Часть 4

Дни вновь тянулись привычным ходом, завалы за завалами в учёбе, которые парни постепенно разгребали. С этими же завалами стали часто устраивать и мероприятия. Масленников раздражённо выискивал на полках что-то съестное, пока Илья невозмутимо плёлся за ним. Снова отменили пару, и нужно было ехать в главный корпус на какое-то мероприятие в актовом зале. Масленников возмущался, мол, чего это их бедный четвёртый курс трогают, тогда как Палаеву было, откровенно говоря, всё равно. Взяв себе энергетик и какой-то батончик, Палаев с кислой миной наблюдал, как Масленников уже как третью минуту рассматривал какую-то пачку снеков. — Мальчики, вы тоже сейчас собираетесь на концерт? — прощебетала одна из девчонок с их группы. Илья оглянулся, замечая, что девушка стояла рядом с ним. Она задорно улыбалась, при этом накручивая локон светлых волос на пальчик. Девчонки позади глупо хихикали. Палаев не изменился в лице, хотя на секунду удивился: — Так это концерт? — А мы разве можем не поехать? Это же всем обязательно? — отозвался и Масленников, оставляя, наконец, пачку с рассмотренными снеками вдоль и поперёк. Девчонки почему-то опять захихикали, вызывая недоумение на лице Ильи. Он сегодня слишком устал, чтобы улыбаться в ответ на эти дурацкие попытки заговорить с ним. — С нами поедете? — продолжила блондинка, несмотря на хихикание подружек. Илья протянул интеллектуальное «э-э», так что Егор спас го: — Мы вдвоём поедем, девули, мужские разговоры, всё такое. Давайте-ка без нас! Друг потянул Палаева за плечи к кассе, всё-таки забрав ту бедную пачку. Когда они вышли, на улице было довольно прохладно. Осень скоро будет подходить к концу, нужно утепляться. К тому же на улице скоро начнёт темнеть — их как-то поздновато отправляли на концерт. Несмотря на холод, Илья всё равно не взбодрился. Он широко зевнул, открывая бутылку с энергетиком. — Что ты всё травишь себя этой фигнёй, — недовольно протянул Егор, шагая к остановке. — Да вкусно, — просто сказал тот, пожав плечами. — Да и я не вырублюсь на этом, как я уверен, сверхинтересном мероприятии. Масленников заржал, подобно коню, Илья же немного отпил из бутылки, оставаясь безучастным. Пока ехали, Масленников всё пытался поговорить, но Палаев то и дело считал ворон, жуя батончик. Прибыв на место и выйдя на улицу, Илья, наконец, более-менее почувствовал себя бодрым. Вжав голову в плечи, досадуя, что надел под тёплое худи только тонкий свитер, Палаев уныло глядел себе под ноги, пока не получил тычок по рёбрам. Удивлённо вскинув глаза на друга, он заметил его улыбку. Тот активно кивал вперёд. — Красавица твоя вон идёт, — шепнул он. Парень спокойно посмотрел вперёд, замечая длинные каштановые волосы, тонкую фигурку в тёмном пальто, ножки на каблучках… Палаев вдруг даже приободрился, выпрямился, понимая, что это она. Масленников рядом посмеивался, что-то выискивая в смартфоне. — Анна Владимировна! Здравствуйте! — опомнился парень, чуть прикрикнув. Девушка от удивления дёрнулась, тут же обернувшись на голос. Заметив этих двоих, она не изменилась в лице. — Добрый вечер, молодые люди, — поздоровалась она, оставаясь на месте, ожидая, когда они подойдут. — Вы тоже на концерт? — активно среагировал Палаев. — Да, многим отменили занятия и отправили на концерт. — Хорошо бы не так поздно, — подключился Егор, так некстати зевнув. — Ох, и не говорите! Сейчас бы домой, поужинать спокойно да отдохнуть, а так на три часа затянется, — протянула недовольно она. Палаев то и дело смотрел на неё. Снова получил тычок от друга, который взглядом пытался передать, мол: «Друг, кончай глазеть, мы тут не одни». — А вы разве не можете раньше уйти? — опомнился Илья. Девушка уныло поджала губы. — Хорошо бы, но сегодня как получится, а то говорили, что серьёзное это что-то будет. Но с трудом верится. — Да всё как всегда скучно пройдёт. — Ага, одни и те же песни из года в год. С редкими смешками они дошли до входа, вошли по пропускам. В здании было теплее, но Илья вскоре отчего-то опять сал мёрзнуть. Они поднялись на второй этаж, но в актовый зал ещё не пускали. — Боже, ну хоть когда-нибудь начнут они вовремя или нет? — уныло протянул Масленников. — Пойдёмте вниз пока присядем, — предложила Анна Владимировна, расстёгивая пуговицы на пальто. Когда они присели, Палаев сладко втянул носом воздух, отмечая, что снова пахнет ей. — Кстати, а чего вы сегодня без своей подруги? — повернувшись к Егору, который сидел справа от неё, вдруг спросила преподаватель. — Обычно всё с ней вижу вас. — Таня заболела, второй день лежит дома, — ответил Егор. — А-а, стало быть, завтра на паре её ждать не придётся. — Она бы предупредила! — вступился Егор, вызывая всеобщий смешок. — Смелый Ромео защищает свою Джульетту? — пошутил Палаев, с тёплым чувством внутри отмечая, что Анна Владимировна от его шутки мило улыбнулась. — Почему? Эй! — возмутился Масленников. — Должна всё же согласиться с Палаевым, — поддержала девушка, уже громче смеясь. — Анна Владимировна! От вас не ожидал! — с улыбкой всё же возмутился парень. — Ну, серьёзно, друг, когда ты уже будешь смелым и дашь своей Джульетте понять, что ты не Меркуцио какой, а Ромео! — более спокойно сказал Илья, вызывая возмущение Масленникова, которое успела прервать довольно серьёзная Анна Владимировна: — Должна снова согласиться с Палаевым. — Почему? — удивлённо поинтересовался горе-Ромео. — Потому что вы ей небезразличны, — вдруг с улыбкой сказала она. — Откуда вы знаете? — покраснев совсем не по-мужски, спросил тот. Анна Владимировна загадочно ухмыльнулась, куда-то глядя. — Знаю как женщина, — ответила она, в упор посмотрев на Егора. — Потому советую вам поторопиться и заполучить её нежное сердечко. — Она задорно улыбнулась, вызывая счастливую улыбку Ильи. Последнего вдруг тряхнуло от озноба. Анна Владимировна удивлённо посмотрела на него. — Всё в порядке? Илья поспешил кивнуть, хотя вдоль позвоночника пробежала толпа мурашек. И чего это с ним? — Засыпаешь уже на ходу? — спросил Масленников. Палаев достал энергетик, снова пытаясь взбодриться. — А что, у вас нагрузка сейчас сильная пошла? — Да, готовимся потихоньку к сессии. Да и курсовые покою не дают, — ответил за Палаева друг. Анна Владимировна странным взглядом посмотрела на Илью, пока тот допивал остатки энергетика. — Пойду выброшу, — сказал Палаев, оставляя их двоих. Он пошёл по коридору в туалет, где и выбросил бутылку. У зеркала он умылся, чувствуя, как озноб берёт сильнее. Хоть бы не простыть, успел он подумать, прежде чем вытереть лицо бумажным полотенцем. Когда он вернулся, то увидел, как друг с преподавателем поднимаются с мест. Анна Владимировна спокойно подхватила его рюкзак. — Уже можно подниматься? — спросил он, подойдя к ним. — Да, позвали. Идём, — ответил Егор, но, не дожидаясь их, быстро побежал наверх. Палаев заторможено протянул руки к своему рюкзаку, невнятно благодаря с опущенной головой. Она внимательно посмотрела на него. — Всё в порядке? — вдруг спросила Анна, и он посмотрел на неё в ответ. — Выглядишь нездорово. Она обратилась на «ты», успел подумать он, прежде чем она коснулась его щеки прохладными пальцами. От такого он прикрыл глаза, чувствуя, как его немного «ведёт». — Палаев! — чуть повысила она голос, нахмурившись. Рука быстро легла на его лоб. — У тебя температура? — как-то зло спросила она. Ему хотелось верить, что она так беспокоится. — Нет, не должно быть. Нужно подниматься, — не совсем внятно протянул он. Озноб так и брал. — Отправляйтесь в медпункт! — настояла она, снова прижав руку к его щеке. Он со вздохом взял её руку, чтобы убрать от своего лица. — Всё в порядке, нужно идти, нас отмечать будут. — Я беру ответственность на себя! — настаивала девушка, пытаясь его нагнать на лестнице. — Передам кому надо, что ты плохо себя чувствуешь! — Но со мной всё в порядке! — Илья постарался улыбнуться как можно счастливее, пропуская её в актовый зал первой. Та, упрямо вздохнув, прошла вперёд, при этом гордо выпрямившись. Ухмыльнувшись, он зашёл следом. Егор активно махал рукой, Илья поспешил к нему. К его удивлению, Анна Владимировна не стала выбирать другое место: толкучка была та ещё. Потому она села рядом с ним, невозмутимо снимая пальто. Через какое-то время староста их группы подошёл со списком, чтобы отметить их. По его словам стало известно, что скоро подойдёт и преподаватель, чтобы убедиться, что они здесь. Когда концерт начался, Илья с постоянным ознобом начал чувствовать, как горит его лицо. С полуубитым выражением лица он сидел и пытался понять, что происходит на сцене, то и дело иногда подрагивая. Егор совсем не обращал на него внимания, чаще залипая в смартфоне. А Анна Владимировна… как же приятно она пахла. Вдруг он понял, что на него смотрят. Повернув голову, он увидел её злой взгляд. Но… вопреки всему он лишь растаял, просто глядя на неё, не совсем соображая, что происходит. Анна протянула к нему руку и прикоснулась ко лбу, и он прикрыл глаза — так это было приятно. Но та лишь больше нахмурилась, вдруг поднимаясь с места. — Вставай! — прошипела она, потянув его за локоть. Илья заторможено захлопал глазами. — Куда? — как идиот, спросил он. — Живо вставай! — повторила она, всё так же хмурясь. — А вы куда? — шёпотом поинтересовался у неё Масленников. — У него температура, а он упрямится! — ответила она, сильнее потянув парня на себя, так что Палаев просто взял свои вещи и последовал за ней. Когда они вышли из актового зала, Анна Владимировна в раздражении осмотрелась, а потом потянула его за рукав на третий этаж, приговаривая: — Где тут этот медпункт? Они ходили по коридорам, Палаева всё пробирал озноб. Ему просто хотелось вернуться в более-менее тёплое место, а его таскали туда-сюда. Хотя можно было потерпеть, ведь с ним была эта элегантная, недоступная красавица… Со вздохом Илья опёрся спиной о стену, пока Анна Владимировна быстро решила пройтись до конца коридора. — Чёрт, а он, может быть, и закрыт уже! — в раздражении протянула она, возвращаясь. — У меня даже нет жаропонижающего! — сказала она, подойдя к нему. — Как вы, Палаев? Ну-ка. — Она снова прикоснулась к его лицу, вырывая тяжёлый вздох из его груди. С прикрытыми глазами он коснулся её ладоней. — И чего это все ходят полураздетые в такое время года? Что мне теперь делать с вами? — раздражённо протянула она, уже собираясь убрать руки, но он не дал. Прикрывая глаза, он прижимал её ладони к своему лицу. Было отчего-то так уютно в еле освещённом коридоре, в относительной тишине, пока где-то внизу шумела музыка в актовом зале. Пахло сладким парфюмом элегантной, недоступной женщины, которая была так близко и касалась его… — Палаев?.. — почему-то прошептала она. Он медленно открыл глаза, чтобы взглянуть на неё своими почерневшими глазами. Она снова… смотрела на него так странно, будто боролась сама с собой, и от этого так сильно хотелось коснуться её пухлых, наверняка сладких, как зефир, губ… Мягких и блестящих от блеска… — Палаев? — уже громче позвала Анна, напряжённо заглядывая ему в глаза с немым вопросом: тебе совсем плохо? Он двинул головой, потянув её за руку, так что теперь одна из её ладоней покоилась на его голове, запутанная в волосах. Анна шумно задышала от напряжения, а парня всё вело и вело. Он прижался к её рукам, словно слепой котёнок, он хотел дышать ей вечность, он хотел как можно больше получить этой ласки и тепла. Девушка попыталась отобрать свои руки, делая шаг назад, но он не отпустил её, наступая с прежним молчанием. — Что ты делаешь? — шёпотом, но с неким раздражением протянула она. Но ему было всё равно, он совсем потерял рассудок от её запаха, от её ласковых, нежных рук. Илья сделал ещё шаг, и ещё, не слыша её возражений, покуда не прижал её невысокую фигурку к стене, всё так же прижимая к своему лицу её руки. Она хмурилась в напряжении, не понимая, чего стоит сейчас ожидать от него, но он не видел этого. Выдохнув раскалённый донельзя воздух, он поднял на неё глаза, руками опираясь о стену по обе стороны от её головы. В её тёмных глазах он увидел застывшее напряжение, но она не выглядела испуганной… если только немного, и то не потому, что боялась его… Возможно ли, что она боялась саму себя и того, что может сделать сама?.. — Что ты делаешь? — прошипела Анна, упираясь теми самыми нежными руками в его грудь. Он не ответил, чуть ли не отчаянно наклоняясь, чтобы прижаться своим горячущим лбом к её собственному. Она попыталась увернуться, и удачно, так что он в итоге уткнулся лбом в стену возле её головы. С досадой вздохнув, он вжался носом в её волосы, прижимаясь ближе, игнорируя её попытки отодвинуть его от себя. — Палаев, хватит! Отойдите от меня! — почему-то с более частым дыханием прошептала она. Озноб так и бил, он теснее прижался к ней, глубоко дыша от жара. — Ты сладко пахнешь… — совсем потеряв голову, прошептал он. — Палаев..! — возмущённо зашипела она, сильнее упираясь руками в его грудь. — Так сладко-сладко-сладко-сладко пахнешь… — всё продолжал он. В другой бы момент Илья понял, что совсем рехнулся, но сейчас не мог остановиться, то и дело дыша ей, чувствуя её, ощущая её так близко… — Вы совсем потеряли голову от горячки?! — шептала она. — От тебя точно… Ты так смотришь, так пахнешь, так выглядишь… Ты так прекрасна, что ни одному чёртовому поэту или писателю не понять этого и не описать… Он наклонился ниже, теперь утыкаясь носом в её шею, пальцами касаясь шелковистых волос. Она шумно и глубоко дышала в его руках, но он не решался на что-либо другое. — У тебя температура, прекрати... — Она сильно сжимала в руках его одежду. — Я не могу… не могу остановиться… Потому что ты так сладко… сладко пахнешь… — горячо шептал он ей в шею, щекоча кожу, отчего она чуть дёрнулась. Он заставил себя поднять голову и взглянуть в её глаза. — Я ведь нравлюсь тебе… я точно знаю… — Усталые глаза медленно опустились на её полуприкрытые губы. Они часто дышали одним дыханием на двоих, уже готовые в любой момент сорваться. Анна со странным стоном резко оттолкнула его от себя из последних сил, быстро увильнув под его руку, чтобы отбежать. Илья не нашёл в себе сил посмотреть на неё, он так и смотрел на стену в разочаровании, после и уткнувшись в неё головой. Холодные мурашки пробежали вдоль позвоночника, он неприятно поёжился. Она куда-то отошла, но затем, будто передумав, процокала на своих каблучках обратно. Илья нехотя отлепился от стены, чтобы выпрямиться и взглянуть на неё. Пылая то ли от гнева, то ли от смущения, он точно не знал, Анна подошла к нему и… отвесила несильную пощёчину, от которой, однако, он всё же пришёл в себя. Посмотрев на неё в растерянности, Палаев прикоснулся к щеке, где горело место от удара. Она при этом выглядела вновь недоступно, с гордо выпрямленной спиной… Но в глазах что-то определённо горело. Она будто хотела ещё что-то сказать, но промолчала, отворачиваясь и уходя. Илья поспешил за ней, виновато опуская глаза. Выйдя в нормально освещённый коридор, она приказала ему стоять на месте, и он застыл, так и прижимая к щеке ладонь. Вскоре она появилась с Масленниковым. — Вот он. Бери его, и езжайте домой! Смотри только сам не заразись! — с лёгким раздражением сказала Анна Владимировна, избегая его взгляда. Егор с лёгким изумлением согласился, уводя друга чуть ли не под ручку. Девушка так и осталась там. Уже на улице Егор спросил: — Друг, чего случилось-то? — М? — ёжась от холода, не понял парень. — Да вы так странно выглядели. И она злее обычного. Сказал чего не то? Палаев решил промолчать, желая сейчас только оказаться в тёплой постели, чтобы забыться сном. Он надеялся, что не вспомнит о своём позорном поступке. Но, увы, он не забыл. Одна часть его гордилась данным поступком, но вторая отчаянно ныла: как он мог себе это позволить? И всё же он больше ухмылялся, лёжа в постели с градусником наперевес. Волосы его слиплись у висков, он глупо улыбался, тогда как Егор, сидящий рядом, крутил пальцем у виска: кажется, друг совсем сошёл с ума. Тем не менее, когда здоровье поправилось, он вернулся в институт. Анну Владимировна он всё не видел на своём пути, порой даже расстраивался, но всё же нужно было нагонять остальных, так что было ещё о чём подумать.  Однако и такой момент настал. В очередной раз шествуя по коридору на пару, совсем забыв смотреть на дорогу, Палаев внимательно вчитывался в теорию, написанную в своей тетради. Шёл он достаточно быстро, ибо с минуты на минуту должен был прозвенеть звонок, так что неудивительно, что, напоровшись на кого-то, тут же полетел на пол. Правда, не совсем на пол. Он успел приметить, что падал на кого-то, так что попытался вовремя выставить руки, чтобы не навалиться на кого-то всем своим весом. Вышло не очень удачно, и он забил правый локоть. Взвыв, он сильно зажмурился, так и зависнув над кем-то. Раскрыв глаза, парень наклонил голову, видя чью-то каштановую макушку. — Ох! Да встаньте же! — прозвучал знакомый голос прямо под ним. Проходящие мимо девушки усмехались. — Анна Владимировна? — чувствуя, как лицо будто кто кипятком облил, робко уточнил парень. — Ох! Палаев?! Снова вы! Когда же вы начнёте смотреть, куда идёте! — закричала она, подняв голову. Глаза её горели праведным гневом, щёки горели от возмущения. — Что вы на мне разлеглись?! Поднимайтесь! В смущении он заставил себя очнуться и попытаться встать как можно скорее. При этом он всё повторял про себя: «Я лежал на ней! Нет! Нет, не думай об этом! Но я лежал прямо… Нет!» Таки поднявшись, он помог ей подняться, после чего в некой панике стал собирать разлетевшиеся во все стороны бумаги. Проходящие мимо девушки тоже помогли. Кажется, такие моменты уже были чуть ли не традицией, что ли… — Из-за вас я опаздываю на пару! — в раздражении причитала преподаватель, пытаясь всё собрать как можно быстрее. — Но вы тоже не смотрели на дорогу! — с лёгким возмущением отозвался он. Она после этих слов резко перестала пытаться собрать бумаги, уставившись на него с таким возмущением, что… это вдруг стало забавным. — А что?.. Я ведь прав, — сказал он и ухмыльнулся. Ухмылка эта медленно перетекла в улыбку. Девчонки передали то, что собрали, и поспешили уйти на пару. Палаев сгрёб оставшиеся бумаги и подал преподавателю. — Чёрт! Я испачкалась сзади? — спросила она, пытаясь посмотреть себе за спину. — Да. — Палаев! Одни неприятности с тобой! — Она начала отряхиваться, получалось неважно. — Вам помочь? — Ты уже помог, спасибо! Ну-ну, подумал он про себя, спокойно наблюдая за тем, как она пытается отряхнуться. — Всё?! Нормально? — Нет, спина ещё грязная. — Ладно, помоги мне! Он с улыбкой покачал головой, обходя её, чтобы отряхнуть спину. Он делал это осторожно, боясь ненароком сделать ещё что-то не то. — Кстати… — вдруг сказал он. — За тот момент… — Просто помогите мне отряхнуться, и я пойду! — перебила она его, хмурясь и пылая малиновым румянцем. Илья заинтересованно на неё взглянул, видя только небольшой край её лица. Рука его опустилась ниже. — Вы смущены из-за того, что тогда произошло? — тихо спросил он. Анна вдруг резко повернулась к нему, явно готовясь высказать ему всё, что она о нём думает, но… так и застыла с возмущённым лицом и чуть прищуренными глазами. Илье будто снова что-то ударило в голову. Взгляд немного поплыл, он просто смотрел на неё, на её возмущённый румянец, на сладко пышные губы. И она пахла… Боже, как же сладко пахла эта девушка. От этого запаха ему хотелось обнять её так крепко, чтобы она никогда больше не захотела уйти… — Ты сегодня очень красивая, — тихо произнёс он с затуманенными глазами. Она сильнее нахмурилась. — Кажется, я говорила вам, чтобы вы держали такие мысли при себе. Илья улыбнулся, ненадолго посмотрев в сторону. А затем резко наклонился к её уху: — Но при этом вы больше не торопитесь уйти побыстрее, как раньше. Выпрямившись обратно, он внимательно, с милейшей улыбкой взглянул на неё. Но девушка выглядела ещё более возмущённой, будто бы говоря: да что ты себе позволяешь?! Анна Владимировна резко развернулась, чтобы уйти. Не отдавая отчёта своим действиям, он тут же взял её поперёк локтя, не давая уйти. Она обернулась на него, выглядя немного удивлённой от такого. Илья некоторое время смотрел на неё непонятным взглядом. Анна опустила взгляд на его руку, после чего вновь посмотрела ему в глаза. И он отпустил, чуть виновато опуская глаза и отступая на шаг. Гордо выпрямившись, Анна тихо ушла, но он слышал, как она дышала. Часто и глубоко. Обернувшись, он не сразу вспомнил, что у него, вообще-то, пара. Идти, правда, не хотелось, но он всё же заставил себя туда дойти. Масленников возмущённо шикнул на него, не понимая, где это он прохлаждался, на что друг задумчиво отмахнулся рукой. Покачав головой, Егор спокойно стал дальше слушать лекцию. Палаев же твёрдо решил для себя, что хочет большего. Эта девушка слишком прекрасна, слишком желанна, она так сладко пахнет… Они встретились снова на следующий день. Он просто дождался большой перемены и решил попытать свою удачу в столовой. Егор же был бессовестно послан на поиски своей Татьяны. В столовой была своя атмосфера: здесь были книжные шкафы с книгами, которые приносят все желающие. Книги эти можно спокойно взять с собой домой, по желанию вернуть обратно. Стены были выкрашены в тёплые цвета, у потолка висели цветы-папоротники. Пахло вкусной выпечкой, хотя здесь было также и много полноценных блюд на обед. Палаев встал в очередь, поесть-то тоже надо было. Когда перед ним было уже двое человек, он заметил, как в помещение заходит Анна Владимировна, которая сегодня надела длинное чёрное платье, которое плотно облегало её стройную фигуру. Он постарался быстро отвернуться, вдруг ещё заметит его да уйдёт! Купив себе на обед жареный картофель с бифштексом и салатом, а также бутылку сока, Палаев сел за свободный столик. Он начал спокойно есть, исподтишка наблюдая за Анной Владимировной, которая, к слову, лишь спокойно смотрела на витрину и список сегодняшнего меню. Когда преподаватель купила себе обед, она спокойно осмотрела зал и направилась к свободному столику. Когда она уже устроилась там, Палаев с улыбкой поднялся, взял свой поднос и поспешил к ней. — Разрешите присесть? — спросил он, хотя при этом, не дожидаясь разрешения, тут же поставил на стол свой поднос и уселся напротив, оставляя рюкзак на сидении рядом. Анна Владимировна застыла с вилкой в воздухе, буравя взглядом стол. — Наглости вам не занимать, Палаев, — сказала она, прежде вздохнув. Она отложила вилку, внимательно взглянув на него. — Разве? Всего лишь хочется посидеть с вами, — как ни в чём не бывало, ответил он, спокойно принимаясь дальше уплетать свой обед. Она пару секунд ещё буравила его взглядом, но затем молча сама начала есть. — Приятного аппетита, кстати, — добавил он через какое-то время с улыбкой. — Приятного аппетита, — не сразу ответила она, не смея посмотреть на него. — Как проходит ваш сегодняшний день? — снова заговорил он. Анна Владимировна раздражённо оставила свои столовые приборы, чтобы возмущённо посмотреть на него. — Чего вы хотите, Палаев? — строго спросила она, и, хотя она была очень серьёзна, его это лишь забавляло. — Ну, я уже сказал, а, точнее, спросил. Она была непреклонна, всё так же буравя его взглядом. — Я серьёзно, Палаев. Что мне вам сказать, чтобы вы оставили меня в покое? Он сам на этот раз отложил приборы, взглянув на неё с прежней улыбкой. — Я начал себе задавать тот же вопрос. — И что же, по-вашему, я всё-таки должна сказать? Он спокойно смотрел на неё, на её алые от помады губы, на тёмные глаза, так завораживающие своей красотой, подобно холодному, но прекрасному Марсу. — Я не знаю, — честно ответил он, теперь тоже выглядя вполне серьёзным. Но ей этот ответ не понравился, она нахмурила свои аккуратные брови, выпрямляясь в спине. — Вы же понимаете, что я не могу поддержать ваши странные порывы? — строго сказала она. Илья снова улыбнулся, как раньше. — Странные? — переспросил он, а затем наклонился чуть ближе. — Как по мне, так они вполне нормальные, вам так не кажется? — Палаев… — прошипела она, стискивая губы от злости. — Вы поняли, о чём я. Она так и хмурилась, но он… просто мягко улыбался ей, глядя своими чуть ли не бездонными глазами прямо в её собственные. И как можно было так влипнуть? Илья вздохнул, вдруг опуская глаза. Только кончиками пальцев он позволил себе коснуться её руки, пугая её этим. — Палаев! Мы в столовой! — шикнула она, собираясь убрать руку, но так и не убрала, осторожно осматриваясь. — Разве не нравится? — тихо спросил он. — Что не нравится? — упрямо спросила Анна Владимировна. — То, что я делаю. — Палаев снова посмотрел на неё. Улыбки на его лице больше не было. — О чём ты? — напряжённо спросила она в который раз, при этом переходя на «ты». — Моё внимание. Разве не нравится оно тебе? Анна всё же убрала свою руку, не прекращая напряжённо всматриваться в его лицо. — Уж сам я точно тебе нравлюсь, тут уж не поспоришь! — сказал он и улыбнулся, как раньше. Её это раздражало: веселье, с которым он относился ко всему. И он знал это, чем нагло пользовался. Палаев продолжил спокойно есть дальше, хоть и забавно улыбался при этом. — Не будь так уверен в своих глупостях, — холодно ответила она, взяв с него пример и продолжив обедать. Он с наигранным удивлением посмотрел на неё с набитой щекой. — Как ловко вы пытаетесь увильнуть, однако. — Вовсе нет. — Я знаю, что раздражаю вас порой, это так, — согласился он с той же улыбкой. — Но именно это вам во мне и нравится, — добавил он. — Очень уж ты уверен в себе. — Теперь и она улыбалась. Только как-то зло. — Я по большинству гуманитарий, точные науки тут ни к чему, да. Но то, что я для вас что-то значу, видно в ваших глазах каждый раз, когда вы смотрите на меня, — сказал он, но Анна на него не посмотрела после этих слов. Илья надеялся, что она что-то скажет или всё же посмотрит на него, но она всё молчала, продолжая обедать. Лишь позже, запив соком, она вдруг как-то зло, с ухмылкой сказала: — Ты не получишь то, что желаешь. Он удивлённо смотрел на неё. Что это могло значить? Илья заставил себя усмехнуться, наклоняя голову набок. — Почему? Анна вдруг взглянула так, что захотелось провалиться под землю. — Я повторю ещё раз: ты не получишь то, что желаешь. Она была слишком серьёзна. И как-то… слишком строга? — Отчего ты реагируешь так строго? — хмуро спросил он, было как-то не по себе. Девушка наклонилась ближе, не переставая смотреть этим странным взглядом. — Оставь меня в покое. Понятно? Илья чувствовал себя странно. Словно ему нехило дали под дых. Анна Владимировна поднялась и быстро ушла, больше ни разу не взглянув на него.