Часть 3

— Могу я вам помочь это отнести? — Илья резко притормозил, обращая всё своё внимание на Анну Владимировну, которая выходила со своей кафедры, снова нагруженная кипой вещей. От неожиданности девушка вздрогнула. — Ох, Палаев, снова ты! — Она резко собралась, вдруг становясь какой-то недоступной, элегантной, собранной. Илья ухмыльнулся, позволяя себе наклониться к ней. — А вы запомнили! — довольно протянул он. Последняя их встреча была на паре неделю назад. Анна Владимировна чуть нахмурилась, отходя на шаг. — Тебя попробуй забудь, всё мельтешишь перед глазами, — отчего-то вдруг на грани раздражения протянула она. Или это было что-то другое? — На тогда вот, раз уж решился помочь. Илья с довольной улыбкой взял её груз и пошёл за ней, снова любуясь её элегантной походкой, её тонкой фигуркой, облачённой в обтягивающую одежду. — А разрешите спросить: сколько вам лет? — не дожидаясь согласия, спросил он, подбежав к ней, чтобы идти наравне. Та искоса посмотрела на него, слегка удивившись. — Некрасиво задавать женщине такой вопрос, тем более преподавателю. — Но вы же не мой преподаватель. Та продолжала спокойно идти, решив проигнорировать его вопрос. — Ну, скажите, — попросил он, улыбаясь так мило, словно ребёнок, совершивший невинную провинность. — Палаев! — легко возмутилась она, вдруг останавливаясь и поворачиваясь к нему. На них обратили внимание, и потому она, собравшись, пошла дальше по коридору. Палаев семенил за ней, улыбаясь всё так же. Его это всё только забавляло. Они подошли к нужной аудитории, где она открыла дверь, чтобы пропустить его. Но Илья не спешил заходить. Прижимая к груди её вещи, он всё улыбался. Она удивлённо на него посмотрела. — Таки сколько? — задорно, словно шкодливый ребёнок, вновь спросил он. Анна Владимировна — неужели! — слегка покраснела. На нежных скулах словно расцвела малиновая краска. Но она словно заставила себя взять в руки, медленно ухмыльнулась. — Уж постарше твоего, Палаев! — сказала она с неким вызовом. Но он не среагировал так, как хотела она. Улыбнувшись ещё шире, он ответил: — Мне двадцать три! А вам? — подобно всё тому же ребёнку он наклонил голову набок. Он во что бы то ни стало хотел получить ответ. Анна Владимировна перестала улыбаться, возмущённо на него уставившись. Она закрыла дверь, где уже начали странно поглядывать, не понимая, почему она там стоит и не заходит. — Палаев! Не испытывай моё терпение! — как бы она ни старалась, а произнесено это было явно с толикой отчаяния. И его это забавляло. — Разве ж я чего плохого сделал? — невинно похлопав ресницами, уточнил он, делая невинное выражение лица. И тут она… словно выпала из реальности, странно глядя на него. Не понимая, что произошло, он удивлённо подкинул брови, хотя был… очень заинтересован. Она так же резко заставила себя очнуться, в странном настроении поглядев в сторону. — Заноси, давай, всё в кабинет, — сказала она, снова открывая дверь. — Только если ответите! — смело заявил парень, отходя на шаг. Анна Владимировна — о Боже! — снова покраснела, опять закрывая несчастную дверь. — Палаев! — нахмурившись, опасно протянула она, подходя к нему на шаг. — Вы себе что позволяете?! Тот всё мило улыбался, серьёзно настроенный получить ответ. — Занесите мои вещи в кабинет, немедленно! Прозвенел звонок, на который они не обратили внимания, коридор давно опустел. — Я с ними так и буду тут торчать, Анна Владимировна! Ну, ответьте, пожалуйста! Вдруг мы вам своим радушным коллективом подарок сделать хотим к следующему дню рождения, а цифра ведь важна, сколько же свечек в торт вставлять?! — всё шутил Илья, уворачиваясь от её рук, когда она хотела было забрать свои вещи. — Мой день рождения летом, когда все дома! Отдайте или занесите их уже! — Ну, что вы, Анна Владимировна, мы празднуем всегда дни рождения, даже если на каникулах все! — продолжал свою «экзекуцию» Палаев, снова уворачиваясь. — Да, в конце концов, что за цирк вы устроили! — возмутилась девушка, не замечая, что он совсем близко. Палаев, не совсем соображая, наклонился совсем близко к её лицу. Она выглядела превосходно, не такая собранная, потерявшая сейчас абсолютную власть. Ох и влетит ему потом за это… Как пить дать, влетит или аукнется. Чувствуя, как пылают скулы, он дышал её сладким запахом. В голове повело, он, как одурманенный, смотрел в её глаза, отмечая для себя, что они голубые, обрамлённые коричневой коронкой вокруг. — Пожалуйста… — почему-то прошептал он. Она вцепилась в его руки, пытаясь отобрать вещи, но он был намного сильнее. Она отчаянно свела брови. Илья наклонил голову набок, выглядя обиженным зайчиком, которому не дают сладкую морковку. — Двадцать шесть, — тихо сказала она, прежде опустив глаза в неясных чувствах. Илья удивлённо похлопал ресницами, не сразу поняв её. Она в возмущении посмотрела на него, становясь более чем раздражённой. — Двадцать шесть, Палаев! Теперь вы, наконец, занесёте мои вещи в аудиторию?! Тот заставил себя улыбнуться, активно покивав головой. Она чуть ли не с яростью открыла несчастную дверь, которую бесстыдно шарпали в разные стороны без надобности. Палаев вошёл под удивлённые взгляды ничего не понимающих студентов, оставил вещи и поспешил выйти, где, к его удивлению, осталась стоять Анна Владимировна, которая о чём-то думала. Когда он вышел из аудитории, она закрыла эту чёртову дверь снова. Он удивлённо, но с ожиданием посмотрел на неё. Анна о чём-то думала с опущенной головой. Но вдруг взглянула на него, однако нельзя было понять, что за чувство у неё на лице. Выглядела Анна Владимировна вновь собранно, выпрямленная, элегантная… Его губы медленно растянулись в улыбке, но она не реагировала. — Извините, что повёл себя так, — смущённо протянул он, опуская взгляд. — Просто вы очень красивы, мне было интересно, — сказал он, кидая на неё взгляд из-под бровей. Та чуть свела брови, не ожидая такого, но вновь поспешила взять себя в руки. — Я преподаватель. Держите подобные мысли и выходки при себе, Палаев. В следующий раз не прощу, — сказала она, а после быстро скрылась за дверью, которая, если б только могла, уже наслала на обоих проклятие. Но Илья лишь улыбнулся. Опускать руки он был не намерен. Напротив, воспрянув духом, он поспешил на свою пару. Отныне он старался всегда быть как можно ближе к ней. Всё напрашивался помочь, отчего Анна Владимировна лишь больше раздражалась. Окружающие преподаватели занимали его сторону: «Мальчик же помочь хочет, чего это вы, Анна Владимировна?» Они не были в курсе всего, и потому поддерживали «мальчика», и бедная девушка чаще соглашалась на его предложение помочь, хотя выглядела более чем возмущённой. Палаев от этого только больше светился, что она старалась игнорировать. Однажды во время обеда он сидел в столовой, дожидаясь Масленникова. Запихивая в рот остатки булочки, он неотрывно следил за экраном телефона. На задворках сознания он понял, что слышит знакомый голосок. Оторвавшись от смартфона, он оглянулся, замечая знакомую тоненькую фигурку с… ох, каким же потрясающим задом… Анна Владимировна стояла у кассы и покупала обед, выглядя как всегда элегантно и собрано. Илья поглядывал на неё, пока она не взяла поднос и не прошла к свободному столику, где спокойно села и принялась есть. Смелости его было хоть отбавляй — чего уж стоят его былые заслуги — потому он спокойно поднялся и подошёл к её столику. — Разрешите присесть? — спросил он, чуть наклоняясь в вежливом жесте. Анна Владимировна удивлённо на него посмотрела, однако, увидев его, тут же стала напряжённой. — Палаев, вы мне теперь и поесть спокойно не дадите? — Почему же?! — искренне удивился он. — Я Егора дожидался, а тут вы. Почему бы не посидеть вместе? Хотите вот, для общего повторения, поговорим об истории русской литературы? — предложил он, хотя присесть ещё не решался. Девушка недовольно посмотрела на него, держа в руках вилку с ножом. Затем — явно сдержавшись, чтобы не закатить глаза — шумно вздохнула, указав рукой на свободное место впереди. Илья широко улыбнулся, садясь за стол. — Вы бы лучше сами пообедали, пока ждёте Масленникова, — спокойно сказала она, не отвлекаясь от тарелки. — Я немного перекусил, занятия закончились, потому надо идти в общежитие. Всё равно там уже нормально и поедим, — спокойно сказал он. — Живёте в общежитии? — решила поддержать она беседу. — Да, с Егором. — А из какого вы города? — Она спокойно посмотрела на него, пережёвывая кусочек мяса. Илья засмотрелся на её пухловатые губы, при этом потирая свою линию подбородка в задумчивости. Ответив, он получил её удивлённый взгляд. — Там ведь есть неплохой институт, почему не поступили туда? Или не прошли по баллам? — Там преподаёт мать, так что… — Он пожал плечами, слова были излишни. — Зато, как я понимаю, оценки у вас тут всё равно отличные. — Да… — задумчиво ответил он. — А… А почему вы ко мне обращаетесь на «вы»? — решил спросить он, увлечённо заглянув ей в глаза. Анна Владимировна на секунду застыла. — В каком смысле? — Она была порядком удивлена. — Ну, вы часто ко мне обращаетесь на «вы», хотя ко многим на «ты». Я понимаю, что преподаватель должен вообще на «вы» обращаться, но мы в современном обществе, многие поддерживают связь на «ты», и вы не исключение… ну, со многими, — выдал он свою точку зрения, активно жестикулируя от странной нервозности. — Илья! — позвал откуда-то Егор. Палаев обернулся, пальцами показывая, чтобы друг подождал его три минуты. — Кажется, вам пора, — схватившись за эту возможность, сказала Анна Владимировна, спокойно отрезая ещё один кусочек мяса. — Егор подождёт, вон, пошёл купить чего. Так почему? — Он заинтересованно уставился на неё. — Вы слишком… — вдруг сказала она, глядя в сторону. — «Прилипчивы», я бы сказала. Если человек чувствует себя комфортно или же с ним так или иначе хорошо контактировать, то вполне возможна связь на «ты». — Я вам не нравлюсь? — слишком внезапно даже для самого себя спросил он. Но смутиться не успел, было слишком уж интересно. — Извините? — заставив себя улыбнуться, спросила она, хотя при этом нахмурилась. — Ну, как человек, — не совсем удачно уточнил он. Она удивлённо посмотрела на него, не зная, что должна ответить. Затем слегка рассмеялась. — Говорю же, вы очень «прилипчивы». Тем более я помню ту вашу выходку с возрастом. Вы ведёте себя не как студент, а словно… — Словно вы мне очень нравитесь? — очень смело решил он закончить за преподавателя. Анна Владимировна застыла с поднесенной ко рту вилкой. Медленно она её опустила, так и не поднимая глаз. — Илья! — снова позвал друг, но Палаев дал знак рукой, чтобы тот подождал его. — Вас ждёт ваш друг, — тихо отозвалась она, всё ещё опуская взгляд. — Он подождёт, — напряжённо сказал Илья, не отрывая от неё взгляда. Она ещё некоторое время молчала, прежде чем сказала: — Держите такие мысли при себе. — Почему? Анна подняла на него напряжённый взгляд, который он, однако, не понимал. Какое-то странное напряжение… словно она боролась с чем-то. — Вы взрослый человек, неужели я должна вам всё объяснять, как маленькому? Илья наклонил голову набок, закусывая нижнюю губу. На секунду она посмотрела на его губы, но снова подняла глаза. — Я вам не нравлюсь? — задал прежний вопрос парень. Анна Владимировна некоторое время смотрела на него, прежде чем ответила: — Нет. Его губы медленно растянулись в улыбке. Он чуть смущённо оглянулся. Поднявшись с места, он задвинул стул, подошёл к ней и наклонился прямо к уху: — Вы солгали... И я это понял, — прошептал Илья, быстро выпрямляясь и уходя, уже на выходе обернувшись, чтобы увидеть, как она с лёгким потрясением на лице смотрит вперёд себя. И отчего же она настолько напряжена? Ухмыльнувшись более чем довольно, он ушёл.