома, и непонимание родных, и ночной кошмар с непонятной тенью... Вышел из ванной он с лёгким сердцем. По крайней мере, намного легче, чем до того. Одеться в чистую одежду и вернуться в уже обжитую, видевшую людей комнату, где его ждал самый близкий с детства человек, было невероятно приятно. — А зачем ты меня искал? — спросил он, без раздумий усаживаясь рядом с братом на кровать. Сиэль, ожидая его, крутил перед глазом калейдоскоп. Услышав голос брата, он, прежде чем отложить игрушку, повернул трубку ещё пару раз. — А ты уже догадался, что я не просто беспокоился, да? — лукаво улыбнулся он. — Нет, конечно, я беспокоился. Но дело не только в этом. — Я понял, а всё-таки в чём? — допытывался Сириус. Сиэль загадочно улыбнулся. — Я собираюсь погулять по лесу. Только взрослые ничего не должны об этом знать. — прошептал он. — Лиззи идти отказалась, так что остаёшься только ты. Договариваться с Эдвардом я даже не собираюсь, он сразу нас сдаст. Ну так что? — Сегодня? — уточнил Сириус. — Прямо сейчас. — Ты с ума сошел? Даже не подготовившись? Надо взять с собой хотя бы фонарик! Тем более, скоро начнёт темнеть. Лучше выберем более подходящий день. — Завтра? — предложил Сиэль. — Можно и завтра. Сразу после уроков. Но только с условием, что сначала всё проверим и подготовим. — Ишь, какой осторожный стал. — усмехнулся Сиэль. — На самом деле я не собираюсь заходить в сам лес. Просто хочу прогуляться вдоль опушки и посмотреть на него поближе. — Если там водятся хотя бы дикие звери, то даже издалека смотреть не очень безопасно. — напомнил Сириус. — Ты-то быстро бегаешь, а я начну задыхаться. — Мне кажется, ты совсем не диких зверей боишься. — и голос, и взгляд его стали странно холоднее. Сириус внимательно посмотрел на брата. Весь его вид так и говорил «ещё немного, и я на тебя обижусь.» «Нужно ему рассказать. Больше откладывать нельзя.» — Сиэль... Я хочу сказать тебе кое-что. — набрав на всякий случай побольше воздуха, начал он. — Мне кажется, что этот дом какой-то странный. Какой-то... Не настоящий. Здесь вся мебель похожа на кукольную... Мне кажется, что изначально он даже не предназначался для того, чтобы быть жилым помещением. Как будто его построили для того, чтобы сделать вид, что здесь кто-то живёт, а на самом деле в нём никто никогда не жил. — А лес тут при чём? — не понял Сиэль. Сириус слегка сконфузился. — Ты... Как-то слишком маниакально туда рвёшься. — признался он. — Меня это настораживает. На самом деле я не хотел бы, чтобы ты вообще туда ходил. Сиэль окинул его непонимающим взглядом. — Допустим, этот дом действительно странный, но почему ты считаешь, что моё влечение к лесу как-то связано с его странностями? — Потому что человек не должен так страстно желать попасть туда, где он никогда не был, если у него нет очевидных причин туда идти! Тебе ведь просто любопытно... Вернее, тебе так кажется! А мне это кажется подозрительным. — Хм... Предполагаешь, что меня заколдовали? — проговорил Сиэль. — Даже если так... Если мы не будем ходить туда, куда нам хочется, то ничего не узнаем. Честно говоря, я тоже хотел бы знать, почему меня так притягивает этот лес. Но очевидно же, что ответ на этот вопрос тоже находится в лесу. А может быть, тебе тоже не просто так хочется исследовать этот дом. Сириус задумался. Возразить было нечего. — Ладно... Я могу тебя понять. Слепо сопротивляться этим желаниям не лучшая идея, пока мы не знаем точно их причин. Но только это не повод забывать об осторожности! Сиэль улыбнулся и обнял брата. — Не беспокойся. Я защищу тебя. И тебя, и всех остальных. Ты мне веришь? — Да... Конечно. — Сириус доверчиво прижался к нему. — Ты всегда меня защищал. Серое небо медленно темнело. Наступала ночь.