Глава 1. Покидая Лиарлию

      По бескрайнему небесному океану взлетали перистые облака, будто кистью разнесенные по голубому куполу. Жаркое солнце светило ослепительно, нагревая зеленую Лиарлию. В воздухе медленно, словно живые кораблики, плыли целестии — причудливые растения, парящие прямо в небе. Пахло влажной свежестью, и от земли ввысь поднимался теплый пар. Город выдыхал жизнь.       С балкона комнаты Тисс, на который вела распахнутая настежь дверь, открывался завораживающий вид на оплетающую жилые постройки зелень. Но девушка, сидя на аккуратно заправленной кровати, глядела на эти яркие краски с щемящей болью в сердце. У стены стояла небольшая сумка, заполненная личными вещами. На резной вешалке покоился новенький серебристый комбинезон. Эльфийка, сжимая подол платья, старалась игнорировать новую вещь — будто наивно надеялась, что это поможет не думать о предстоящем отъезде. Конечно, все было тщетно: тоска и тревожные мысли не отпускали ее.       Дверь в комнату раскрылась почти бесшумно, однако Тисс мгновенно среагировала — словно почувствовала чужое присутствие. Девушка поднялась на ноги и развернулась к выходу, почтительно склоняя голову. Раздался тихий и добрый смешок.       — Ваше Величество.       — Полно, дитя: не нужно церемоний теперь, — мужчина, сложив руки за спиной, неспешно прошел в комнату, сразу же устремляя свой взор на пейзаж, простирающийся за легко трепещущим прозрачным тюлем. Наблюдавшая за ним с благоговением Тисс боялась дышать. Сам факт того, что король стоял здесь, в ее покоях, любовался тем же видом, что и она, как и всегда вселял в нее счастливый трепет. — Я пришёл, чтобы побыть с дочерью перед наступлением скорой и неминуемой разлуки.       — Папа… я… Мне не по себе. Я ведь никогда не покидала Лиарлию… Почему я… почему я не могу остаться с вами?       — Потому что ты важный член нашего посольства, — сохраняя на губах миролюбивую улыбку, от которой у Тисс в душе разливались весенние потоки, Аирдаль лоно Эрлитар подошел к ней. Его широкие и теплые ладони накрыли вздрогнувшие девичьи плечи. — К тому же порой разлука бывает полезна. Она будит чувства. Иногда преумножает страсть.       — Но мои чувства к вам не нужно пробуждать и преумножать, отец…       — Знаю, дитя моё. Ты отрада моей жизни. Но ты должна понять: тебе необходимо быть там. Ты мои глаза. Мир имперских варваров суров. В своих казармах, лабораториях и на полигонах они взращивают сильнейших солдат, способных при помощи технологических имплантаций перенимать те навыки и умения, какими мы, эсшайцы, обладаем по праву рождения. Ты одна из лучших симпатиков, Тисс. Поэтому именно тебе предстоит увидеть летающих исполинов империи Роод.       — Я понимаю. Я не подведу вас. Для меня нет ничего важнее, чем служение Эсшаю и вам, отец, — Тисс сделала попытку опуститься на одно колено пред ним, но король удержал ее, с лучезарной улыбкой заглядывая в глаза. Каждое его последующее слово было сказано твердо и не подразумевало никаких возражений.       — Еще раз: не стоит церемоний, когда я уже единожды попросил тебя об этом, Тисс. Давай присядем — я полюбуюсь на тебя.       Щеки девушки запылали краской, и она с волнительной торопливостью подошла к кровати, не решаясь присесть до тех пор, пока стоял он. Аирдаль без стеснения опустился на ее ложе и одними глазами велел ей устроиться рядом. Всякое расстояние между ними исчезло — Тисс с трепетом вжалась в него всем своим существом, желая запомнить его тепло, запечатлеть его образ, надышаться его запахом… Рука короля затерялась в ее пышной рыжей копне волос, пальцы коснулись кожи головы, и по спине девушки устремились толпы мурашек. Не смея вдыхать слишком громко, она вытянулась в струнку и прикрыла глаза — в ощущениях от этих прикосновений утонул окружающий мир. В груди все затрепетало, словно сорвался рой мягкокрылых бабочек. Приоткрытым ртом Тисс глотала воздух, чувствуя, что с каждым вдохом голова начинает кружиться все сильнее.       — Папочка… — голосом, сорвавшимся на высокие ноты, выдавила она из себя, словно загнанная в угол мышка. Король улыбнулся, повелительно притянув ее к своим губам: он поцеловал ее в висок, не спеша отстраняться, давая ей больше времени прочувствовать свою власть.       — Я буду ждать тебя, дитя. Но знай, когда ты вернешься, все изменится. Раз и навсегда, — рука Аирдаля переместилась на ее подбородок, поднимая лицо девушки и заставляя ее посмотреть себе в глаза. Тисс испуганно поглядела на него и задрожала, не осознавая, от благоговения, его близости или страха. Улыбка на губах мужчины стала мягче. — Ну что ты? Я всего лишь готовлю подарок для тебя.       — Подарок? — с облегчением выдохнула она и тоже улыбнулась, однако все еще скованная легким беспокойством.       — Да. Нечто очень важное, достойное тебя. Наконец-то для нас все изменится, Тисс. Я жду этого с нетерпением. И хочу увидеть твое счастливое лицо. Поэтому возвращайся ко мне как можно скорее, — король нежным, но решительным движением заправил вьющуюся рыжую прядку ей за ухо.       — Я-я буду скучать по вас, отец, — со всем своим невинным обожанием смотря на него, прошептала Тисс — голос дрогнул от переполнявших ее эмоций. Мысль о том, чтобы расстаться с ним — с тем единственным самым близким для нее эльфом — на несколько долгих недель, была для нее ужасающа.       Тисс осталась сиротой еще в раннем детстве, но, сколько себя помнила, Аирдаль всегда был рядом с ней: растил, воспитывал, любил, как родную. У него были собственные дети, но Тисс с гордостью и благоговением чувствовала, что занимает особое место в жизни короля. Он окружал ее своей заботой и нежностью, не позволяя скорбным теням прошлого омрачать ее лицо печалью. И даже когда эти тени приходили к ней в бархатных кошмарах среди ночи, ее король, ее защитник оберегал ее: согревал в своих объятиях, и Тисс, ощущая его широкую горячую грудь, спокойно засыпала, благодаря всех богов за то, что он был в ее жизни.       А сейчас она должна была оставить его, оставить весь свой счастливый маленький мир, чтобы отправиться в неизвестность, в которой существовали не просто нечеткие пугающие образы из ее ночных кошмаров, а настоящие реальные из плоти и крови враги. Тисс слышала о «варварах» из империи Роод с самого детства: при дворе короля разговоры о войне не стихали ни на день. Эти существа — она с трудом мирилась с принадлежностью с ними к одной расе и никогда не называла их эльфами — казались ей порождением безумия и хаоса. Ее учитель, Фирасанэр, молекулярный биолог, много рассказывал ей на уроках о методах, используемых в империи. От длинных лекций о том, как именно в Роод подчиняли природу и все живое, Тисс всякий раз бросало в дрожь. Для ученых империи не существовало никаких рамок дозволенного. Они вживляли микрочипы прямо в живые организмы — вмешивались в саму суть неприкосновенного. «И это все только для того, чтобы иметь способности, схожие с нашими?» — ужасалась она, в неприятии мотая головой. Это был чуждый страшный мир с жестокими существами. И теперь ей предстояло с ним столкнуться.       Эсшай и Роод — две полярные системы — населялись родственными народами и, неспособные принять различия и особенности культур друг друга, вели между собой длительную кровопролитную войну. Роодцы, подчинив своему режиму все близлежащие планеты, превратившись в метрополию, состоящую из самых разных рас и народностей, и видя сырьевые запасы богатого ресурсами Эсшая, просто не могли позволить ему существовать спокойно. Эсшайцы же, лунные эльфы, верящие в незыблемость законов природы и придерживающиеся принципов невмешательства в биологические процессы, упорно сопротивлялись, не желая становиться очередным доминионом или колонией и принимать прогрессивные новшества империи, казавшиеся им варварскими.       Этот конфликт длился веками: крошечная зеленая планетка, сопротивляющаяся огромной межгалактической империи. Стойкость эсшайцев во всех уголках галактики уже стала притчей во языцех. И эта самая стойкость регулярно способствовала возникновению бунтов и мятежей внутри самой империи Роод.       Кровь новых и новых поколений продолжала проливаться, а бремя войны давило население. И нынешние правители Эсшая и Роод наконец-то сошлись во мнениях хотя бы в одном: бесчисленные смерти должны были быть прекращены. Аирдаль лоно Эрлитар с одной стороны и Фоэльх эя Эйни лоно Вэд Ваин Фиркаин с другой провели ряд важных дипломатических встреч, и результатом стало временно установленное хрупкое перемирие. Но уставшие от войн эсшайцы и роодцы нуждались в полноценном долгосрочном мире…       — Мы должны прибыть на Арену Перемирия через семь часов. Сразу по прибытии нас встретит имперское посольство во главе с Его Высочеством наследным принцем Таем эя Эйни. Мы соблюдем все церемониальные части, и через полчаса после этого состоится обед, на котором будут присутствовать Их Высочества, а также сестра королевы, послы с обеих сторон и другие почетные гости. Ровно через два часа нас будут ждать на трибунах в специальной ложе, подготовленной для эсшайской делегации. Само мероприятие займёт около…       Спокойная речь Айнлота эя Квинтарго, которую Тисс слушала, словно загипнотизированная, вдруг оказалась прервана громким фырканьем. Посол поднял глаза от раскрытой папки с документами и, слегка нахмурившись, поглядел на источник звука. Отвлеченная от переживаний Тисс тоже обернулась. Стоявшая среди цветника своих фрейлин, одетая в закрытое платье небесно-голубого цвета, принцесса Фенуэль недовольно закатила глаза и с откровенным раздражением поглядела прямо на Айнлота.       — И вы не додумались, что после длительного полета мне потребуется время, чтобы прийти в себя и отдохнуть? — с холодным презрением выплюнула она. Мужчина не дрогнул, лишь терпеливо набрав больше воздуха в лёгкие. — Эти варвары диктуют вам свои условия, а вы вот так просто принимаете их!       — Это план с уже внесёнными коррективами с нашей стороны, Ваше Высочество, одобренных лично Его Величеством. Изначальный документ был более… строго регламентированным по времени для нас.       — Да кем они себя возомнили в этой треклятой империи?! — принцесса возмущенно развернулась к своей тётке, однако та хранила беспристрастное молчание. На ее возмущение, обращенное, скорее, ко всем сразу, чем к кому-то конкретно, ответил все тот же Айнлот.       — Вероятно, всего лишь одной из сильнейших метрополий нашей галактики, Ваше Высочество, и, посмею заметить, не без причин.       На лице резко повернувшейся к нему Фенуэль отразилось яростное недоумение. Она сделала несколько стремительных шагов, оказавшись прямо напротив посла. Замершая и молча наблюдавшая за ними Тисс затаила дыхание. Ее всегда поражал этот строгий и здравомыслящий политик: он не боялся монаршего гнева и с поразительной точностью и прямотой высказывал свое мнение в любых ситуациях, оставаясь при этом всецело преданным короне. Потому-то его присутствие в составе делегации, отправляющейся на встречу с имперцами, отчасти успокаивало Тисс — Айнлоту эя Квинтарго доверял сам Аирдаль, а значит, рядом с этим эльфом она могла ни о чем не волноваться. Он был мудрым сопровождающим.       Однако у принцессы на этот счёт, очевидно, было диаметрально противоположное мнение. Девушка поджала пухлые губы, и ее полный высокомерного пренебрежения взгляд оценивающе скользнул по послу. Окружающие замерли. Тисс поежилась и поборола в себе желание отступить назад.       — Именно из-за таких, как вы, мой Эсшай до сих пор не победил в войне. Из-за таких слабых и неспособных к стремительным атакам, не знающим, что такое победа любой ценой, трусов, — на последних словах принцесса обнажила зубы в неприятной улыбке, долго смотря на мужчину, стоя к нему почти вплотную. Она ждала и жаждала реакции: слов, неосторожного взгляда, даже вздоха — чего угодно. Но Айнлот был спокоен, словно скала.       — Победа любой ценой — не победа, — коротко парировал посол. После тяжёлого непродолжительного молчания он еще раз оглядел всех присутствующих и продолжил свой инструктаж. — Корабль поднимется ровно через час с четвертью. К этому времени все члены делегации должны быть готовы и находиться на его борту. Для тех, кто впервые отправится в галактическое пространство, я велел подготовить специальные брошюры — это поможет вам правильно вести себя на корабле и сократить возможные неприятные для вас последствия…       Долгое время после старта Тисс боялась даже открыть глаза — она жмурилась и крепко стискивала пальцами подлокотники кресла, в котором сидела. Ей было совершенно не любопытно смотреть вокруг: когда корабль загудел, словно огромный улей, эльфийка почувствовала, как немеют ноги. Пристегнутая на все ремни она вжалась в упругую спинку кресла и попыталась услать свои мысли прочь от этого места. Думала об отце, о том, как тесно он прижал ее к себе, как нежно поцеловал перед тем, как выйти из ее комнаты, как она дрожала, цепляясь за его плечи… Это помогало, но, к сожалению, только отчасти.       Скорость все нарастала. Тисс вжало в кресло — она не могла пошевелить ни одним пальцем, и ей стоило тотальных усилий не всхлипнуть от страха. У нее заложило уши, ладони сильно вспотели, желудок как будто прилип к позвоночнику. Ей стало казаться, что воздуха не хватает — закружилась голова. Она успела трижды проклясть сам корабль и этот полет, и всех имперцев с империей Роод в целом. Как же хотелось вырваться из стягивающих ее ремней и вернуться обратно: в Лиарлию, во дворец короля, во власть надежных рук Его Величества. Отец точно смог бы успокоить ее сейчас, окажись он рядом. Но его здесь не было и быть не могло. Поэтому Тисс была вынуждена успокаивать себя самостоятельно под равнодушные и краткие переговоры членов экипажа о работе гравитационных систем, температуре и влажности на борту.       Когда корабль преодолел все слои атмосферы и заработали системы искусственной гравитации, им наконец разрешили расстегнуть ремни и подняться со своих мест. Женщины — в частности принцесса Фенуэль и ее фрейлины — сразу же разошлись по жилым модулям, покинув мостик. Тисс, пересилив себя, маленькими шажками приблизилась к круглому иллюминатору, за которым было черным-черно. Они как будто упали в бездну. Ее пальцы коснулись толстого холодного стекла на мгновенье и сразу же отпрянули.       — Боитесь, Тисс?       Она вздрогнула и резко обернулась, но потом с облегчением выдохнула. Лорд Айнлот стоял, заложив руки за спину, и с пониманием улыбался ей. Он уже был облачен в пестрые парадные одежды, расшитые золотыми завитками — всегда воплощал собой эталон аристократичного возвышенного изящества и дисциплины. Даже здесь, в космосе. Тисс подобралась, однако стыдливо опустила глаза. Ее скромное, но весьма удобное платье покоилось в сумке со всеми немногочисленными вещами, и девушка могла только гадать, в каком виде оно будет изъято оттуда. Пока же она была одета в тот самый серебристый комбинезон, сшитый для нее специально по заказу Аирдаля.       — Можете расслабиться, моя дорогая Тисс. Этот корабль был спроектирован лучшими инженерами королевства для полетов Его Величества. Едва ли есть место надежнее, — мягко заговорил посол, видя немое волнение в ее глазах. — Но если так беспокоитесь, то можете вернуться в пассажирское кресло и воспользоваться ремнями безопасности.       — Н-нет, — сконфуженно ответила она, не поднимая взгляд. — От этого… перетягивания мне становится хуже. Как будто дышать трудно…       — В таком случае, не хотите ли пройти в каюту? Там совсем нет окон — космическое пространство не будет пугать вас, — Айнлот учтиво указал рукой в сторону выхода, но Тисс помедлила. Проявлять свою слабость на самом начальном этапе их миссии казалось ей недостойным.       — Все в порядке, правда.       Она еще раз в нерешительности оглядела капитанский мостик, нервно потирая собственные пальцы. Все эти жесты были тут же подмечены наблюдательным глазом посла. Мужчина тихо хмыкнул и, подойдя к ней, совсем по-отечески положил ей руку на плечо.       — Это ваш первый полет, и бояться вполне естественно. Все когда-то бывает в первый раз, моя дорогая Тисс. Но должен вас уверить, что в этом нет ничего страшного. Рядом с вами всегда есть те, кто готов вам помочь. Не стесняйтесь просить об этой помощи. Теперь идемте, я провожу вас: успокоитесь и хорошенько отдохнете.       В ее каюте действительно оказалось не так страшно, как в непосредственной близости от всех этих панелей управления, непонятных приборов и черного пространства за бортом. Стены и потолок здесь были приятного золотого оттенка, а пол под ногами блестел темно-зеленым металлом. Будто она по-прежнему находилась в родной Лиарлии, во дворце короля. Мысль о том, что Его Величество Аирдаль специально приказал проектировать этот корабль как кусочек дома, согревала. Как если бы он лично в этот момент успокаивал ее, унимая этот страх перед неизведанным. Тисс робко улыбнулась.       Айнлот пропустил ее вперед, но вместо того, чтобы выйти, зашел следом и плотно закрыл дверь. Его взгляд только на мгновенье скользнул по обустройству каюты, а потом коснулся спины в серебристом комбинезоне. Он прочистил горло и направился к ней.       — Вам стало лучше?       — Да, гораздо. Огромное вам спасибо, лорд эя Квинтарго, — девушка одарила его лучезарной улыбкой и снова принялась разглядывать интерьер. Посол усмехнулся.       — Не хотите ли переодеться, Тисс?       — А?..       Эльфийка обернулась на него, не до конца расслышав сказанную фразу, и склонила голову на бок, ожидая, что он все-таки повторит. Но мужчина молчал, глядя прямо ей в глаза. И что-то в нем было не таким, как обычно. Тисс смотрела, но не могла понять, что именно. Он стоял напротив нее, все так же заложив руки за спину в своем привычном жесте, однако она чувствовала что-то странное — чужое, чего прежде никогда в нем не было.       — Лорд?..       — Снимите свой комбинезон и наденьте платье, Тисс. Сейчас, — его тон не подразумевал никаких возражений. Девушка робко кивнула и прошла к принесенной сюда кем-то из членов экипажа сумке. Руки подрагивали. Почему он говорил с ней так? Ведь она не сделала ничего плохого. Да, ей было страшно, но ведь он сам доказывал, что бояться — это нормально. Тогда чем была вызвана такая перемена?..       Она вытащила сложенное платье и с содроганием поняла, что снова прокололась. Все-таки мятое. Несмотря на то, что Тисс жила во дворце с раннего возраста и имела дарованный королем титул дворянки, ей было трудно поддерживать аристократичный образ. Проводить часы перед зеркалом, перебирая предложенные слугами наряды и украшения, ей не нравилось. Все свое свободное время девушка предпочитала тратить на чтение или общение с природой, изучение флоры и фауны. Так было интереснее. И так было проще. Да и к тому же с животными и иными существами ей удавалась устанавливать контакт лучше, чем с сородичами.       — Его нужно погладить… — стеснительно промямлила Тисс, не глядя на мужчину.       — Раздевайтесь, — скомандовал он. Но потом чуть мягче добавил, — если стесняетесь, можете повернуться спиной.       Девушка конфузливо потупила взгляд. Кроме самого короля, ее личных служанок и лекаря королевской семьи, никто не видел ее обнаженного тела. Было как будто бы неловко снимать одежду при ком-то другом, пусть этим другим и был приближенный Его Величества, фактически правая рука короля. Тисс не считала свою наготу чем-то особенным, однако какая-то смутная тревога останавливала ее от того, чтобы немедленно броситься исполнять приказ посла.       — Тисс, вы чего-то не понимаете: теперь вы дипломат. Это не просто слова — это ответственность, которую вы еще не осознаете. Вы должны слушать то, что вам говорят, и выполнять поручения тех, кто старше и опытнее вас, — строго, словно отчитывая за проступок, заговорил Айнлот. — Его Величество доверил вам это важное дело. Наш король верит в вас! А вы хотите разочаровать его на своих первых же шагах?       — Н-нет…       — В таком случае делайте, что вам велят. Снимайте одежду!       Чувствуя, как трясутся ноги, девушка медленно развернулась лицом к стене и, глядя на падающие на стену тени, потянула молнию на комбинезоне. Обнаженная грудь покрылась мурашками — воздух в каюте показался Тисс холоднее, чем когда она только-только вошла сюда. Все было не так — не так, как обычно. Все шло кувырком с того самого дня, как король Эсшая решил, что она будет в составе посольства. Покинуть дом, расстаться с отцом, лететь на страшной махине из стали, несколько часов находиться в одном корабле с принцессой, никогда не питавшей к ней теплых чувств, а теперь еще и это странное поведение посла, который казался ей островком безопасности в этом море из непредвиденных обстоятельств…       На пол опустился комок из черного подклада — Тисс попробовала было вывернуть вещь лицевой стороной наружу, но ее руки тряслись. Из одежды на ней оставались лишь легкие белые трусики. Ношением бюстгальтеров, как и чулок, и подвязок девушка всегда пренебрегала. Из удобства. Но сейчас она впервые в жизни пожалела об этом. Сгорая от стыда, Тисс нагнулась к сумке, расстегивая ее и судорожно переворачивая все вверх дном в поисках платья.       — Замрите, — вдруг раздался хриплый, чужой голос, точно и не принадлежавший Айнлоту. Эльфийка остановилась, не разгибая спины. Послышалось шуршанье одежды и короткий приглушенный вздох. — Вот так. Стойте на месте и не оборачивайтесь.       У нее сводило ноги и спину, но мужчина не позволял ей выпрямиться. Тисс не понимала, зачем это нужно, не понимала, что он делал. Только слышала какие-то непонятные шорохи, скользкое хлюпанье и тихие еле слышные шлепки. И ее не покидала мысль, что все это неправильно, что такого не должно происходить. Это было… как будто неприятно?.. Но все, что она могла в данный момент — смотреть в пол перед собой, иногда касаясь его пальцами.       Айнлот громко и тяжело дышал. Быстрые хлюпающие звуки смешивались с его вздохами и стонами. «Ему плохо? Или это такая необходимость? — терялась в догадках Тисс, стараясь не шататься и не переставлять затекшие ноги. Под коленками начинало тянуть мышцы. — Как долго мне еще так стоять? Это тяжело и неловко…»       Вместе с этой мыслью раздались торопливые шаги, а следом ее бедра крепко схватили влажные липкие пальцы. Тисс от неожиданности вскрикнула и хотела отпрянуть, но ее резко притянули назад. К обнаженной спине прижались чужие одежды, а над самым ухом раздался шепот:       — Прекрасно, моя дорогая… Не шевелись — нам с тобой нужно провести важный ритуал… — его отвратительно липкие руки поползли по ее обнаженному телу: по ребрам, талии, спустились на бедра, просачиваясь под резинку трусов. От стыда, страха и еще какого-то неприятного чувства Тисс вся сжалась, подавив в себе всхлип. Происходило что-то опасное. Ее затрясло. Отец, папа — ей нужен был ее папа сейчас! «Хотите разочаровать его?» — ударил набатом в ее голове голос Айнлота. Разумеется, она не хотела, однако… Тонкая ледяная корка страха сковывала ее душу, заставляя коленки неметь и дрожать.       Трепещущей промежности вдруг коснулось что-то твердое и горячее: оно туго надавило через полупрозрачную ткань трусиков. И вместе с отвратительным чувством стыда Тисс ощутила спиной, как завибрировала грудь застонавшего лорда эя Квинтарго. То, что уперлось в нее внизу, толкнулось еще сильнее, до неприятной боли.       — Великие боги!.. — захрипел ей на ухо Айнлот, и его руки сползли с ее бедер на низ живота. И еще ниже, сойдясь на ее клиторе, скрытом тонкой тканью. — Вот так… здесь тебе приятно, моя хорошая?       — Лорд, п-пожалуйста… я чувствую себя не очень, я…       — Нет-нет, сейчас будет хорошо! Подожди немного. Это важный ритуал: все рано или поздно через это проходят, дорогая Тисс. А мы отправляемся на встречу с варварами Роод — там всякое может произойти. Поэтому лучше это буду я, поверь мне, — его пальцы начали яростно стягивать с нее трусики, а потом снова поднялись к промежности, проникая между складок. Теперь она с трепетом ощутила, как упирающаяся в нее твердь коснулась слизистой. Айнлот гортанно зарычал ей на ухо. — Да… Боги, воспитанница Аирдаля, его святыня, которую он холил и лелеял все это время… Расставь ноги пошире, Тисс — иначе будет больнее!..       — Л-лорд…       — Раздвинь ноги! Ты не понимаешь? Делая это, я отдаю честь Его Величеству Аирдалю! Ты сомневаешься в моих решениях? Не уважаешь этот ритуал?       — Это не так… — всхлипнула она в страхе не перед ним, а перед разочарованием в глазах отца, который верил в нее. Она обещала. Обещала оправдать доверие, не подвести его на этой важной миссии, а миссия начиналась прямо сейчас. Начиналась пугающе и неприятно. Поэтому Тисс позволила затекшим ногам чуть разъехаться в стороны, принимая перед лордом эя Квинтарго эту странную и будто бы унизительную позу, в которой вся самая ее сокровенная часть была буквально вывернута для чужих глаз. И зажмурилась, услышав его одобрительное хмыканье.       — Молодец. А теперь ради Эсшая!..       Тисс вскрикнула и поддалась вперед: там, между ног, вдруг все сковало тупым сильным спазмом. Что-то настойчиво давило внутри, причиняя ей эту отвратительную боль. Она инстинктивно напряглась и сжала зубы, тяжело дыша через рот. Что это был за ритуал, Тисс не знала, но отчетливо понимала одно: каждая клеточка ее тела отрицала его. Неприятно, стыдно, больно — это было больше похоже на какую-то изощренную пытку.       — Если ты будешь так напряжена, все твои старания пойдут прахом! Ты должна расслабиться и впустить меня дальше, — сквозь зубы шипел ей на ухо тот, кого она знала как спокойного и мудрого эльфа, степенного аристократа. О чем он говорил? Что она должна была сделать? Боль разгоняла холод по всему телу — оно точно деревенело. Расслабиться в таком состоянии не представлялось возможным. А меж тем давление только усиливалось. — Тисс, девочка моя, немедленно расслабься!       — Я н-не знаю, как…       — Ты не оставляешь мне выбора! Ты сама делаешь себе хуже! — с этими словами он толкнул ее бедрами так, что Тисс едва не ударилась головой об стену перед собой, вовремя уперевшись в нее ладонями. Ее нутро прострелила жгучая боль, и она почувствовала, как что-то распирает ее внутри. Ноги подкосились. Девушке захотелось отпрянуть, накрыться чем-нибудь и свернуться на полу, подтянув ноги к себе. Айнлот толкнул ее снова, потом еще раз — остатки боли теперь разбавлялись неприятным жжением, которое становилось все сильнее. Пальцы мужчины сжимали кожу на ее бедрах до онемения. — Вот так, Тисс! Его Величество будет вне себя… от гордости!.. Ведь ты его любимая драгоценность!       Он шептал ей еще много всего вперемешку с кряхтением и надрывными стонами — эльфийка уже с трудом разбирала эти слова об Эсшае, ее долге, короле и прочем. Она чувствовала, как между ног все горит, а тело буквально изнывает от потребности разогнуться и размять затекшие конечности. Этот ритуал был ужасно сложен и неприятен, и Тисс, у которой глаза были на мокром месте, но которая никак не позволяла себе заплакать, мечтала о его завершении. Она старалась думать о небе Лиарлии, о плавающих в воздухе растениях, о свежем ветерке, о королевском дворце… Как же хотелось, чтобы вдруг оказавшийся здесь отец утешил ее, унял боль, прижал ее к своей широкой груди и позвал по имени. Но в то же время Тисс понимала: ему нельзя явить свою слабость. Значит, нужно было терпеть.       Потом лорд эя Квинтарго громко застонал, задергался, и эльфийка наконец почувствовала желанную пустоту — она даже ахнула от неожиданного облегчения. Но следом за этим на спину ее закапало что-то теплое: сначала одна капля, потом еще и еще. Все это сопровождалось каким-то диким хрипом Айнлота. Он отпустил ее, и Тисс на подкосившихся ногах осела на пол, зажимая руками болевшую промежность.       — Вы хорошо справились, — выдохнул мужчина через некоторое время. У девушки не было сил поднять на него глаза. Его ободряющие слова не вызвали никакой радости — Тисс только благодарила богов за то, что все позади. — Ах да… Не стоит распространяться об этом. Этот ритуал — особый. Никто не должен знать о том, что вы провели его со мной, даже Его Величество. Особенно Его Величество. Иначе… он будет считать себя обязанным мне. А я не желаю никоим образом стеснять его какими-либо обязательствами. Понимаете?       — Да… — тихо прошептала она. Голос дрогнул.       — Вот и прекрасно. Приведите себя в порядок, Тисс. И… лучше посидите в каюте до окончания полета. Так будет спокойнее и вам, и окружающим.       И он ушел, оставив ее в этом странном состоянии, не объяснив более ничего. Девушка ослабевшими руками подтянула к себе скомканный комбинезон и прижала изнаночную черную сторону к своим глазам. Ее миссия только начиналась, а она уже всей душой хотела вернуться домой. Назад, в безопасность.