Разрушенные связи

Белый цвет больше не казался Вики символом чистоты. Теперь это был цвет безумия. Изолятор Белого Монастыря — или, возможно, секретная тюрьма где-то в недрах Цитадели — не имел углов. Стены плавно перетекали в потолок, пол был залит мягким, рассеянным светом, от которого через пару часов начинали слезиться глаза. Здесь не было теней. Здесь не было звуков. Здесь не было Геральда. Вики сидела на полу, обхватив себя руками, и раскачивалась из стороны в сторону. Прошла неделя? Месяц? Или всего лишь час с того момента, как их «победа» обернулась ловушкой? Обещание Кроули оставить их в Восточной башне оказалось ложью — сладким ядом, чтобы усыпить бдительность. Их разделили, как только спало напряжение битвы. Грубо, магией высшего порядка, вырубив обоих и растащив по разным полюсам мироздания. Она ожидала, что связь разорвётся. Что та серебристая нить, сшившая их души на школьном дворе, лопнет, оставив после себя лишь шрамы. Но реальность оказалась страшнее. Связь не исчезла. Она превратилась в открытый перелом. Резонанс, который раньше ощущался как мощный поток, теперь напоминал оголенный нерв, который дергали раскаленными щипцами. Вики чувствовала Геральда — но не его присутствие, а его отсутствие. Это была зияющая дыра в груди, сквозь которую со свистом пролетал ледяной ветер. — Геральд... — прошептала она потрескавшимися губами. В ответ тишина изолятора сгустилась. Иногда, в моменты, когда сознание мутило от голода и сенсорной депривации, ей казалось, что он рядом. Фантомное ощущение его тяжелой ладони на плече было настолько реальным, что Вики дергалась, оборачиваясь. Она чувствовала запах морозной мяты и грозы, слышала его низкий, хриплый голос, зовущий её по имени. «Держись, Уокер. Не смей гаснуть». — Я не гасну, — ответила она пустоте. — Я меняюсь. Она подняла руку и попыталась призвать привычный шар света. Но вместо теплого золота с кончиков пальцев сорвалась грязная, серо-синяя субстанция. Она дрожала, пульсировала, как больное сердце, и издавала звук, похожий на треск статического электричества. Её свет «проваливался». Ангельская сущность, лишенная баланса, смешанная с демоническим хаосом, но оторванная от источника контроля, начинала мутировать. Дверь — единственная видимая щель в гладкой стене — беззвучно скользнула в сторону. Вики не подняла головы. Она знала процедуру. Двое стражей. Лица скрыты шлемами. Доспехи, покрытые рунами подавления. Они боялись её. Вики чувствовала их страх — он пах кислым потом и озоном. — Отойди к стене, — скомандовал один из них. Голос был искажен магией, лишен интонаций. — Где он? — спросила Вики. Она задавала этот вопрос каждый раз, когда открывалась дверь. Страж не ответил. Он вошел в камеру, держа наготове жезл с парализующим зарядом. Второй остался в проеме, готовый в любой момент опустить защитный барьер. — Совет усилил протокол содержания, — произнес страж, игнорируя её вопрос. — Твоя нестабильность растет. Если ты попытаешься использовать магию, сработает контур уничтожения. Он бросил на пол поднос с едой — безвкусной питательной массой — и попятился к выходу, не сводя с неё настороженного взгляда. — Он жив? — Вики поднялась на ноги. Её движения были резкими, рваными. Серо-синие искры заплясали вокруг её пальцев, вопреки угрозам. — Просто скажите мне, что он жив! Стражи переглянулись. В этом коротком движении Вики уловила что-то, от чего внутри всё похолодело. Не злорадство. Не ненависть. Растерянность. Они не знали. Никто не знал. Геральда, демона, бросившего вызов Сатане и Небесам, могли казнить в тот же день. Могли бросить в самые глубокие круги Ада, где время течет иначе. Или... или резонанс убил его, когда их разлучили. — Нет, — прошептала Вики, чувствуя, как рваная связь внутри натягивается до предела. — Если бы он умер, я бы умерла вместе с ним. Дверь захлопнулась, снова погружая её в белое безмолвие. Вики опустилась на пол, прижимая руку к запястью, где под кожей всё ещё серебрился шрам в виде кольца. Он горел. Болел так, словно его выжигали прямо сейчас. — Ты жив, — сказала она уверенно, и её голос, усиленный искаженной магией, отразился от стен странным, металлическим эхом. — Я найду тебя, Геральд. И когда я выберусь отсюда... от их Совета останется только пепел. Серо-синяя тьма в её ладони вспыхнула и погасла, оставив в воздухе запах гари. Резонанс требовал выхода. И если ей не дадут воссоединиться с Геральдом, она уничтожит всё, что стоит между ними.