Глава 4. Начало обучения

      Утро пришло к ней, раздавшись пронзительным писком в ушах. Тисс вздрогнула во сне, поморщилась и заерзала на месте. Потом открыла глаза. Незнакомое серое пространство в предрассветных сумерках заставило затаить дыхание. Но воспоминания обо всем произошедшем быстро вернулись к ней.       Она была в Роод. В сердце вражеской цитадели, где обитали имперские солдаты, управляющие драконами. К сожалению, не сон…       Тисс огляделась вокруг: все было таким же, каким она увидела вчера. От перенесенных эмоциональных потрясений и усталости, эсшайска уснула, как сидела — привалившись к кровати и свернувшись в клубок. Теперь все тело болело так, будто она кубарем скатилась с пологого склона, набив себе множество шишек. Затекла шея, болели плечи, предплечья, ныла спина и бедра. Даже ладони сгибались с трудом, отдаваясь тянущей болью, точно внутрь были ввенчены металлические шарниры.       Методично раздающийся короткий сигнал, который во сне показался ей писком, не прекращался. В такт ему на широкой панели, которую Тисс по ошибке опять приняла за обычную стену, мигали ярко-голубые цифры: «5:30». Несколько минут она пыталась прийти в себя и понять, что от нее требовалось, пока в голове не всплыл круглый стол, сидящие за ним пилоты и их командир, своим ровным голосом отдающий четкий приказ…       — Ноль шесть тридцать! — спохватилась эльфийка, торопливо кинувшись сначала к сумке и потом, схватив ее, к двум одинаковым дверям, находящимся в спальне. Одной из них, наверняка, должна была оказаться ванная комната — так она думала.       И оказалась права. Вывалив все свои вещи на пол, схватив банные принадлежности, полотенце, гребень, масла и все, чем она пользовалась при дворе короля, Тисс закрылась в ванне. Свет там зажегся как по волшебству, едва эсшайка ступила на порог. Но на изумление у нее не было времени: нужно было срочно привести себя в порядок. Тем более что выглядела она после долгих рыданий и пережитых потрясений не лучшим образом.       Завтракать было некогда — где в этом месте была кухня или хотя бы слуги, что могли принести еду, Тисс, разумеется, не узнала. Она успела только распаковать одно бобовое пирожное, привезенное из дома, и сунуть его в рот, побросав вещи как попало. После ее ускоренных сборов комната с идеальным порядком представляла собой обитель хаоса. Однако это было последнее, что волновало ее в данный момент.       Тисс, переодетая в свой облегающий серебристый комбинезон, выбежала из апартаментов, в растерянности застыв в коридоре. Тренировочный сектор «Бета-пять» — набор сложных слов, ровным счет ничего не значащий для новичка. Спросить тоже было не у кого. Ни конвоя, сопровождающего ее, ни кого бы то не было поблизости не наблюдалось. Пустой белый коридор одинаковый что с левой, что с правой стороны. Оставалось идти наудачу. Тем более что время уже поджимало.       Тренировочные секторы «Бета», оборудованные для теоретических занятий, наглядных демонстраций новичкам и брифингов команд, располагались на девяностых этажах — об этом ей рассказал случайно встреченный имперец, одетый в ту же темную форму, что и сопровождающие ее вчера стражи. Также он без особой охоты и с нескрываемым раздражением пояснил, что она сейчас находятся на сто восемьдесят седьмом этаже, и сказал, как пройти к лифту, чтобы спуститься в средний пояс башни. Тисс, мало понимая, что ей говорят, просила повторить, проговаривала все вслух, стараясь запомнить сложный маршрут. И в конце концов, имперец не выдержал и, грубо пожелав ей завести себе карманный навигатор, ушел по своим делам, гневно ругаясь.       Когда спустя полчаса отчаянной беготни по однообразным коридорам башни, — девяностые этажи, куда она спустилась, были не такие безлюдные — эсшайка добралась до своего пункта назначения. Заветные символы «Бета-пять» располагались над полированной металлической дверью. Не зная, как ей следует войти, — и вообще следует ли входить — дрожащей рукой Тисс потянулась, чтобы постучать. В груди беспокойно колотилось сердце. Ей оставалось только гадать, сколько составило ее опоздание.       — Надо же, кто сподобился явиться, — раздался позади уже знакомый ей голос. Вздрогнув, эльфийка обернулась, встречаясь с хмурым взглядом одного из пилотов — того самого с косами, Лоддиаса. — А мы-то думали, что тебе потребуется личное императорское приглашение, чтобы прийти на тренировку. Хвала богам, обошлось без этого.       — Мне никто не сказал, где находится это место, — рискнула наконец-то объясниться Тисс, но тут же наткнулась на колючий взгляд, полный отборного презрения, и умолкла.       — А может, командиру надо было лично зайти за тобой и отвести тебя за ручку? Что, хваленой эсшайской гордости хватает только на то, чтобы дерзить и кидаться угрозами? — он оттолкнул ее и потянулся к кнопке рядом с дверью. — Раз не можешь сказать ничего толкового, просто молчи. Потому что вместо того, чтобы тренироваться прямо сейчас, я как какой-то кадет-первокурсник бегаю по всей башне, выискивая твою дикарскую физиономию. Не создавай еще больше проблем — ты и так уже знатно подналажала.       Тисс не успела ничего ответить ему на это: металлические створки разъехались в стороны, явив просторное помещение с множеством включенных экранов. Ее встретили те самые имперцы, которых она уже запомнила: Кинэльмир и Арру оторвались от своих мониторов, чтобы смерить ее высокомерными взглядами и тут же отвернуться обратно. Стоявший посреди помещения с планшетом в руках лорд со Генэш не обернулся к ней. Эсшайка втянула голову в плечи, словно стараясь стать как можно меньше и незаметнее. Еле слышно хмыкнувший Лоддиас прошел на свое место, тут же начиная перелистывать на экране какие-то схемы и таблицы, изредка что-то набирая на клавиатуре.       — Доброе утро… — стыдливо начала говорить Тисс, испытывая неловкость от затянувшегося молчания. — Я-я просто…       — Оставьте лишнюю информацию при себе, — прервал ее горный эльф, все так же равнодушно смотря в экран. — Я изъясняюсь достаточно четко. Дефектов речи не наблюдается. Язык всеобщий. На нем разговаривает девяносто семь процентов населения Эсшая. На каком языке следует объяснять вам, леди эя Вэдтри, чтобы вы понимали и четко выполняли указания?       — Но вы не сказали, куда именно нужно идти! Я ведь в первый раз в этом месте! — она выпалила это отчаянно, даже с явной обидой в голосе — слушать укоры от этих имперцев становилось просто невыносимо. В конце концов, разве была ее вина в том, что теперь она обязывалась находиться среди них? — Вы привезли меня сюда, сделав заложницей! Против моей воли! Чего вы все теперь от меня хотите?!       Замерли над клавиатурой пальцы лорда эя Ксилоама — в установившейся тишине было слышно, как он раздраженно цокнул языком. Кинэльмир резко обернулась на эсшайку, зло сверкнув глазами. На лице Арру появилась какое-то странное насмешливо-изумленное выражение.       — «Чего мы все теперь от вас хотим»? — Шаарнез поднял на нее свои голубые глаза. В них не было ничего: ни гнева, ни изумления, ни презрения — словно ему было глубоко наплевать на все. Но меж тем Тисс почувствовала, как от такой реакции у нее дрогнули колени. Мужчина медленно подошел к ней, останавливаясь на расстоянии полутора метров, и холодно смерил взглядом сверху вниз. — Хорошо. Империя Роод организовывает галактические соревнования в честь акта о прекращении противостояния наших держав. Но ввиду одного непредвиденного фактора перемирие оказывается под угрозой. Пилот первого класса убит, система нейронных связей с его драконом взломана и деактивирована. На месте преступления застают представительницу народа Эсшая. Обе армии находятся в состоянии полной боевой готовности. Однако наследный принц империи Роод вместо немедленного наступления на Эсшай, вносит предложение о принятии политической преступницы в ряды Элитного Гвардейского Отряда при условии, что она пройдет специальную подготовку, заменив убитого пилота. Тем самым Его Императорское Высочество сохраняет жизнь преступнице и спасает две страны от немедленного начала боевых действий. Для меня до сих пор тайна, с какой целью ваша сомнительная персона находится на территории Легиона Летунов, но только этот факт удерживает Роод от вторжения на зеленую планету, леди эя Вэдтри. У вас еще остались ко мне вопросы или вы позволите мне начать первичный инструктаж?       Тисс прикусила язык, пристыженно опуская глаза. Он был целиком и полностью прав. Хотели они, чтобы она находилась здесь, или нет, хотела ли этого она сама — все это больше не имело никакого значения на фоне надвигающейся опасности возобновления военных действий. Роодские пилоты должны были терпеть ее здесь, а она должна была терпеть их. Ради мира. И ради Эсшая.       Она еле заметно кивнула. Тогда Шаарнез вновь вернулся к своему планшету. Понимание было достигнуто, но густое напряжение, витающее в воздухе, по-прежнему сохранялось.       — Займите третий ПК. В этом тренировочном секторе вы будете подгружать данные на этот сервер, — сухо бросил горный эльф. Однако, уловив краем глаза, что эсшайка никак не реагирует на его слова, он терпеливо указал на монитор, соседний с тем, за которым находился Арру. Тисс торопливо прошла на свое место, опустившись в большое упругое кресло, натянутая, как струна. Но тут же заметила явное несоответствие: все устройства, за которыми работали другие пилоты, горели ярким светом. Ее экран по-прежнему было темным. Она перевела взгляд на кнопки перед собой: их было великое множество. Куда нужно было жать, чтобы ее устройство тоже загорелось, Тисс не понимала. Сзади раздалось ехидное фырканье Кинэльмир. Недовольно засопел Лоддиас. Сбоку тихонько захихикал Арру. И эсшайка почувствовала, как начинают пылать щеки. Робко обернувшись, она бросила на лорда со Генэша виноватый взгляд. Тот только закатил глаза.       Спустя несколько часов утомительного противостояния с программным обеспечением Тисс казалось, что ее голова разорвется от количества выданной информации. Лорд Шаарнез объяснял монотонно, не повторяясь и не делая пауз — как будто целью было не обучить ее, а просто изложить в пространство материал. Эсшайка пожалела, что не взяла с собой ни листка, ни карандаша, чтобы законспектировать все, о чем говорил ее инструктор. Она едва запомнила, как включается компьютер, за который ее посадили работать, когда горный эльф принялся диктовать ей вводную лекцию по технике безопасности, наполненную неизвестными терминами и непонятными формулировками.       Тисс покинула зал последняя, не сразу осознав смысл фразы «на сегодня все». Она хотела подойти к лорду со Генэшу, чтобы тихонько переспросить по поводу некоторых не до конца понятных ей моментов, но он ушел, даже ни с кем не попрощавшись. Остальные, негромко переговариваясь между собой, полностью игнорирую застывшую эсшайку, вышли следом. Чтобы снова не потеряться в этом огромном здании, Тисс следовала по коридору за идущими впереди нее Лоддиасом, Арру и Кинэльмир. Но держалась на расстоянии — ей хватило того, что всю лекцию она слышала то смешки, то раздраженные вздохи. Отвлекаться на разборки девушка не могла, а Шаарнез замечаний команде не делал, не обращая внимания на их поведение. «Как будто я виновата в том, что не знаю, как пользоваться всем этим оборудованием…» — обиженно размышляла эсшайка, глядя в спины имперцев, облаченные в черную спецформу.       Вдруг обернувшийся назад Арру наткнулся на ее взгляд, и его беззаботное выражение лица сменилось недовольством. Он тут же что-то вполголоса сказал товарищам. Тисс почувствовала, как внутри растекается какое-то неприятное ощущение: она догадывалась, что разговор о ней. Сомневаться в этом не приходилось. Однако…       — Тебе какая разница? Пусть идет. Одна опять попадет не туда — нам потом за нее дерьмо расхлебывать, — вдруг громко прервал товарища Лоддиас и пошел вперед. Разговоры прекратились. Следуя за ними, Тисс без долгих блужданий и происшествий добралась до этажа, на котором располагались ее апартаменты. И даже запомнила весь путь, отметив для себя главным образом расположение лифтов, так как с их помощью можно было попасть куда угодно. Не хотелось признавать, но лифт был достаточно полезным изобретением — бесконечные лестницы дворца Его Величества Аирдаля порой утомляли даже ее, не говоря уже о том, сколько крали времени. Она мысленно сделала себе пометку, что, возможно, ей нужно начать вести дневник, чтобы потом, по возвращении домой, рассказать отцу обо всех преимуществах и недостатках технологий империи. Однако на смену этой гениальной идее сразу же пришло леденящее душу осознание: а когда она вернется домой?..       Но из печальных раздумий о доме ее буквально выдернули в реальность. Краем глаза она заметила под ногами что-то ползучее и с громким вскриком отпрыгнула к стене, ощутив, как сердце заколотилось где-то в горле. На ее испуганный возглас тут же среагировали пилоты. Кинэльмир оперативно потянулась к набедренной кобуре, позабыв, что там не было оружия, Арру зажал пальцем тач-кнопку на коммуникаторе, а Лоддиас загородил их обоих собой, приготовившись встречать опасность. Выражения их лиц стали трудно передаваемыми, когда имперцы увидели, что именно напугало эсшайку.       Тисс всем своим существом жалась к стене, с ужасом смотря вниз. На полу медленно двигалось небольшое тарелкообразное существо, подсвечивая свой путь ультрафиолетовыми лучами, разворачиваясь то влево, то вправо. На гладкой серой поверхности, словно два зловещих глаза, горели голубые светодиоды. В коридоре ненадолго установилась абсолютная тишина.       — Ты… — выдохнула Кинэльмир. Эсшайская эльфийка перевела на нее испуганный взгляд. — Ты что, совсем идиотка?! Какого хрена ты так орешь?! Будь у меня бластер, я бы могла случайно кого-то пристрелить! И хорошо еще, если тебя!       — Не могу!.. — в отличие от своей подруги, Арру согнулся пополам, и его громкий смех разнесся по всему коридору. Он все хохотал, перейдя за фальцет, не обращая внимания ни на нервных товарищей, ни на эсшайку. — Она… она шарахается от роботов-уборщиков! Боги, я сейчас сдохну!.. Беги, а то засосет!       — Арру, хватит уже ржать! А ты иди к себе и не ори по таким пустякам! — рявкнул Лоддиас, раздраженный тем, что его застали врасплох по такой глупой причине.       — Уборщик — гроза эсшайцев! Берегись, зеленая планета! — вытирая слезы в уголках глаз, никак не унимался Арру. Он продолжал выдавать остроту за остротой, пока эя Ксилоама не дал ему пинка. — Ну все-все! Не горячись, Лод! Смех продлевает жизнь!       — Будешь испытывать мое терпение, длинная жизнь тебе не понадобится!       Пристыженная и раздосадованная Тисс по стеночке проскользнула мимо устройства-тарелки, названного уборщиком, и юркнула к своей двери. Та, вопреки всем ее внутренним молитвам, не открылась. Эсшайка по привычке толкнула ее руками — из головы как-то сам собой выскользнул тот факт, что дверь обычно отъезжала сама. Памятуя, что утром она открывала дверь нажатием кнопки, Тисс принялась ощупывать расположенную рядом на стене небольшую черную панель. Тщетно. Спиной она чувствовала на себе три любопытных взгляда. Стало неловко. Девушка ощутила, как моментально вспотели руки. От стыда ей хотелось провалиться под землю. Она опять выставляла себя перед роодцами непроходимой дурой. «Почему они не уходят? Специально смотрят?» — суетливо обшаривая взглядом каждый угол идеально гладкой поверхности двери, думала про себя эсшайка.       — Да ты станцуй перед ней. Ну или песню спой. Глядишь, и откроется, — вновь прыснул со смеху Арру, а Тисс покраснела до корней волос.       — Чему ее учить собрались — она дверь открыть не может… — Кинэльмир, напоследок одарив девушку уничижительным взглядом, зашла в свою комнату. Дверь при этом открылась перед ней сама. Тисс в отчаянии отступила на шаг назад. Что это было, если не магия, она не представляла.       — Где твой пропуск? — сурово спросил подошедший к ней Лоддиас. Она инстинктивно отшатнулась — этот имперец почему-то напоминал ей дикого зверя — высокий, крепкий, широкоплечий, грубый. Именно такими Тисс раньше и представляла себе всех роодских солдат, стремящихся покорить ее родной Эсшай. Позабыв о заданном вопросе, девушка глупо смотрела на него огромными глазами, изредка взмахивая ресницами. На лице у мужчины заходили желваки. — Ты оглохла, что ли? Я спрашиваю, где твой пропуск! Что смотришь на меня? Как в комнату собралась заходить?       — Через окно! Она же эсшайка! — тут же пропищал Арру в ответ, хныкая и хлопая себе по коленке. Лоддиас метнул на него такой разъяренный взгляд, что даже Тисс попятилась назад, опасаясь гнева этого имперца. Лорд эя Гинналь, очевидно, тоже почувствовав, что перешел какую-то невидимую границу, смолк и поспешил ретироваться, скрывшись за углом.       Они остались в коридоре вдвоем. Строгий взгляд светлых глаз эльфа вновь впился в девушку. Несмотря на то, что он давно мог преспокойно отправиться к себе, оставив ее разбираться со всем самостоятельно, этот странный имперец почему-то до сих пор оставался здесь. Однако терять бдительность было нельзя — Тисс напоминала об этом себе неустанно: все они оставались врагами Эсшая.       — Тебе дали пропуск? Где он? — в третий раз переспросил ее мужчина, сжав кулаки. И тогда ее вдруг озарило: маленькая пластиковая карточка, что стражники сунули ей в руки вчера! Возможно, это и был тот самый пропуск, про который твердил этот пилот. Вот только…       — Он в комнате… — неожиданно для себя тихонько произнесла Тисс, сознавая свою оплошность. Пропуск от двери был в комнате. А в комнату было не войти, не открыв дверь. Замкнутый круг. Она вся сжалась, уже догадываясь, что опять сделала что-то не так. — Н-но она же открывалась сама!       — Двери, — с нажимом перебил Лоддиас, тыча пальцем в сторону, — блокируются автоматически в течение часа, если ты забываешь сделать это самостоятельно перед уходом! Пропуск дан тебе, чтобы ты могла закрывать и открывать их. Засунь его себе в… в задний карман и не выкладывай! Боги… — он поднял глаза к потолку и тяжело вздохнул. А потом поднес запястье левой руки к лицу. — Техотдел. Специалиста на сто девяносто седьмой к апартаментам «Три». И сделайте чертовой эсшайке чертов браслет вместо ключ-карты, чтобы она его посеять не могла!       После этого дневного происшествия — когда вызванный специалист техотдела разблокировал дверь и протестировал с ней пропуск-браслет, заодно по просьбе Лоддиаса и под его бдительным присмотром четко объяснив, как пользоваться другой техникой в комнате — Тисс не выходила за дверь. Ей все еще было невероятно стыдно за устроенное в коридоре представление. Эти пилоты принимали ее за дикарку, ровняя по ней весь Эсшай сразу. От этого хотелось бежать и что-то доказывать каждому из них, но она знала: все, что она скажет или сделает, будет тщетной тратой усилий. Роодцы не хотели принимать ее, эсшайку, а она не хотела жить среди них. Никто ничего не выигрывал из сложившейся напряженной ситуации, поэтому нахождение ее в этом месте казалось ей какой-то неудачной попыткой пошутить или чьим-то жестоким замыслом.       Она как неприкаянная ходила от стены к стене по апартаментам, иногда нажимая на указанные специалистом кнопки. Теперь благодаря подробным объяснениям ей было понятно, как включается свет, как открываются ребристые железные шторы в спальне, как включается большой экран на стене и многое другое. Больше всего ее завораживал дополнительный свет по периметру всего потолка — перещелкивая клавиши на встроенной панели, девушка смотрела на то, как освещение в комнате меняется с фиолетового на синий, потом на голубой и зеленый, желтый, красный, розовый, снова на фиолетовый… В Эсшае подобного зрелища нельзя было увидеть. Такие технологии ей нравились.       Но от созерцания плавных переливов света все же пришлось оторваться. Тисс все больше начинала ощущать, как пустой желудок начинает липнуть к позвоночнику. Полноценный прием пищи с самого прибытия на арену у нее был только один: вместе со всей делегацией после перелета. С этого момента уже прошли целые сутки, а все, что ей удалось поесть после — это бобовое пирожное, которое тянуло только на легкий перекус.       — Хватит сидеть и трястись, — твердо сказала она себе, вставая и расправляя плечи. — Они не могут держать меня здесь голодом: ведь я им нужна. Я просто пойду и поищу обеденный зал или слуг, которые принесут еду. Это не преступление.       Медленно, точно крадучись, идя по белым коридорам, Тисс боязливо прикладывала свою ключ-карту к каждой попадающейся на пути двери. В ответ раздавался короткий сигнал, на панели загорался воспрещающий красный огонек и закрытые двери оставались недвижимы. И вокруг как назло не было ни души. Даже враждебно настроенной четверки пилотов.       Но, поднявшись по обнаруженной лестнице на этаж выше и свернув из маленького коридорчика налево, эсшайка изумленно выдохнула. Перед ней предстало светлое просторное помещение с высоким потолком, подвесными черными светильниками, многочисленной мебелью и широким панорамным окном, занимающим аж две стены. Его частично закрывала плотная молочного цвета с черным не пропускающим свет подкладом штора в пол. Вид из окна открывался невероятный: с высоты башни пилотов горящий огнями Шаинвэд весь был словно на ладони.       В этой комнате посредине стоял длинный диван, кресла с подушками. Вдоль стены располагались подсвеченные шкафы, плита, два холодильника, какой-то странный ящик с ручкой, два крана, раковина. Рядом тянулся большой стол, внешне напоминающий здоровенный глянцевый ящик белого цвета со стоящими возле него стульями. Это определенно была кухня. И Тисс хотела уже облегченно выдохнуть, однако оставалось одно «но».       Держа на коленях миску с какими-то снеками, с дивана на нее смотрел напряженно выпрямившийся Арру. Кинэльмир, вышедшая из дальней двери с полотенцем на плече, замедлила шаг, пересекая комнату, враждебно смотря при этом на Тисс. Под их взглядами эсшайка привычно почувствовала себя не в своей тарелке.       — Чего тут забыла? — без каких-либо прелюдий набросилась на нее имперка, подходя к столу и небрежным движением бросая на стул полотенце.       — Я пришла поесть. Я сильно проголодалась, — честно призналась Тисс. Арру с Кинэльмир тут же переглянулись, после чего мужчина отставил от себя миску и расслабленно откинулся на спинку дивана. Как будто готовился наблюдать захватывающее зрелище.       — Все, что находится на этом этаже, в том числе и эта кухня, предназначены только для членов ЭГО. Всяким эсшайским выскочкам здесь не место, поэтому проваливай, пока я не вышвырнула тебя отсюда за шкирку, — обернулась к ней Кинэльмир, угрожающе медленно сделав несколько шагов навстречу. Тисс сглотнула, однако постаралась держать себя в руках. В конце концов, сколько можно было молчать и позволять обращаться с собой, как им вздумается? Ведь она жила с ними не по своей воле, а по приказу их командования.       — Лорд со Генэш сказал, что я теперь принадлежу Легиону Летунов, и это значит, что я тоже могу…       — А-а-а, дорогая, — вдруг перебил ее Арру, пакостливо разулыбавшись. — Комнадир сказал, что ты принадлежишь Легиону Летунов — к сожалению, это правда. Но наша прекрасная леди эя Вальд только что ясно объяснила тебе: в этом помещении могут находиться только члены Элитного Гвардейского Отряда. То есть только известная тебе «Звездная пятерка».       — Четверка, — угрюмо поправила Кинэльмир. — Из-за этой стервы Аттафира здесь больше нет. И наша команда теперь останется четверкой.       — Да, точно: без эсшаек. Сечешь?       — И что? Будете морить меня голодом? — нахмурилась Тисс, на что Арру только с театральным испугом схватился за сердце.       — Морить голодом? Что ты! Столовая на нижних уровнях в твоем распоряжении: кормят три раза в день по расписанию и даже наливают вечерний чай с вкусняшками. Этаж подсказать?       Тисс понимала, что во всем этом кроется подвох, что никто из них не желал ей добра. А значит, в намерениях Арру подсказать ей нужное место, где находилась столовая, не было ничего хорошего. Но вопреки всему она спустилась на указанный этаж. Слишком сильно у нее сосало под ложечкой: хотелось хотя бы выпить стакан воды.       Столовая, о которой говорил Арру, не была мифической, и Тисс отчасти выдохнула, когда увидела, что ни она одна направлялась сюда. Внутри просторного помещения с высоким потолком было полным полно народа: имперцы сновали туда-сюда с подносами, на которых стояли не тарелки, а какие-то квадратные контейнеры, поделенные на сегменты. С недоверием покосившись на еду в них, эсшайка обвела глазами зал и по небольшой очереди быстро нашла место, где эти самые контейнеры выдавали.       Вопреки всему, на выдаче у нее проблем не возникло: она предусмотрительно со всем вниманием выглядывала из очереди, чтобы понять последовательность действий. Еду здесь выдавали не слуги, а какие-то странные и непонятные устройства. Однако все оказалось не так сложно. Она внимательно смотрела, как имперцы по очереди подходят к большому экрану, что-то нажимают на нем, после чего в специальном отделении ниже забирают появившийся контейнер и столовые приборы, упакованные в прозрачную пленку. И сделала точно так же. Стараясь выглядеть непринужденно, ткнула на экране в изображение овощей, потом нашла знакомую крупу, увидела картинку с рыбой, бутылку воды. Все потому, что это показалось ей понятным. Конечно, здесь не было моллюсков, устриц и фаршированных кальмаров, которых король Аирдаль велел подавать ей за обедом и ужином, не было ее любимого цветочного молока и кораллового печенья. Но сейчас после нескольких дней голодовки она была рада и простым овощам.       Найдя более-менее свободный стол, Тисс села на самый дальний край, подальше от любых ближайших соседей. Но не замечать на себе пристальных взглядов не могла. Почти каждый второй имперец оборачивался на нее, разглядывал или недобро косился. Словно она являлась инопланетной диковинкой, опасным зверем в клетке.       Есть в подобных условиях было тяжело, однако выбора у нее не было. Сняв пластмассовую крышку со своего контейнера, эсшайка взяла приборы, но даже не успела разорвать упаковку.       — И кто это у нас здесь? Эсшайка? — раздалось со стороны. Девушка медленно обернулась на голос. Перед ней стояли двое имперцев — полукровки, судя по форме ушей. Лица растягивали ухмылки. На их громкие слова головы к ним повернули и с ближайших столов. — Эсшайка в сердце имперского космического флота? Ест нашу еду? Вот дела. Ходят слухи, что у нас тут теперь где-то шатается эсшайка, которая убила младшего лорда эя Нанталя. Уж не ты ли это?       Тисс, уставившись в стол, положила приборы. Она молчала. А меж тем во всем этом огромном помещении как будто стало тише. Все больше и больше лиц оборачивались к ней, прерывая трапезу и начиная сверлить ее взглядом.       — Эсшайка?..       — Она убила одного из ЭГО…       — Не может быть — деваха убила кого-то из пятерки?!       — А еще самолично вырвала из него чип-контроллер, чтобы управлять драконом!       — Эти эсшайцы… Что с них вообще взять? Дикари.       — Эй, потише! Она же убийца — не знаешь, чего от нее ожидать…       Шепотки были настолько отчетливыми и громкими, что не услышать их было невозможно. Они рисовали ее монстром, настоящим чудовищем, называли безжалостной убийцей, не имя представления о том, что действительно произошло тогда на арене. И они не знали, что в своей комнате она плакала, по ночам тряслась от страха и мечтала оказаться за тысячу световых миль от этого враждебного места.       Они ненавидели ее только потому, что она была эсшайкой. Как Фенуэль и ее фрейлины ненавидели пилотов за то, что они были имперцами. Неотвратимая и пугающая закономерность. Замкнутый круг. Ведь она сама слышала, с каким высокомерием принцесса разговаривала с Лоддиасом эя Ксилоама, как называла его животным. Тогда чего эсшайцы ожидали от имперцев в ответ?..       Тисс поднялась со своего места и, судорожно схватив поднос с контейнером и бутылкой воды, торопливым шагом направилась к выходу. Со всех сторон слышались насмешки и свист, оскорбления и пожелания убираться быстрее. Было обидно. А еще чертовски больно. От мысли, что тот единственный, кто мог ее защитить, по-прежнему оставался далеко от этого ужасного места.       На том же этаже девушка свернула в пустой коридор, все так же держа поднос с едой, выискивая хоть какой-нибудь укромный угол. Но тут не было никаких кабинетов, комнат и других помещений — очевидно, этаж не предназначался для этого. Тисс в отчаянии уже была готова идти с подносом к лифту, чтобы подняться в отведенные ей апартаменты, но вдруг увидела дверной проем.       Она заглянула туда больше из усталого любопытства, чем в надежде найти для себя место. Помещение было довольно просторным, но темным и освещалось лишь светом из коридора. И все было заставлено каким-то оборудованием, кем-то сваленным сюда, казавшимся абсолютно ненужным и бесхозным. Тисс робко вошла, оглядевшись: неработающие экраны, разобранные блоки, панели с кнопками, какие-то странные металлические ящики… Пахло пылью и чем-то техническим. Но это было лучше, чем ничего.       Присев на вскрытый блок управления и приспособив панель с треснутым экраном под стол для своего подноса, эсшайка наконец вскрыла пакетик с приборами. Еда была холодной и абсолютно безвкусной: кашеобразная рыба, водянистые овощи, крупа, похожая на пюре. Из всего, что она взяла, лишь вода не вызвала у нее рвотного рефлекса. Но и та имела горьковатый привкус. Совершенно несравнимая с водой, которую Тисс пила в Эсшае. Она никогда не придавала этому значения, но теперь, вспоминая, прохладную, даже как будто слегка сладковатую на вкус воду во дворце короля Аирдаля, еще больше начинала скучать по дому. Хотя больше, казалось бы, было невозможно.       — Возьми, — его большая заботливая рука протянула ей золотой кубок. Живительная влага приятно сковала холодом горло. Утренние часы в Эсшае всегда дышали духотой. К обеду же находиться под солнцем становилось решительно невозможно. Тисс с наслаждением допила все до последней капли и смущенно вытерла влажные губы. Послышался тихий смешок. — Стесняешься меня?       — Нет, просто это выглядело неаккуратно или… неграциозно? Не так, как должна пить леди, — объяснила она, отводя глаза. Они сидели в ее покоях. Постель была еще не заправлена со сна. Дверь на балкон привычно растворена настежь. Утренний влажный воздух гулял по комнате.       — Дитя, будь собой. Я нахожу прекрасным твою искренность. Даже если иногда ты слегка пренебрегаешь правилами этикета, — уголки его губ дернулись, и Тисс почувствовала, как на душе теплеет.       — Да, а потом королева отчитывает меня…       — Я велю ей не трогать тебя.       — Н-не нужно, Ваше Величество! Со мной все хорошо!       — Оставь. Я поговорю с ней. В конце концов, — его лицо не поменяло своего выражения, но в глазах словно что-то изменилось: небо заледенело в них. Девушка взволнованно затаила дыхание, — она королева, поскольку является моей женой. Этот статус может получить любая другая женщина, которую я сочту достойной.       Эсшайская жара в мгновенье схлынула. Пропитанная потом сорочка неприятно прилипла к телу. Тисс гнала от себя мысль о том, что в словах Его Величества ей послышалась угроза. Все-таки развод, особенно для королевской четы, был неслыханным делом. И король ни за что бы не пошел на такое — она была в этом уверена. Да и у Аирдаля не было другой женщины — даже наложниц. Ему просто некого было делать новой королевой. А значит, ей действительно показалось…