Обязательно каждый раз убивать Хранителей, отказываясь рядом?

— Фиэр, ни в коем случае не хочу тебя как-то задеть... Алот споткнулся на полуфразе, выглядывая в распахнутую дверь. Всего лишь животные, ни единого разумного. Пока что. К счастью. Эльфийка подняла выжидающий взгляд. — Но? — ...но обязательно каждый раз убивать Хранителей, отказываясь рядом? — Это была не я! — Нет, но это случилось с твоим прибытием. — Нашим прибытием. — И если нас сейчас тут обнаружат, вина ляжет точно не на кого-то другого. Фиэр вздохнула. Он был прав. И это нисколько не делало ситуацию спокойнее. Очевидно это сделали не они. Но кто будет разбираться? Потому нужно торопиться. Ухватить остатки души, узнать, чья рука чуть ли не пополам разрубила несчастную женщину. Так будет проще защищаться — кто усомниться в словах Хранительницы Каэд Нуа? «Здесь — кто угодно». Очередной тяжёлый вздох. Почти синхронно с Алотом. Прикрыв глаза, эльфийка потянулась к упрямой душе, что не торопилась уходить. Будто желала, чтобы её выслушали. Хоть кто-то. До того, как она — возможно навсегда — сгинет на Границе.

Очередной солнечный день совсем не шёл на благо урожаю. Дождя нет, в почве — порча. Посадки гибнут. Народ боится. Аэдирцы, которые тут почти не бывают, приходят всё чаще, привлекая больше ненужного внимания. За ней следят. Повстанцы, ополчение, но самое главное — Стальная Гаррота. Они рано или поздно точно придут за ней, этого не избежать. Империя не любит Хранителей точно так же, как и анимантов. Солнечный день омрачается длинной тенью, что протянулась от Парадиза до самого дома в глуши. Инквизитор отправила небольшой отряд. Сломанная корона на их сюрках красноречивее слов. Они что-то говорят, что-то о запретном искусстве и терпении. Очевидно, терпение захватчиков лопнуло. — Я же ничего не сделала, только помогала людям! Латная перчатка обжигает щёку. Губа лопается, на ногах устоять не получается, но шкаф помогает не упасть. Солдаты переворачивают всё вверх дном. Находят книги, дневник... адру. — Этого достаточно. Слова капитана резки и спокойны. Как и каждое отточенное движение, с которым она извлекает огромный меч. — Нет! Боль скоротечна. Удар приходится на левое плечо, металл проходит сквозь кости и мясо как сквозь масло. Сердце располовинивает мгновенно. Жизнь предательски медленно покидает тело. Но Хранительница уже ничего не чувствует. Перед её глазами все прошлые жизни, что не успели пробудиться. И яркий ослепляющий огонь в глубине инквизиторской маски, что она успела подсмотреть в душе уходящего капитана.

— Поверьте, у нас нет ни намерений, ни желания вступать с вами в конфликт. — А с Хранительницей было? — Нет же, я пытаюсь объясниться! Фиэр вынырнула из воспоминаний души, будто из ледяной воды. Резкий вдох привлёк внимание одного из пришедших — кажется гнома — а потом и остальных. — Слава богам ты очнулась. Облегчение в голосе Алота настолько осязаемое, что его можно нащупать при желании. Впрочем, он всегда так реагирует. Никак не привыкнет к внезапному выпадению девушки из реальности. Да и она сама… Но не было времени размышлять о тяжком бремени Хранителя. Фиэр, всё ещё слегка в расфокусе, пыталась рассмотреть новую компанию. И едва ли не сразу встретилась взглядом с холодными зелёными глазами. — Вы пришли в себя? ...что ж, голос не уступал взгляду. Такой же ледяной и резкий, словно ветра родины. — Как видите. С кем имеем честь? — Алексис Лиаскари, эмиссар Императора. И прежде чем мы сдадим вас под стражу, позвольте узнать, как вас представить? Ну конечно. Разве ж могла она попасть в менее глупую, но от этого не менее опасную ситуацию? Украдкой брошенный на Алота взгляд дал понять — не могла. Он напряжённо ждал продолжения диалога, но в глазах читалось хорошо скрытое мучение. — Фиэр… — фамилия и титул застряли в глотке. Пожалуй, первое при аэдирском аристократе пока называть не стоит, второе тем более. Не до тех пор, как она передаст письмо послу. — Просто Фиэр. — Прошу прощения? — Я боюсь, что моё полное имя Вам ничего не даст. А после стольких лет вдали от дома, даже я его произношу не без труда. На рассеянную улыбку эльфийки эмиссар только сдержанно поджал губы. Подозрительнее некуда. И потому Фиэр не могла его винить за подобную реакцию. За время этого краткого разговора взгляд наконец прояснился. И боги, почему у этих аэдирцев почти всегда такие смазливые мордашки? Это какая-то черта нации? Благоприятный климат? Этого даже его богоподобие не испортило. Будь он не таким угрожающим, запросто бы снискал славу обольстителя. — Погодите… А вы, случаем, сама не Хранитель? Голос здоровенного аумауа не дал мысли утечь слишком далеко. Что ж, кажется, придётся расставаться потихоньку со своими секретами. — Возможно? — Нет, я уверен, это точно вы! — мужчина опустил пистолет и пальцем постучал по левой скуле. Инстинктивно Фиэр коснулась того же места, натыкаясь не на мягкость кожи, а холод маски. Россыпь адры в ней блеснула кокетливо, заставляя аэдирца нахмурится на секунду. — Эмиссар, да перед нами Хранительница Каэд Нуа! Лицо богоподобного оставалось непроницаемым, хотя взгляд и выдал любопытство. Мгновение тянулось за мгновением, пока тот оценивал всё ещё сидящую перед трупом эльфийку… А затем черты смягчились. Совсем чуть-чуть. — Мой спутник прав? — Я… Да, думаю, нет смысла скрывать. Хранительница Каэд Нуа, Посланница Бераса, Преследующая Бога и бла-бла. — Говорящую с Сумраком забыла. Голос Алота был до ужаса едким. Фиэр вздохнула, кивнув в его сторону. — И Говорящая с Сумраком. Позволите уже отойти от тела? Кивнув, Алексис подал руку, а затем с лёгкостью помог подняться. Эти маги… никогда не угадаешь, кто из них на ветру переломится, а кто в доспехе с полуторником в руках будет чувствовать себя комфортно. На ватных ногах было сложно устоять. Если бы не вовремя подошедший Алот, который откровенно игнорировал подозрительные взгляды, то Хранительница бы совершенно не элегантно завалилась прямо в кучу книг. Только этого не хватало при таком поистине чудесном знакомстве. Фиэр готова была благодарить так ненавистных ей богов за распахнутые окна и двери. И что дом стоял под горой, укрытый тенью. Жару разгонял лёгкий сквозняк, который эльфийка жадно вдыхала, приходя в себя. Даже не заметила, как в руках оказался бурдюк с ледяной водой. Мгновение осознания — и вот уже кивнула Алоту благодарно. А тот только украдкой погладил спину девушки, успокаивая и придавая уверенности. — Нет, эмиссар, это точно дело рук не этих хлюпиков. Сакэ, да волшебник явно тяжелее своей палочки ничего не держал. — Эй! Это, вообще-то, скипетр! — Да мне плевать, что там за блестэ палка у тебя. А вторая… — гном поднял взгляд от трупа, пристально рассмотрел Фиэр. — Точно нет, вон, рапира. Тут удар тяжёлый, рубящий. Меч большой. Мне кажется, я знаю, кто это был. Да и вы тоже, но блестэ ответ никому тут не понравится. В общем-то все в комнате знали, о ком речь. Наверное поэтому повисло молчание, затянувшееся непозволительно долго. А пока остальные многозначительно переглядывались, эмиссар поднялся на второй этаж, в поисках… чего-то. — Так… Вам нужен был Хранитель? — голос Фиэр звучал неуверенно, будто она не знала, стоит ли что-то говорить. — Типо того, — аумауа так же неуверенно кивнул. — Эмиссару кое-что нужно было узнать. Кстати, меня зовут Кай. А этот брюзга — Мариус. — Хотела бы я сказать, что наше знакомство приятное, — эльфийка вымученно улыбнулась, не обращая внимание на ворчание гнома. — Меня вы знаете, а это… — Алот Корвайзер. — Ещё больше аэдирцев, ну просто прелесть… Гном всё ещё был недоволен сложившейся ситуацией, едва ли не срываясь на неожиданных гостях дома почившей Хранительницы. Его разве что Кай удерживал, то и дело одёргивая. Фиэр понимала их слишком хорошо. Ситуация сложилась не самая благоприятная. Ни для них, ни для компании эмиссара. А затем почувствовала, как напрягся волшебник рядом. Он так и не отошёл. А затем взял за руку и легонько сжал. Не то чтобы секретный, но знак того, чтобы эльфийка воспользовалась своими умениями сайфера — прочитать мысли или передать свои. «Мне это не нравится. Стальная Гаррота не просто так в этом замешана. А этот эмиссар… Он не кажется тебе слегка несговорчивым?» Фиэр только едва заметно кивнула. «Нас послали ему помочь, Алот. Я бы хотела, но не могу их бросить и уйти». — Хранительница? Алексис — кажется он так представился — выглянул со второго этажа. — Слушаю Вас, эмиссар. — Раз уж эта женщина отправилась в Колесо, мне нужны будут ваши навыки. — Хождение под парусом? Чтение мыслей? Воровство? Переговоры? Поиск богов? Я за столько лет много чему научилась. Аумауа добродушно усмехнулся. Как и гном. А вот эмиссар шутки не оценил. Точнее сделал вид, что оценил, улыбнувшись натянуто. Просто великолепно… — Последнее предложение звучит заманчиво, но нет. Чтение души. — Прямо… сейчас? Здесь? Все пять пар глаз уставились в труп посреди дома. Алот сдался первым, отвернувшись к окну. А затем и Фиэр с Алексисом, снова пересекаясь взглядами. — Нет. Лучше уж в городе встретимся. Нужно рассказать обо всём страже, да и обстановка там будет спокойнее. Кай хмыкнул. Кажется, он был в корне несогласен. Что не укрылось от богоподобного. Который, спустившись и заложив руки за спиной, выпрямился во весь рост, прежде чем выразительно зыркнуть на аумауа, а только затем продолжить. — Оттуда мы сможем проследовать в наш лагерь. К тому же я бы очень советовал Вам побывать в администрации и доложить о своём прибытии. Иначе я сам буду вынужден рассказать послу о столь… именитой гостье. Огромных, нет, титанических трудов стоило Фиэр не сморщиться и выругаться. Только она уже расслабилась, только хотела обрадоваться, что наконец-то сможет побродить инкогнито… — Мы непременно последуем вашему совету, эмиссар, — Алот кивнул, избегая поклона. Получил, впрочем, такой же ответ. Алексис не оскорбился, лишь довольно сверкнул пронзительными зелёными глазами. — С вашего позволения, мы пойдём в Парадиз. А как закончим с… делами, наведаемся в местную таверну. Снова кивок, на этот раз в знак согласия. Что ж, хоть какой-то план, да ещё и исключающий кровопролитие и ссоры с местными. Всё шло так хорошо, насколько это могло быть в такой ситуации. — Рад был познакомиться, Хранительница! — аумауа совершенно искренне улыбнулся и махнул рукой. — Взаимно. Не прощаемся в любом случае, — Фиэр подмигнула Каю, проходя мимо. Тот совершенно довольный кивнул и закрыл дверь за вышедшими эльфами. Вежливые улыбки моментально потухли на лицах. Сказать, что шли в полной тишине, значит соврать. Вокруг кипела жизнь. Переливалась всеми возможными и невозможными цветами в лучах стремившегося к горизонту солнца. Трели птиц, прежде невиданных, урчание мелких животных вокруг, где-то вдалеке — боевые кличи солдат, столкнувшихся с ксаурипами. Вокруг кипела жизнь, скрывавшая внутри себя гнилую сердцевину. — Просто Фиэр? Алот первый нарушил молчание, прищурившись смерил недовольно взглядом свою спутницу. — Ну откуда ж я знаю, могу ли произносить своё теперь уже полное имя в присутствии аэдирского аристократа? — А что не так с твоим теперь уже полным именем? — Да может твой отец и его семье дорогу перешёл! — Здесь это не так важно. К тому же я рассказывал тебе, что семья эмиссара и без помощи со стороны успешно сумела разориться. — Ты обиделся? — Ни в коем случае, «просто Фиэр».