Пролог

1629 год, Османская Империя       Огромный черный корабль, словно гроза, плыл по бескрайнему морю. Вид его был устрашающий. Флот Османской Империи славился своими габаритами и мощью со времен Сулеймана Великолепного. Сотни лет эти корабли завоевывали земли, забирая жителей в рабство, заставляя подчиняться воле своего правителя. Так продолжается и по сей день. Таков закон природы: сильные забирают все у слабых.       Сейчас, на одном из таких кораблей, находятся много невинных девушек. Все они связаны, и у каждой одежда превратилась в лохмотья. Никто из них не знает, куда плывет этот корабль. Что их ждет. Страх заполнил все пространство. Многие все еще плакали от потери близких, некоторые же, наоборот, пытались держать себя в руках. Тех, кто истерил, сразу выбрасывали за борт.       С краю, опершись о край дерева, сидела одна из девушек, обреченная на вечное рабство. Селия Леоне - урожденная венецианка. Ее густые каштановые волосы растрепались, отчего заколки запутались в волосах. Когда-то специально вышитое для нее шелковое платье превратилось в ужасное тряпье. Грязь была повсюду, даже на лице. Ее взор был устремлен в одну точку, но при этом она тихонько теребила маленький красный мешочек в руках. Зеленые глаза уже давно высохли от слез. Услышав легкий шелест, она прислушалась.       — Мы плывем уже так долго, куда они нас везут? – спрашивает с страхом в голосе блондинка с зелеными глазами. Судя по ее одежде, что сейчас выглядит ужасно, она так же из знатного рода.       — Я не знаю, Белла, они разговаривали на непонятном языке, – ответила ей шепотом девушка с рыжими волосами и карими глазами. – Но они выглядят как турки.       — Лия, что ты говоришь? – ужаснулась блондинка. – Что нам теперь делать? Надо сбежать отсюда…       Дальше Селия перестала слушать и про себя усмехнулась глупости светловолосой барышни. Задаваться подобными вопросами нужно было раньше. Только турки так безжалостно захватывают земли, а вместе с ними и женщин. Сбегать уже поздно, да и вряд ли получится. Управляют кораблем мужчины, и все они вооружены. Два дня спустя.       Судно, плывшее почти без остановок, наконец причалило на порту Османской Империи. Всех девушек начали грубо, по очереди, высаживать на сушу. Многие из них были истощены, поэтому еле передвигались. Тех, кто падал, не щадили. Шли все долго. Их, связанных и босых, волокли по широкой дороге рынка. Все вокруг смотрели на них, словно они не люди, а скот, который ведут продавать. От всех этих взглядов у девушки все сжалось внутри. Она чувствовала, как по жилам течет гнев, вперемешку с испугом, а в голове стучит мысль: "Нужно убираться отсюда".

***

      В этом месте все кажется таким неправильным. Как бы Селия не пыталась взять себя в руки, дрожь во всем теле ясно давала понять, что ей страшно. И этот человек это понял. Смотря на него, девушка все больше и больше чувствовала отвращение. Неважно, что он выглядел достаточно молодо и обаятельно, неважно и то, что одежда на нем была богатой. Он смотрел на девушку с испепеляющей расчетливостью, с ухмылкой на устах. Селии захотелось стереть ее с его лица, и она не стала отказывать себе в подобном безрассудстве. В мгновение ока, схватив полупустой кувшин, девушка резко кинула его, намереваясь задеть мужчину. Он же, с легкостью отразив кувшин, залепил ей пощечину, от которой Селия упала к его ногам. Почувствовав жгучую боль на своей щеке, она гневно подняла на него взгляд.       Все испуганно затараторили, и Селия вспомнила, что в помещении находятся немало людей. Видимо, прислужники. Кто-то из них резко повысил голос на нее, но мужчина поднял руку, на что слуга умолк.       — Не советую тебе так себя вести, — проговорил мужчина на итальянском. — Подобное я терпеть не намерен, — резко подняв девушку, он схватил ее за подбородок. — Слушай внимательно: неважно, кем ты была раньше, сейчас ты всего лишь рабыня. Ты — товар. И как тобой распоряжаться, решаю я. — Мужчина резко отбросил ее, отчего она снова потеряла равновесие. — Аяз ага, заприте ее в темнице! — произнес уже на турецком мужчина.       Аяз ага, повинуясь приказу, поднял девушку и потащил прочь. Селия пыталась высвободиться, но тот держал ее крепко. Слуга, осыпав ее разными ругательствами, которые она не разобрала, швырнул ее в темное помещение.       Первое, что почувствовала Селия, — это холод. Здесь было очень холодно и сыро. Единственный свет падал с маленького окна за решетками. Она подобралась ближе и, оперившись спиной о стену, медленно осела вниз. Щеки горели от боли, на руке уже проявился синяк, болело будто все тело. С глаз начали течь слезы, и как бы Селия ни пыталась их заглушить, у нее не получалось.       «Не волнуйся, дорогая. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой», — голос отца звучал в ее голове. Его теплая улыбка, согревающая душу, всегда была только для нее. Руки, которые всегда ограждали ее от боли, были такие крепкие. Каждые его слова, произнесенные с такой гордостью, каждый взгляд, выражающий безвозмездную любовь, сейчас заставлял сердце Селии сжиматься от боли. «Мой отец обязательно меня найдет и спасет», — прошептала девушка, рыдая от нахлынувших воспоминаний. Она крепче обхватила себя за плечи, надеясь согреться.

***

      — Похоже, вы не в духе, — произнесла Ирем, понаблюдав за мужчиной некоторое время. Все же она должна признать: сколько бы не встретила мужчин, человек перед ней особенный. Мало кто может устоять перед ним. — Чем я могу вам помочь?       — Иди сюда, — промолвил Мехмед, притянув девушку к себе. Ирем словила себя на мысли, что соскучилась по таким объятьям. Она улыбнулась и игриво прошлась по груди мужчины. Даже сквозь кафтан Мехмед почувствовал напряжение, когда ее ладонь опустилась ниже живота. Он резко поцеловал ее в губы, расстегивая корсаж платья, которое сейчас казалось на ней жутко неуместным. Сняв с себя и с нее ненужную одежду, он поднял ее на руки и повалил на тахту. Жаркие поцелуи вперемешку со стонами заполнили покои паши.                               — Как прошел поход? — когда они наконец насытились друг другом, Ирем смогла задать интересующий ее вопрос.       — Сложно назвать это походом. Но все прошло гладко, — ответил Мехмед, крутя на пальце локон ее светлых волос. — Думаю, я нашел то, что мне нужно. Но есть некоторые проблемы.       — Что же беспокоит моего господина?       — Девчонка строптивая, прежде чем представить ее Кесем Султан, нужно ее подготовить и сбить спесь, — вспомнив недавнее поведение рабыни, Мехмед недовольно хмыкнул. Девушка была невероятной красавицей, вполне может оказаться пригодной. Но вот характер — настоящая проблема. — В этом попрошу твоей помощи. Рабыня родом из твоих земель. Смотивируй ее, как ты это умеешь. Мне нужно, чтобы она была готова в кратчайшие сроки.       — Как прикажете, сделаю все на высшем уровне, — ответила Ирем, затягивая его в новый поцелуй.

***

      Находясь в своих покоях, Кесем Султан с порывом откинула письмо. Красивое лицо султанши исказилось в гневную гримасу, придавая ей суровость.       — Вот только этого сейчас не хватало! — воскликнула султанша.       — Госпожа, что-то случилось? Что написала Фатьма Султан? — Хаджи ага, служивший Кесем Султан верой и правдой уже много лет, взволнованно смотрел на свою госпожу. Фатьма Султан была одной из старших дочерей госпожи. Она была выдана замуж за Юсуфа пашу, бейлербейя Египта, и сейчас находится там вместе с ним.       — Она просит о разводе, — уже более-менее взявшая себя в руки султанша, пронзительно посмотрела на печать. — Говорит, что они с пашой охладели друг к другу и что не видит смысла в продолжении данного союза. Что Юсуф паша не так верен государству, как считает ее брат — Повелитель.       Кесем Султан была рада, что успела перехватить письмо, адресованное Мураду. Сейчас с этим можно справиться. Неизвестно, как бы отреагировал Мурад.       — Фатьма знала, что я не одобрю подобное, потому решила написать Мураду. Дочь оказалась довольно решительной, но не дальновидной, — проговорила свои мысли Кесем Султан.       — Что вы будете делать, госпожа?       — Разумеется, ни о каком разводе и речи идти не может. Юсуф паша служит мне верой и правдой с тех пор, как Мурад взошел на престол. Это очередной каприз Фатьмы, не стоящий внимания, — рассудила госпожа. — Я решу это, Мураду же ни слова.       — Я понял вас, госпожа.

***

— Предатель! Ответь за свои грехи! — Предатель Осман! Да воздаст Аллах тебе по заслугам! Ты не достоин своего имени!       Гневные возгласы заставляли съеживаться от страха. Брата Османа, Султана Османа, водрузив на телегу, волокли словно раба. Люди вокруг открыто говорили о своем презрении и ненависти. Они хотели его смерти. Маленький мальчик, наблюдавший за этим из окна заброшенного здания, схватился за подоконник в немом ужасе. Его будто что-то душит, он задыхается…       Мурад резко схватился за воротник кафтана, глубоко дыша. Пот скатился с лба мелкой струей по шее, а дальше — по спине. Перед глазами все еще стоит эта сцена, мучившая его с того самого времени в кошмарах. Он будто все еще там, наблюдает за этим. Встав на покачивающиеся ноги, он подошел к тазу и омыл свое лицо водой. Прояснившийся взгляд дал понять, что он в своих покоях. Даже не переодевшись, он заснул прямо на тахте. Увидев в воде свое отражение, одним движением Мурад со злости смахнул таз с места, отчего тот, ударившись об пол, сразу же помялся. Вода расплескалась по ковру.       Он ненавидел это чувство. Страх. Оно ему чуждо по самой природе, так почему он ощущает его? Выйдя на террасу, он задышал уже более размеренно. Вдыхая воздух, он сосредоточился на столице. Город был неописуемо красив. Крыши высоких мечетей блестели на солнце.       Когда в его покои вошла Валиде, он уже успокоился.       — Мурад, — оглядев покои, Кесем Султан вцепилась в него внимательным взглядом. — Как ты? — она мягко коснулась его щеки.       — Все в порядке, Валиде. — голос Мурада был тверд. — Что вас привело ко мне?       — Я пришла сообщить, что Юсуф-паша прислал письмо. — не заметив состояние своего сына, султанша продолжила. — Он пишет, что в Египте все идет хорошо. — она передала письмо ему в руки.       Внимательно вчитываясь, Мурад слегка нахмурился. От Силахтара он слышал совсем другое. По его словам, люди недовольны тем, что паша проводит суды тайно за своими дверями. Ходят слухи, что он принимает взятки.       — Это все? — прочитав письмо, он посмотрел на мать. На миг она отвела взгляд, но быстро взяла себя в руки. Мурад понял, что она что-то недоговаривает.       — Разумеется.

***

      Пробывшая в темнице два дня без еды и воды, Селия потеряла сознание. Слуги нашли ее в камере и сразу же доложили Мехмеду паше. За ней ухаживала девушка, которую Селия раньше не видела. Хотя она могла просто ее не заметить. По прибытии в это поместье она мало смотрела по сторонам. Как оказалось, этот дом принадлежит Абазу - Мехмеду паше, видному государственному деятелю. Этот человек похитил ее с родных земель и разлучил с отцом.       — Меня зовут Ирем, - представилась девушка. Она была светловолосой, с мягкими чертами лица, высокой, с гибкой фигурой. Ее можно назвать красавицей. Как выяснилось, она тоже из Венеции, но прибыла сюда очень давно. Присутствие Ирем рядом натолкнуло Селию на мысль.       — Ты сказала, что тебя прислал тот человек, - перебила Ирем прямо посреди рассказа Селия. — Что ему нужно? Насколько я поняла, убивать он меня не собирается. Пока.       — Верно, - нисколько не смутившись, ответила Ирем. Она приблизилась к испытующе смотрящей девушке. — Слушай, я понимаю, что ты чувствуешь. Несколько лет назад я была в таком же положении. Я не жду, что ты будешь мне доверять, но позволь задать тебе вопрос: чего ты хочешь прямо сейчас? Разве не вернуться?       Глаза Селии сверкнули зеленым пламенем. Она всматривалась в спокойное лицо Ирем, пытаясь прочесть истину. Ирем же все так же оставалась спокойной.       — У господина есть на тебя планы. Мой тебе совет как землячке: воспользуйся этим. Если выполнишь все, что он скажет, то он вполне может исполнить твое желание. Подумай над этим, - Ирем плавно встала со своего места и вышла, оставив девушку одну.       Селия провела в напряженных раздумьях целую ночь. Сна не была ни в одном глазу. Разговор с Ирем смешался с воспоминаниями о словах того мужчины. Она мало знала об Османской Империи. По всей Европе ходили разные слухи: от самых захватывающих до самых нереалистичных. Селия никогда бы не подумала, что окажется в подобном месте. Но она здесь, и ей нужно выбираться. Она сжала маленький мешочек, украшенный вышивкой птицы с золотистыми узорами, в руке и прошептала: "Я обязательно выберусь отсюда".       На утро, одевшись в платье, которое ей принесла Ирем, Селии ничего не оставалось, кроме как ждать. Она не знала, сколько прошло времени, но по ощущениям будто вечность, прежде чем пришел хозяин этого дома.       — Вижу, Ирем тебе очень помогла, - проговорил Мехмед, оценив девушку перед собой. "Какая красота", — подумалось ему. Ее отец был благословлен всеми богами, раз его дочь родилась с такой пленительной красотой. Это сыграет только на руку. На первое время она вполне сможет затмить и девушек в гареме. — Наше знакомство началось неудачно. Давай начнем с начала.       — Она сказала, что у вас есть на меня планы, — девушка произнесла слова ровным голосом. — Какие именно?       — Что ж, недалеко от истины. Мне нужно заручиться поддержкой одной очень влиятельной особы. Сможешь мне помочь, и я исполню твое желание. Как видишь, все зависит от тебя.       — Я хочу вернуться на родину. Как только я вам помогу, вы исполните это желание?       — Разумеется.