Часть 1. Полуночный механик.

      Это не просто поездка.        Это испытание, попытка сорваться с поводка и избавиться от наручников. Это гонка на спасение и выживание. Это побег.        Пространство распахнуто до горизонта, на границе которого светило медленно уходит во мрак, освобождая место для пробуждающегося кошмара. Дорога тянется бесконечной лентой через пустынный ландшафт, оставшийся после катастрофы. Лишь кое-где время от времени можно заметить искореженные трупы автомобилей и неустойчивые на своих арматурах остатки стен зданий. Воздух дрожит от вибраций, предвещая бурю. В зеркалах заднего вида тает одинокий столб пыли в надвигающихся сумерках. Наступает время Странников.       «Черт. Нужно торопиться. Чтобы избежать смерти, нужно быть ещё быстрее».        Ветер, рвущий край кожаной куртки. Блестящие хромированные детали мотоцикла отражают последние токсично-оранжевые лучи солнца, настолько ядовитые, что даже сквозь защитное стекло шлема с УФ-фильтром приходится щуриться. Пилот прижимается плотнее к бензобаку и выкручивает до предела рукоятку газа спортивного черно-фиолетового мотоцикла, заставляя стрелку на спидометре зашкалить. Железный конь дергает и резко рвется вперед, набирая обороты. Двигатель ровно и нещадно рычит, вибрация передаётся через рукоятки и сиденье. Колёса уверенно держат асфальт, изредка подхватывая мелкий гравий. Но этого мало, ночь безжалостно опускается на землю и вступает в свои владения.        «Еще, еще немного, ну, пожалуйста!»       И впереди, будто услышав безмолвный крик мотоциклиста, начинает плыть и вихриться причудливыми волнами густой туман. Дорога становится извилистой и покрывается асфальтом, более темным и меньше покрытым песком и гравием, чем было ранее. На пустынных участках вдоль трассы там, где раньше была лишь растрескавшаяся, сожженная солнцем земля с редким, похожим на ржавую проволоку кустарником, появляются сначала редкие, более здоровые растения, постепенно обрастая деревьями, превращаясь в темный, дышащий опасностью лес. Сквозь плотную дымную завесу впереди, нависая над кронами деревьев и разрезая мрачное, затянутое смогом небо шпилями небоскребов, еле заметными силуэтами проступают границы города. Зона N109.        Самый ценный груз, жизнь, успешно доставлен.

***

      Вечно затянутое туманом небо зоны N109 почему-то именно сегодня ощущалось давящим, словно чугунная плита. Редкие капли дождя лениво стучали по ржавому козырьку над входом мастерской, расположенной на одной из окраин, оставляя тёмные разводы на пыльном стекле.       Внутри мастерской — сумрак и запах металла, машинного масла и старой резины. Холодный свет от уличных фонарей пробивается сквозь грязные окна, рисуя на полу геометрические узоры из теней и блёклых бликов. В воздухе медленно кружатся пылинки, подсвеченные тусклыми лучами светодиодных ламп внутри помещения.       Девушка сидит на низком табурете у верстака. Потертый синий, определенно мужской комбинезон из грубой ткани, надетый поверх замасленной футболки с выцветшим брендом какой-то автомобильной компании, висит на ней, как на вешалке, на руках — следы смазки, едва заметные при скудном освещении. Тёмные волосы с иссиня черным отливом собраны в небрежный хвост, несколько прядей выбились и падают на лицо. На выбритых висках блестят от напряжения мелкие капли пота. Взгляд сосредоточенный, с почти черными мешками под глазами от хронического недосыпа, чуть усталый — видно, что она уже давно здесь. Вокруг — хаос рабочего пространства: вдоль стен — стеллажи с деталями, коробки с болтами и гайками, старые шины; под потолком — свисают разнообразные инструменты,  от гаечных ключей до топора, тени откоторых дрожат в неровном свете лампы; на столе, заваленном всяким хламом типа старых каталогов деталей и мужских журналов интимного содержания, расположился разобранный выхлоп, прямо с рядом кружек давно остывшего кофе. В углу — мотоцикл на подъёмнике, его корпус отражает свет ламп нечеткими пятнами на матовой черной поверхности, а двигатель блестит от свежей смазки.          - Да блять! - Гаечный ключ в очередной раз срывается с детали карбюратора, и девушка со злостью отбрасывает его в сторону, устало прислоняясь спиной к обшарпанной бетонной стене и откидывая голову назад. За время долгого сидения в одном положении шея и спина затекли, и теперь отдавали за неблагодарное отношение  мышечной болью.        Из приоткрытой двери доносится глухой гул города: далёкие гудки, шум проезжающих машин, металлический скрежет где‑то вдали. Но здесь, в мастерской, время будто замедлилось.        Это бункер относительной безопасности. В зоне N109 всё относительно.       Это место сурово и безжалостно, мастерская тесна, а утро хмуро, но здесь, среди металла и масла, она впервые в жизни чувствует себя на своём месте. Потянувшись, механик вновь берет в руки гаечный ключ, собираясь продолжить работу, но внезапно раздавшийся сигнал сообщения на телефоне привлекает её внимание. Она берет в руки телефон и, прихватив с собой лежащую рядом пачку сигарет, открывает противно скрипящую дверь мастерской и выходит на воздух, который даже протравленные легкие курильщика не назовут свежим.        Девушка губами достает сигарету прямо из пачки и зажимает. Хлопая рукой по бесконечным карманам своего рабочего комбинезона в поисках зажигалки, второй она пытается открыть сообщение, но не успевает, прерванная входящим звонком. Она ненавидела утренние звонки. Все важные вещи либо происходят ночью, либо вообще не происходят. Утро - время последствий. А последствия Руна предпочитала чинить руками, а не словами. Но темноволосая все же нажимает «принять» и прикладывает смартфон к уху, продолжая поиски источники огня.       - Йо, волчонок, судя по камерам, ты опять всю ночь выла на луну? - Бодрый и жизнерадостный голос коллеги из основного офиса на том конце неприятно резанул барабанные перепонки. Слишком высокий и громкий для мужчины.       - Сложный заказ, - монотонно ответила собеседница, наконец найдя искомое и прикуривая. Первая затяжка, как первый вдох для младенца, будто расширяет лёгкие и отдает в голове головокружением.       - Ага, понимаю, Сид опять пытается вернуть к жизни свою развалюху.       - То, что мертво, дважды умереть не может, - в трубке слышны поспешные шаги и немного учащенное дыхание коллеги, от чего девушка немного хмурится, прикидывая, чем для нее может обернуться внезапный утренний звонок. Сбывшееся предположение не заставляет себя долго ждать, обернувшись перешедшим на шепот голосом:       - Хочешь заняться кое-чем поинтереснее? - Дыхание стало еще чаще и тяжелее, - Слушай, обычно этим вопросом занимается Майк, но он…       - В длительном отпуске.       - Да! Или Норт, но он сейчас…       - В очередной раз забухал, - выпуская новую порцию дыма из легких, закончила фразу механик, - Так в чем суть, Крис?             - Сверхважный клиент, суперсрочный заказ с выездом «на дом» и максимальной конфиденциальностью. Оплата в тройном размере, - судя по звукам, на том конце почти кончили от испытанного словесного оргазма, - Я всё организую и буду на встрече с тобой. Твоя задача - всё сделать красиво, быстро и с вежливой улыбкой.        - Ты меня с кем-то перепутал, - констатировала девушка, затушив сигарету в пустой консервной банке, специально примотанной проволокой к старому деревянному столбу  забора для таких целей.       - Руна! Я же не прошу тебя надраивать капот Феррари в мини-юбке и пене?! Если шеф вернется и узнает, что мы подвели ЭТОГО клиента, на корм Странникам отправлюсь не только я, но и Норт с Майком тоже!        Брюнетка закатила глаза, будто молясь всем существующим богам о терпении, ощущая своей порядком исхудавшей, но все еще мягкой пятой точкой, что ей точно не стоит влезать в это дело.        - Пожаааааааалуйста, только один раз, ВЫРУЧИ! А потом дальше оживляй своих доисторических монстров! Ты же гений болтов, масла и железок! Богиня аккумуляторов! Звезда этих, как их…        - Тормозных пластинок? - С легкой улыбкой спросила девушка, небрежно поправляя съехавшую на плечо лямку комбинезона.       - Да, именно их! Только… Оденься поприличнее, пожалуйста. Мы же не хотим, чтобы кто-то узнал, что мы взяли человека не из главного офиса, не тот уровень, понимаешь…        - Высылай адрес и время, - механик перебила собеседника и достала еще одну сигарету из пачки, с грустью вспомнив об уже почти покрывшемся льдом кофе, - И еще, Кристиан. Тормозными бывают только диски.       Нажав кнопку отбоя, Руна снова закурила, глядя на всегда одинаковое небо, благодаря которому день и ночь здесь слились в единую, размазанную по году массу, и лишь даты на календаре и часы позволяли не забыть, что зона N109 всё ещё живет во временном потоке.        Продолжая вдыхать ядовитые пары, брюнетка вспомнила об ожидавшем ее непрочитанном сообщении. Тапнув по экрану несколько раз, она судорожно выдохнула, стирая сообщение не только из диалога, но специальным приложением и из кэша памяти, пытаясь хоть так по максимуму зачистить электронный след.        «Мой сладкий сахар🖤 Пт, 19 нояб, 9:40: Зверь спит. Постарайся не шуметь в пещере, чтобы не разбудить.»        Руна поёжилась, только сейчас осознав, что дождь усилился, и холодные капли стремительно затекали за воротник футболки. Она быстро преодолела расстояние в несколько шагов до двери мастерской. Не стоило ей влезать в это дело.

***

      Фонари и неоновые вывески бросали на мокрый асфальт янтарные и багровые кляксы, словно кровь, пролитая в невидимом сражении. Их периодическое неверное мигание лишь подчеркивали мрак, выхватывая из темноты фрагменты реальности: облупившуюся штукатурку на стенах, ржавые пожарные лестницы, свисающие, как паучьи нити, грязные витрины закрывшихся на ночь магазинов. Казалось, что каждый переулок - это портал в ещё более темную и обманчиво тихую реальность. Руна не зря выбрала этот путь для своего прибытия в конечную точку. Она оставила мотоцикл за два квартала до места встречи, приехав на час раньше.        В глубине промышленного района, за рядами серых складов и опустевших цехов, притаился бар - яркий и сияющий прямоугольник света в царстве бетона и металла. Время от времени двери открывались, и широкая полоска теплого света падала на ещё не высохший после ливня асфальт и маслянисто блестящие лужи. Люди самых разных типажей и внешнего вида входили и выходили, иногда доносились голоса и негромкая музыка изнутри здания. Освещённые окна казались редкими островками жизни в этом царстве тьмы.  Элизиум.        Руна сидела на грубой рифленой крыше, покрытой местами ржавчиной и мхом, одного из заброшенных невысоких складов, стоявших прямо напротив бара. Спустив ноги через низкое ограждение, сделанное из металлических труб с облупившейся от времени и влаги краской, она положила руки на влажные цилиндры и уперлась в них подбородком, внимательным и цепким взглядом выхватывая каждого персонажа этого вечернего театра. Её силуэт сливался с тенью от стоявших рядом зданий повыше, скрывая от случайных взглядов вышедших покурить посетителей Элизиума. Время от времени ветер трепал её распущенные пряди, то бросая их на лицо, то снова опуская на плечи. Выполнив просьбу Кристиана, ну, почти выполнив, девушка надела свою немного потрепанную кожаную куртку, черные зауженные мотоциклетные джинсы с кевларовыми вставками и новые мотокроссы, отражающие во время езды яркими сине-фиолетовыми вставками фары проезжавших машин и дорожное освещение. Руна достала смартфон из кармана. До полуночи оставалось каких-то семь минут, а не один герой, соответствовавший статусу «сверхважный клиент, суперсрочный заказ», так и не появился. Лишь парочка странных ребят, приехавших на дорогом автомобиле и сейчас о чем-то громко споривших, да пошатывающийся мужик за углом здания, уже пристроившийся между закинутых к нему на талию ног дамы не очень тяжелого поведения.        Руна вздохнула с некоторой долей облегчения. Возможно, она снова себя накрутила до ручки, если даже докатилась до того, что устроила пункт наблюдения. Последние полтора года прошли в относительной тишине и покое, «зверь спит», и её единственная задача - не отсвечивать лишний раз. Гонка по пустой дороге среди мертвого города закончилась 18 месяцев назад, но механик все еще иногда по ночам чувствовала зловонное дыхание смерти в затылок. К бару подъехал новый гость, дорогой спорт-кар так и сиял салонной чистотой и дороговизной, абсолютно не вписывающейся в общую атмосферу места.        «Позёр», - хмыкнула про себя девушка, увидев знакомую макушку вылезавшего из машины человека.        Очередная сигарета загорелась слабым тлеющим углем в темноте. Девушка подошла к шаткой, готовой в любой момент рассыпаться прахом пожарной лестнице и натянула кожаные перчатки, не утруждая себя ступеньками, просто схватилась за боковины из труб и съехала вниз, проскользив подошвами ботинок по металлу и быстро преодолев два этажа здания. Она не торопясь вышла из подворотни, медленно вдыхая и выдыхая дым, и с самым невозмутимым видом направилась ко входу в Элизиум.        Кристиан уже ждал её, бросая нетерпеливые взгляды на свои дорогие часы и время от времени проверяя ключом закрытие автомобиля. Он был худощавого телосложения, на котором даже самый дорогой костюм смотрелся, как папин свадебный смокинг на прыщавом подростке. Черты лица скорее острые, чем округлые: выступающие скулы, заострённый подбородок. Узкие, серые, чуть прищуренные глаза с быстрым, скользящим взглядом — словно постоянно «ощупывают» собеседника, выискивая слабые места. Грязно-желтого оттенка волосы, тщательно прилизанные на боковой пробор. Внешность хитрого и пронырливого человека, которая выдаёт его натуральную склонность к изворотливости — не кричащими деталями, а едва уловимыми нюанансами. Идеальный типаж того, кто способен тебе втюхать что угодно и за какие угодно деньги. Руна ему не доверяла, но и подставлять под удар не хотела, потому что, в отличие от него, собратья по гаечному ключу Майк и Нортон были нормальными, простыми работягами.        - Руууууунааааа!.. - Менеджер по продажам головного офиса „No Limits” театрально схватился за голову, - Я же просил - поприличнее!        Девушка задумчиво склонила голову набок, осматривая свое искривленное отражение в наполированной двери машины Кристиана:       - А что здесь неприличного? Или мне стоит перебирать моторы в вечернем платье и на шпильках?       - Нет, но… - Он быстро стрельнул глазами куда-то через плечо механика и привычным, неторопливым, но точным жестом взял её за плечо, разворачивая на 180 градусов, - Пойдем, нас уже ждут. Таких людей нельзя заставлять людей ждать.        Девушка на секунду оцепенела, будто готовая дать по газам в любой момент, а затем медленно повернулась и двинулась за Кристианом, прищуренным взглядом холодных, почти черных глаз определяя цель. Походка парня была легкой и быстрой, а обычно чуть сгорбленная спина выпрямилась, как по команде, приобретя идеальную осанку.  «Пропустила?»        Но уже через секунду её настороженность сменилась удивлением и непониманием. Они с коллегой приближались к все ещё спорящей парочке парней, которых Руна ранее определила как «неинтересных и безопасных». Хотя считать кого-то «безопасным» в зоне N109 было верхом сумасшествия и глупости.        - Господа, добрый вечер! - Кристиан расплылся в сияющей улыбке, прерывая спор парней и изображая максимум возможной радости от столь невероятной встречи, - Надеюсь, мы не заставили вас слишком долго ждать!              Эти двое обернулись, как по команде, одновременно замолчав, скрестив руки на груди и приняв непринужденные позы. Их лица были спрятаны за масками с длинными клювами, напоминающими хищных птиц. Через прорези в куртках с капюшонами, на которых значились цифры 06 и 07, выступали красные рога, на концах которых болтались сережки-кольца. Оба парня были одеты полностью в черное и абсолютно неотличимо идентичны, будто кто-то сделал качественную копию. Оба высокие и подтянутые, со спортивным телосложением, как натянутая тетива лука.        - Опаздываетеее… - Капризно протянул приятным тенором тот, что стоял слева, тыкая пальцем в несуществующие часы на запястье, - Вы должны были быть здесь ещё 32 секунды назад.       - Это непозволительная роскошь - так бесцеремонно тратить наше время, мой дорогой Кристиан! - Вторил ему на более низких частотах экземпляр справа, кивая головой в знак согласия.        Руна скептически приподняла правую бровь, пытаясь найти в этих клоунах хоть какой-то мельчайший намек на «супермегагиперважного клиента», от которого должен случиться экстаз, инфаркт и помрачение сознания одномоментно.           - Господин Люк, господин Киран, приношу искренние извинения от моего лица и лица компании, - с выражением вины на лице торжественно произносит Кристиан, растирая ладони и немного наклоняя голову вниз, - Наш новый механик, которого я вам рекомендовал, немного… Не дисциплинирована.         - А? -  Мысленно делавшая пометки о господине «два по цене одного» девушка, которая уже собиралась поздороваться и перейти к делу, прервав этот карнавал безумия, опешила от подобной наглости. «Клоны», как окрестила их брюнетка у себя в голове, наконец-то обратили на нее внимание, и ей даже показалось, что она чувствует недоверие и скепсис, исходящие из прорезей для глаз в масках. Они, не глядя друг на друга, начали обходить механика по кругу по широкой дуге, осматривая со всех сторон, отчего Руна ощутила себя товаром на витрине и скрестила руки на груди, в неосознанной попытке защититься. В момент, когда оба парня оказались за её спиной, волосы на затылке девушки зашевелились, а спина напряглась, как будто в ожидании удара.        Никого нельзя оставлять в зоне слепого пятна вне обзора.       Руна медленно вдохнула и выдохнула, стараясь сдержаться и не повернуться к ним лицом. Тревожность - откровенно хреновый признак. А парни медленно, словно коты на мягких лапках, нарезающие круги вокруг мышки, продолжили свой обход, снова нарисовавшись в зоне видимости. Внутренний голос немного успокоился, вернув место остывшему разуму.        Плохо. Она теряет самообладание. Нервы ни к черту. Такое нельзя допускать.        - Ну и? -  Девушка по очереди смерила их взглядом, оставаясь в защитной стойке, и ухмыльнулась, - Будем брать рабочую лошадку и заниматься делом или ещё и аукцион проведем с предварительным осмотром зубов?       - РУНА!!! - Кристиан почти взвизгнул, уже определенно миллион раз пожалев, что предложил это дело брюнетке, и поседев на несколько прядей драгоценных волос.       - Честно говоря, ты больше похожа на хулиганку из старшей школы, чем на профессионала, - задумчиво склонив голову набок и взявшись за подбородок большим и указательным пальцами, произнес экземпляр с цифрой 06.       - Но так как выбора у нас нет, пойдем, посмотрим, что может сделать один из лучших безлимитных автомехаников, - 07 продолжил за своим клоном, развел руки в стороны и пожал плечами, будто смирившись с таким исходом и выражением: «Ну, что поделать».        Где-то на заднем фоне Кристиан тоскливо причитал о своей несчастной судьбе, обещая сделать всё, чтобы у Руны вычли максимальный процент из зарплаты и лишили премии.        «Вот и помогай этой крысе в дружеском обличии…», - девушка цокнула языком, но промолчала, решив, что лучше не выставлять окончательно своё, пусть и не прямое, но какое-никакое руководство по занимаемой иерархии в компании, полным идиотом. «Клоны» подвели их к той самой машине, которую механик заприметила ещё с крыши. Вблизи им оказался винтажный автомобиль, с той самой харизмой старых моторов, похожих на притаившихся хищников перед броском. Глянцевая поверхность кузова глубокого черного цвета ловила отблески неоновых вывесок Элизиума и казалось поглощала их, а хромированные детали — решётка радиатора,ободки фар, боковые молдинги — мерцали холодным металлическим блеском. Длинный капот с едва заметной выпуклостью намекал на скрытую мощь, а короткий багажник и плавные линии кузова придавали машине грацию, доступную только поистине дикой природе. Это была не просто машина — это был символ свободы, заключённый в металле и стекле. Руна не могла оторвать восторженный взгляд от идеальных в её понимании изгибов силуэта, четко отточенных и безупречных деталей без лишней мишуры, осознания того, что там, под капотом, настоящая гончая из Ада.       - Slyverno Phantom Zero… - Восхищенно произнесла брюнетка, боясь даже прикоснуться к этому произведению искусства.       - Ага! - В один голос ответили «клоны», встав по обе стороны за плечами девушки и разделяя её восторг.       Вот только…. Только сейчас этот благородный хищник был больше похож на побитую собаку, которая прошла через второе  пришествие Странников и ещё несколько войн до кучи. Разбитые лобовое и заднее стекла, царапины и вмятины на капоте и боковых дверях, одна особенно глубокая проходила через весь корпус, погнутые передние стойки и ушедший в сторону передний отсек корпуса, а ещё вполне себе характерные дыры, превратившие некоторые детали в решето. Руна перевела обвинительный взгляд с масочников на Кристиана и обратно, смотря на них с глубоким осуждением, как на тех, кто разрушил святыню.        «Так вот в чем суть экстренного вызова на дом».       - Мы врезались в столб, - снова синхронно произнесли парни, - Это был большой столб.       - И длинный.       - И он лежал.        - А это… - Девушка сняла перчатку и царапнула ногтем по взорванным краям металла вокруг пулевого отверстия на водительской двери, - …я полагаю, дырки от рогов оленя, который очень удачно припарковался возле того же столба, и вы его сбили.        - Ага-ага! Это был гигантский олень с очень большими рогами.       - И это не мы сбили его, а он нас, и даже несколько раз, - поддержали оба наитупейшую легенду, которая пришла в голову брюнетке, кивая головами.       Кристиан стоял молча, как-то мрачно осматривая автомобиль и, видимо, испуская последний дух. Девушка моргнула. Один раз. Второй. Посмотрела на своего старшего коллегу из продаж, который продолжал становиться всё мрачнее с каждой секундой и еле заметно отрицательно покачал головой, сжав губы в тонкую линию и будто предчувствуя дальнейший ход событий.       - Да вы, блять, издеваетесь… - Руна сжала зубы до боли в челюстных суставах, - Отказываюсь.       Брюнетка резко развернулась на пятках и, растолкав стоящих слишком близко «клонов», быстрым шагом двинулась в противоположную от компании сторону. Криминал - последнее, во что ей следовало ввязываться, тем более, с такими сомнительными сопровождающими.       - РУНА, ПОДОЖДИ, ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА! - Кристиан рвется вперед, пытаясь схватить за руку, но девушка ловко отводит руку в сторону, и между пальцев менеджера остается только воздух.  Она ускоряет шаг, стараясь построить в голове маршрут так, чтобы не выдать положение своего мотоцикла на случай, если начнут преследовать и захотят наказать.        Долгое бегство оставляет свой отпечаток.        - Эй, механик, полегче на поворотах, тебя ещё никто не отпускал! - Руна чувствует, как её запястье оказывается в железной хватке цепких пальцев, а вторая рука уже исчезает под курткой парня в маске.        Время замерло. И секунды начали тянуться, как расплавленная резина.        «НЕТ!!!»        Но было уже поздно. И Руна почувствовала это. Как начали движение катионы и электроны в её теле. Как пульсируют её мышцы от разрядов под кожей. Как ускоряется дыхание. Как приподнимаются волосы и закручивается в невидимые потоки воздух вокруг тела, как хаотичный поток атомов вокруг приобретает порядок. Как собственное сердце ускоряет ритм, проводя через себя больше количества электрических потенциалов, чем того требуют физиология.        Рефлексы не обманешь.       Всё происходило, как в замедленной съемке. Тонкие голубые нити электричества заплясали на кончиках пальцев, становясь всё ярче и превратившись в ослепительные, мощные разряды. Раскат грома разрывает внезапную пространственную тишину. Голубые молнии с шипением оплетают фигуру парня, на мгновение превращая его в силуэт, очерченный холодным светом. Его тело дёргается, мышцы сводит судорога от пронзительного удара тока. Затем — резкий рывок назад: невидимая сила швыряет его через улицу и припечатывает с глухим ударом в кирпичную стену бара. Он сползает на мокрый асфальт, а вокруг всё ещё танцуют остаточные разряды, оставляя в воздухе запах озона. Девушка замирает, тяжело дыша, и всё  снова оживает, будто кто-то нажал на кнопку запуска.        Руна обхватывает запястье правой руки ладонью левой и опускает вниз, с запозданием осознавая произошедшее. Кисть всё ещё дрожит, а кожаная перчатка дымится, воняя горелой кожей. Она не поднимает взгляд и видит в отражении грязной лужи свои проклятые глаза. Зажмуривается на секунду. И всё исчезает. Остается лишь мутный силуэт на вибрирующей поверхности воды.         Он напал. Она защищалась.        И всё равно — это увидели.       Не так, как видят прохожие. Так, как видят те, кто умеет считать последствия. Холод прошёл по позвоночнику раньше, чем пришла мысль: она только что перестала быть тенью.       Брюнетка видит Кристиана, с ужасом смотрящего на нее, открывающего и закрывающего рот, как рыба, которую достали из воды и бросили корчиться на песчаном берегу под палящим солнцем. Видит второго клона, нацелевшего на девушку пистолет и уже взводящего курок, но внезапно замирающего, будто прислушиваясь к чему-то. Он медленно опускает оружие, и Руна даже может представить его злобный взгляд из-за прорезей маски, но тут же переводит ствол на уровень груди шокированного Кристиана. Исход стал понятен. Если тебя не убили сразу - значит, ты зачем-то нужен. А значит, бежать поздно. Бежать нужно было раньше. Сейчас приятный тембр голоса парня больше похож на злобное шипение кошки, которую окатили водой:       - Лучше не убегать и пойти с нами, механик с сюрпризом. Босс хочет тебя видеть. Лично.              Она знала этот тон. Так говорят не о человеке - о проблеме. Которую нужно изолировать, запереть или присвоить. И в этот момент Руна поняла: хуже уже не будет. Хуже - уже случилось.