Глава 2

Массивная и прочная дверь королевских покоев открылась толчком магии и во внутрь комнаты зашла высокая фигура. Тёмная как бездна шерсть, распущенная тёмно-фиолетовая грива, усыпанная искрами и по структуре напоминающая магический дым, и тяжёлые медленные шаги, в которых была не сколько грубость, а столько  легкая усталость давали понять. Королева зашла в покои.  Рабочий день, если это так можно назвать, выдался изнуряющим. Как всегда. Как оказалось, управлять страной, подобной Эквестрии очень тяжело, а в условиях вечной ночи это превращается в ужасно сложную и выматывающую работу. Сейчас, много веков спустя, когда благодаря множествам её бессонных часов, всё более-менее устаканилось, но в самом начале был кромешный ужас. Найтмер даже не хотела вспоминать то время. Но как бы трудно не было сохранять порядок в Эквестрии, Найтмер Мун никогда не жаловалась или хотела всё бросить. Почти никогда. Она считала это своего рода наказанием и расплатой за то, что она сделала с Селестией. При мысли о ней душу наполняет странная смесь тепла, небольшой вины и злобы. Селестия сама виновата, что не уделяла Луне достаточно внимания, но… Заточение на палящем солнце… Тогда, тысячу лет назад, Найтмер посчитала это соразмерным наказанием за её отношение к ней, но века спустя, вместе с пониманием королевского долга пришло и понимание, почему Селестия вела себя подобным образом. Но время нельзя обратить вспять. Найтмер легче думать, что Селестия просто погибла, чем по сей день страдает от пекла на солнце, ведь вернуть её невозможно и не безопасно.  Грядет Праздник Ночи, что когда-то назывался Праздником Победы, но было решено поменять название. Ровно тысяча лет с тех пор, как Селестия была заточена на солнце с помощью Элементов Гармонии. Воспоминания про элементы вывели Королеву Ночи из раздумий и она повернула голову к письменному столу из синего мрамора. На особой подставке лежал шестой элемент магии. Некогда один из сильнейших артефактов гармонии, а сейчас совершенно бесполезная безделушка, служащая простым талисманом удачи. Последний раз их силу удалось использовать в битве с Селестией, но после они потеряли свои магические свойства и стали обычными камнями. Ей так и не удалось понять почему.  Взгляд Найтмер соскользнул с Элемента Магии, прошелся по во истину Королевским покоям в тёмно-холодных цветах и остановился на зеркале. Роскошный золотой контур и сама зеркальная поверхность отражали нынешнюю Королеву Эквестрии. Туманные, распущенный и вечно развивающиеся волосы были похожи на глубокий волнующийся океан. Когда-то давно эту голову укрывал шлем из зачарованного серебра, но Найтмер отказалась от этого ограничителя и позволила глубокому океану течь свободно. Голубые глаза с вертикальными зрачками без шлема выглядели куда менее устрашающе. Былой злобный оскал сменился на гримасу спокойствия и терпения.  Рассматривая своё отражение и замечая всё больше различий с собой прежней, Найтмер Мун опустила взгляд на копыта и увидела, как рядом с ними нежно и робко лежал лунный свет с открытого балкона. Выйдя на него, Королева Ночи невольно начала подводить итоги целого тысячелетия своего правления. Из за вечной ночи почти всей Флоре и Фауне пришлось адаптироваться к новым условиям дефицита света и тепла.  Она оперлась копытами о холодный мрамор перил. Внизу, раскинувшись до самого горизонта, дышала обновленная Эквестрия. Это был мир, лишенный ярких, кричащих красок дня, но обретший взамен тонкое сияние люминесценции. Вместо зеленых дубрав теперь тянулись рощи Сребристых Ив и Теневых Дубов, чья листва давно потеряла хлорофилл, став иссиня-черной или бледно-голубой. Эти деревья не тянулись к небу, а словно пытались обнять его своими гибкими ветвями, впитывая каждой порой магический фон Луны. Внизу, в садах Кантерлота, распускались «Лунные Чаши» - огромные цветы, которые вместо аромата источали едва уловимый звон и мягкое сиреневое свечение. Они раскрывались только в часы глубокой полночи, питаясь не теплом, а прохладой росы. Рядом с ними колыхались ковры из Звездного Мха, который пульсировал в такт биению сердца земли, заменяя собой привычную траву. Даже сельское хозяйство изменилось до неузнаваемости. На полях Понивилля больше не золотилась пшеница — её место заняли «Светящиеся Колосья» и тяжелые, плотные «Каменные Клубни», способные накапливать магию земли в отсутствие фотосинтеза. Все плоды стали тверже, концентрированнее, защищая свои соки под броней прочной кожуры — такова была плата за выживание в мире, где нет ласкового солнца. Это был мир холодной эстетики. Найтмер видела, как в лесах вспыхивают и гаснут споры грибов-фонариков, как переливаются поля синего льна. Она гордилась этим. Она вырвала этот мир из-под испепеляющего гнета сестры и дала ему возможность расцвести в тишине. Сами пони тоже изменились. Их шерсть стала немного плотнее, дабы удерживать тепло, но самыми заметными были вертикальные зрачки и убывание количества вариаций цвета глаза. Им пришлось подстроится под тьму ночи, так что зрачки стали лучше фокусироваться на конкретных объектах, а из всего разнообразия глаз остались лишь холодные и тёмные цвета. Так же у всех нынешних пони есть острые клыки. По два на верхней и нижней челюсти, чтобы раскусывать твердь новых ночных плодов, которые прячут свои соки под крупным и твердым слоем кожуры.  Мысль о том, что Селестия была бы не в восторге от её проделанной работы отдавалась в сердце Найтмер теплом. Она искренне гордилась, что сумела выстроить мир под взором луны и звезд, где о солнце знают лишь из легенд. Найтмер Мун лично выстроила Легенду о двух сестрах, где младшая сестра Селестия была легкомысленной и высокомерной кобылой, которая любила ветать в облаках и на уме у которой были одни торты. Селестия часто поднимала звезду Солнце прямо над Эквестрией, чтобы полюбоваться им, плюя на то, что бедные пони изнуряться от жары и света. Однажды терпение старшей сестры Найтмер Мун исчерпалось и ей пришлось запечатать сестру на её солнце с помощью сильных артефактов, которые потеряли свою силу после столь мощного заклинания. Королева ночи по сей день невольно улыбалась, вспоминая, как распространяла эту легенду по новой Эквестрии.  Найтмер Мун тяжело опустилась на королевское ложе. Магия Ночи привычно окутала её, снимая напряжение с крыльев. Она чувствовала удовлетворение. Твайлайт Спаркл - её венец, её лучшее творение сейчас мчится в Понивилль, чтобы представлять корону. Найтмер не сомневалась: её ученица справится. Твайлайт была идеальным продуктом этой эпохи: дисциплинированной, верной и до мозга костей преданной идеалам Ночи. Возможно, через пару столетий, когда Твайлайт станет еще мудрее, Найтмер доверит ей часть своей власти. Но это будет нескоро. Впереди были века тишины. «Пусть развлечется», - подумала Королева, закрывая глаза. - «Пусть посмотрит, как живет народ за пределами библиотек. Праздник должен быть идеальным». В её сознании не было и тени сомнения. Элементы Гармонии в её представлении были лишь старыми реликвиями, памятниками былой битвы, которые давно исчерпали себя. Она не ждала от них подвоха, как не ждала и возвращения той, чье имя уже почти стерлось из её памяти, замененное карикатурным образом из легенд. Найтмер Мун засыпала с легкой улыбкой. Она была уверена, что звезды будут вести Твайлайт именно туда, куда нужно Королеве. И она была абсолютно не готова к тому, что у звезд на этот счет совсем другие планы.