Часть 3

      Атмосфера главы "Heal" Tom Odell

             Драко провел остаток дня в своей лаборатории. Его мысли то и дело возвращались к Грейнджер и ее мотивам. Он не понимал, к чему такая щедрость, не знал, что людям свойственно делать что-то просто так.       Но также он понимал, что они больше не дети. Их вражда в школе плавно перетекла во вражду на поле боя, а сейчас у них негласный, шаткий мир. Без предрассудков, без предвзятости крови. Ненависть к таким, как она, прививали ему с пеленок. Все эти рассуждения, что они недостойны, что они нечисты, лили в уши из каждых щелей.       Он поменял свое мнение еще тогда, когда смотрел на ее кровь на своем полу в поместье. Она была такая же, как у всех. Это была чистая, красная кровь.       Ему была знакома вежливость и правила этикета. И по этим правилам ему стоило хотя бы отблагодарить ее.       Он закончил партию зелий, сложил все в коробку, оставил ее в офисе Уолса и побрел к лифтам. Он увидел ее там. Ее каштановые кудри полностью закрывали лицо, пока она рылась в своей сумке.       — Грейнджер, — было протянуто лениво.       Она вздрогнула и подняла взгляд на него, и Малфой напрягся, но заставил себя продолжить.       — Я хочу купить тебе горячий шоколад в том кафе на углу.       Утверждение было четким, но она уставилась на него своими широкими карими глазами.       — Что?       — Не заставляй меня повторять, — процедил он сквозь зубы.       — Зачем?       — Боже, Грейнджер, хочу отблагодарить тебя за помощь с покупкой ингредиентов. Это не очевидно? — с раздражением спросил Драко.       — Когда люди хотят кого-то отблагодарить, они обычно говорят просто «спасибо», а если они хотят выразить это не только словами, то вежливо спросят, свободна ли я вечером, чтобы угостить меня горячим шоколадом. И к сведению, я не люблю горячий шоколад.       Малфой не мог понять, что его задело больше всего: то, что она такая заучка до сих пор, или то, что она не любит горячий шоколад. Его нельзя не любить.       — Ты не пробовала его там, — Драко выбрал второй вариант.       — Что?       Малфой закатил глаза и нажал на кнопку лифта. Этот разговор утомлял его, затея вообще была ужасная, а реализация подкачала еще сильнее.       Они зашли в лифт.       — Я все равно собиралась заходить туда после работы. Можем пойти вместе, и ты угостишь меня какао.       Драко фыркнул, но больше ничего не сказал. Они молча шли до кафе. Он придержал ей дверь, и они сели за столик возле окна. Драко заказал два горячих шоколада, поймав на себя прищуренный взгляд Грейнджер.       Напитки принесли. Они также молча сидели. Им было не о чем разговаривать. Они никогда этого не делали. Не было даже предлога пытаться.       Гермиона сделала глоток и облизнула губы. Судя по ее лицу, шоколад ей понравился. Драко почему-то испытал своего рода облегчение от этой мысли.       — Скоро Рождество, — с какой-то узнаваемой грустью в голосе проговорила Грейнджер, смотря в окно на улицы, которые пестрели.       — Ты будешь отмечать у Уизли? – вопрос был исключительно для поддержания хрупкой нити беседы.       — Я буду работать, — как-то быстро ответила она, — а ты поедешь во Францию к матери?       Конечно же, она знала, где сейчас Нарцисса. Малфой сдержал раздражительный смешок.       — Я тоже буду работать, — холодно ответил он.       На этом их немногословный диалог закончился. Остаток вечера они провели в неуютной тишине.       Дальнейшие дни проходили в суетном сумбуре, нужно было успеть сделать все до горящих, блядских дедлайнов. Драко практически не спал. Он виделся с Грейнджер периодически в коридорах министерства. Она выглядела не лучше: темные круги залегали под глазами, очевидно, даже чары гламура ей было наносить некогда, или ей просто было плевать. Ему, впрочем, тоже.       В то кафе он больше не ходил, хоть и очень скучал по вкусу горячего шоколада на языке. Пэнси периодически доставала его с устраиванием свиданий, но он отказался от этой глупой затеи тоже.       До Рождества оставалась всего неделя.       Драко подошел к лифту и уже даже не удивился, когда увидел там Грейнджер. Они коротко поздоровались и зашли в лифт.       Конструкция загудела и пришла в движение. На секунду послышался громкий лязг, и лифт резко затормозил. Малфой протянул руки и поймал летящее на него тело Грейнджер.       Волосы закрыли ему весь обзор.       Гермиона быстро выпрямилась и взялась за поручень, тяжело дыша.       — Что за черт?       — Этот гребаный лифт уже застревал, Грейнджер. Он откроется со временем, просто подождем.       Грейнджер потерла виски руками, она ходила кругами по маленькому пространству лифта, пытаясь придумать что-то. Как всегда.       — Грейнджер, просто уймись, он откроется сам.       Она его будто вообще не слышала. Дрожащими руками она направила палочку на дверь, прошептав «Алохомора», но это не принесло никакого результата.       Ее лицо начало покрываться испариной. Драко, заметив это, пристально вгляделся в нее. Неужели у местной заучки клаустрофобия? Это было так же странно, как и вероятность застрять в лифте именно с ней. — Грейнджер? — Я не могу быть запертой так, — все, что она выдавила из себя, опустившись на пол. — Грейнджер, дыши, — Драко опустился на колено рядом с ней, не понимая, что ему стоит сделать и зачем.       Она замотала головой.       Было очевидно, что у нее паника. Было неочевидно, откуда. Она начала дышать прерывисто и тяжело.       — Грейнджер, просто сосредоточься на чем-то позитивном, мерлин. Например, как ты получаешь автомат по всем экзаменам в Хогвартсе каждый год.       Его слова пролетали мимо ее ушей. Он не был ей другом, он не знал о ней толком ничего, что могло бы привести ее в чувства здравого рассудка, но одно он знал точно из их недавней, немногословной беседы.                    — Грейнджер, с кем ты будешь отмечать Рождество? Грейнджер? – он щелкнул пальцами перед ее лицом.       — О... одна, — она посмотрела на него бегло.              — Что ты обычно делаешь на Рождество? – вопросы получались странными и неестественными.       — Я… я наряжаю елку, — ее голос звучал еле слышно.       — Дальше, Грейнджер, что еще?       — Помогаю с готовкой, подарки….       — Что, подарки? — не унимался Драко.       Гермиона снова замотала головой, ее грудь вздымалась так быстро, что казалось, сердце вот-вот выскочит.       — Если мы отсюда сейчас выберемся, мы отметим Рождество вместе, пойдет?       Грейнджер подняла голову, моргая. Вопрос явно ее опешил и привел в чувства на мгновение.              Драко привстал и попытался открыть двери руками, но они не поддавались. Конструкция звонко заскрипела и в какой-то момент начала стремительно падать вниз. Драко лишь успел заметить ошарашенное выражение Гермионы.       Весь воздух ушел из груди, он не мог ничего сообразить, он просто падал в темноту. В воздухе вокруг витал шлейф чего-то хвойного и железного. До его ушей донесся обрывок заклинания. Кажется, это было «Арресто моментум», кажется, это была Грейнджер.       Их тела приостановились в сантиметрах над полом и упали. Падение было безболезненным и легким. Драко привстал, откашлялся и быстро отряхнулся. Он наощупь нашел свою палочку.       — Люмос.       Он увидел Грейнджер, сидящую на полу. Она отряхивала свою пыльную одежду. Драко протянул ей руку. Она смотрела на него какое-то время, но затем протянула свою руку, обхватив его крепко, чтобы подняться.       Они вдвоем без каких-либо слов пошли к аварийному выходу по лестнице.       На улице было свежо. Ночной воздух заполнил легкие, принося облегчение.       — Малфой, то, что ты сказал в лифте… это, ты это просто так говорил, чтобы привести меня в чувства? — тихо спросила Гермиона.       — Я много чего говорил, — отмахнулся он и начал уже разворачиваться, чтобы уйти.       Он прекрасно понимал, о чем она, но не хотел позволять себе эти проявления слабости. Он почувствовал, как ее рука вцепилась в рукав его пальто.       — Про Рождество, — спокойно проговорила Гермиона, хоть и с толикой свойственного для нее высокомерия в голосе.       Он помнил этот тон еще со школы. Она слегка вытягивала буквы звонким голосом.       — Да, если ты хочешь, — выдохнул Драко и повернулся к ней.       — Ты хочешь отметить Рождество на работе? — слегка неуверенно спросила она.              — Я лучше еще раз застряну в лифте, Грейнджер, чем буду отмечать что-то на работе.       Она поморщилась от этой мысли и уставилась вниз, явно что-то обдумывая.       — Я могу пригласить тебя к себе, — Гермиона подняла взгляд на него, — но я живу в магловской квартире, — поспешно добавила она.       Мы уже настолько близки, Грейнджер? Вопрос так и остался в мыслях.       — Не будет проблемой. Ближе к делу, договоримся, — Драко кивнул, развернулся и ушел в направлении своей обычной магловской квартиры.