Петля 2 — Глава 3

— Что?! — Рем не смогла сдержаться и шагнула ко мне, но Рам остановила её. — Я не понимаю. Какое я имею отношение к культу? — спросила Эмилия. — Когда ты станешь публичной фигурой, они узнают о твоём существовании и захотят использовать тебя как сосуд для призыва Сателли. Более того, они, возможно, уже знают о тебе, — раскрыл я правду. Три девушки в комнате вздрогнули при прямом упоминании ведьмы. — Откуда ты это знаешь? Какие у тебя с ними отношения? — тон Рем был холодным, а в её глазах пылала сильная ненависть, направленная сейчас на меня. Для простой служанки её чрезмерное любопытство выглядело крайне подозрительно. — Я узнал о них из-за ведьминской миазмы, который исходит от моего тела, — сказал я, печально глядя на неё. — Оно притягивает зверодемонов и, как оказалось, ещё и культистов. Они считали меня особенным, избранным, и тем, кто поможет им достичь их целей. — Миазма? — Эмилия посмотрела на Рем, а затем на меня, не понимая, почему синеволосая служанка так бурно реагирует на мои слова. — Большинство людей не может её видеть, — уклончиво объяснил я. — Культ какое-то время интересовался мной, превращая мою жизнь в ад. Они пытались завербовать меня и прибегали к самым жестоким методам. Они отняли у меня всё, что было мне дорого. И именно поэтому последние несколько лет я посвятил их поиску для мести. К этому моменту все трое слушали меня в полной тишине. Я сделал паузу и продолжил свой рассказ дальше: — Я какое-то время выслеживал их, но они слишком неуловимы. Тогда я пришёл к выводу, что вместо этого стоит подождать их и устроить засаду. Но как? Эти ублюдки действуют предельно осторожно, несмотря на то, насколько они безумны. И однажды я услышал слухи о сереброволосой полуэльфийке, как две капли воды похожей на Ведьму Зависти. Я начал следовать этим слухам, путешествуя по местам, где её якобы видели в последний раз. Так я и оказался в Лугунике. — И чего именно ты хочешь от меня? — с тревогой спросила Эмилия. — Ничего, кроме сотрудничества. Ты можешь продолжать жить своей обычной жизнью. Я буду внимательно следить за тобой, и когда эти ублюдки появятся, я буду готов с ними разобраться. Я говорил низким голосом, в котором, как мне казалось, прорывался сдерживаемый гнев. Я должен был быть убедительным, ведь от того, поверят ли они моей игре, зависела моя жизнь. Тишина, последовавшая за моим рассказом, тянулась, словно вечность. Наконец Эмилия нарушила статус-кво своим ангельским голосом. — Мне очень жаль, что с тобой это случилось. Я правда хочу тебе помочь, но это зависит не от меня, — с болью на лице объяснила она. — Если ты хочешь остаться здесь, тебе нужно получить одобрение от Розваля. — Значит, ты можешь устроить мне аудиенцию с маркграфом? — я сложил руки в умоляющем жесте. — На самом деле, я уверена, что после твоей истории он сам захочет с тобой поговорить, — успокоила она меня. В воздухе повисло неловкое напряжение: все молчали, а я стал центром внимания, ощущая на себе довольно пристальные взгляды сестёр-служанок. Эмилия спросила, не хочу ли я пойти с ней в сад, и я сразу согласился. Мне был нужен свежий воздух и, прежде всего, безопасная дистанция от Рем и Рам. Выход наружу помог мне куда больше, чем я ожидал. Моё тело расслабилось, а разум начал проясняться после безумного дня и ночи. Некоторое время я просто сидел, созерцая пейзаж, и смирялся с мыслью, что застрял во враждебном мире с неопределённым и мрачным будущим впереди. И я снова поразился стойкости Субару — как он вообще не сошёл с ума после такого жестокого опыта смертей и событий. Ну… хотя нет, он всё-таки сошёл (временно в каноне и навсегда в некоторых альтернативных версиях). «Да, ему, конечно, помогало то, что рядом было несколько красивых девушек, поддерживавших его эмоционально. Мне бы так не повезёт, с моим паршивым характером и не самым привлекательным лицом». — От тебя так и разит пессимизмом, — насмешливо раздался голос за моей спиной. — Привет, Пак, — вздохнул я, смирившись с тем, что мой момент спокойного уединённого самоанализа закончился. — Я бы сказал, что рад тебя видеть, но ты и сам всё знаешь. — Конечно, ведь я читаю твои мысли! — его смех звучал неестественно, как и его весёлое поведение. — Но не переживай, это чувство взаимно. Этот чёртов блохастый кот когда-то заморозил меня насмерть, но это было лишь в том мире, который почти никто и не помнил, так что я не мог открыто его ненавидеть, и по тем же причинам он не мог ненавидеть меня. — Думаю, мы можем быть тайными врагами? — предложил Пак. — Вау, теперь ты говоришь как Бетти, — пожаловался я. — Тебе это не идёт. — Ха-ха-ха, знаю. Мы замолчали. Блик позади меня заставил повернуть голову, и я увидел Эмилию, окружённую малыми духами, разговаривающую с ними так, словно они были её друзьями. Она просто стояла там, освещённая тусклым сиянием. Мне казалось, будто я вижу воплощённое совершенство. Я мог бы смотреть на неё часами. — Как же красиво… — машинально пробормотал я. Я не понимал, почему моё сердце так бешено колотится из-за Эмилии. Словно меня насильно вынуждали влюбиться в неё. Это было несправедливо — почему я должен её любить, если не хочу? — Вот уж ирония, — горько произнёс Пак. Я догадывался, что он имел в виду, но заставил себя подумать о чём-то другом. Я предпочитал держать свои знания подальше от способности Пака читать мысли. Отвлёкшись от полуэльфийки и её хранителя, я бросил взгляд обратно на особняк. Из одного из окон за мной наблюдала маленькая, но заметная фигура с аналитическим взглядом. Улыбнувшись, я повернулся к ней и помахал рукой. Хотя я не мог её слышать с такого расстояния, но я легко представил её фирменное «Хмф», когда она отвернулась и пошла по коридору. Наверное, в норме вещей следовало бы проявить к ней нежность и милость, но в моём случае поведение Бетти меня честно говоря раздражало. Я не фанат цундере и давно уже перерос свою фазу лоликонщика. Я молюсь, чтобы от неё во мне не осталось и следа. «С ней мне будет трудно поладить… по крайней мере до тех пор, пока я не смогу вытащить её из той проклятой библиотеки.» — Почему вы оба выглядите такими напряжёнными? Эмилия уже вернулась. Мы с Паком переглянулись, напоминая друг другу, что договорились зарыть между нами топор войны. Затем Пак указал на меня: — Я говорил этому парню, что ему лучше хорошо с тобой обращаться, иначе мне придётся превратить его в глыбу льда. — Да, ты вполне способен на такое. Полуэльфийка с любопытством посмотрела на нас, уловив скрытое напряжение в нашем общении. — Вы говорите так, словно уже знакомы друг с другом. — Ха-ха-ха… Пак высунул язык, не давая никаких объяснений и перекладывая свою ответственность на меня. — Ты бы удивилась, как много можно узнать о человеке, просто поговорив с ним, — сказал я, пока блохастый кот почесывал свой затылок и кивнул. — Вот как? В таком случае я бы хотела поговорить с тобой побольше. То, как она произнесла эту фразу, было настоящим ударом наповал. Я яростно покраснел и был мне пришлось контролировать дыхание, чтобы случайно не задохнуться. «Эта реакция была слишком чрезмерной, особенно для меня! Я не из тех парней, кто легко влюбляется! Как вообще это вообще чёрт его дери со мной происходит?!» — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Эмилия. — У тебя лицо покраснело. У тебя случаем не жар? — Со мной всё в порядке, никаких проблем… Внезапно из особняка раздались голоса Рем и Рам, прозвучавшие в унисон: — Леди Эмилия, наш господин, лорд Розваль, вернулся. Пожалуйста, вернитесь внутрь. Эмилия кивнула и последовала за близнецами. Я на мгновение застыл, не зная, захочет ли Розваль видеть и меня тоже, или просто вышвырнет вон. — Дорогой гость, вам тоже следует пойти с нами. К счастью, Рам развеяла мои сомнения насчёт этого. Я энергично кивнул ей и поспешил их догнать. По дороге Эмилия оставила нас, чтобы переодеться. Рем и Рам тоже ушли за чем-то. Оказавшись в столовой, я столкнулся с Бетти. — Здравствуй, мисс Пожирательница Праностей. То есть, мисс Библиотекарь. — Умри. — Это не поможет тебе избавиться от меня. — А? Я покачал головой. — Неважно. — Хмф, как хочешь; я здесь только ради Бабби. — Я тебя не спрашивал, цундере-лоли. Возмущённая, Бетти раскрыла рот, явно собираясь выдать в мой адрес оскорбление. Однако в этот момент в столовую влетели Рем и Рам с тележкой, нагруженной завтраком. Они быстро начали расставлять блюда, и запах еды мгновенно пробудил мой зверский аппетит. Почти одновременно в столовую вошёл высокий мужчина, похожий на шута. Его длинные синие волосы, гетерохромные глаза и макияж не оставляли никаких сомнений — это был Розваль Л. Мейзерс. Увидев меня, он улыбнулся. — Я слышал о вас кое-что интере-е-есное. До-о-олжен сказать, я о-о-очень заинтригован этим. — Для меня большая честь познакомиться с вами, маркграф Майзерс, — я поклонился. — Те-е-еперь, когда я об этом поду-у-умал, я ведь ещё не слышал вашего и-и-имени. — Меня зовут Леандро Лагостена. В этот момент в столовую вошли Эмилия и Пак. Бетти оживилась и сразу же бросилась его обнимать, а Эмилия остановилась рядом с Розвалем. — Значит, вот как тебя зовут. Это имя не похоже ни на одно из тех, что я слышала раньше, — заметила она. — Верно, — согласился с ней Розваль, его улыбка стала ещё шире. — Вы, должно быть, родом из о-о-очень далёких мест, не так ли? — Что-то вроде того. Я не могу сказать им, что я из другого мира или из-за Великого водопада, иначе это заставило бы их заподозрить, что вся моя история которую я выдумал — ложь. Розваль посмотрел на меня так, будто знал, о чём я сейчас думаю, и направился к своему месту за столом. — Нам сто-о-оит присесть, пока завтрак не о-о-остыл. Его растянутая манера речи начинала вызывать у меня нервный тик. Я с облегчением вздохнул и сел. Мы все начали есть, но я не мог по-настоящему насладиться едой. Дело было не во вкусе — всё было очень вкусно и превосходно. Меня лишь беспокоило внимание, которое я ощущал на себе. Казалось, за мной наблюдают, особенно пристально Розваль и Рем. — Итак, Леандро… Ты сказал, что у тебя есть история с культом ведьмы и что, по твоим сведениям, рано или поздно эти люди придут за леди Эмилией, верно? — впервые Розваль выглядел серьёзным, и не говорил так натянуто. — Учитывая, что члены культа могут быть где угодно, весьма вероятно, что они уже знают о ней. Это значит, что они могут быть где-то поблизости. — И откуда мне знать, что ты сам не один из них? История, которую ты рассказал, вполне может быть выдумкой, а ты до сих пор не объяснил, что является источником того миазма, которым, по твоим словам, ты обладаешь. — Не знаю, может быть потому, что куда проще было бы схватить её в столице, когда она была одна и без защиты из-за халатности одного человека, который должен был гарантировать её безопасность? — сказал я с кривой усмешкой. — Если я не сделал этого тогда, зачем ждать и так сильно рисковать здесь? — Возможно, у тебя есть скрытые мотивы. К тому же ты так и не ответил на мой вопрос. Что насчёт твоего миазма? — Что касается миазма, я и сам не знаю. Культисты говорили, что это проявление любви со стороны ведьмы, но у этого предположения нет никаких оснований. Моя теория в том, что это проклятие, полученное мной в какой-то момент жизни. Без обид, Сателла. Розваль сделал едва заметную кривую гримасу: почти незаметную, но достаточную, чтобы я испытал удовлетворение от осознания, что выиграл этот раунд. — Даже если предположить, что всё это правда, тебе не кажется, что для тебя всё складывается слишком удобно? Ты вернул леди Эмилии её инсигнию и явился к ней с ранами, о которых ты до сих пор не рассказал, тем самым морально обязывая её и её доброе сердце приютить тебя… — Всё, что я знаю, это то, что я спас вашу репутацию как спонсора и жизнеспособность политического лагеря Эмилии как реального кандидата. Я даже раскрыл собственные секреты, чтобы добиться хоть какого-то сотрудничества, но в ответ получаю лишь предвзятые допросы, — я взглянул на Пака. — Я уверен, что вы уже знаете мои истинные намерения, маркграф, но вам просто хочется проверить меня. — О-о-ох, разговор с вами куда-а-а интереснее, чем я ожидал. У вас хватка торговца и самообладание аристокра-а-ата. — Значит, теперь вы удовлетворены? — Думаю, этот разговор помог мне лучше понять вас. А потому я хотел бы официально поблагодарить вас за ваши действия в королевской столице, — он раскинул руки в стороны и вновь заговорил своим обычным игривым тоном. — Я предлагаю вам награду. Ну же, просите всё, что пожелаете. События развивались немного иначе, но сюжет в итоге пришёл к той же каноничной точке, что и в оригинальной истории. Зная, что мне нужно сделать, я озвучил своё желание без малейших сомнений: — Я хочу жить в этом особняке в качестве дворецкого.