Часть 15

Слова Арины повисли в воздухе тёплым, невидимым облачком, растаявшим в холодной реальности домика. Егор не ответил, лишь сжал её руку чуть сильнее. Это молчаливое признание было красноречивее любых слов. Да, ему стало легче. На грамм. На стограммовую гирьку, сброшенную с горы вины, что давила на плечи. Но гору это не сдвинуло. ‎ ‎Вернувшаяся из сеней Даша с охапкой сырых, пахнущих морозом и сосной поленьев, ничего не заметила. Она просто деловито сложила дрова у камина, поймав взгляд Егора, и кивнула — мол, справилась. Он кивнул в ответ. В этом простом обмене жестами было что-то новое — тихое, рабочее понимание. ‎ ‎Вечер тянулся, размазанный и бесформенный. Катя, перевязав себе ногу туже и точнее, с помощью Вани составила новый график дежурств — теперь с учётом их уменьшившейся численности и ранений. Серёга, после короткого, похожего на обморок сна у стены, встал и начал методично проверять каждое окно, каждую щель, затыкая их обрывками ткани и газет. Его движения были точными, автоматическими. Он был похож на робота, чью программу «выживание» запустили в цикл. ‎ ‎Ваня, выполнив свою порцию дел, устроился у окна с самым широким обзором. Он не просто смотрел в темноту. Он её изучал. Его блокнот, купленный когда-то для школьных конспектов, теперь был заполнен странными схематичными набросками: контуры домиков, стрелки предполагаемого движения, закорючки, похожие на следы. Он пытался вычислить паттерн. Логику охотника. ‎ ‎Оставшиеся двое — Марк, парень с очками, и девушка с короткими тёмными волосами, Соня — сидели в самом тёплом углу, молчаливые и апатичные. Они выжили физически, но, казалось, оставили часть разума там, в подземном кошмаре. Они ели, когда им приносили еду, пили, когда давали воду, и смотрели в одну точку. ‎ ‎Арина дремала, её дыхание стало ровным и глубоким. Егор, убедившись, что она спит, наконец оторвался от своего поста. Он подошёл к Кате, которая пыталась рассчитать, на сколько дней им хватит найденной тушёнки. ‎—Нужно что-то делать с её ногами, — тихо сказал он, без предисловий. — Надолго оставлять шины из палок и тряпок — нельзя. Может, заражение, может… — он не договорил. ‎Катя взглянула на него усталыми глазами. ‎—Я знаю. Нужны настоящие шины. Антисептик. И, желательно, рентген. У нас нет ничего из этого. ‎—Есть аптечка в нашем старом домике, — сказал Егор. — Там было больше. И… я там оставил свою аптечку. Туристическую. Там есть и бинты эластичные, и что-то для обеззараживания. ‎—Ты с ума сошёл? — прошептала Катя, но без упрёка, констатируя факт. — Туда? Через всю базу? Ночью? ‎—Не ночью. На рассвете. Когда чуть светлее. Я быстро. — В его голосе не было бравады. Было просто решение. ‎—Я пойду с тобой, — раздался голос Серёги. Он стоял в двух шагах, закончив свою инспекцию. — Одному — самоубийство. ‎Егор кивнул.Спорить не стал. ‎ ‎Даша, услышав разговор, подняла голову. ‎—А… а если оно там? В домике? ‎—Тогда мы его увидим раньше, чем оно нас, — ответил Серёга, но это была ложь для успокоения, и все это понимали. — У нас есть карта базы в голове. Будем идти от укрытия к укрытию. ‎ ‎План был принят молча. Иного выхода не было. Без медикаментов Арина могла умереть от заражения крови или гангрены даже в тепле этого домика. ‎ ‎Ночь пролетела в тревожной дрёме. Егор и Серёга дремали по очереди, чтобы быть наготове. Даша взяла на себя дежурство у Арины, меняя ей холодные компрессы и следя, чтобы та не скатилась с дивана. Катя, стиснув зубы, пыталась делать простейшие упражнения для здоровой ноги, чтобы не атрофировались мышцы. Ваня так и не сомкнул глаз, рисуя в блокноте. ‎ ‎Перед самым рассветом, когда небо за окном стало из угольно-чёрного свинцово-серым, Серёга тронул Егора за плечо. ‎—Пора. ‎ ‎Они подготовились молча. Надели всё самое тёплое. Взяли два самых ярких фонаря и то, что могло сойти за оружие: Серёга — свою трубу, Егор — тяжёлый гаечный ключ, найденный в сенях. Перед уходом Егор подошёл к дивану. Арина спала. Он наклонился и на секунду прижался лбом к её плечу. ‎—Возвращайся, — вдруг чётко, сквозь сон, сказала она, не открывая глаз. ‎—Обязательно, — солгал он во второй раз. ‎ ‎Они выскользнули в предрассветную мглу. Холод ударил по лицу, чистый и безжалостный. Снег скрипел под ногами. База лежала перед ними, безмолвная и пугающе знакомая. Их домик, №3, виднелся в пятидесяти метрах, чёрный пролом в крыше зиял, как открытая могила. ‎ ‎Двигались они, как тени, от угла к углу, от одного строения к другому, замирая и прислушиваясь после каждого рывка. Мир был застывшим и пустым. Ни звука. Ни движения. ‎ ‎Именно эта абсолютная тишина и была самым страшным. Она словно вбирала в себя каждый их шаг, каждое дыхание, чтобы потом выдать всё разом тому, кто слушал. ‎ ‎Они достигли крыльца своего бывшего домика. Дверь была распахнута настежь, внутри царил хаос, усугублённый падением дерева и их же паническим бегством. Серёга жестом приказал Егору ждать снаружи, а сам, затаив дыхание, скользнул внутрь. ‎ ‎Егор стоял, вжавшись спиной в холодное бревно стены, и смотрел на белую равнину перед базой. И тут его взгляд упал на окно соседнего домика, №4. Оно было покрыто изнутри толстым слоем инея. Но не равномерно. На стекле, будто чьим-то пальцем, был процарапан символ. Тот самый, который они видели на плакатах в лаборатории! Треугольник, пересечённый изогнутой линией, похожий на стилизованное изображение горы и туннеля. И под ним — свежая, ещё не успевшая запушниться инеем надпись, словно сделанная ногтем: «ОНА НЕ УЙДЁТ». ‎ ‎Лёд пробежал по спине. Это было не старо. Это было сделано недавно. Часовой иней в такую погоду нарастает быстро. Значит, кто-то был здесь. Или... что-то. ‎ ‎В этот момент из домика вышел Серёга, нагруженный двумя аптечками и свёртком с едой, который он отыскал в уцелевшем шкафу. Он по лицу Егора понял, что что-то не так. ‎—Что? — прошептал он. ‎Егор просто показал пальцем на окно.Серёга взглянул, и его лицо стало каменным. ‎— это оно... играет, — мрачно парировал Егор. ‎—Неважно. У нас есть что нужно. Бежим. ‎ ‎Они рванули обратно тем же путём, но теперь уже не скрываясь, а бегом, подставляя спины невидимому наблюдателю, чьё послание они только что прочитали. ‎ ‎«ОНА НЕ УЙДЁТ». Арина? Даша? Катя? Или... сама смерть? ‎ ‎Они ворвались в домик №5, заперев дверь на все засовы. Все проснулись от их резкого возвращения. Егор, тяжело дыша, вывалил содержимое аптечек на стол. Даша сразу бросилась помогать Кате перевязывать Арине ноги уже профессиональными бинтами и обрабатывать раны антисептиком. ‎ ‎Серёга же подошёл к Ване и показал на его блокнот. ‎—Нарисуй этот знак, — приказал он. — И скажи, где ты его видел на картах внизу. ‎ ‎Пока Ваня, бледнея, скрипел карандашом, а Катя с Дашей возились над Ариной, Егор стоял у окна и смотрел на то самое, зловещее окно домика №4. Символ казался теперь глазом, который следил за ними из прошлого, из глубин «Объекта "Глубина-4"». И обещание «ОНА НЕ УЙДЁТ» звучало не угрозой, а констатацией холодного, неумолимого факта. Игра в прятки подходила к концу. И теперь правила, похоже, диктовал не только зверь, но и призрак одного из их же пропавших. ‎