Глава 25. Начало конца

Мари выглянула в окно. Прохлада после дождя ласково гладила по щекам. Девушка прикрыла ноющие от недосыпа глаза и выпустила изо рта кольца дыма от электронной сигареты. Ей так не хватало утреннего пения птиц, что в памяти непроизвольно воспроизводилось их лесное пение. Она отошла от окна только тогда, когда тело серьёзно задрожало от холода. Кошка приветственно мяукнула, увидев шедшую Мари к комнате Яна. Та не смогла пройти мимо, очаровавшись добрым настроением пушистого создания. Села на корточки, сдобрив её хорошей порцией ласки. Ян мило нежился в тёплой постели, отречённый от утреннего холодка, и улыбался сквозь сон. Снилось что-то хорошее? Но Мари нарушила спокойствие, плюхнувшись рядом. Он неохотно открыл один глаз, убеждаясь, что такая тяжёлая явно не Церера. — Который час? — Промычал он, зарываясь в одеяло. — Пять утра. — Какие пять утра, Мари? Тебе только к обеду. Парень укрылся одеялом с головой, явно показывая желание продлить сон. Пролежав так пару минут и не услышав от девушки даже ни одного слова, он вынырнул, немного недоумевая от её сегодняшнего спокойствия. Стоило ему взглянуть на её неподвижность и интерес к потолку, пазл сложился. Вероятнее всего, включился режим замораживания —один из видов реакций организма на стресс. Она дышала медленнее, нежели обычно, или только как при глубоких медитациях. Не сказала ему в ответ колкости, да и в целом ничего — подавляет эмоции или избегает лишних конфликтов. — Экономишь энергию, пока ситуация не разрешится? —Произнёс Ян, привлекая внимание. — Чего? Я уснуть не могла. Ян знал, что она станет отрицать всякие слова об эмоциях, потому резко раскрыл одеяло и затащил Мари к себе в ловушку. Она попыталась сопротивляться, но парень сильнее стиснул её в объятиях, и та лишь фыркнула. — Полежим так немного и начнём собираться. Я сварю тебе кофе с солью, окей? Девушка коротко кивнула. Он знал, что делать с ней, словно ему ранее выдали инструкцию.   Фанаты стали собираться у готического зала уже с утра, фиксируя на камеры смартфонов всё происходящее и отправляя тем, кто не может присутствовать на финале «Битвы экстрасенсов» лично. К одиннадцати часам народа у ворот было достаточно. Издалека слышался шум, трепет и эмоции толпы. Илья Ларионов даже с трудом протиснулся, не думая, что задача сбегать за шаурмой окажется немного затруднительнее. Несмотря на влажность, стояла настоящая духота, заставляя Марата Башарова использовать заветный золотой конверт как веер. Атмосфера была непередаваемая, та, которую нужно полноценно прочувствовать, по которой уже скучаешь, хотя она ещё не закончена. Только финалисты хотели скорее закончить ожидания и томления. Даже у самых стойких сердце билось в страхе и в предвкушении. Повсюду уже расставили камеры и вовсю готовились к съёмке. Дождливая погода лишь углубляла эмоции. Толпа ликовала, встречая и желая победы любимчикам. Мари пришлось переснимать два раза въезд на территорию. Ян тихо ругал операторов, стараясь въехать так, как им нужно. Он и сам переживал так, словно это ему нужно выходить и показываться толпе. Морри улыбчиво оглядела толпу и, проходя мимо них, вытянула руку для приветствия. Касаясь ладонью чужих рук, она чувствовала бурление толпы, их эмоции, желания. Она наполнилась их силой и поддержкой. Она дала им всего лишь своё касание, которые они запомнят надолго, а они ей — энергию на борьбу. Её руки дрожали, а внутри что-то будоражило, стоило ей войти в помещение и закрыться дверью от восклицаний. Девушку почти сразу встретил Артём и мягко приобнял её, всё ещё не отошедшую от внутренних эмоций. — Это офигенно, да? Мари лишь кивнула. — Выглядишь очень красиво. — Воспользовавшись короткой заминкой, он крутанул её как в танце, оглядев наряд. Она долгое время выбирала его, потому что до последнего не могла решить, что именно подойдёт для этого события. И когда сроки совсем поджали, согласилась на короткое чёрно-красное шёлковое платье с корсетом и всякими цепочками. — А ты снова сверкаешь открытой душой. Краснов улыбнулся. Вот она, очнувшаяся от впечатлений. Слегка наклонившись, шепнул: — Позже прикоснёшься к моей душе, и, надеюсь, я тоже к твоей. — Мечтай.   — На испытание с багажниками заходит девушка, вся в кожаном, с бубном, темнее ночи... — Говорил Илья Ларионов на камеру. — И я думаю: «Вот она, современная ведьма». Не помню, чтобы приходилось работать с такими экстрасенсами, как она. За кадром с ней можно что-то там пошутить, но она всегда сдержанна. Не знаю, наверное, сама такая. Поначалу кажется «страшной», но на деле с ней можно спокойно поговорить. — Первое ощущение от Мари... — Говорил Андрей Кислицин. — «Будет сложно». Она много не говорит, но если говорит, то всегда чётко и по делу. Это вот то, что мне нравится в ней. Нет какой-то воды, и от этого сомнений меньше. Она, конечно, может попугать резко сменившимся выражением лица, оно как будто... Безэмоциональным становится. Вот она в целом эмоции не сильно показывает, так в трансе вообще... Не описать. — Я, правда, очень долго веду программу... — Говорила Вера Сотникова. — Но таких экстрасенсов, как она и Артём, ещё не видела. Они очень странные... Наверное, поэтому они и хорошо поладили друг с другом, на своей волне. Но Мари сильна — это без сомнений. Она всегда оставляла большое впечатление после испытаний.   Мари пыталась не кусать губы, чтобы не размазать бордово-матовую помаду. Финалисты уже сидели в специальном зале, ожидая гостей, которые захотят поздравить их. Она с Артёмом сидела на креслах посередине, а по бокам от них устроились Лиза и Максим. Девушка не переживала, кто именно их поздравит, кто обратил на неё внимание. Она боялась, кто придёт. Александр. Олег никогда не затрагивал тему о нём, будто знал, что она не захочет говорить. Она и не хочет говорить. И слышать. И видеть. И думать о нём. Но он был той самой иглой, которой ковыряли незакрытую трещину. Каждое его упоминание вначале сопровождалось злостью. Только позже она засунула это прошлое в далёкий ящик, и его имя уже не приносило бурю эмоций. Она была готова, что он войдёт в эту дверь. Пока ждали начала съёмок, она уже представила, как он входит, что говорит и как отвечает ему. На любые слова подготовила ответ, словно подобрала всё доступное оружие для охоты (или самообороны?). Первым в дверь вошёл чернокнижник Владислав Череватый. С букетом пион для Елизаветы и букетом ромашек для Мари. — Саков подсказал, что подойдут ромашки. — Подмигнул он Морри. Та улыбнулась, принимая милые цветы и ощущая подобие радости от его появления, пока тот делился мнением с остальными финалистами. И при виде цветов, в её голове всегда всплывали их значения, которым научила наставница. Череватый вновь вернул внимание на Мари: — Я в восторге от того, как Вы продвинулись. Думал, женщин в финале не будет, а тут целых две. Если и победит женщина, то только Вы, Морри. Касаемо Вас... — Он указал на Артёма. — Я считаю Вас крутым практиком, однозначно. Поначалу вызывали смех, лично у меня. Ну, тем, что вампир, вот всё это напыщенно так... Но потом думаю: «Блин, чёрт побери, он что-то может». Но! Считаю, что Вам нужно для того, чтобы попасть в «Битву сильнейших», так это снять наконец-то вот эту маску вампиризма... Мари наблюдала за быстротой смены эмоций Артёма и откровенно улыбалась, параллельно слушая слова Влада. Краснов отвечал спокойно. Вскоре насчёт масок Череватый добрался и до Лизы, утверждая, что та также как и он, одержима бесами. — И у Мари тоже маска! — Подчеркнул он. — Так что, ребятки, в «Битву сильнейших» вход без масок. Рассыпав что-то у их ног, добротно попрощался, и, удаляясь из зала, проговорил: — Православная ясновидящая, пока. — И подмигнул Мари, закрывая дверь: — Морри, зубки вонзаем! Мари не сильно удивилась его поведением. Пока остальные разбирали, что же на полу, девушка молча наблюдала, потому что внутри подсказывало — эта работа не на неё. А значит, и волноваться незачем. Следующим вошедшим была колдовка Ангелина Изосимова. — Ну, здравствуйте, мои золотенькие... Артём, ты яркий, чёрт подери, но запомни: под павлиньими перьями часто скрывается обычная куриная жопа. Чуть-чуть меньше пафоса. — Она протянула ему подарочный пакет, и затем протянула другой для Морри. — Мари, смешивание деревенских традиций с другими — опасная штука, но ты будто знаешь, что делаешь, поэтому двигайся вперёд. А тебе я вот чего хочу сказать, Максим... Я ведь тебя ждала. Последующую драму Мари вкусывала как редкий нектар. Чтобы кто-то размазывал так Левина — это нужно поискать. Ей откровенно нравилось наблюдать за этой сильной женщиной. И как тот получает пощёчину и средний палец перед её уходом. — Здравствуйте, колдуны, вампиры и всякая прочая нечисть. — Улыбчиво поприветствовала многоликая ведьма Надежда Шевченко. — Я, конечно, голосую за Максима. Он пошёл с «рукой», а это очень большие риски. Потому что голосуют за кого? За крашей. — То есть я недостоин быть здесь? — Вставил Артём. —У меня есть только лицо и больше ничего? — Объясни мне понятие «вампир». Очередные споры о вампиризме. Неужели люди продолжают вешать ярлыки и цепляться за них? Потому что в понимании Мари магия — это звучание в твоей душе, независимо от того, какую традицию носишь. Духи не проверяют паспорта, они проверяют силу. Они откликаются на тебя, и это всё, что нужно. Быть мистиком — это не делить, а созидать. По мнению Мари, Артём лишь творит новую реальность. Свою реальность. А как он видит и чувствует — вот наиважнейшая деталь. — Надежда Эдуардовна... — Обратилась к ней Мари. —Разве не важно, что именно он делает, а не как называетсебя? Хоть пусть чёртом назовётся — важны действия. — Ну, может быть. — Пожала плечами она и достала осиновый кол. — Это тебе, Артём, осиновый кол. Надежда вышла, и Морри выдохнула. Её сердце каждый раз отчего-то стучало, когда открывалась дверь. От чего, конечно, знала. И была готова. Ей так казалось. В помещение плавно вошёл тот человек, кого Мари действительно ждала и внутренне ликовала от появления. — Приветствую. — Сказала Марьяна Романова, улыбнувшись Мари, а затем поманила к себе Артёма. И зачем она решила поделиться своей энергией с ним? Мари это, мягко говоря, немного смутило. Получив от Марьяны пакетик, Морри поблагодарила её за поддержку. — Я знаю, выдержишь. — Шепнула она, и, удаляясь, помахала на прощание. На душе сразу стало легко, и позабылись особые переживания. Приходили ещё несколько экстрасенсов. Время поджимало, а это значило, что осталось пару гостей. Олег стопроцентно заявил, что будет, а далее оставались бывшие участники этого сезона. Мари скучающе бросила взгляд на открывающуюся дверь, и когда оттуда непринуждённо вошёл гость, ей показалось, что в сердце выстрелили в упор, затем её тело кинули в горящий костёр, а следом залили ледяной водой. Всё это произошло за долгие секунды. Он. Александр Шепс подошёл к Мари с большим букетом красных роз. И, горделиво вручив ей, стал сверлить взглядом не её, а Артёма. И стоило ему отойти на шаг назад, сохраняя дистанцию перед всеми, девушка с отторжением откинула букет за кресло. Брезгливость не заметил только слепой. — Проверку на вшивость проходили от Надежды Эдуардовны? — Начал Александр. — А что, я не могу осиновый кол в руках держать? —Открыто улыбнулся Артём. Шепс молча достал из кармана небольшой кол и спокойно проговорил: — Вот ещё один. И, медленно сделав шаг к Краснову, протянул ему, но тот отказался: — Нет, мне хватит. — А этот боитесь? Мари тошнило от его надменного и спокойного тона. Он хочет продолжить солить рану уже через Артёма? Тогда как ещё объяснить неожиданные нападки в его сторону? — Нет. Одного достаточно. — Сохраняя самообладание, отвечал Артём. — М-м. — Только и ответил Шепс. — Сердце то у меня одно. — Вот Вы и не прошли. Вот этот осиновый кол я могу держать в руках. А вот Вы вряд ли. — Я могу. — Внезапно вставила Мари. Она не собиралась сидеть и ожидать новых его выходок. Или её раздражало, что он не обращал на неё внимания? Снова не считается с ней. А она уже не ученица его, никто ему, лишь тот, кто постарается перешагнуть его силу, доказывая собственную значимость. — Он не для Вас, Мари. — Если он для Артёма, я передам ему от своей руки. Отдайте. Девушка сидела ровно, не колышась, лишь выставив ладонь вперёд, требуя осиновый кол. Александр молча выдержал взгляд на ней, но всё же произнёс: — Давать Вам не буду. — Давать мне и не нужно. Осиновый кол отдайте. — Вы так красиво не вписываетесь в общество экстрасенсов, Мари. — Мари, не надо. — Тихо попросил её Артём, качая головой. — Александр, у меня идея. — Да? — То, что Вы принесли, давайте мы спрячем у любого человека здесь. Мы с Вами отвернёмся, и если я найду, то с гордостью подержу это в руках. Принимать вызов Шепс явно не торопился. Он задумчиво зашагал по залу, точно хищник вокруг потенциальных жертв. Только вот хищников в зале было гораздо больше, чем кто-либо мог представить. — Скажите, а у Вас есть любимое время года? Голос, раздающийся позади, охватил внутри Мари тревогу. Ей не нравилось подставлять спину тем, кому не доверяла. — Нет. — По-прежнему спокойно отвечал АртёмАлександру. — Я даже не сомневался. — Не, а что Вы сзади-то встали? — Внезапно развернулся Артём, ему, видимо, это тоже не понравилось. — Я с Вами общаюсь. — А что Вы так напряглись? — Я не напрягся, я хочу смотреть в глаза своему собеседнику, Александр. — Я уже посмотрел Вам в глаза. Я хочу посмотреть в глаза другому собеседнику, если он есть. Шепс явно отказался от идеи Артёма и, сказав, что у них слишком душно, вышел также внезапно, как вошёл, только хлопнув дверью. Мари лишь шумно и раздражённо выдохнула. — Я считаю, Александр боится честной конкуренции. —Начал Артём. И девушка совершенно не слушала его слов. Она пыталась незаметно унять дрожь в руках, которая не меньше раздражала. И как честный спаситель в помещение вошёл Олег Шепс. Его белые розы девушка приняла мягко. — Моей фаворитке этого сезона. — Проговорил он, а затем обратился громко: — Макс, я считаю тебя сильным колдуном, сильным практиком. Но тот, с кем я хотел бы сразиться в «Битве сильнейших» — это Мари. Я хочу туда вернуться, и я хочу сильных соперников. По-настоящему сильных. Поэтому я буду тебя там ждать. — Спасибо, Олег. На секунду Мари задумалась, а не сказала ли это слишком мягко и тепло. Маленькая смена интонации позволит разглядеть фанатам ситуацию с другой стороны и, мало того, выдумать невесть что. Она уже примерно представляла горячие заголовки статей. — Ты не уровня сильнейших, сорри. — Указав на Артёма, сказал Олег. О неприязни Олега к Артёму, Мари поняла почти сразу и могла предвидеть нечто подобное. Её лишь забавлял дрожащий от волнения голос Олега. — Ну, такое ощущение, что ты просто боишься сильного соперника. — Ответил Краснов. — Если ты не боишься, приходи, и я тебе покажу место вампиров в этой эзотерической пищевой цепи. Я буду очень рад сразиться с тобой и тебя размазать. — Ну, только ты не сможешь размазать. — Приходи, и мы это проверим. Я с удовольствием это проверю. И очень больно будет падать. — Тебе — да. — Мне — нет. Я не упаду. — Я тебя услышал. Мари глядела на Олега, как на внезапно повзрослевшего ребёнка. Раньше он мог быть серьёзным, но больше дурачился. Здесь он показал свою взрослую сторону. Это ей даже понравилось больше. Следом зашли Соня Егорова, Ольга Якубович и остальные гости. Когда, наконец, вошли толпой бывшие участники, Мари быстро встретилась взглядами с Артёмом Чернышовым и Александром Саковым. Последними поздравляли финалистов те, кто прошёл всю эту «Битву» вместе с ними. Ведущие. — Вы в финале... — Проговорила восторженно Вера. —Ну, вы этого ждали. Это уже победа для каждого из вас. От голосования в этом сезоне Вера воздержалась. Она так и не смогла выбрать одного из двух фаворитов. Вручив букеты Артёму и Максиму, слово перешло к Илье. Тот вместе с Андреем отдали свой голос Елизавете. Наконец все гости иссякли, и им дали пару минутную передышку. Сидеть уже было невмоготу, а духота давила всё сильнее.   Александр сновал по готическому залу, не зная, куда деть себя. Остаться до оглашения финалиста или уехать? Ему, по сути, больше нечего здесь делать. Он рассуждал о произошедшем и порой ругал себя за какие-то невнятные слова. — Сколько раз я сказал «вот», дурень? Как бы он не готовился, как бы не репетировал, всё произошло быстро и совсем не так. Она лишь своим видом задавила всю его уверенность. Она стала другой, несомненно. Совсем другой. Один её брошенный взгляд убеждал в этом. Если она возьмёт «руку», то в мыслях сразу проскальзывало сомнение в собственных силах. Мари лишь энергетически показала, насколько стала сильнее. Это, пожалуй, немного страшило его. Он так многого ждал от этого дня, а в итоге почти ничего не получил. Перед тем как поехать в готзал, он перерыл весь шкаф, перемерил кучу образов и, унимая стук сердца, подходя к двери, за которым были финалисты, чуть ли не умирал от неописуемых чувств и самой неизвестности. Он завернул в одну из полумрачных комнат и замер, словно Вселенная услышала его просьбу дать ещё один шанс. Шепс уже был готов вдохнуть карамельный аромат, который фантомно ловил в разных местах, и который давно выветрился с подушки. Но ощутил лишь резкий и металлический аромат. Мари, поняв, что её драгоценное уединение нарушили, встала со стула. — Мари, может, сейчас и не время, но... — Начал суматошно мужчина, но та ледяно прервала его. — Не то время и люди... Никогда и навсегда... — Её спокойный тон пробудил толпу мурашек. — Оставь, Шепс. — Если о чувствах слушать не хочешь, то давай я тебе помогу с победой? Тут же многое куплено, давай я... — Я хочу доказать, что стою чего-то, а не просто купить победу. Как бы я не хотела быть благодарна тебе за начало обучения, но иди нахуй, Шепс! Она уходила. Он хотел, как и в любой раз, когда она уходила, взять её за руку и остановить. Но всегда оставался на месте, прикованный цепями. И в этот раз, набравшись всей решимостью, сделал это. Схватил девичью кисть в попытке остановить. Девушка лишь шипяще одёрнула руку, одарив его недовольным и презренным взглядом, ушла. Просто ушла. И тогда он понял, что потерял. Потерял свою рыжую лисицу в тёмном лесу, а сейчас перед ним чёрная и озлобленная волчица. Ему следовало выпить, прежде чем идти к ней. По крайней мере, виски согрело бы его изнутри лучше, чем... её отношение к нему.   Мари, обняв себя руками, поспешила вернуться в зал. Александр только усложнил её странное и скомканное состояние. — Вот ты где. — Встретил её Артём. — Я тебя искал. Что-то случилось? — Всё нормально, устала только. — Скоро всё закончится, идём. — Он поцеловал её в макушку, убедившись, что есть свидетели, и повёл в место, где, наконец, решится главный вопрос. Кто победитель?