Сытость и тесные объятия

Киновечера и новые "размеры" Вне школы их свидания всегда проходили по одному сценарию, заданному Ариной: максимальный комфорт и изобилие еды. Активные прогулки или спорт, который Илья когда-то любил, были исключены. Теперь их любимым занятием стали киновечера у него дома. На такие встречи Арина приходила не с пустыми руками: она приносила огромные пакеты, набитые всевозможными вкусностями. — Это наш набор для выживания на три фильма! — смеялась она. На диване перед ними громоздились: • Три большие пиццы с самым тягучим сыром. • Огромная миска попкорна, щедро политого карамелью. • Несколько литровых бутылок газировки. • Целая гора шоколадных батончиков, которые Илья научился есть, не отрываясь от экрана. Илья, уже привыкший к большим порциям, поглощал всё это не задумываясь. Он больше не смущался. Он ощущал блаженство от того, как его желудок наполняется до отказа, пока Арина с нежностью кормит его с рук, поднося кусочек пиццы ко рту. Он чувствовал себя большим, прочным и защищенным. Лишь тесная одежда стала его постоянной проблемой. Его любимые джинсы, которые раньше свободно висели на нем, теперь были критически малы. Чтобы застегнуть их, ему приходилось ложиться на кровать и втягивать уже значительно округлившийся животик. В конце дня он с облегчением расстегивал верхнюю пуговицу, чтобы дать напряженному животу немного свободы. От пояса на коже оставалась широкая, красная полоса. Хуже всего было с рубашками. Тонкие, старые рубашки, которые он носил в начале года, теперь отчаянно натягивались на его талии и спине. Иногда, когда он наклонялся, он слышал, как начинают трещать нитки. В один из дней, когда он надел свою любимую толстовку, Арина заметила: — Илья, она на тебе смотрится так, будто сжалась в стирке. Какая ты у меня мягкая булочка! Он покраснел, но принял ее слова как комплимент. Сейчас, когда он сидел, его живот выглядывал из-под края толстовки. Расширение горизонтов Естественно Арина обожала, когда Илья ел. Ее взгляд скользил по его меняющейся фигуре с неприкрытым обожанием. Она больше всего любила его живот и сладкие круглые бока. Когда они сидели, она могла совершенно свободно и нежно положить свою руку на его упругий, теплый, сытый животик, мягко поглаживая его. В первое время Илья инстинктивно втягивал его, но Арина тут же останавливала его, улыбаясь: — Не прячь его, Илюша. Он очень милый. Это стало еще одной их привычкой. Илья перестал стесняться своей новой округлости. Когда он был особенно сыт, он сам поглаживал свой живот, словно успокаивая его, и с удивлением отмечал, что это очень приятное, расслабляющее ощущение. Их свидания стали "гастрономическими турами". Теперь их маршрут включал: 1. Посещение буфета "Все, что сможешь съесть". Илья, к радости Арины, начал ставить рекорды по количеству подходов. 2. Пекарни, где он покупал дюжину пончиков, которые они съедали, сидя на скамейке. 3. Бургерные, где он заказывал уже не одинарную, а двойную порцию картошки и тройной бургер. Илья, который раньше почти не ел дома, теперь не мог дождаться конца уроков, чтобы перекусить. Спортивный клуб был давно и прочно забыт. Его единственная "активность" — это прогулки до холодильника. Он стал спать более крепко и долго, просыпаясь с приятным ощущением тяжести и сытости, которую ему подарила Арина. Изменения в одежде продолжились: • Пришлось полностью обновить гардероб. Его новые брюки были свободными в бедрах, но уже плотно облегали талию. Каждый раз, застёгивая пуговицу, Илья ощущал упругое сопротивление, а поясная ткань оставляла на его коже лёгкий, но заметный след. • Новые футболки быстро теряли форму, растягиваясь на его округлившемся торсе. • Самое главное: он заметил, что, когда стоит, его мягкий, податливый живот теперь немного нависает над поясом. Но самое важное — он был счастлив. Счастлив в заботе Арины, счастлив в сытости, счастлив в том, что его любят. Арина, глядя на него, буквально светилась от торжества и нежности. Она видела его довольное лицо — с мягкими, расслабленными чертами и глазами, которые больше не были опущены, а смотрели на неё с теплотой и доверием. Она видела его округлившиеся формы — каждое новое изменение было для неё подтверждением её успеха. Она не просто накормила его; она завоевала его сердце самым сладким из всех возможных способов. Она проникла в его жизнь через самый базовый и приятный инстинкт — удовольствие от еды. Арина чувствовала глубокое, почти собственническое удовлетворение: она подарила ему комфорт, она подарила ему радость, и, как следствие, она подарила ему самого себя, только лучше и сытнее. Для неё не было сомнений — эти мягкие, тёплые очертания были печатью их отношений.