Глава 1: Отголоски Ритма

Крупный европейский рок-фестиваль гудел, как разворошенный улей. Тысячи тел под палящим солнцем, грохот басов, пронзительные крики гитар и оглушительный рев толпы сливались в единую симфонию хаоса. Но за кулисами, в лабиринте узких коридоров и тесных гримерок, энергия была иной – более концентрированной, почти осязаемой. Здесь, вдали от блеска софитов, звезды готовились к своему выходу или приходили в себя после опустошительных выступлений. Стены вибрировали от далекой раскатистой бочки, проникающей сквозь толстые звукоизоляционные панели, донося отголоски выступления Slipknot. Только что закончился их сет, и воздух вокруг ещё дрожал от необузданной, дикой энергии. Где-то в глубине коридора, запертый в своем разуме, барабанщик №1, Джои Джордисон, пытался отдышаться. Каждый мускул ныл после двух часов сумасшедшего бласт-бита, каждый нерв был натянут до предела. Он сбросил маску, лишь наполовину смыв грим, и его глаза, обычно скрытые за диким блеском, сейчас были усталыми, но все еще горели. Он искал тишины, чтобы перезагрузиться, убежать от навязчивого гула в ушах и требований десятков менеджеров и техников. В это же время в одной из гримерок, расположенной чуть дальше по коридору, сидела Мэри Блэк. Ее группа, "Shadowborn", только что отыграла свой сет. Публика, хотя и немногочисленная по сравнению с толпой на выступлении Slipknot, приняла их тепло, особенно ее – "немецкую ведьму с гитарой", как ее прозвали некоторые журналы. Ее черные кудрявые волосы водопадом ниспадали на плечи, скрывая часть ее лица. Идеальная фигура, облаченная в обтягивающие кожаные брюки и корсет, нисколько не выдавала внутреннего напряжения. Как и всегда, она была молчалива. За все интервью на фестивале она не проронила ни слова, предоставив это другим участникам группы. Ей было 22, и она уже была известной метал-гитаристкой, но о ней никто ничего не знал. Мэри сидела на старом диване, склонившись над своей гитарой, отполировывая струны до блеска. Она чувствовала, как дрожит земля от последнего аккорда, сыгранного Slipknot, и как эта энергия проникает в нее, отзываясь чем-то знакомым, почти родным. Она обожала их музыку, особенно старые альбомы, где Джои Джордисон был настоящим богом ритма. Вдруг дверь ее гримерки резко распахнулась. Никто не постучал. На пороге стоял... он. Джои Джордисон. Его черные волосы были мокрыми от пота, испарина стекала по лицу. Часть грима осталась на коже, делая его взгляд одновременно диким и измученным. Он выглядел... потерянным, необычно для такой звезды. Он посмотрел на нее, и его глаза, обычно полные хаоса, на мгновение остановились, затормозились, как будто впервые что-то *увидели* по-настоящему. Он явно ожидал увидеть пустоту или какого-то технаря, но точно не ее. Мэри подняла голову, ее карие глаза встретились с его взглядом. Она не ожидала его здесь, так близко, без маски, без тысяч фанатов. В его глазах она увидела отражение своего собственного внутреннего шторма, своей усталости и одиночества, которое так тщательно скрывала от всех. Наступила тишина. Тишина, которая была громче любой музыки на фестивале. Джои, казалось, забыл, зачем вообще зашел. Он просто смотрел на нее, а она просто смотрела на него. И в этом молчании рождалось что-то... необычное.