Глава 17. Язва

После того как мультсериал буквально содрал с компании кожу, выставив их самые постыдные секреты на всеобщее обозрение, наступила оглушительная тишина. Глобальное унижение Феликса и Агаты выжгло последние мосты. Только Аля и Дейзи по-прежнему держались друг за друга, боясь, что поодиночке их снова затянет в цифровой вакуум. Агата исчезла с радаров: ни привычных извинений, ни попыток «все исправить». Она понимала, что ее образ «святой» рассыпался, обнажив такие же страхи и скрытую неприязнь, как у остальных. Тяжелее всех пришлось Кристине. На фоне стресса вернулись демоны прошлого: голоса из абьюзивных отношений, в которых ей годами внушали, что она «толстая и никому не нужная». Эти призраки спровоцировали тяжелое обострение РПП. Две недели она почти не ела, пока старый гастрит не превратился в острую резь. Организм, истощенный физически и морально, окончательно сдался — ее увезли на скорой. В палате пахло антисептиком и казенной тоской. Обезболивающее превратило мир в вату, когда дверь наконец скрипнула. Зашёл врач — замученный парень в белом халате, с темными кругами под глазами и аурой крайнего недовольства жизнью. — Добрый день, я ваш лечащий врач… Голос ударил по ушам знакомой, едкой интонацией. Кристина с трудом сфокусировала взгляд. Феликс. Планшет в его руках заметно дрогнул. Он замер, узнав в бледной пациентке Кристину, с которой еще неделю назад смотрел тот злополучный мультик. — Ну просто превосходно, — выдохнул он, мгновенно отбрасывая врачебную этику. Кристина поморщилась от резкой боли в подреберье. — Феликс?.. Ты же вроде на скорой работал? — Об этом потом, — он подошел ближе, вешая медкарту на спинку кровати. Злость уступила место профессиональной привычке: он сел рядом и взял ее руку, проверяя пульс. Его пальцы были холодными, но хватка — уверенной. — Мы все посыпались после того просмотра. Но ты, я вижу, решила просто исчезнуть физически? Что случилось? Кристина отвернулась к окну, поджав губы. — Ты рассказывать будешь или как? — А можно мне другого врача?.. — едва слышно прошептала она в стекло. — Ахуеть, сказали гости, Николай сосал у Кости, — Феликс нервно дернул плечом. — Я шесть лет пахал в меде, чтобы ты сейчас другого требовала? Не доверяешь мне, что ли? — Ну, как сказать… — Здрасьте, приехали. Еще что? — Да Феликс, я серьезно, — она посмотрела ему прямо в глаза, и в них блеснули слезы. — Слушай, ты можешь пойти к заведующему, но по причине «он мне не нравится» меня не поменяют. Смирись, я тут тоже не по своей воле. Глаголь истину: с чем привезли? В бланке только общие фразы. Кристина замялась. Рассказывать ему про свой срыв и осознанное истощение было невыносимо. — Крис, время идет. Будешь молчать — ничем не помогу. — Я не ела неделю. Наверное. — Заебумба, — процедил он сквозь зубы. — Заткнись, а? Короче, режущая боль вот здесь, — она приложила ладонь к правому боку. — Окей. За эту неделю «самоуничтожения» что пила? — Воду… Чай, кофе без сахара. — С лимоном? — С лимоном, — буркнула она. — А что-то из разряда «советы для похудения» из интернета? — Феликс прищурился. — Сода с лимонной кислотой. — Ну прям полный набор. В спину или поясницу отдает? — Вроде да. Феликс что-то быстро записывал, скрипя ручкой. Затем протянул ей листок. — На анализы завтра. Окей? — А без зонда можно?.. Глотать эту трубку… Феликс, я там сдохну. — Нет, нельзя, — буркнул он, не поднимая глаз. — Ну Феликс, пожалуйста! — взмолилась она. Он поморщился, глядя на ее испуганное лицо. — Тц… ладно. Пока без зонда. Посмотрим на кровь сначала. Скоро ужин — ты должна поесть. Именно должна. Ночью Кристине стало легче. Сон не шел, и она решила изучить отделение. Коридоры были погружены в густой сумрак. У поста медсестры она увидела знакомую макушку: Феликс сидел под лампой, обложившись журналами. Было видно, как он борется со сном. В какой-то момент он все же «клюнул» носом и задел локтем полную кружку. Кофе хлынул на стол, заливая отчеты и рукав халата. Послышался тихий яростный мат. — Помочь? — Кристина вышла на свет. — Да уже всё… — он судорожно вытирал стол салфетками. — Ты чего тут бродишь? — Днем выспалась. — Ясно. Дальше пойдешь или как? — Могу тут посидеть, если не мешаю. — Я не против, сейчас приду, — он ушел в ординаторскую и вернулся в чистом халате. Кристина уде принесла себе стул. — Феликс.. — Да? Феликс повернулся к ней, вертя в руках ручку. — На дежурстве — потому что единственный проебался. — Ну, смотри: при подозрении на язву я обязан был назначить тебе зонд. А я не назначил, пошел на поводу у пациента. Если заведующий узнает, по головке не погладит. — Ясно… А по поводу скорой? — Был да сплыл. Неделю назад начальница вызвала и тоном «пошел нахер» объявила, что наставница уходит на пенсию, договор расторгают — и вали в госку. Видимо, я их всех там задолбал. Вот, теперь телепаюсь тут. — Но почему именно это отделение? — Смотри, я ординатор. В госухе это значит, что ты — бесправное существо. Тебя кидают туда, где не хватает рабочих рук по принципу: «Принеси, подай, иди нахуй, не мешай». Меня сюда запихнули два дня назад. А с тобой вообще ирония: сижу в ординаторской, заходит заведующий и кидает мне твой бланк со словами: «Пиздуй работать, херли сидишь». Вот и поработали. Она криво усмехнулась — Так нам обоим тут не сладко. Ты — потому что система, я — потому что идиотка. Феликс хмыкнул. — Самокритично. Ладно, признаю, в Цирке ты была чуть поумнее. Там ты хотя бы понимала, что если не будешь что-то делать, то за этим стоят свои последствия. А тут решила, что кофе с содой — это отличный план. Кристина опустила голову. — Да я вообще ни о чем не думала, Феликс. Просто… всё вспомнилось. И Марк, и лаборатория... Феликс замер. Его взгляд стал тяжелым. — Крис, — начал он необычно тихо. — Посмотри на меня. Ты вообще видела себя в зеркале? Тебя ветром шатает. — Но те серии... теперь все знают, какая я слабачка. — Плевать на всех, — отрезал Феликс. — В этой больнице сейчас есть только врач и пациент. И врач тебе говорит: ты не имеешь права позволять какому-то прошлому придурку решать, жить тебе или нет. Он потянулся к чашке, но она была пуста. — Ладно, философский час окончен. Иди спать. Тебе завтра кровь сдавать. А я буду журналы заполнять, иначе заведующий меня в морге практиковаться заставит. И, Крис... Утром я проверю. Если увижу, что не ела — пойдешь на зонд без очереди. Поняла? — Поняла, — Кристина слабо улыбнулась. — Спокойной ночи, Феликс. — Да какая она спокойная... Иди уже. Она побрела по темному коридору обратно.