Вечеринка

Глава 16.  Вечеринка у Чхве Мина разворачивалась в просторном загородном доме, залитом тёплым светом гирлянд и настольных ламп. Музыка не грохотала — звучала мягко, создавая фон для оживлённых разговоров и смеха. В воздухе пахло выпечкой, фруктами и лёгким дымком от ароматических свечей. Со Хён вошла вместе с Арин. Та тут же потянула её к столу с закусками: — Сначала — еда! Потом — всё остальное. Со Хён улыбнулась, беря небольшую порцию фруктовой нарезки. Она оглядывалась, привыкая к атмосфере: кто‑то танцевал в углу, кто‑то играл в настольные игры, кто‑то устроился на диванах с напитками и болтал. — Видела Джи Хуна? — тихо спросила она Арин. — Ага, он с парнями у окна. Но не переживай, он тебя заметил, — подмигнула та. — Уже смотрит в нашу сторону. Со Хён невольно повернула голову. Джи Хун действительно стоял у большого окна, разговаривая с однокурсниками, но взгляд его был направлен на неё. Когда он увидел, что она смотрит, улыбнулся и начал пробираться сквозь толпу. — Привет, — сказал он, подходя ближе. — Ты выглядишь… по‑домашнему. Она рассмеялась: — Это комплимент? — Конечно. Ты не стараешься быть кем‑то другим. Это красиво. Он протянул ей стакан с лимонадом: — Я знал, что ты не захочешь алкоголь. — Ты меня хорошо изучил, — она взяла стакан, чувствуя, как тепло разливается по груди. Арин, видя, что пара погрузилась в свой мир, тактично отошла к группе девушек, обсуждавших новый сериал. Первые танцы Через какое‑то время диджей (им оказался сам Чхве Мин) объявил «медленный блок». Свет приглушили, музыка стала ещё мягче, и пары начали выходить на импровизированный танцпол. Джи Хун посмотрел на Со Хён, приподняв бровь: — Ну что, рискнём? Она кивнула, и он мягко взял её за руку, ведя в центр комнаты. Они встали близко, но не слишком — так, чтобы чувствовать тепло друг друга, но не нарушать границ. Его ладони легли на её талию, её руки — на его плечи. Они начали двигаться в такт музыке, почти не глядя по сторонам. — Знаешь, — тихо сказал Джи Хун, наклоняясь ближе, — когда я увидел тебя в дверях, подумал: «Вот она. Та, ради которой стоит приходить на такие вечеринки». Со Хён прижалась щекой к его плечу: — А я думала, что буду скучать по тебе, даже если мы просто на минуту разминемся. Он улыбнулся, чуть крепче сжимая её: — Значит, мы на одной волне. Вокруг них кружились другие пары, слышался шёпот, смех, чьи‑то шутки — но для них это было лишь фоном. Неожиданный разговор После танца они отошли к окну, чтобы передохнуть. Со Хён пила лимонад, а Джи Хун наблюдал за гостями. Вдруг к ним подошла Мико. Она выглядела непривычно расслабленной, в лёгком платье и с небрежной причёской. — Привет, — сказала она, глядя на Со Хён без тени напряжения. — Можно на минутку? Со Хён кивнула, слегка удивившись. Они отошли в сторону. — Я хотела сказать, — начала Мико, — что рада видеть тебя здесь. И рада, что мы смогли поговорить тогда. Мне правда стало легче. — Я тоже, — искренне ответила Со Хён. — Надеюсь, у тебя всё наладится. Мико улыбнулась: — Думаю, да. Я поняла, что тратить силы на вражду — глупо. Лучше сосредоточиться на себе. И… может, мы даже сможем дружить? — Почему бы и нет, — Со Хён протянула руку, и Мико пожала её. Когда она вернулась к Джи Хуну, он спросил: — Всё в порядке? — Да, — она вздохнула с облегчением. — Кажется, у нас с Мико начинается новая глава. — Это здорово, — он снова взял её за руку. — Ты умеешь прощать. Это редкое качество. Финал вечера Ближе к полуночи гости начали расходиться. Со Хён и Джи Хун вышли на крыльцо, чтобы подышать свежим воздухом. Над головой сияли звёзды, а в саду стрекотали цикады. — Спасибо за этот вечер, — сказала Со Хён, глядя вдаль. — Я давно так не расслаблялась. — И я, — он обнял её за плечи. — Но знаешь, что самое приятное? Что мы можем вот так просто стоять и молчать. Это тоже часть счастья. Она прижалась к нему: — Да. Вдали послышался звук отъезжающей машины, кто‑то смеялся, прощаясь, но они не обращали внимания. В этот момент мир сузился до них двоих — до тепла, до тишины, до уверенности, что всё идёт так, как должно. — Пойдём? — спросил Джи Хун. — Я довезу тебя до дома. — Пойдём, — она улыбнулась. — И пусть завтра будет новый день. ***  Со Хён села в машину, и дверь тихо щёлкнула за её спиной. В салоне было тепло и пахло его одеколоном — свежим, с лёгкой ноткой цитруса. Джи Хун завёл двигатель, но не тронулся с места. Он повернулся к ней, и в полумраке салона его глаза казались особенно тёмными. — Устала? — тихо спросил он, слегка коснувшись её ладони. Она покачала головой: — Нет. Наоборот… чувствую себя удивительно лёгкой. Он улыбнулся, и его пальцы медленно скользнули по её запястью, вызывая лёгкую дрожь. — Я рад. Сегодня был хороший вечер. Со Хён кивнула, не отрывая взгляда от его лица. Что‑то в этой тишине, в мягком свете уличных фонарей, проникающем сквозь стекло, делало момент особенно хрупким и настоящим. Джи Хун чуть наклонился ближе. Его дыхание коснулось её щеки. — Можно? — прошептал он. Она не ответила словами. Вместо этого сама подалась вперёд. Их губы встретились — сначала осторожно, словно проверяя, потом увереннее, теплее. Поцелуй был медленным, наполненным тем, что они не сказали за весь вечер: благодарностью, нежностью, тихой радостью от того, что они рядом. Со Хён почувствовала, как напряжение последних дней тает, растворяется в этом прикосновении. Её пальцы сами нашли его руку, сжали крепче. Джи Хун отстранился на мгновение, глядя ей в глаза: — Ты уверена? — Да, — она улыбнулась, проводя ладонью по его щеке. — Просто… не торопись. Он кивнул, и следующий поцелуй был ещё нежнее. Его ладонь легла на её затылок, осторожно притягивая ближе. Она ответила, приоткрывая губы, позволяя моменту стать глубже, интимнее. За окном проплывали огни города, где‑то вдалеке слышался гул машин, но здесь, в машине, был только их мир — тёплый, тихий, принадлежащий лишь им двоим. Когда они наконец отстранились, оба дышали чуть чаще обычного. Со Хён прижалась лбом к его плечу, чувствуя, как сердце всё ещё бьётся быстрее. — Это было… — начала она. — Идеально, — закончил он за неё, целуя её в макушку. Она рассмеялась, уткнувшись в его куртку: — Ты всегда знаешь, что сказать. — Потому что это правда. Он включил обогрев чуть сильнее, накрыл её руку своей и наконец тронул машину с места. По дороге они почти не говорили — слова были не нужны. Только взгляды, касания пальцев, улыбки, которые вспыхивали, когда их глаза встречались в свете уличных фонарей. И когда машина остановилась у её дома, Со Хён не сразу вышла. Она повернулась к нему, провела ладонью по его лицу, запоминая каждую черту. — Спасибо за этот вечер, — прошептала она. — И тебе, — он снова коснулся её губ, коротко, но так, что внутри всё перевернулось. — До завтра? — Конечно. Она вышла, но долго стояла у подъезда, глядя, как его машина исчезает за поворотом. В груди было тепло, а на губах — привкус его поцелуя. И впервые за долгое время она чувствовала: всё идёт так, как должно. ***  Со Хён приоткрыла глаза, щурясь от утреннего света, пробивавшегося сквозь занавески. В комнате было тихо — настолько тихо, что она отчётливо слышала тиканье часов на полке. Она потянулась рукой в сторону, где должен был лежать Джи Хун, но нащупала лишь прохладное одеяло. Сердце ёкнуло. — Джи Хун? — тихо позвала она, приподнимаясь на локте. Ответа не последовало. Со Хён села на кровати, оглядываясь. Её взгляд упал на край одеяла — аккуратно подоткнутого с её стороны. Он укрыл меня, — подумала она с тёплой грустью. Значит, был здесь до самого утра. На прикроватной тумбочке лежал сложенный листок бумаги. Она взяла его, развернула. «Прости, что ушёл, не дождавшись твоего пробуждения. У меня срочное дело — вернусь как можно скорее. Не волнуйся, я рядом. P.S. Кофе в термосе на кухне. Люблю.» Она прижала записку к груди, чувствуя, как тревога отступает, уступая место лёгкой улыбке. Срочное дело… Что бы это ни было, он не бросил её — он позаботился, оставил тепло одеяла, кофе и эти несколько строк, от которых на душе становилось светлее. Со Хён встала, накинула халат и прошла на кухню. Термос действительно стоял на столе, ещё тёплый. Она налила себе чашку, вдохнула аромат и подошла к окну. За стеклом просыпался город: где‑то гудели машины, дети бежали в школу, а на соседней улице старушка выгуливала маленькую собачку. Всё было привычно, обыденно — но для неё этот день уже отличался от других. Потому что где‑то там, за пределами её видимости, был человек, который думал о ней даже в спешке. Она сделала глоток кофе — горячий, с лёгкой горчинкой, как она любила. Он помнит. Телефон завибрировал. Сообщение от Джи Хуна: «Уже еду обратно. Пять минут.» Со Хён рассмеялась, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Ну уж нет, — сказала она вслух. — Теперь я тебя никуда не отпущу. Она быстро причесалась, натянула свитер и вышла в прихожую, чтобы встретить его у двери. Когда он поднялся по лестнице и увидел её, в его глазах вспыхнуло удивление, а потом — нежность. — Ты… ждала? — спросил он, снимая куртку. — Конечно, — она шагнула ближе, обняла его, вдыхая запах его кожи, смешанный с утренним холодом улицы. — Ты же обещал вернуться. Он прижал её к себе, целуя в макушку: — Я всегда возвращаюсь. И в этот момент, стоя в узком коридоре, они оба знали: даже если где‑то вдалеке ждут дела и заботы, здесь, между ними, есть место, куда всегда можно вернуться. Место, где тепло, где ждут, где любят. — Позавтракаешь со мной? — спросила она, отстраняясь, но не отпуская его руки. — С удовольствием, — улыбнулся он. — Только сначала… Он наклонился и поцеловал её — мягко, неторопливо, словно стирая последние следы утренней разлуки. А за окном город жил своей жизнью, не замечая, как в маленькой квартире разворачивалась самая важная для них история — история о том, что значит быть рядом и ценить друг друга.  Со Хён как раз допивала второй стакан апельсинового сока, когда Джи Хун отодвинул тарелку и, улыбнувшись, сказал: — Сегодня суббота. А значит — парк аттракционов. Она удивлённо приподняла бровь: — Серьёзно? Ты же вчера говорил, что занят… — Вчера было вчера, — он подмигнул. — А сегодня я свободен. И хочу провести день с тобой. Без телефонов, без дедлайнов — только карусели, сладкая вата и твой смех. Со Хён почувствовала, как внутри разливается тепло. Она вспомнила, как в детстве мама водила её в парк — тогда всё казалось огромным и волшебным, а каждый аттракцион был приключением. — Ты точно уверен? — всё же уточнила она. — Может, у тебя дела… — Никаких дел, — он накрыл её руку своей. — Только ты и я. И ещё, может, гигантское колесо обозрения. Хочу увидеть город с высоты вместе с тобой. Она рассмеялась: — А если я испугаюсь? — Тогда я буду держать тебя за руку. Обещаю. В парке Парк встретил их ярким солнцем и весёлой суетой. Где‑то звенели голоса детей, играла музыка, пахло попкорном и карамелью. Со Хён невольно улыбнулась: — Чувствую себя ребёнком. — И это прекрасно, — Джи Хун взял её за руку. — Давай начнём с чего‑то не слишком страшного? Они прокатились на весёлых машинках, смеясь, когда их «автомобиль» случайно врезался в другой. Потом были качели, поднимающиеся так высоко, что на секунду захватывало дух. Со Хён визжала, хватаясь за поручни, а Джи Хун смеялся, глядя на неё. — Ну что, готова к чему‑то серьёзному? — спросил он, когда они остановились перед очередным аттракционом с крутыми виражами. Она поколебалась, но кивнула: — Только если ты будешь рядом. — Всегда, — он крепче сжал её ладонь. Колесо обозрения Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, они встали в очередь на колесо обозрения. Кабинка медленно поднималась, и город расстилался под ними, как карта, залитая золотистым светом. Со Хён прижалась к стеклу: — Красиво… Джи Хун обнял её за плечи: — Да. Но не так красиво, как ты. Она повернулась к нему, улыбаясь: — Ты всегда знаешь, что сказать. — Просто говорю правду. Они замолчали, наблюдая, как внизу мерцают огни. В этой высоте, в этой тишине, в этом мгновении было что‑то почти священное — как будто весь мир остановился, чтобы дать им эту минуту. — Спасибо за сегодня, — тихо сказала Со Хён. — Это тебе спасибо, — он коснулся её губ лёгким поцелуем. — Без тебя это был бы просто парк. А с тобой — приключение. Когда кабинка опустилась вниз, они вышли, держась за руки, и Со Хён поняла: это был один из тех дней, которые потом вспоминаешь с улыбкой, даже когда вокруг всё сложно. День, когда просто быть рядом — уже счастье. ***  Со Хён и Юна встретились у фонтанчика возле главного корпуса университета. Юна выглядела взволнованной — она нервно теребила ремешок сумки и то и дело оглядывалась по сторонам. — Со Хён, — сразу начала она, едва подруга подошла ближе, — ты уже видела соцсети? — Нет, а что случилось? — Со Хён достала телефон, но Юна поспешно остановила её: — Лучше я сама покажу. Она открыла свой профиль и развернула экран к Со Хён. Там был короткий ролик, снятый, судя по всему, скрытой камерой в коридоре колледжа. На видео Со Хён разговаривала с несколькими однокурсниками, улыбаясь и что‑то оживлённо объясняя. Подпись под роликом гласила: «Смотрите, как Со Хён пытается со всеми подружиться. Манипулирует, чтобы завоевать расположение. Будьте осторожны!» Со Хён замерла. Внутри всё сжалось — не от злости, а от горького непонимания. — Кто это выложил? — тихо спросила она. — Су А, — ответила Юна, сжимая кулаки. — Я сразу поняла. Она давно на тебя косо смотрит. Со Хён медленно выдохнула, пытаясь собраться с мыслями. Она вспомнила, как вчера разговаривала с ребятами — просто хотела помочь с групповым проектом, поделиться заметками. И вот как это представили… — Не обращай внимания, — горячо заговорила Юна. — Все, кто тебя знает, понимают, что это ложь. Ты не такая! — Знаю, — Со Хён заставила себя улыбнуться. — Но неприятно, что кто‑то тратит время на такие вещи. Юна хотела что‑то сказать, но вдруг замолчала, глядя в сторону. Со Хён обернулась. По дорожке к ним шёл Джи Хун. За ним — двое парней из его группы, о чём‑то оживлённо разговаривающих. Но как только Джи Хун заметил выражение лица Со Хён, он тут же отделился от компании и направился прямо к ней. — Что случилось? — спросил он, подойдя ближе. Взгляд его метнулся к телефону Юны, но он не стал спрашивать — просто ждал. Со Хён коротко рассказала. Когда она закончила, Джи Хун молча взял её за руку. — Хочешь, я разберусь? — спокойно спросил он, глядя ей в глаза. — Нет, — она покачала головой. — Это не стоит того. Если я начну оправдываться, это только подтвердит, что меня задело. А если проигнорирую… рано или поздно всем станет ясно, что это просто ложь. Джи Хун кивнул, но пальцы его крепче сжали её ладонь. — Тогда я буду рядом. Чтобы ты знала — ты не одна. Юна, наблюдавшая за ними, вдруг улыбнулась: — Знаешь, Су А думала, что этим роликом заставит тебя нервничать. А на деле — только показала, кто тут действительно поддерживает друг друга. Со Хён взглянула на Джи Хуна, на Юну — и вдруг почувствовала, как тревога отступает. Да, кто‑то пытался её задеть. Но рядом были люди, которые знали её настоящую. — Спасибо, — тихо сказала она. — Вы оба. Джи Хун слегка притянул её к себе, целуя в макушку: — Пойдём? У нас ещё пара через десять минут. Они пошли вместе — Со Хён между Юной и Джи Хуном. Где‑то позади оставались пустые слова и чужие попытки навредить. А впереди — день, друзья и уверенность, что правда всегда находит путь к свету.