Глава 33

Рита Итана выписали, и два дня рядом со мной не появлялся никто из Слизерина. Зато снова приходил Амит, а ещё Поппи и Натти выкроили время. Но больше всех меня удивил визит Стефани Брайт.       - Понимаю, почему ты отказалась помогать с организацией. - усмехнулась она. - Но я думала, ты будешь выглядеть куда хуже.       - Спасибо за комплимент. Она рассказала мне, что утвердила с учителями свою идею и даже согласовала это с директором.       - Твоё имя пришлось упомянуть несколько раз. - закатила она глаза. - Без него Блэк даже глаза на меня не поднимал.       - Сколько в Хогвартсе магглорождённых?       - Всего 9 человек, включая нас, и мы самые старшие.       - А первокурсники есть?       - Трое. Самое большое количество первогодок-магглорождённых как раз в этом году. Несколько раз были по двое. Я была одна. - она прокашялалась. - Я хотела скинуть на тебя составление плана, но думаю, что справлюсь сама. Твоей задачей будет отвечать на их вопросы, когда они возникнут, помогать им, когда попросят, и иногда выступать на наших собраниях вместе со мной.       - Когда будет первое знакомство?       - Когда выйдешь из больничного крыла. Ночью становилось особенно плохо. Боль волнами покрывала поверхность синяка, несмотря на обезболивающее. Говорили, что без него было бы ещё хуже. Мне досталось от какого-то заклинания, смешанного с тёмной магией, и я ещё легко отделалась. Я боялась предположить, что это из-за того, что где-то под ключицами у меня томится магия, полученная от Инфернала. “I am used to this (я привыкла - прим. автора), получается.”       - Однажды я стану артефактом. - расчехлила я бредогенератор. - Я получу столько урона от тёмной магии, что начну её поглощать от безысходности, и меня можно будет использовать как резонатор для какой-нибудь мега-магической пушки. На фоне драмы с Итаном моя безответная любовь к Оминису казалась какой-то шуткой, вообще не стоящей внимания. Я хотела ему признаться в этом году, но не хотелось окончательно доломать нашу компанию ещё одной неловкой ситуацией. “По Оминису, конечно, никогда не поймёшь, что он чувствует. И даже если он откажет мне и никому об этом не расскажет, мне будет неловко. А если…а если не откажет? Это будет ещё хуже!” Я опустила лицо в подушку и завизжала в неё.       - Тебе настолько больно? - возник он рядом с моей койкой. Я испугалась, но в подушку, так что повезло.       - Снова прячешься в темноте?       - Я снова не знал, что темно. И это не ответ на мой вопрос.       - Визг в подушку был по другому поводу, но ночью боль сильнее. Что ты тут забыл?       - Не хотел оставлять тебя в неведении по поводу ситуации с Итаном.       - Ох, погоди, я сяду.       - Тебе помочь?       - Нет, спасибо. Ай! Я готова. Оминис поговорил с Анной. Она была поражена, но ей сильно полегчало, ведь с Итаном, получается, шансов никогда и не было. После этого они вдвоём разговаривали с Себастьяном в Андеркрофте. Сначала Анна рассказала ему, что произошло в палате, затем Оминис рассказал ему, что слышал, находясь тут.       - Драки не состоялось, но теперь в нашей спальне чувствуется напряжение. Итан совершенно подавлен, а Себастьян вздрагивает от каждого шороха. Так что я решил проведать тебя, а заодно дать им возможность поговорить. Они слишком громко думают. Надеюсь, Себастьяну хватит мозгов сохранить дружбу.       - А если бы я спала?       - Если бы ты спала, я бы пошёл тренироваться в Андеркрофт.       - Никто из вас не был у меня целых два дня. Я уже начала беспокоиться.       - Я навещал тебя, но ты спала, и я тебя не будил.       - Приходить днём как Амит или Поппи с Натти - это слишком для тебя, да?       - Если выше шанс, что нас кто-то увидит нас наедине, то я предпочту не гневить судьбу.       - Предположу, это не потому что ты меня стесняешься.       - Это могут передать моему отцу, и тогда начнутся дополнительные вопросы, на которые я не готов отвечать. Я поджала губы. Резкая боль в боку заставила сжать ещё и зубы.       - Можно я сделаю кое-что? - спросил Оминис. - Тебе надо будет показать мне свой бок.       - Вот так вот сразу? - вспомнила я старую шутку.       - Да, без кофе у мадам Паддифут. Оголяйся. Я опешила.       - Хорошо, господин. Он фыркнул. Оминис поднёс палочку к синяку и поводил ею над ним.       - Твоя рана от Инфернала полностью затянулась, верно?       - Да.       - А реакция на эту гематому от неё есть?       - Нет. Но мне сказали, что я относительно легко отделалась, будто тело в какой-то степени адаптировано. А что?       - Не хочу высказывать предположения, пока у меня нет каких-то фактов.       - Значит, там ничего хорошего.       - Тебя не затруднит дать мне воспоминание о том, как на вас напали? Это поможет в исследовании. Я положила воспоминание в первую попавшуюся колбу, которую он нашёл где-то в соседней тумбочке.       - На следующей неделе у Себастьяна отборочные. - спрятав сосуд в мантию сказал он. - Надеюсь, к тому моменту тебя уже выпишут, и ты сможешь посмотреть.       - Да, квиддич в прошлом году полностью прошёл мимо меня. Пролетел, я бы сказала. Но теперь в команде будет мой друг, так что это обретает смысл.       - Он обещал тренироваться всё лето, но мне кажется, что он больше уделял времени пирогам, чем полётам со снитчем.       - Так поэтому он бесится. Как ты и говорил - откат от сахара. Его лицо приняло какое-то странное выражение, а потом он усмехнулся.       - Бедный Итан. Мне кажется, что безответная любовь - это очень тяжело. - сказала я. - Особенно в том треугольнике, в котором он оказался.       - Он бедный, потому что влюбился в человека, которого сложно любить.       - Всех сложно любить. - сказала я. - Главное, что его это не пугает.       - Пугает только непосредственный объект любви.       - У Сэллоу случайно нет южных кровей?       - Это бы многое объяснило, но нет. Он просто такой. Мы ещё немного поболтали, и он ушёл. Я обняла подушку и мечтательно вздохнула, прокручивая в голове наше с ним взаимодействие. “Его приказной тон звучал очень…пикантно? Нет, а правда, что если он вдруг скажет “Канеш, Ритуха, давай!”. Нет, так он не скажет. “Маргарита, я приму ваше предложение, ведь всё это время я тоже о вас мечтал”. Нет, это перебор. Мечтать ведь не запрещено? Вот он соглашается. Не важно, как. Негласно. И вот мы пара. Что тогда? Что изменится?” И тут я вспомнила свой сон про поцелуй и его пальцы, скользившие по моей руке, внимательно изучая каждый миллиметр кожи. “Рита, перестань, тебе надо спать!”