Глава седьмая. Эйриз

25 июля 1987 года

Это был солнечный день. Гарри и Драко, как обычно, играли в саду поместья, недалеко от фонтана. Они прятались за высокими кустарниками, бегали по лабиринту, догоняя друг друга, и преследовали павлинов, то и дело пытаясь их напугать. Северус, Люциус и Нарцисса сидели в беседке, наслаждаясь прохладными напитками, алкоголем и неспешной беседой. Они обсуждали проведение следующего ритуала по поиску пропавшей дочери. Северус, нередко помогавший им в этом, принёс новое, изобретённое им зелье, созданное специально для их ситуации: при добавлении крови оно должно было усилить действие древних поисковых рун. Проведение ритуала было назначено на следующий день, однако Нарцисса настаивала, что откладывать больше не стоит. Люциус упрямился, напоминая, что его супруга ещё не до конца восстановилась после прошлого сеанса. Он не желал подвергать любимую женщину большему риску, чем это было необходимо. Но тоскующую по своему дитя мать удержать было невозможно. Северус предложил принести дополнительные восстанавливающие зелья собственного производства и лично присутствовать во время ритуала. Мальчики тем временем будут только рады провести ещё немного времени вместе. Вечером взрослые были непривычно собраны и сдержанны. Нарцисса несколько раз напомнила мальчикам, что сегодня им следует лечь пораньше и остаться в спальне Драко. Ни Гарри, ни сам Драко не спорили — оба уже были в пижамах и выглядели достаточно сонными, чтобы не вызывать подозрений. Когда за дверью стихли шаги, а по коридорам разлилась знакомая тишина мэнора, Драко приподнялся на локтях. — Они опять будут её искать, — шёпотом сказал он, глядя в потолок. Гарри не ответил сразу. Он думал. — Я знаю. Мы должны помочь и найти её. – Слишком серьезно сказал Гарри. Решение было принято. Мальчики переглянулись и кивнули друг другу. Подземелья встретили их прохладой и запахом камня. Они спускались осторожно, держась ближе к стенам, стараясь не шуметь. Из приоткрытой двери в дальнем помещении лился свет. Посреди комнаты стоял алтарь — древний, каменный, испещрённый рунами. На нём покоился круглый артефакт, гладкий, словно отполированный временем, тускло мерцающий изнутри. Вокруг него взрослые раскладывали предметы, переговаривались вполголоса. — Основой ритуала будет наша кровь , — говорил Люциус. — Прямая связь родителей и дитя. — Мы приложим ладони с порезами к артефакту, — добавила Нарцисса. — Он наш проводник в поиске. — Хорошо, а я усилю плетение, — спокойно сказал Северус. — Алтарь впитает мою магию. Мальчики переглянулись. Драко не колебался. Он первым вытащил из кармана маленький перочинный ножик — тот самый, который когда-то выпросил «просто так». Надрез был неровным и болезненным, но он даже не поморщился. Гарри повторил за ним, не совсем понимая, зачем именно, но зная что нужно. Когда взрослые начали ритуал, комната наполнилась гулом. Артефакт засветился ярче, руны на алтаре вспыхнули. И тогда Драко вырвался вперёд. — Эй! — успел крикнуть Люциус. Но было поздно. Драко прижал ладони к артефакту. Гарри, не задумываясь, шагнул следом и положил руки на холодный камень алтаря. Мир словно вздрогнул. Магия рванула наружу — не волной, а взрывом. Воздух сгустился, свет ударил в глаза. Алтарь засиял так, будто в него вливали не заклинание, а саму суть магии. Гарри почувствовал, как что-то проходит сквозь него — не боль, не жар, а силу, слишком большую, чтобы удержать. Он не знал, как делает это. Он просто был проводником. Где-то далеко, за пределами комнаты, девочка закричала — и этот крик отозвался эхом в ритуале. Нарцисса вскрикнула и упала на колени, сжимая виски. — Я вижу… — прошептала она. — Я вижу её. Мальчики же больше ничего не видели. Силы покинули их почти мгновенно. Драко осел рядом с алтарём, Гарри — чуть дальше, не в силах даже открыть глаза. А Северус, первым оправившийся от удара магии, уже был рядом с ними. Мальчики не пришли в себя ни к утру, ни к следующему дню. Они лежали в спальне Драко, в широкой постели, укрытые до подбородка. Их дыхание было ровным, но слишком тихим, словно магия, обычно наполнявшая их тела, ушла полностью, не оставив даже следа. Колодомедик ушёл лишь под вечер второго дня. Перед этим он долго молчал, проверяя пульс, реакцию зрачков, магический фон. — Полное магическое истощение, — наконец сказал он. — Они отдали всё, что могли. И даже больше. — Они выживут? — тихо спросила Нарцисса. — Надежда есть, — осторожно ответил он. — Но последствия… вероятны. Магия приняла их намерения. Они были искренними. После его ухода в комнате повисла тяжёлая тишина. — Это тёмный ритуал, — сказал Люциус, нарушив молчание. — Даже если цель была светлой. Северус кивнул. — Их магия не сопротивлялась. Она пошла добровольно. Потому их и высушило так… без остатка. Нарцисса сидела у кровати, сжимая в руках платок. Она не плакала — слёзы закончились ещё в подземелье. Теперь в её взгляде была лишь тревога и вина. — Они хотели помочь, — сказала она почти шёпотом. — Просто помочь. Позже, уже в малой гостиной, когда мальчики были под надёжной защитой чар, Нарцисса наконец рассказала то, что увидела. — Это обычный дом, — начала она. — Магловский. Ничего примечательного. Белые стены, сад, детские игрушки во дворе. Люциус напрягся. — Где? — Австралия, — ответила она. — Там живёт семья. Мужчина и женщина. У них двое детей… близнецы. И ещё одна девочка. Она закрыла глаза, будто снова видела это. — Эйриз жива. Она смеётся. Магия в ней есть, но… её не используют. Она растёт как магл. В комнате воцарилась тишина. — Как только мальчики придут в себя, — твёрдо сказал Люциус, — мы отправимся за ней. — Я останусь, — произнёс Северус. — С ними. До полного восстановления. Нарцисса кивнула. Она ещё раз посмотрела в сторону спальни, словно могла увидеть сквозь стены. Теперь она знала, где её дочь. Оставалось дождаться, когда проснутся мальчики.