Глава 5.

— Грейнджер, — снова позвал её Драко с какой-то невыносимой нежностью, из-за чего она позорно застыла, стоя к нему спиной, даже боясь представить, что может сейчас на неё обрушиться. — Прошу тебя, посмотри на меня. Гермиона сглотнула, борясь со своим страхом и обидой. Она не хотела видеть его сегодня, вплоть до следующей их встречи, но её чёртово сердце, которое никогда не умело ему сопротивляться, буквально заставило Грейнджер развернуться и бросить на него короткий взгляд. Малфой выглядел потухшим, поникшим и виноватым. Он упрямо пытался поймать её блуждающие глаза и в итоге одержал победу, когда Гермиона больше не смогла бороться с искушением вновь получить минимальную дозу его внимания. Ненормальная. Больная. Дура. — Грейнджер, прости, — искренне сказал Драко, удивляя её. — Я переборщил, ты ни в чём не виновата передо мной. Я вёл себя… отвратительно. Как настоящий мерзкий и противный таракан. — Гадкий, — поправила его Гермиона шёпотом. Он улыбнулся, наотмашь сбивая с ног её гордость. Гермиона практически растаяла от его ласкового взгляда, матеря себя всеми ругательствами, какие только могла припомнить. Но, разумеется, ничто не спасло её характер от обаяния Малфоя, которое действовало так разрушительно лишь на Грейнджер. — Я не хотел обижать тебя, — Драко поморщился и решил всё-таки быть честным. — Вернее, хотел, но совсем по другой причине. — Какой? — тихо уточнила она, делая ровно два шага к нему, не давая себе приблизиться достаточно близко к Малфою, зная, что тогда её мозги точно превратятся в кашу. Драко на миг опустил голову, словно собирался с силами, чтобы сделать сенсационное признание. Он явно подбирал слова и прокручивал их в голове, как делал бы перед зеркалом, репетируя важную речь. Гермиона позволила себе лёгкую, с ноткой умиления улыбку и сжала кулаки. Он наконец-то посмотрел на неё, и в его глазах она увидела отголоски злости и чего-то ещё, того, что раньше никогда не наблюдала во взгляде Драко Малфоя. Гермиона почему-то ощутила томление в груди и желание сократить между ними жалкое расстояние. Если понадобилось бы, она протиснулась через решётку, лишь бы оказаться рядом с ним. Драко так горячо на неё смотрел… Как никогда раньше. И ни на кого прежде. Это дало ей такую бешеную надежду, что Гермиона едва не пошатнулась от всплеска светлых чувств в груди. — Я недоволен, что ты так близко начала общаться с Блейзом, — уязвимо признался Малфой, не спуская с неё глаз. — Я подумал, что вы… вы могли начать развлекаться за моей спиной. — Развлекаться? — не поняла она, нахмурившись. Драко выгнул бровь, склонив голову набок, смотря на неё как на неразумное дитя. Внезапно догадка пронзила разум, и Гермиона вспыхнула, отчаянно краснея, злясь на себя за такую тугодумность. — Я просто вышел из себя, прости. — Почему тебя так задело, что я могла развлекаться с Блейзом? Её вопрос соскользнул с губ непроизвольно, явно намереваясь уничтожить Гермиону окончательно, потому что она не была готова услышать ответ. — Потому что я подумал, что ты захотела его. Что теперь вся твоя привязанность ко мне испарилась. Грейнджер моргнула, и вся ванильная, сладкая вата в её голове резко начала таять. Она что, питомец? Почему он так говорит о её чувствах? — Сама мысль, что даже такая, как ты, может взять и обратить своё внимание на Блейза и забыть обо мне, убивает, и я… — Даже такая, как я? — тупо повторила Гермиона, заставляя Драко замолчать своим безликим тоном. Он настороженно вглядывался в её лицо, пытаясь определить, правильно ли она поняла его, но, чем дольше смотрел, тем ярче видел, что девушка вообще не так восприняла его слова. Кажется, он где-то оговорился, но где? — Грейнджер, я… мне не понравилось это чувство… — Ревность, ты имеешь в виду ревность, — с холодной ухмылкой проговорила Гермиона, продолжая пялиться себе под ноги. — Ты приревновал меня к Блейзу, я поняла, но проблема в том, что ты сделал это, потому что считаешь меня привязанной к тебе. Я буквально твоя ручная собачонка. Драко потрясённо открыл рот, не давая себе полностью отключиться от шока. Где она услышала это? Откуда взяла? Он, чёрт возьми, впервые кого-то приревновал, а она увидела какой-то непонятный подтекст в его словах, которого даже не было? Блять, что с девчонками не так?! — Ты всё неправильно поняла… — Я всё поняла правильно, — со льдом в голосе отрезала Гермиона, кидая на него до того обиженный взгляд, что Драко чуть не отшатнулся от решётки. — Не волнуйся, Малфой, тебе не о чем переживать. Я выполню своё обещание и вытащу тебя отсюда. Можешь не привязывать меня к себе ещё больше, боясь, что собачка совсем отобьётся от рук без поводка. — Сука-а-а, о чём ты? — взвыл Драко, морщась от гнева на эту идиотку. — Я о том, что не надо со мной играть, целовать, разговаривать как с человеком. Давай больше без обмана, ладно? Я прекрасно знаю, кто я для тебя. Ты всегда любезно и открыто мне это демонстрировал. — Ты ебанутая, Грейнджер! — заорал Малфой, стискивая руками прутья решётки. — Просто отбитая. Я не знаю, где ты увидела в моей ревности весь этот бред, но лучше прекращай, пока я, мать твою, не выпорол тебя! — Не получится, — нагло усмехнулась девушка. — Не забывай, что ты в тюрьме. Драко скривился, наглядно демонстрируя свою злость, и вытянул руку, хватая Грейнджер за обычную белую рубашку в районе груди и притягивая к себе. Она ахнула от страха и неожиданности, предотвратив свой удар о решётку, схватившись за прутья ладонями. Малфой склонил к ней лицо, не оставляя между ними даже миллиметра. Гермиона рвано вздохнула, сжимая челюсть, чтобы ни в коем случае не показать ему своей растерянности перед ним. — Ты меня взбесила, Грейнджер, так, как никто и никогда… — Приятно быть хоть в чём-то первой… — Не перебивай, блять! — рявкнул Драко ей в ухо, отчего она вздрогнула. — Ты просто маленькая идиотка, понятно тебе? Я тебе прямо и ясным языком сказал, что приревновал тебя. Что тут можно выдумать?! — Такую, как ты, — используя его интонацию, протянула Гермиона, глядя в штормовые глаза, где зрачки практически поглотили радужку. Драко сначала смотрел на неё не моргая, а потом цокнул языком, вслух проклиная женскую логику. — Мерлин, ты такая дура. Гермиона вспыхнула, занося руку для удара. — Если ты ещё хоть раз оскорбишь меня, я тебя… Договорить ей не дали. Малфой просто заткнул её рот своим и сразу углубил поцелуй, касаясь языком нёба, продолжая держать за рубашку в области груди. Гермиона застыла в его руках, и он отстранился, пытаясь увидеть что-то понятное лишь ему. — Ты что-то сделала со мной, Грейнджер, ясно? И я это чувствую. Теперь я достаточно прямо выразился? — язвительно уточнил Драко. Она облизала губы, слизывая его вкус, мечтая повторить этот резкий и короткий поцелуй, который вдохнул в неё жизнь. И его слова… Драко опустил глаза на её рот и стал наклоняться к ней уже медленнее, словно давая возможность передумать и отступить, но зря он даровал Гермионе такой выбор, ведь она всё равно бы пришла к нему в руки, будь у неё миллион попыток построить свою жизнь по-другому. Теперь она знала правду о себе. И ей стало значительно легче. — Тебе не нужно ревновать, — внезапно прошептала Гермиона, желая успокоить и показать ему, что он всегда был единственным, кто когда-либо занимал её мысли. — Ты один… больше мне никто не нужен. Малфой улыбнулся уголками губ — весьма самодовольно и нагло — в своей плутовской манере и поцеловал её, но поцелуй длился секунду, потому что в коридоре послышались шаги аврора. Грейнджер широко распахнула глаза, понимая, что положенные полчаса истекли. И, видимо, давно, раз за ней отправили аврора. Драко осторожно отпустил её рубашку, наблюдая, как она суматошно поправляет одежду и волосы. И стал представлять, как бы выглядела Грейнджер после секса с ним? Эта мысль была приятной и разлилась по телу нежной волной, против воли расслабляя. — Мисс Грейнджер, ваши полчаса истекли, — в спокойной манере известил её аврор. — Вам пора покинуть Азкабан. — Да, конечно. Извините, что заставила вас ждать, — Гермиона улыбнулась мужчине и перевела взгляд на Драко. — Увидимся, мистер Малфой. Драко хмыкнул, веселясь из-за её обращения. Впрочем, Грейнджер проигнорировала его усмешку, спешно покидая тюрьму. Он отошёл от решётки и упал на койку, закинув руки за голову. Почему-то сейчас, смотря на бетонный потолок своей камеры, Драко видел только карамельные глаза и слышал сбитое дыхание, хотя раньше на него в ответ смотрели лишь одиночество и собственный душевный хаос. И ему нравилось глядеть на Грейнджер, особенно когда перед глазами появлялся её образ пятиминутной давности, когда она хотела его ударить. Её глаза так сияли, а грудь вздымалась, что Драко понял, что у него встал. Впервые с того момента, как он оказался в Азкабане. Закусив губу, он тихо рассмеялся, больше не чувствуя себя одиноким.

***

Гермиона была в прострации, наверное, последние дня два. С тех пор, как вернулась из Азкабана. Ей очень повезло, что их встречи с Драко проходили по пятницам, и после них она могла восстановить своё эмоциональное равновесие. Но в этот раз выходные были другими. Она сходила с ума. Натурально. Потому что иначе объяснить её желание отдаться Малфою прямо там, в грязной камере Азкабана, не получится. Хотелось плакать и трахаться. Боже, это невыносимо! Гермиона не считала себя ханжой, но то, какие мысли бродили в её голове с лёгкой подачи Драко, иногда даже заставляли замереть посреди комнаты и начать бояться собственных желаний. Он сказал, что выпорет её… Это было… Возбуждающе. Слишком. Она вздрогнула от смеха из телевизора и поняла, что уже пару минут пялилась в пустоту. Гермиона посмотрела на часы и уныло вздохнула. Почти девять часов вечера. Необходимо принять душ и отправиться спать, чтобы завтра пойти на работу. Почему-то сегодня ей хотелось остаться завтра дома и спрятаться ото всех хотя бы на несколько дней. Хоть Гермиона и знала, что это трусливо и глупо, ничего не могла поделать со страхом проснуться и начать считать дни до следующей пятницы. Чёртов Малфой. Честное слово, за его способность выводить её и портить её обычное состояние зануды, Гермиона порой ненавидела Драко. Выключив телевизор при помощи пульта, она встала, разминая спину. Неожиданно в дверь постучали, и Гермиона автоматически напряглась, беря палочку в руки. К ней могли прийти только мальчики, больше никто не знал, где она живёт. Да, Блейз отправлял к ней свою сову с письмами, но вряд ли он был в курсе, где конкретно располагается её квартира. Поэтому Грейнджер крепче стиснула палочку в руке, медленно приближаясь к двери. Она осторожно взялась за ручку, вздыхая и набираясь смелости перед опасностью. Прикрыв на мгновение веки, Гермиона решительно распахнула дверь и обомлела, когда поняла, кто же стоит перед ней. Нарцисса Малфой оглядела её с ног до головы, но красивое лицо женщины не дрогнуло и не выразило отвращения. Она просто слегка кивнула ей, словно показывала, что теперь между ними есть дела более важные, чем вражда, основанная на крови и предрассудках. — Мисс Грейнджер, здравствуйте. Я бы хотела поговорить с вами о моём сыне. Можно? Гермиона машинально кивнула, пропуская мать Драко в свой дом, закрывая дверь.