Глава 2 - Сон на яву.

Глава 2. Словно в бреду она дошла до своей кельи, словно сумасшедшая легла на пол, и долго смотрела в стену с иконой Христа, мыслями и телом прибывая в агонии. Её трясло, ноги дрожали также, как и тело. Фина чувствовала смертельный холод, чувствовала и тут же думала, что это был не холод, пламя. Оно обжигает её кожу, сжигает кровь и обжигает внутренности — она горит изнутри. Губы задрожали, пальцы сжали непослушные светлые пряди и потянули до боли. Теперь она поняла что с ней произошло, что произошло с её телом, что произошло с её душой — все её существо пульсировало болью, а от осознания становилось лишь хуже. Девушка тихо, но протяжно заскулила, слезы вновь хлынули из её больших глаз. Будь бы она одна, она бы кричала до хрипоты и ревела навзрыд, сдирала бы с себя кожу, лишь бы не чувствовать эту грязь на себе. Его прикосновения, его жгучие поцелуи, его мерзкие слова, они изуродовали её веру! — Матушка! Матушка, почему это происходит со мной?! Чем я заслужила это все?! Чем провинилась?... — она прижала ладони к лицу, не сдержалась и начала плакать, судорожно вдыхая через рот прохладный воздух. В тишине ночи её тихие всхлипы слушали стены церкви. Они же и стали свидетелями того, что произошло в Молитвенном Зале. Фина не помнила, как долго она пролежала и бесшумно рыдала, она даже не запомнила того момента, когда легка в кровать и с головой накрылась лёгкой простыней. Фина закрыла глаза и в темноте ей почудилось, словно она снова стала той маленькой девочкой, которая проснулась поздним вечером от оглушительного раската и яркой вспышки молнии. Все чувства притупились и она решила, что отдаст всю себя этим воспоминаниям. Перед её глазами появилась комната с большой кроватью и фиолетовым балдахином из газовой ткани. Под меховым одеялом спала маленькая девочка. Её непослушные волнистые волосы рассыпались по подушке золотыми водопадами. Пухлые розовые губки плотно сжаты, глаза также крепко смежены. По морщинкам на лбу заметно, что ребёнок не спит. Но в чём причина? Комната залилась ярким светом молнии, и потом резкий, громкий раскат грома прозвенел по всей деревне. Франческа вскрикнула, и ,выскочив из кровати, она выбежала из своей комнаты. Захлёбываясь от своих слёз, бежала, искала спасения от этих громких, ярких звуков пугающих её. Подбежав к одной из комнат, её сердце замирает, но почему? Она легко толкает дверь и та впускает внутрь. В комнате горела одна свеча и источала мягкий свет, что разгонял темноту. Франческа видит, как за столом сидит её мама. В свете свечи её глаза кажутся тёмными, почти чёрными. Но она знает, что они яркие, зелёные и всегда полны тепла. Губы женщины оттягиваются в лёгкой улыбке, на щеках появляются ямочки, как если бы она рассмеялась, но она не смеётся. На ней надет халат цвета изумруда с широкими рукавами и подолом. Даже в такой домашней одежде женщина выглядит благородно и достойно. Любой наряд на матушке смотрелся так, будто бы это она дополняла его, а не он её. Она уже не плакала, не хотела расстраивать матушку своими слезами. За окном бушевал ливень. Капли дождя бились по стеклу так, словно оно вот-вот разобьётся. Франческа подбежав к ней, уткнулась своим личиком на колени матери, обнимая ноги. Мама поглаживала голову дитя. — Всё будет хорошо, моя маленькая лилия, — бархатистым голосом сказала Сюзанна, — Скоро закончится дождь, а утром будут петь зяблики, радуя тебя. Яркие лучи солнца будут согревать тебя. С ней было так хорошо, что даже раскат грома за окном, уже не так сильно пугали маленькую девочку. Мама была такой спокойной, нежной, ласковой и храброй. Она была для неё всем, любила искренней любовью, как и она её. — Не хочу тебя отпускать! Пожалуйста, не оставляй меня никогда! — умоляла её Франческа. — Моя маленькая лилия... Сюзанна почувствовала печаль дочери. Ласково обхватив её личико и поцеловала её в лоб. — Я всегда буду рядом, не волнуйся. — Обещаешь! — воскликнула Франческа. — Обещаю, — ласково ответила Сюзанна. Франческа снова уткнулась в колени, матушка начала поглаживать голову девочки, напивая колыбельную. Глаза девочки начали слипаться, тело стало расслабляться. Дверь внезапно раскрывается, из неё выходит чёрный силуэт, его глаза блестели жёлтым светом. "Отец!" — Франческа... — прошипел отец. Страх сковал её, она не могла пошевелиться. — Франческа! Пошла вон от сюда! — он перешёл на крик. — Джакомо, не трогай её! Сюзанна обняла её, пряча свою дитя от хищника. Но он её не слушал, вырвал из объятий девочку, не обращая внимание ни на что. Фина раскрыла глаза, она снова лежит в своей кельи. — Это был всего лишь сон... Нет, это было воспоминание...