Глава 9. Тайна Хокстеттера

***

      Бейкер уже три дня не появлялась в школе. Несмотря на то, что Хокстеттеру действительно нравилось проводит все свободное время с Бауэрсом, он чувствовал легкое беспокойство. Лора никогда не пропускала школу такое долгое время. Он не отменял того факта, что подруга могла просто слечь с температурой, но прекрасно знал, что Бейкер очень-очень-очень не нравилось болеть, ибо это означало, что все свободное время надо будет сидеть дома с матерью. Она спокойной сидела на уроке с температурой, переодически кашляя и чихая. Лоррейн не любила говорить про свою мать, но от родителей и одноклассников Патрик знал, что семья уж очень неблагополучная. От самой Ло он знал лишь про то, что мама пьет, а папа много работает. И никаких деталей.       Генри оперся на шкафчик и поставил подножку первокласснику, заставляя того разложиться на полу. Хокстеттер на минутку вышел из раздумий, посмеявшись над испуганным мальчиком, который тут же поднялся, подхватив учебник по истории, и убежал в толпу. — Мне батя такое вчера рассказал. — вспомнил Бауэрс. — Что именно? — В общем, какая-то пьяная мамаша словила белку и пыталась убить родную дочь, — поведал Генри. — И знаешь что? Дочурка ее зарезала!       Патрик вскинул бровь. В Дерри постоянно происходила какая-то непонятная жесть, но о таком он слышал впервые. — 13 ножевых! — воскликнул русый. — Батя сказал, что девочка нашего возраста! — Ты гонишь. — А вот и нет!       Патрик задумался. А что если это устроила Бейкер? Хотя глупая теория. Лора, конечно, двинутая, но дальше убийств мелких зверушек она никогда не заходила. Но такая странная мысль не выходила из его головы. — Слушай, а тебе отец не говорил, где это произошло? — поинтересовался Патрик. — Бля, не помню, — задумался мальчик. — А хотя… Батя что-то говорил про человейник рядом с мясной лавкой… И… Ну где дома еще все задрипанные!       Глаза Хокстеттера округлились до размера теннисного мячика. Старые апартаменты рядом с мясной лавкой, где мать алкоголичка ебнулась и подумала, что ее дочка либо демон, либо еще какая-то срань. — Лора… — прошептал он. — Чего? Она тут при чем? — Бауэрс вскинул бровь, смотря на шокированного приятеля. — Блять, сам подумай! Лора живет в отвратных апартаментах рядом с мясной лавкой! Она с нами одного возраста! Ее мать — алкоголичка, которую уже на моей памяти разок забирали в психушку, потому что белку ловила! — воскликнул Патрик. — Ее уже 3 дня в школе нет. Я не видел ее Н-И-Г-Д-Е!       Генри замолчал и задумался. А что если это действительно Бейкер? — Ну я не знаю, если честно. Лора… — он скрестил руки на груди. — Мне реально кажется, что это была она! — продолжил доказывать приятелю свою версию Хокстеттер. — Ладно, в теории это возможно. — задумался Бауэрс. — Но общаться с отцом лишний раз я не горю желанием. — Плевать, думаю минимум в газете напишут про эту жесть. — ответил темноволосый. — Да и слухи точно дойдут. — Ага.       Между детьми повисла гробовая тишина. Патрику не особо хотелось верить, что Лора способна на что-то такое.

***

      С кухни пахло жареной курицей, которую приготовила Миссис Хокстеттер. Мать Патрика была доброй католичкой и домохозяйкой, уделявшей все время домашнему быту и следящей, чтобы единственный ребенок был сыт, одет и образован, пока отец трудился торговцем краской. Стереотипная семья восьмидесятых годов, но кое-что все таки отличало их от других. Этим «кое-чем» была жуткая трагедия, случившаяся около 9 лет назад. Младший брат Патрика Эйвери задохнулся, пока спал в своей кроватке. Малышу не исполнилось и года, когда это произошло. Ужасная ситуация повергла в шок всех родственников, друзей и знакомых семьи, но больше всего ударила по Миссис Хокстеттер, заставляя ее практически сойти с ума от горя. Женщина даже пыталась наложить на себя руки после этого. К счастью, остановило ее наличие единственного сына, которому лишь пару месяцев назад исполнилось 5 лет.       Правда, она не знала, что прямой причиной смерти малыша стал старший сын. Патрик ненавидел Эйвери. Как только новорожденного мальчика принесли из роддома, жизнь Хокстеттера резко изменилась. Родители вертелись вокруг белоснежной кроватки абсолютно все свободное время, будто бы старший сын вообще перестал существовать. Мальчик никогда не чувствовал себя настолько нереальным, как в тот момент. С раннего детства в его голове укрепилось стойкое убеждение о том, что все вокруг нереально. Что люди куклы и марионетки, сделанные будто по шаблону, а он здесь единственный «реальный».       Он чувствовал предательство, а за ним и огромную ревность к матери. Когда новый человек появился в семье, мать будто бы забыла, что у нее есть и второй ребенок, который также хочет ее заботы.       «Патрик, сам возьми еду из холодильника и поставь в микроволновку!»       «Патрик, давай потом это обсудим? Твой братик плачет.»       «Патрик, отличный рису… Ой, время сменить Эйвери подгузник!»       Эйвери, Эйвери, Эйвери. Мать уделяла все свое внимание младенцу. Хокстеттер чувствовал, что его мир и восприятие рушатся на глазах. Было страшно лишь задуматься об этом, тем более осознать. На самом деле, мальчик боялся, что Эйвери окажется настоящим.       Вернувшись после учебного дня на школьном автобусе, Патрик заметил спящую мать. Накануне Эйвери устроил ей веселую ночку, заставляя несчастную женщину подбегать к колыбели почти каждые 30 минут. Хокстеттер подошел к детской кроватке и… сделал то, что окончательно дало понять, что мальчик — клинический случай. Он задушил младшего брата, вжал его голову в подушку. Малолетний маньяк не чувствовал ни страха, ни стыда, ни печали. Он почувствовал лишь сильное удовольствие и… возбуждение. Это сложно было просто списать на маленький возраст и детскую глупость. Ребенок мог издеваться над одногруппником в детском саду, мог пнуть кошку, но уж точно не убить маленького беззащитного братика и получить кайф от этого, как наркоман от дозы. Страшная ситуация. Патрика не ожесточило общество, родители или школа. Он был таким изначально.       Мать обнаружила труп Эйвери лишь в пять часов вечера, пока Хокстеттер сидел на мягком диване, смотря мультик про кролика-крестоносца. Женщина сжимала холодные трупик дрожащими руками и кричала от ужаса, стоя в дверном проеме. Чувство страха и ненависти к братику сменилось удовлетворением и спокойствием. Как он может быть настоящим, если смертен? Врачи списали излишнее спокойствие ребенка на шок и поставили ему укол успокоительного. Возможно, если бы врачи и родители были очень внимательными к старшему сыну, можно было бы предотвратить его окончательное превращение в монстра, но как вы понимаете такого не произошло.

***

      Патрик сидел за столом у себя в комнате, решив сделать домашнюю работу. Его успеваемость была ужасной, но табель оценок не доказывал его излишней глупости. Мальчик осознавал, что если не сделает хотя бы парочку заданий, его точно оставят на второй год. Никому лишний раз бы не хотелось просиживать задницу в летней школе и тем более оставаться на второй год. Хокстеттер был ленивым учеником, но не являлся буйным, как тот же Генри Бауэрс или Виктор Крисс, что заставляло учителей быть более лояльными к школьнику.       Он думал о Лоре, выписывая очередной пример из учебника. Бейкер и ее недавний поступок вызывал у него слишком смешанные чувства. Темноволосая вызывала одновременно и страх и лютое желание знать ее очень близко. Генри Бауэрс, Виктор Крисс, Реджинальд Хаггинс, Гретта Боуи и другие ученики средней школы Дерри не вызывали сомнений в своей нереальности. Они были шаблонами, чьи действия и мысли были абсолютно предсказуемыми. Лоррейн же была абсолютно непредсказуемой. На одно и то же действие могли быть очень разные реакции. Например в 5 классе одноклассник решил подшутить и отрезать кусок ее длинных черных волос. Как же на это отреагировала Бейкер? Никак. Абсолютно никакой реакции с учетом того, что она дорожила своими волосами. Через год тот же одноклассник отказался дать ей списать просто потому, что еще сам не доделал задание. В ответ Лора сломала ему нос тяжелым учебником литературы и угрожали убить его и всю его семью. Девочка была явно умнее остальных и могла сама сделать задание, приложив минимальные усилия, но почему-то попросила ответы. Тогда Патрика рассмешила ее внезапная агрессия, но сейчас он пытался проанализировать ее поведение.       Размышления о том, что Лора могла убить свою мать, вводили его в замешательство. Сейчас Хокстеттер понимал, что не смотря на почти 5 лет дружбы знал о ней слишком мало. Бейкер была достаточно закрытым и подозрительным человеком, который не любил рассказывать о себе. Бейкер не знала о том, что он делал с небольшим ржавым холодильником «Аман» на свалке Дерри. Но также Патрик не знал, чем она занималась в свободное время, пока не была рядом. Что если Лоррейн на самом деле была такой же, но тщательно скрывала этот факт? Мысли не давали покоя.

***

      3 месяца в Джунипер Хилл пролетели как 3 дня, за счет тонн непонятных таблеток, которыми врачи «кормили» Лоррейн. Практически все время она провела либо лежа на больничной койке, либо на приеме у психиатра или психолога. Девочка плохо помнила, что говорили мозгоправы и что она отвечала им в ответ. Видимо эти таблетки напрочь убили ее память и какие-либо эмоции. Единственное, что она запомнила оттуда — это диагноз. Посттравматическое стрессовое расстройство и нарушение сна. Врачи много раз ей говорили про симптомы, но Бейкер их не помнила. Зато она слышала про эту болячку из книг и фильмов. Ее удивляло, почему девочка из просто неблагополучной семьи болела тем же недугом, что и вояки, прошедшие через горячие точки.

***